Угнаться за твоей улыбкой

Маленький ресторанчик пережил небольшое путешествие во времени. Исчезли со стен любимые Сонмином репродукции картин Рембрандта. Их место заняли фотографии, повествующие о школьных годах. Высокая девушка с большими глазами и детским личиком была в центре внимания у всех. Многие из одноклассников давно не видели Ли Юль Чи. Со всех сторон она только и слышала: - Ты прелестна! -Совсем не изменилась! -Ты стала учителем. Какая хорошая профессия! - Неужели до сих пор не замужем? И куда смотрят эти слепцы! Такое сокровище упускают. Наташа, наблюдая за Юль Чи, с отвращением смотрела, как все эти глупцы стелются перед ней. Может крикнуть: «Вы все идиоты, а она стерва!» Совесть, будь она не ладна, не позволяла ей такое совершить. «Одна пакость! Пожалуйста!» «Я не торгуюсь!» - ответила ей совесть «А я осторожно. Крикну «стерва» и убегу». «Просто крикнуть не выйдет, имей совесть….ой, короче, ты поняла! Тебе потом отвечать, не мне же». «Ох, зануда!» Пока Наташа выясняла отношения с совестью, к Ли Юль Чи подошёл Хёкдже и улыбнулся. Что? Этой сучке! Совесть тоже была возмущена. «А знаешь, я, пожалуй, посплю. Действуй, подруга!» - ехидно прокомментировала она. «Мерси, дорогая! Что ж, Хёкки, посмотрим, как ты потом запоешь!» «Лучше сказать, станцуешь!» - зевая, подправила совесть Наташу. «Мерси, еще раз! Ли Хёкдже, нам предстоит весьма интересный разговор!» В это время Ли Юль Чи кокетничала с Хёкком. - Я слышала, что твоя школа танца популярна в нашем районе. Оппа, ты молодец! - Ох, спасибо. Приятно слышать похвалу от президента класса. - Это же было так давно. Сейчас я обычный учитель, зато ты – шикарный танцор. Примешь в свои ученицы? - Ты хочешь, чтобы я учил тебя танцам? Реально? – лицо Хёкдже озарилось радостной улыбкой. – Я буду счастлив! - Правда? Оппа, скажи еще раз! - Конечно, я в восторге. Теперь нам никто не будет мешать. - Мешать? Ты о чём? - О том самом, как мы с тобой, вдвоём, в студии…занимаемся сексом. - Что-о-о? - Не играй в невинность. Я же знаю, что ты хочешь меня, - голос Хёкка становился все громче, привлекая к их разговору все больше зрителей. - Оппа, тихо ты, нас могут услышать. - А чего нам стесняться? Все и так знают, что ты меня соблазнила. Только вот место и время соблазнения у всех разные. Веселые нотки в его голосе постепенно исчезали. Ли Юль Чи покраснела от злости. Но это не мешало Хёкдже продолжать свое повествование. - Напомни мне, когда же был этот первый раз у нас? В спортивном зале? Или на выпускном вечере? Вот не задача! Я же не пил. А только пьяный посмотрит на тебя. - И тут двойной облом, - Сонмин внес свою лепту в разговор, - Хёкк же наш, совсем не пьёт. - Заткнитесь оба! – девушка готова была их обоих убить на месте за унижение. - Поэтому я и решил, - словно не слыша её, Хёкк продолжал, - пусть народ знает точную дату соблазнения невинного Хёкдже. Чёрт, прости, забыл. Ты у меня не первая женщина. - Оппа! - Кстати, небольшое уточнение. В классе я был самым младшим, так что не «оппничай» тут, нуна. Дни рождения одноклассников давно пора запомнить. Словно, услышав его, на сцене появилось пять ребят в белых костюмах и в масках. Свет погас. На стене появилась надпись: «С днем рождения, Ли Хёкдже!»