Спор

— Я бегать за тобой не собираюсь! — Вайолет начала подходить ближе и угрожать тесаком, — я же на тебя не спорила.       Опять. Опять это чувство. Знаете, когда вы врете или вашу ложь раскрыли? Или просто вам говорят что-то очень неприятное? Вам становится нереально жарко, а тело как будто парализовано. Как будто все твои мышцы в один миг атрофировались. И ты никак этому противостоять не можешь. Это и есть — слабость. — Что? — Да, да, если ты думаешь, что ты такая крутая, то закатай губу! — Вайолет решила еще немного подумать, как же задеть Клем, — он просто на тебя поспорил. «Поспорил? Зачем? Как? Нет! Я же доверилась ему! Он всегда казался таким искренним… Почему.? Почему всякий раз, когда я в кого-то верю — они поедают меня изнутри…?» — эти и еще тысяча таких вопросов крутились у Клементины в голове. — Хватит, Вайолет, — Броди помотала головой, — могла бы и помолчать…       После пары минут Вайолет наконец поняла, что не стоило этого говорить, но слово — не воробей. Вылетит — не поймаешь… — Прости, Клем, но это правда…       Брюнетка безмолвно кивнула и пошла в сторону школы. Броди еще раз грозно посмотрела на светловолосую и пошла за подругой. «Не стоит доверять людям…» — в который раз убедилась девушка.       По пути назад в школу подруги молчали. Клементина шла впереди всех. Она не хотела никого видеть. Брюнетка просто хотела взглянуть в эти глаза, которые так честно вчера смотрели на нее.       Броди всячески пыталась подбодрить девушку, но та ее прекрасно игнорировала.       Наконец вдалеке стал виднеться высокий забор, от которого Клементину уже тошнило. В эту минуту она ненавидела все, что было связано с этим местом. — Ну что, вы справились? — три девушки подошли к забору и их встретил Луис, — что-то случилось?       Брюнетка подошла к парню и, нахмурив брови, посмотрела ему в глаза. Ее кулаки невольно сжались. Лицо показывало все отвращение к этому «человеку», а сердце… Сердце не могло поверить во все это. — Поздравляю, ты победил…       После этого она отвела взгляд и отрицательно помотала головой. — Черт, — девушка больше не смотрела на него. Ей было и противно, и больно, и грустно, и страшно… От осознавания того, что все, что он делал для нее — это все ради игры.       Когда Клементина уже зашла в здание, а парень наконец понял, из-за чего это все произошло, Луис подал голос: — Вайолет… Какого черта?! — мягко говоря, парень был в ярости, — зачем? зачем ты ей сказала?! Я же просил молчать! — Да какая тебе разница?! — начала повышать голос светловолосая, — тебе не плевать на нее? Ты же начал этот спор! — Если я лично тебя попросил о том, чтобы ей ничего не говорить, — Луис начинал кричать и размахивать ножкой от стула, — то это значит, что мне на нее не плевать! — В чем дело? — вмешался Марлон, — вы сейчас еще новую толпу привлечёте! — Клем узнала про спор. — Парень с дредами подошел вплотную к своему другу. — Это все из-за тебя! Зачем надо было Вайолет говорить? — А зачем нужно было спорить? — встряла светловолосая, — даже если я в этом виновата, то я на человека не спорила и не играла с ее чувствами! — Вайолет начала защищать Марлона, вставая между двумя друзьями. — Я не играл! Я не хотел… — Ты бы видел ее лицо, когда я ей сказала правду. — Светловолосая отвела взгляд. — Черт, да у нее на лице написано, что ты ей нравишься! Какой же ты идиот, Луис!       Вокруг собрались все подростки этой школы и никому не хотелось ругаться, но по-другому никак. — Простите… — все, что смог выдавить из себя в тот момент парень с дредами. — Не перед нами нужно извиняться, — Вайолет опустила голову и ушла в здание.       Также поступили и все остальные. Только Луис остался один. Один, стоящий посередине леса. Он полностью утопал в своих мыслях. Единственное, что его сейчас реально беспокоило — это она.

«Поздравляю, ты победил…»

— Не нужна мне такая победа…

***

      До самого вечера Луис не выходил из музыкальной комнаты. Его музыка до глубины души была пропитана болью. Даже не болью, а отчаянием и безысходностью. Парня буквально душила вина за все происходящее. За сегодня он не только испортил настроение всем окружающим, но и потерял дорогого для себя человека. — Она меня никогда не простит… — А ты хоть попробуй извиниться! — в комнату влетел Марлон, — уже ночь, Луис. Ты сколько собираешься здесь сидеть? — Я не знаю… — парень перестал смотреть на пианино и повернулся к другу, — где она? — Не знаю. Но в отличии от тебя, Клем не сидит у себя в комнате и не плачет. Она помогает нам, — блондин задумался, — хотя это ей нужно закрыться. — Хорошо. Спасибо, брат, — Луис тяжело вздохнул и вышел из комнаты в поисках девушки. — Ха, какой же ты болван…       Первым делом парень с дредами пошел в комнату, которую им выдали еще в начале. Стук в дверь. — Клем, ты тут? Можно войти? — за дверью ответа не последовало и Луис решил сам открыть дверь.       Пусто. В комнате никого не было. — Чёрт…       На кроватях ничего не располагалось. Но на пыльной тумбочке лежала старая кепка. Парень подошел ближе и взял ее в руки. — Интересно, чего она так к этой кепке привязалась…? — Если бы тебе не было бы на меня плевать, то спросил бы меня, — брюнетка, зашедшая в комнату, сложила руки на груди. — Мне никогда не было на тебя плевать, — Луис продолжал осматривать кепку, не поворачиваясь к девушке. — Чего пришел? — внутри Клементина хотела смягчить свое отношение к нему, но она не хотела показывать себя слабой. — Разве не ясно? — усмехнулся парень, — я знаю, что ты меня не простишь. Я сам себя простить не могу… Но, я попробую… — Попробовал? А теперь вали, — девушка свела брови. — Да, я примерно такого ответа от тебя и ждал… — Луис положил кепку обратно на тумбочку и повернулся к ней лицом, — но у меня есть один аргумент, — он вплотную подошел к брюнетке. — Тебя никак нельзя оправдать! — еще больше разозлилась она, — все твои аргументы — ничтожны! Подумай сам, ты поспорил на человека! Ты поспорил на мои чувства! Я тебе открылась, а ты… ты… — у Клементины полились слезы из глаз, а руки били парня в грудь, но это были совсем несильные удары. У нее просто не было сил на него. — А я люблю тебя…       Руки девушки тут же перестали бить его. Сердцебиение участилось до такой степени, что брюнетка перестала слышать его слова дальше. Она слышала только, как билось ее сердце.       Луис положил свои руки ей на талию и медленно начал притягивать Клементину к себе. Брюнетка не сопротивлялась. Нет. Она была не в состоянии сопротивляться. В ее голове крутилось одни и те же слова:

«Я люблю тебя…»

      Наконец, когда их губы были в сантиметре друг от друга, Клементина смогла сказать: — Я ненавижу тебя так сильно, что люблю…       Через мгновение губы соединились. Соленый вкус от слез и слегка потрескавшиеся губы, но это все было совсем неважно.       Парень схватил девушку за бедра и положил на кровать, все также целуя ее. Их горячее дыхание обжигало кожу. Брюнетка, не теряя времени, сняла с себя футболку и осталась в черном бюстгальтере. — Ого… — на выдохе шептал парень.       Луис тут же окутал ее холодное тело поцелуями, оставляя на её коже многочисленные засосы. Вслед за футболкой полетели и остальные элементы одежды, пока влюбленные не остались в нижнем белье. — Ты чем-то занимался? — между делом интересовалась девушка. — Сейчас не вспомню… — продолжал её целовать парень, — может быть. А что? — Уже не важно… Продолжай… — почти застонала Клементина, но… — Клем, я привел Эй-Джея. Он уснул, пока играл с Теном… — неожиданно в комнату зашел Марлон со спящим мальчиком в руках. — Чёрт… — Боже мой, я не вовремя. Ладно, — блондин повернулся спиной и очень долго нес растяпу до его кровати, — я не смотрю, — он пытался сдержать смех, но это получалось плохо.       За короткий промежуток времени Клем и Луис оделись. Они бегали по всей комнате и искали свою одежду. Пока Марлон нес Эй-Джея спиной к ним. — Все вышли, — злая, но в тоже время смущенная, Клементина указала пальцем на выход и позже вышла сама. — Марлон, ты ничего не видел. Мы сами всем скажем, — предупредил друга Луис.       Блондин, с улыбкой до ушей, кивнул и через минут пять залился смехом. Брюнетка нахмурила брови. Взяв парня с дредами за руку, она повела того во двор, где находились все, кроме Тена. — Говори, — шепотом сказала ему девушка. Луис ухмыльнулся и начал свою речь. — Слушайте все! Я проиграл спор. Клементина не моя, — кажется, парень хотел сказать что-то еще, но его перебила брюнетка: — Это Луис мой, — девушка повернулась к парню. Тот тут же все понял и затянул ее губы в страстный поцелуй.