Попутный ветер

Кастиэль устало рассматривал унылую погоду за окном и ждал, когда придет очередной выпускник. В этом году было очень мало выпускников Академии, способных получить звание магистра и выбрать у него свой Ветер. За прошедшие три дня пришло всего шестеро и это было до ужаса обидно. Он открывал офис и ждал, ждал, ждал… Сейчас вот идет дождь, словно бы все вокруг сговорились и хотят уморить его скукой. Часы еле двигаются, кофе остыл, книги надоели, а этого выпускника где-то духи носят. Внезапно дверь распахнулась и в нее ворвался улыбающийся парень, который чуть не снес все бумаги со стола распределителя. — Ох, простите. — Прощаю, — устало произнес распределитель и протянул руку, чтобы забрать диплом. Выпускник не понял с первых секунд и протянул руку в ответ, чтобы пожать предложенную. — Дин. Магистр первой гильдии. — Очень приятно, — моргнул от неожиданности и теплоты руки мужчина. — Кастиэль, распределитель. Можно диплом? — Да, конечно. Кастиэль внимательно изучил свиток, пристально рассмотрел нового магистра и его отчаянные попытки подобрать небольшой листочек, который все-таки упал со стола. Дин складывал пальцы, пытаясь вызвать хотя бы небольшой ветерок, который бы закинул злополучную бумажку на место, и при этом выглядел на удивление мило. Распределитель уже и забыл, когда в последний раз видел кого-то столь необычного. От этого потеплело где-то в груди, над кофе появился легкий пар, а за окном проклюнулось солнышко. — Как вы смотрите на морские ветра? Дин вздрогнул от звука голоса и бумажка, почти заброшенная на стол, спланировала назад на пол. Он проводил ее полным досады взглядом, но тут же переключился на мужчину около окна. — Вполне положительно. У меня был доклад по муссонам и пассатам, мне понравилось. — А что вы скажете про штиль? Дин пожал плечами. — Иногда ведь и отдохнуть хочется. — Согласен. Итак, берите морской пассат в Атлантическом океане. Там несколько судов ждут попутного ветра. И удачи, — распределитель махнул в сторону двери слева и вернул магистру его диплом. — А когда закончите, приходите еще, расскажете, как прошло. Дин счастливо улыбнулся, убрал свиток в задний карман и подмигнул Кастиэлю. — Скучно тут? — Не скучнее, чем тем внизу, — пожал плечами распределитель и улыбнулся в ответ. — Я зайду. Вдруг мне захочется сменить профиль. — Конечно, всем нам нужны перемены. Дин вышел в нужную ему дверь, а Кастиэль подумал и, сняв с вешалки бежевый тренч, вышел из офиса и повесил табличку: «Ушел до открытия Америки.» Штиль на воде сменил свежий попутный ветер и ощущать соленые брызги было так же весело, как и вспоминать россыпь веснушек на красивом лице. Что-то явно изменилось в его восприятии мира. Или это просто свежий ветер задул? *** Под дверью ждало трое магистров, нетерпеливо шурша свитками и мантиями. Кастиэль с улыбкой прошел мимо них, вспоминая собственные впечатления о проделанной Дином работе. Ветер наполнял паруса, заставляя тяжелые корабли нестись по водной глади. И это было красиво. Кастиэль, пожалуй, любил корабли. А потом они сидели на небольшом облаке и смотрели на дело рук магистра, рассуждая о бренности бытия и укладе мироздания. Почему-то выходило смешно, а не занудно, как это бывало в учебке. Кастиэль помнил эти деньки, хотя и давно закончил учебное заведение, и работал распределителем. Тогда на голубой планете еще не было людей. Но он любил с интересом наблюдать за развитием той или иной популяции. При распределении ему досталась именно эта планета и он полюбил ее, если можно назвать любовью его скучающее любопытство. То, что Дин попал сюда же, теперь казалось ему происками Судьбы, хотя Дин и не верил в эту капризную женщину с тремя лицами. Что же — его право. Он улетел работать дальше, получая истинное удовольствие, а Кастиэль вернулся к своим обязанностям без скучающего выражения на лице. Наверное, поэтому одному магистру достался Балтэрэц*, а второму Арменаз**. Распределитель был в очень благодушном настроении. Для магистра же с рыжим огоньком он подобрал теплый Фен***, от чего у Чарли засветились глаза, и она счастливо поблагодарила его. Какие пустяки, он ведь в своем праве. *** Дин появился после открытия мореплавателем Магелланом пролива. С улыбкой поздоровался, помялся немного в дверях и вытащил из-за спины коробку с печеньем. — Ты не сильно занят? — Нет, — с улыбкой ответил ему распорядитель и легким движением пальца включил чайник. В его офисе был всего один стул, но зато имелся удобный диван. На всякий случай. Он и представился для чаепития. Печенье было нежным и вкусным, с приятными нотками корицы и лимона. Кастиэль удивлялся, где Дин раздобыл такое. Но спрашивать посчитал неуместным. Они мирно пили чай, делились новостями. Дин похвалился, что его брат тоже заканчивает магистратуру и скоро придет к Кастиэлю за распределением. — Только я не буду говорить тебе его имя, а то получится нечестно. — Хорошо, — согласно кивнул Кастиэль. — Еще чаю? — Да, спасибо. Их пальцы соприкоснулись на несколько недолгих мгновений, которые тут же растаяли, но оставили после себя приятные ощущения. — Как тебе печенье? — Очень вкусное. Сам пек? — Нет, что ты, я не умею. Мама передала. — Можешь передать ей мое восхищение. А где она достала корицу? Дин лукаво улыбнулся. — Тебе тоже это напомнило корицу? — Да. — Это не она. Мама живет в пяти галактиках отсюда и там это называется латионум. — Вкусно, как бы это не называлось. — Согласен. *** Дни снова тянулись медленно и размеренно, скрашиваясь исключительно приятными воспоминаниями о многообещающем магистре. Кастиэль не замечал за собой ранее таких привязанностей, но видимо уклад жизни людей, за которыми он наблюдал уже не одно тысячелетие, повлиял на него необратимо. Ему виделись зеленые глаза с лукавыми смешинками. Яркие веснушки вольной россыпью. Лучезарная улыбка, что практически не сходила с лица своего обладателя. Все в юном магистре было прекрасно. Как и его работа. Он справлялся со стихией играючи. Ему даже удавалось договариваться с водниками, а те ребята весьма серьезные. Но Дин мог. А уж какие он умел устраивать затейливые игры, гоняя по небу облака, а корабли по морю. Кастиэль восхищался его молодостью, находчивостью и трудолюбию. Еще и печенье запомнилось ему очень надолго. *** Он пытался в каждом новеньком магистре угадать — кто из них брат Дина. Но увы, братья оказались абсолютно не похожие как внешне, так и внутренне. Это уже потом Дин показал ему Сэма из окна и оказалось, что тому достался Маараб****, что хозяйничал с другого края огромного материка. — Как он тебе? — Очень старательный и вдумчивый. — Сэмми у нас такой. Почему ты дал ему тихоокеанский пассат? — Там никого сейчас не было, а он не станет зря топить корабли. — Не станет, только люди этого все равно не понимают. Они винят нас так, словно мы специально губим их. — Люди склонны драматизировать, Дин. Но мы просто выполняем свою работу. Как я, так и ты с братом. Это наше предначертание, и как только мы исполним его, то пойдем дальше. Дин согласно промолчал, но внутри себя решил, что хочет сменить область распространения. Как там будет дальше неизвестно никому, даже Высшему, но то, что любой магистр вправе творить свою жизнь собственноручно, им вдолбили ещё на первом курсе. — А тебе нравится твой пост? — Не хуже и не лучше любого другого. На этот период по крайней мере. А у тебя есть какие-то предложения? — заинтересованно посмотрел на него распределитель. — Давай возьмем отпуск? Вместе? Кастиэль задумался. Вообще понятие отпуска было чуждо его должности, ибо магистры прибывали и убывали с завидным постоянством, а Земля нуждалась в тотальном контроле. Вот не досмотрели водники несколько тысячелетий назад и что вышло? Правильно, потоп. А всё почему? Потому, что у них распорядитель влюбился. Вот там крику было, аж до него долетали эпичные выражения. — Отпуск? — Ну да. Мама зовет меня в гости, можем переместиться вместе. Брюнет снова посмотрел в окно. Как интересно звучало это многообещающее «вместе». Он никогда не был с кем-то близок. Всегда, с самого создания, он был один. Хоть и в толпе подобных, он знал, что его сущность — это совокупность миллионов клеток, но они сливаются в один организм, как и сотни, тысячи других. Он жил, учился и принимал решения будучи одиноким. А тут это странное, но заманчивое слово «вместе». — Хорошо, я согласен. Дин облегченно вздохнул и выдохнул. С распорядителем всегда было тревожно-сладостно и предвкушающе-страшно. Ему нравился весь этот коктейль эмоций, что вызывал у него Кастиэль. А познакомить его с мамой — это полдела, с папой будет сложнее. Но вряд ли кто-то осудит его выбор. В конце концов заветы Высшего едины для всех. *** Галактика, где жила и работала Мэри была удивительной и разнообразной. Кастиэль где-то даже позавидовал. В его галактике была всего одна обитаемая планета, тогда как здесь их было целых семь и между ними существовало сообщение. История изобиловала тысячелетними подробностями, и он бы прослушал их весь отпуск, но Дин взялся за его культурное развитие и после знакомства, чаепития и прочих церемоний, потащил на соседнюю планету. Кастиэль сразу же понял почему именно эта планета стала выбором Дина. Ветра здесь были полновластными хозяевами. Они зарождались ежеминутно, но и умирали ежечасно. Сильные, мощные, теплые, мягкие, холодные и колючие. Они вызвали в сердце Кастиэля восторг. — Это единственная известная планета, где нет распределителя и магистров. Ветер, рожденный здесь, тут же и умирает, давая жизнь следующему поколению. Цикл не прерывается уже сотни тысяч лет. — Как интересно, — распорядитель смотрел во все глаза. Он отмечал особенности каждого ветра. Видел его силуэт, характер, силу духа и стремление сотворить историю. Это захватывало и восторгало. Но в тоже время и расстраивало. — Их жизнь так коротка. — Только по стандартным меркам. И по меркам живущих тут разумных. В их же движении есть всё, что нужно. Присмотрись. Они счастливы. И Кастиэль замедлился, отбросил условности времени и погрузился в чужое пространство. Жизнь, любовь, счастье — всё это ошеломило его. Каждый ветер проживал удивительно богатую жизнь, смотря на разумных, как на статичные предметы. Ветра даже не видели, что влияют на планету, они просто жили своей жизнью. Так удивительно радостно и многогранно. На глаза навернулись слёзы, когда Кастиэль вернулся в привычное время. Дин поддержал его и с надеждой заглянул в глаза. — Понравилось? — Очень. Они все такие красивые, воодушевленные. Их жизни неповторимы и уникальны… Потрясающе. Кастиэль ещё долго оставался под впечатлением от увиденного и остальные планеты посещал в рассеянном состоянии. Дин это скоро заметил и предложил отдохнуть, насладиться дарами этой галактики и забыть обо всём. Кто бы мог подумать, что под этим он подразумевал полное обнажение и омовение в океане цвета лиловой травки*****, что росла на Земле. Здесь же светили два ночных спутника, шумела вода и деревья, а чёрный песок медленно остывал и был таким нежным, словно бы и не песок вовсе. — Ты идёшь? — с надеждой посмотрел на него юный магистр и распорядитель избавился от одежды, чтобы войти вместе с ним в парное молоко. — Ты красивый. — Я? Нет, Дин, это ты красивый. — Не спорь, пожалуйста. Ты очень красивый, Кас. Как увидел твои глаза, то больше не смог их забыть. Сравнивал их с небом и океаном, искал на лицах других людей, но не находил. Такие только у тебя. Как и губы. Тут Дин набрался смелости и встал около старшего, напряжено следя за его реакцией. Кастиэль смотрел в ответ и внезапно улыбнулся. — Думаю, твои губы на вкус как корица. — Попробуй, — прошептал морской пассат и подался вперед. Его губы действительно хранили вкус необычной специи, так похожей на земную корицу и Кастиэль с удивительным восторгом пил этот поцелуй и ощущал желание обладать юношей. Целиком, без остатка, всю жизнь. Вместе. *** Кастиэль прекрасно понимал, что отпуск на его должности вызовет несомненный крах установленного порядка, но даже его весьма удивили двадцать восемь ураганов в Атлантике******, которые умудрился вызвать поставленный на замену Дину — Гордон. Он поступил как раз перед отпуском и, чтобы не делать серьёзные перестановки, Кастиэль оставил его. Это, конечно, не наводнение, как у водников, но тоже приятного мало. Дин засучил рукава и ушёл в работу, а Кастиэль задумался о перспективах. В сущности, он давно выработал свой максимум и мог выбирать любую галактику для жизни, но этого не хотелось. Он привык быть один, привык работать, наблюдать за разумными. С появлением Дина ощущение одиночества стало таять, и ведь они не так часто виделись. Что значит парочка чаепитий в столетие? Но отпуск, проведенный вместе, а также знакомство с Мэри, настраивало Кастиэля на пересмотр собственной жизни. Дин думал о будущем, видел их вместе. И не в качестве распорядителя и магистра Ветров. Эта ступень существования могла в любой момент смениться на новую. В дверь постучали и вошёл юноша. Он обвёл взглядом помещение, заострил внимание на кофейном аппарате, задумчиво поглазел на единственный стул и вздохнул. — Скудненько тут у вас. Кастиэль повторил взглядом путь и пожал плечами. — Мне нравилось. — А теперь? — А теперь всё равно, я увольняюсь. Юноша с улыбкой кивнул ему и, открыв папочку, что держал подмышкой, протянул лист. — Ваше заявление, поставьте, пожалуйста, подпись. Выходное пособие на вашем счету, все регалии при вас, доступ открыт на два века. — Оперативно, — принял лист Кастиэль и пробежал глазами по написанному. — А Дин? — Пассат? Он тоже изъявил желание сменить место обитания, но с ним есть небольшая проблема. — Какая? — нахмурился бывший уже распорядитель. — Это его первое назначение, регалий маловато. Поэтому было отправлено прошение и нужно подождать вердикт. — Сколько? Юноша пожал плечами. А Кастиэль вздохнул. Прошение могут рассматривать несколько веков по земным меркам. А время на раздумья ему, судя по всему, тоже дали стандартное. Перемещаться куда-либо он не собирался. В конце концов после того, что случилось на шестой планете другой галактики, объединило их с Дином на самом тонком уровне. Ему больше никогда в жизни не забыть этих ощущений счастья и распускающихся цветов любви. Они с Дином Пара, а значит вместе с самого начала и до самого конца. Кастиэль огляделся, с улыбкой отмечая работу возлюбленного и решил, что вполне может остаться здесь. Домик на побережье, тихая спокойная жизнь, а через пару сотен лет, они с Дином решат куда им дальше. Вселенные бескрайни и где-то на их просторах найдётся планета, где они будут счастливы. Это ведь и есть замысел Высшего.