Секрет счастья

POV Анна. - ...Но мне нужна Ваша помощь, - свободной рукой я сжимала одеяло. - Я Вас слушаю, Госпожа. - Завтра в обед мне нужен самолет, - на одном выдохе произнесла я и положила голову на колени. - Только прошу, ничего не спрашивайте. Просто...выполните мою просьбу. - Я понял. Сейчас предупрежу Ваших родителей. - Спасибо, - я отключилась и положила телефон на тумбочку. Мне не хотелось звонить секретарю, тем более папиному, но пришлось. Своего у меня не было, а оставаться в Корее я больше не могла. Почему не было? Я отказалась, потому что дома, кроме как о учебе и о...учебе, ни о чем больше не думала. Скучно, скажете вы, нудно. Но что поделать, такой я человек. Многие считают, что мне все дается легко, так как мои родители с их деньгами, властью и связями везде найдут щель, чтобы меня пропихнуть. Да, они отчасти правы, но не в случае с моей семьей. Поэтому я пытаюсь доказать всем, даже маме с папой, что всего смогу добиться сама. Сказать честно, они даже рады и стараются всячески меня поддержать. Благодаря им я научилась игнорировать вечные взгляды, полные зависти и ненависти, которые нередко доводили меня до нервного срыва. Так, что-то в последнее время я стала все чаще уходить от темы... Поднявшись с кровати, я подошла к рабочему столу и, отодвинув ноутбук в сторону, достала листок и ручку. Руки задрожали, сердце стало биться быстрее. Вдох-выдох. Один вопрос: "С чего начать?". Один ответ: "Не знаю...". Я сидела, подперев рукой голову, и разглядывала незамысловатый узор на обоях, пытаясь сформулировать хотя бы одно предложение. За окном вовсю шел дождь, массивные капли, ударяясь о стекло, создавали приятную для ушей мелодию. Закрыв глаза, я стала вслушиваться в эти звуки, которые сплетались с биением моего сердца. Через несколько мгновений я почувствовала спокойствие - душа успокоилась. Мысли пришли в порядок. Вдох-выдох. Я занесла руку над листком... Вдох... "Здравствуйте, ребята... Я знаю, что вот так прощаться - это невежливо, и вам, наверное, неприятно, но я ничего не могу с собой поделать. У меня не хватит слов, чтобы выразить вам свою благодарность... Спасибо вам за то, что приняли меня в семью. Спасибо, что не бросили и поддержали в последних не очень радостных событиях, хоть мы с вами и знакомы всего три месяца... Спасибо за интересные рассказы, которые дарили мне во время перерывов, за незлые шутки и комментарии в адрес друг друга, за веселые репетиции, за доброту. Спасибо, что показали мне очень много интересных мест в Сеуле, что сводили меня в самый крутой парк аттракционов, который я только видела, что уделили мне большую часть своего свободного времени. Спасибо за удивительную пластику, детскую радость, смешные рожицы, потрясные брови, силу, вкусную еду, заботу и за прекрасный, доходящий до самого сердца, голос... Вы прекрасны! Ваша музыка, ваши песни, танцы, слова, движения...все волшебно. Без вас я бы так и жила в мире, полном зависти и ненависти. Вы показали мне, что такое настоящая дружба и командная работа. Это лето для меня было самым счастливым. Я не жалею, что три месяца назад приехала сюда. Мне больно. Очень больно от осознания того, что я вас больше никогда не увижу. Надеюсь, вы поймете меня и не будете ненавидеть. Хотя, наверное, я это заслужила. Когда вы прочтете это письмо, я уже буду на пути домой. Прошу, простите меня! Я очень люблю вас всех! Будьте счастливы! Ваша Аня." Отложив ручку, я стала снова и снова перечитывать письмо, стараясь внушить себе, что поступаю правильно. Да, больно. Да, обидно. Но это все, что я могла сделать, чтобы оставить их, наконец, в покое. Кем я была для них? По большому счету - никем. Какая-то девушка, которая три месяца назад озадачила их своим приездом. А теперь собирается также удивить своим отъездом. Ничего интересного... Сделав из исписанного листка конвертик, я положила его на прикроватную тумбочку, а чуть позже, выпив лекарства и поправив повязку, заснула под грустную мелодию дождя. *** Утро было, на удивление, солнечным. В воздухе витал запах ночного ливня, соединяющийся с ароматом свежеиспеченных булочек. Все это должно было радовать, но только не меня. Открыв глаза, я тут же почувствовала всю тяжесть вчерашних событий. Она давила на грудь, заставляла разум вырисовывать в голове не очень приятные картины. Эх, такова реальная жизнь. Сказка закончилась, осталось только вернуться с бала домой. Я повернулась на бок, и мой взгляд сразу заострился на маленьком белом конвертике, лежащим около лекарств на прикроватной тумбочке. Взяв письмо, я снова легла на спину и стала крутить его в руках во все стороны. И тут же самые банальные вопросы, которые уже порядком надоели, которые давно хочется выгнать из своей головы, но которые так впились в мозг, что никакими клещами не отодрать, снова стали мучить меня. Держа бумажку между пальцев, я с тихим стоном закрыла ладонями глаза и немного надавила. Черная пелена с разными, непонятными, еле заметными цветными узорами окутала меня, призывая из глубины души спокойствие и способность мыслить трезво. Резко и шумно выдохнув, я уронила руки на кровать и посмотрела на часы. Из-за моего неожиданного решения время в разы сократилось, и с каждой секундой его становилось все меньше и меньше, поэтому, не дав телу окончательно привыкнуть к пробуждению, я поднялась и, оставив письмо на подушке, направилась в ванную. Уже через четверть часа я стояла на пороге кухни, переминаясь с ноги на ногу и нервно теребя в руке конвертик за спиной. Антон просматривал какие-то документы, время от времени отрываясь от них, чтобы сделать глоток свежесваренного кофе. Таня суетилась у плиты, пытаясь уследить за кипячением молока, жаркой омлета и тушением овощей. Они были так увлечены, что даже не заметили моего прихода. Ну, и конечно, как же я не могла не воспользоваться этой ситуацией, чтобы просто так постоять и засечь по времени, сколько для них я буду незаметна. Оказалось, это может длиться вечно. Мое настроение сразу улучшилось. - Доброе утро, - хихикнула я и, положив в кармашек штанов письмо, подошла к столу. - Доброе, ребенок, - улыбнулся дядя, - как спалось? - Ну, можно сказать, что хорошо, - соврала, но так лучше. - Ты сегодня рано... Садись, сейчас все будет готово, - тетя поставила на стол чашку кофе. - На то были причины... - немного неуверенно сказала я, садясь. - Что-то случилось? - убирая некоторые документы в папку, спросил дядя. - Да. Я об этом и хотела с вами поговорить, - я сделала глоток, кофе сразу же обжег мне горло. - Я улетаю сегодня в обед. - Что?! - видимо, синхронность Super Junior передается воздушно-капельным путем. Все тут же оторвались от своих дел. Бумаги оказались в стороне, конфорки выключены. Такое ощущение, что я о наступающем конце света сказала, а не о том, что возвращаюсь домой. - Дорогая, почему ты так решила? - взволнованно спросила тетя. - Танечка, Антон, я так не могу. Я не могу больше видеть его, мне тяжело, - решив, что сказать правду - это будет лучше всего, я так и сделала. - Вы простите меня, что я так резко об этом говорю, ведь еще до вчерашнего дня я думала, что улечу именно завтра, но это так трудно, - все слова на одном дыхании. - Мне... Мне придется прощаться с ними, но там будет он. Он обязательно там будет, но я не смогу. Я не смогу стоять и делать вид, что ничего не было. Трэй тоже будет где-то рядом, они счастливы. Мне просто нет там места, - я достала из кармана конверт и протянула им. - Пожалуйста, передайте это ребятам. Только вечером - это важно. И сейч... - Мы тебе должны кое-что сказать, - дядя забрал конверт. - Кюхен вчера отк... Ну, что ж сказать. Так всегда бывает. А если даже не всегда, то очень-очень часто. Именно тогда, когда Антон попытался мне что-то сказать, раздался телефонный звонок, и звонили мне. Видимо, я не закрыла дверь в комнату, так как мелодию можно было слышать очень хорошо. Извинившись, я быстрым шагом рванула к себе. Не посмотрев на номер, я тут же ответила. - Анна?' - и тут же пожалела. - Да, Трэй, ты что-то хотела?' - я постаралась сделать голос серьезней. - Мы можем встретиться?' - ее же голос звучал немного взволнованно. - Боюсь, что нет,' - как можно более вежливей. - Пожалуйста, мне нужно тебе кое-что сказать.' - Некоторое время назад ты хотела мне что-то показать, из этого ничего толкового не вышло, поэтому прошу меня извинить, я вынуждена отказаться,' - только я собралась положить трубку, как девушка чуть ли не взмолилась. - Нет, ну, пожалуйста, очень тебя прошу! Это важно!' - Сейчас я еду на кладбище, после у меня будет пару часов, скажи где,' - это было неправильное решение, но... Тут нет оправданий. - Я приеду туда,' - в телефоне послышались противные короткие гудки. Приведя себя в порядок, я достала чемодан и положила его в раскрытом виде на кровать, чтобы потом, вернувшись с кладбища, собрать все свои вещи и уехать домой. Я снова взяла в руки телефон, но вызываемый абонент был недоступен, чем меня огорчил. - Таня, а где Сэм? Я ему звоню-звоню, а у него телефон выключен, - бурчала я, спускаясь по лестнице. - Он уехал по делам. А тебе куда-то надо, вроде еще до самолета рано? - тетя вышла из кухни, смотря на наручные часы. - Да мне на кладбище надо. Я просто Сэму смогла бы объяснить, а то по-корейски ни одного слова сказать не могу... - Давай я другого вызову? - Нет-нет, - замахала я руками, вспоминая зомби-водителей, - а такси можно? - Ну... А кто звонил? - обеспокоено спросила Таня. - Да так, номером ошиблись, - снова ложь и натянутая улыбка, которой тетя, видимо, поверила. - Так можно? - Да, сейчас вызову, - немного сомневаясь сказала она и взяла мобильный. - Спасибо. - Ты только позвонить не забудь! - выкрикнул с кухни Антон. - Хорошо. А вы разве на работу не идете? - Уже нет, - снова крикнул он. Через несколько минут такси было уже около дома. Стоя на пороге, я повернулась к Тане и обняла ее. - Я сейчас съезжу, потом вернусь и буду собирать вещи, а вы с Антоном скажите, что хотели сказать за завтраком. Ладно? - Хорошо, - грустно выдохнула она и крикнула, когда я открыла дверь такси, - ты только позвони! - А ты только не волнуйся! Я быстро, - и, напоследок улыбнувшись, я села в машину. Зачем мне нужно было на кладбище? Я думаю, вы и так уже, наверное, догадались. Я хотела проститься с Хйун. Несколько недель назад я не смогла с ней увидеться, так как авария, нет...моя глупость помешала мне сделать это. Чувство вины тревожило меня постоянно. Каждый раз, оглядываясь назад, я понимаю, что упустила что-то важное. То, что Хйун хотела донести до меня. И если бы в тот день, я все же пришла бы к ней, то сегодня мне не пришлось бы так терзать себя. Наверное... Но прошлое уже не вернуть. У меня есть только настоящее и будущее, чтобы что-то изменить и сделать себя хоть немного счастливее. Думаю, что Хйун, там, на небесах, будет гордиться мной. Где-то на половине пути у меня в кармане жалобно запищал мобильник, который я так опрометчиво забыла зарядить. Через несколько минут кто-то, видимо, попытался мне позвонить, потому что из-за этого, издав предсмертный "стон", телефон выключился. А я, представив, как разозлится тетя, мысленно ударила себя по лбу. Спустя еще какое-то время, я попросила водителя остановиться, жестами пытаясь объяснить, что скоро вернусь. И слава Боженьке, он меня понял! Через десять минут я уже сидела в машине, держа в руках четыре темно-розовые розы. Разглядывая бутоны цветов, я снова погрузилась в свои мысли, а именно - в воспоминания. Все то время, что мы провели с Хйун вместе, наши интересные беседы, ее грустная история, которая заставляет задуматься. Все-таки эта женщина была очень добрым и сильным человеком...и очень одиноким... - Мы приехали,* - оповестил меня водитель, вырывая меня из цепких лап прошлого и останавливаясь перед величественными кованными воротами. - Спасибо,* - ломая слово, поблагодарила я его и, отдав нужную сумму, вышла из машины, которой через минуту и след простыл. Теперь у меня было два варианта: идти к Хйун или ждать Трэй. Перебрав в голове все возможные варианты моих последующих действий, я все же решила подождать. Но ни через десять минут, ни через пол часа девушка не появилась. Мысль о том, что Трэй просто-напросто передумала, стала подталкивать меня к воротам, но я все ждала. Когда мысль уже решила сдаться, ей помогло время. Взглянув на часы, я поняла, что лишних несколько минут у меня уже просто нет, поэтому, еще раз посмотрев по сторонам и не увидев знакомого силуэта, я пошла к Хйун. Сектор "D", ряд четвертый, место ***. Вот там была похоронена женщина. Идти было довольно-таки далеко, потому что кладбище не маленькое, но это не останавливало. Быстро шагая по дороге вдоль ряда памятников и могильных плит, я смотрела под ноги и вслушивалась в звуки пробуждающейся природы. Кладбище, бо́льшей своей частью, располагалось в лесу, половину которого я уже прошла, поэтому утренние серенады птиц были прекрасно слышны. Невольно заслушавшись, я не заметила, как подошла к нужному сектору. Он был за пределами леса и находился на холме. Мощеная лесенка вела на его вершину, исчезая за ней. Из нее влево и вправо отходили дорожки, обозначающие ряды. По-детски посчитав количество ступенек, которые привели меня к нужному ряду и подойдя к маленькому ангелочку, я присела на корточки и смахнула с его головы зеленый листик, который, видимо, только недавно прилетел туда. Положив в ноги ангелочка розы, я села на корточки напротив него и посмотрела в его мраморные глазки, представив, что передо мной Хйун. Скажете, что это странно, но в месте, где живой и потусторонний мир сливаются воедино, может быть все. - Здравствуйте, - стараясь не нарушать священную тишину, сказала я. Конечно же, ответа не последовало. - Ох, как же глупо я, наверное, выгляжу сейчас со стороны, - пробормотав это, я тут же обвела взглядом территорию. Никого. - Хотя, тут только я одна, поэтому все в порядке, - я еле заметно улыбнулась. - Знаете, мне так Вас не хватает... Я так скучаю. Я... Простите, это все из-за меня. Если бы я тогда пришла, Вам бы не было так плохо... Простите. Мне так грустно, когда понимаю, что Вас больше нет, - мои глаза заслезились. - Ох, так хочется много всего сказать, но слова не идут, - я еле слышно усмехнулась. - Я так хочу Вас услышать, я т... - Анна,' - мой нескончаемый поток слов оборвался, когда за моей спиной раздался женский голос. Голос Трэй. С тяжелым вздохом я обреченно закрыла глаза, а через несколько секунд, повернувшись к девушке, посмотрела на нее. - О, Трэй, а я уже решила, что ты передумала,' - я не смогла скрыть разочарование в голосе. - Я немного задержалась, извини,' - подойдя ко мне, сказала она. - Ты уже все?' - Почти. Ты иди, я сейчас.' - Хорошо.' - Трэй вышла на лесенку. *** - Ты извини, у меня времени практически не осталось. Скажи, что ты хотела?' - спускаясь с холма, спросила я. - Оу, да, конечно,' - протараторила она. - Ты извини...за вчерашнее.' - Что?' - что-что, а слов извинения я от нее никак не ожидала. Мы остановились. Трэй явно старалась подобрать слова. А я надеялась, что это не очередная ложь. Внимательно разглядывая девушку я пыталась понять, врет она или нет. Но ни один мускул на ее лице не дрогнул. - Я не шучу. Я правда чувствую себя виноватой из-за того, что ты увидела нас вчера,' - либо Трэй правда раскаивалась, либо она - очень хорошая актриса. - Знаешь, ты, вроде, хотела мне вчера что-то показать, пригласила в ту комнату, но в ней я ничего примечательного, кроме холода, не нашла, зато поцелуй ваш увидела,' - я боялась снова поверить, поэтому мой голос стал грубым. - Из всего этого я могу сделать вывод, что ты специально это подстроила.' - Нет. Ты все неправильно поняла,' - она замахала руками. - Правда. Поверь мне. Я не хотела, чтобы так получилось!' - Трэй, пойми, я не хочу верить. Я согласилась с тобой встретиться не для того, чтобы слушать твои извинения. И если это все, что ты хотела мне сказать, то я, пожалуй, пойд...' - Кюхен просто ужасен!' - неожиданно произнесла она, я аж оторопела. - Он не должен был с тобой так поступать. Я понимаю, тебе больно, вы же встречались, как-никак, а потом он сказал, что любит меня и... Это жестоко по отношению к тебе. А тут еще и наш поцелуй вчера,' - я только хотела спросить, откуда она знает, но Трэй не дала мне даже рта открыть. - Вчера в бане я еще не знала, что ты любишь Кюхена, правда. Я об этом только вечером узнала, оппа рассказал. Он вчера, после того, как поцеловал меня, побежал за тобой, чтобы извиниться, а когда, не найдя тебя, вернулся, сказал, что из-за любви ко мне, разбил тебе сердце и...' - я жестом попросила ее остановиться, так как один факт из ее речи смутил. - Подожди, Кюхен нашел меня вчера,' - неуверенно произнесла я. - А мне сказал, что нет,' - пробормотала она. - Он извинился?' - Нет, он вообщ...' - Как это?' - удивилась она, перебив меня. - Я поговорю с ним сегодня, когда домой вернется.' - Домой?' - Мы на прошлой неделе съехались,' - радостно произнесла она. - Ой, тебе, наверное, не приятно слышать об этом, тем более это он предложил и...' Больше я не слышала, о чем говорила девушка. Я просто перестала воспринимать информацию. В голове проносились слова Трэй: "Он сказал, что любит меня...", "Поцеловал меня...", "Из-за любви ко мне, разбил тебе сердце...", "Тем более это он предложил...", "Оппа рассказал...". "Он рассказал. Рассказал все Трэй. Какой ужас... Боже, скажи, прошу, скажи, что это все ложь! Я не могу больше! Я запуталась... Зачем я вообще согласилась на эту встречу? Надо было положить трубку и все. Но нет..." -...и я не хочу терять из-за этого подругу.' Трэй обняла меня, тем самым заставив "проснуться". Сделала она это настолько аккуратно, как будто знала, что со мной. Я находилась в каком-то ступоре, пытаясь понять, что происходит. Выпутаться из ее объятий у меня не получилось, так как она сильнее прижала меня к своей груди и стала гладить по спине. - Ты хорошая девушка,' - вдруг очень тихо начала она, - добрая, милая. И знаешь что?' - Что?' - Именно из-за этого я тебя...' - она сделала небольшую паузу, - ...ненавижу!' - прошипела Трэй и с силой сдавила мне ребра. Крик, полный отчаянья пролетел по всей территории кладбища, эхом разносясь по лесу. Было настолько больно, что казалось, что в меня медленно вонзали тупые ножи. Ноги перестали держать, и Трэй отпустила меня. Я упала на колени, больно ударившись о камень, и схватилась за грудь. - З-зачем?' - дрожащим голосом прошептала я. - Зачем?!' - она залилась истерическим смехом, от которого стало не по себе. - Зачем?!' - снова повторила Трэй. - Затем, что это из-за тебя Кюхен отказался от меня! Что это из-за тебя меня хотят лишить работы! Что Кюхен любит тебя, а не меня!' - Я-я не понимаю. Ты...ты же только ч-что сказала, что...' - мне было очень тяжело говорить. - Ты тупая, как пробка,' - хмыкнула она, - два сапога - пара. Один не видит ничего, другая - не хочет видеть. Но мне это только на руку. Когда ты исчезнешь, все встанет на свои места,' - она развернулась и направилась в сторону леса. - Знаешь?..' - неожиданно для себя начала говорить я, и девушка остановилась. - Не вини меня во всех своих бедах,' - собрав все свои силы, я встала с колен. - Кюхен - человек ответственный, и он знает, что делает, поэтому если...ах,' - дышать практически невозможно, - ...если он отказался от тебя... Ты сделала что-то, что заставило его поступить так. Если тебя хотят лишить работы, значит ты их не устраиваешь,' - я сделала еще один глубокий вдох, так как воздуха практически не хватало. - Я знаю директора, он никогда не оценивает субъективно и не принимает спонтанные решения. Тем более я в делах к-компании не принимаю участие,' - я оперлась на крест, который был ближе всего к дорожке. - И если Кюхен, как ты говоришь, любит меня, значит ты - не тот человек, который ему нужен. Я права? Хотя да, я права, по твоим глазам вижу.' Девушка буквально кипела, когда я говорила ей все это. Губы ее были сжаты в тонкую полоску, а руки - в кулаки. Я знала, что попала в самую точку, так как еще чуть-чуть и Трэй бы взорвалась. Хотя это и так произошло, стоило мне закончить свою речь. - Ах, ты, мразь!' - закричала она и, подлетев ко мне, подарила звонкую пощечину. Я не удержалась и снова упала. Щека горела, перед глазами закружились звездочки, а в ушах звон от сильного удара. Трэй ушла. Я слышала ее удаляющиеся шаги. Снова медленно, держась за этот несчастный крест, я стала подниматься. Боль была просто невыносимой, что не передать словами. Делая небольшие шаги, я двигалась в сторону ворот. Да, до них было далеко, но другого выбора у меня не было. Снова оказавшись в лесу, я почувствовала, что сознание медленно начало покидать меня. Я часто дышала, так как сделать полноценный глубокий вдох было физически невозможно. Вдох - боль, выдох - боль. Перед глазами все плыло, ноги практически не передвигались, меня заносило, как последнего пьяницу. И как назло на кладбище - ни души. Может, кто-то все же и был, но явно не там, где сейчас шла я. Спустя некоторое время я, запутавшись в своих ногах, повалилась на землю. После нескольких неудачных попыток подняться, я прижала колени к груди, чтобы боль не была такой невыносимо-тянущей. - Все в порядке, это не смертельно, нет... Сейчас просто рано...просто рано. Тебя найдут, - шептала я себе. - Боже, как больно! Я зажмурилась и через несколько секунд уже не чувствовала ничего. Меня окутала темнота. POV Кюхен. "Я вас больше никогда не увижу...". "Я уже буду на пути домой...". "Прошу, простите меня!"... Это письмо крутилось у меня в голове, не переставая. Да, я знал, что в скором времени она должна была бы вернуться домой, но думал...надеялся, что еще увижусь с ней. Я не верил, точнее, не хотел верить, что все закончилось. Даже сейчас, вместо того, чтобы спокойно завалиться в первый попавшийся бар и с горя, извините автора, нажраться до беспамятства (хотя нет, алкоголиком стану, если буду набираться до такой степени в священном месте любителей всего спиртного), я на всех парах мчался к директору домой. Где-то, глубоко в сердце, затаилась маленькая надежда на то, что произошла ошибка, и девушка все еще здесь. Но, конечно же, я себя просто обманывал. Стоя на очередном светофоре и чувствуя, что он тупо издевается надо мной, показывая мне свой красный свет, я схватил телефон и стал искать в контактах номер директора. Но позвонить я не успел, меня опередил входящий звонок от госпожи Тани. - Кюх... - Скажите, она правда уехала? - не дав женщине даже слова сказать, выпалил я. - Пожалуйста, не молчите! - Уф, ты получил письмо, - директор облегченно выдохнула. - Нет, она еще не уехала. - "Еще" не уехала? - Сегодня в обед у нее самолет. Но сейчас не об этом, - голос у госпожи Тани был взволнованный. - Что случилось? - Несколько часов назад она поехала на кладбище, чтобы навестить женщину из хосписа, которая умерла недавно. Перед этим ей кто-то звонил, Анна сказала, что человек просто ошибся номером, но я не уверена, что это так. А сейчас у нее не доступен телефон, и...и она не позвонила мне, как обещала. Ох, надо было не слушать ее и отправлять с водителем, а не на такси... - Вы только не волнуйтесь, я уже еду туда. У нее, наверное, просто телефон разрядился. Если она вернется домой раньше, позвоните, хорошо? - постарался я ее успокоить. - Хорошо. - Спасибо, - сказал я и положил трубку. Я, примерно, догадался, кто звонил Анне утром. И если моя догадка верна, то все не очень хорошо, поэтому я развернулся и помчался за город. *** Подъезжая к кладбищу я увидел девушку, которая садилась в такси. И это была именно та девица, которую я совершенно не хотел видеть здесь. Тревога поселилась в моем сердце, ведь Трэй не могла просто поговорить и уйти. Остановив машину, я побежал искать Анну. Внимательно смотрел по сторонам, надеясь увидеть знакомую фигуру. Но ее нигде не было, пока я... Какие только мысли не успели посетить мою голову, когда после очередного поворота я остановился и пригляделся. Вдалеке, где расступались деревья, открывая вид на холмы, возле небольшого креста лежала девушка. Я сразу узнал в ней Анну. Мое сердце готово было остановиться, когда я понял, что это она. Я буквально летел, сокращая между нами ужасно большое расстояние, боясь представить худшее. - Анна!' - я упал рядом с девушкой на колени и приподнял ее голову. С души как будто камень упал, она дышала, тяжело и часто, но все же дышала. - Анна, милая моя, прошу, очнись!' - лицо ее было бледное, а на щеках мокрые дорожки от слез. "Господи, что эта тварь с ней сделала?" Не медля, я поднял девушку на руки и понес в машину. Анна дрожащими руками взяла мою футболку. Очнулась. Я вздохнул, чувствуя, как часть волнения отступила. - Б-больно...' - прошептала она. - Прости,' - я ослабил хватку, - потерпи немного.' - Кюхен,' - девушка крепче прижалась ко мне. - Да, я здесь, я с тобой.' - Кюхен,' - я почувствовал ее слезы. Слезы боли или же слезы радости, что вряд ли. Хотя какая разница, ведь она плакала! А я не хотел, чтобы этот ребенок плакал, потому что я люблю ее. Спустя некоторое время кое-как открыв дверь переднего пассажирского сиденья, я посадил Анну в машину. Знаю, надо было поторопиться, но я все же чуточку помедлил и позволил себе кое-что. Я нагнулся и, легонько дотронувшись ладонью до ее щеки, поцеловал девушку в лоб. Мимолетное касание, но его хватило, чтобы все внутри меня снова запылало. Я аккуратно захлопнул дверь, и уже через минуту мы возвращались в город. Уже в больнице, когда Анну забрали, я позвонил госпоже Тане и сказал, где мы. Зря я, конечно, это сделал, так как первая реакция женщины была не очень адекватной, я даже подумал, что она готова отправиться в мир иной. Но после того, как директор забрал у своей жены телефон, во время разговора с ним на заднем плане послышался спокойный и достаточно серьезный голос Госпожи. Она сказала, что приедет в больницу, а потом стала что-то говорить по-русски, из чего я услышал все, но, конечно же, не понял ничего. - Господин Чо? - доктор вышел в коридор. - Здравствуйте! - я поклонился. - Как она? И что с ней? - Сейчас с ней все хорошо. Мы дали ей обезболивающие, поэтому она спит, - мужчина улыбнулся, но потом снова стал серьезным. - Вы, наверное, должны знать, как долго срастаются ребра. Три недели - это слишком маленький срок для полного восстановления, тем более, если прошло всего пять дней после выписки... - Прошу прощения, что перебиваю, но о какой выписке Вы сейчас говорите? - Я говорю о выписке госпожи Анны из больницы меньше недели назад, - доктор увидел мое замешательство. - Думал, Вы знаете. Ваши друзья ее практически каждый день навещали. - Как она попала сюда? - Сердечный приступ, - мои глаза расширились от ужаса, - в последствии авария, а результат - несильное сотрясение мозга и перелом трех ребер, - я почувствовал подступающую тошноту. - А сейчас что с ней? - Смещение одного из сломанных ребер. Это могло произойти от сильного удара или под большим давлением, но мы точно не знаем, так как Госпожа не захотела говорить. - Ясно. Спасибо огромное! - я поклонился в знак благодарности. - Я... Можно сейчас к ней? - Присматривайте за ней, она ведь так молода, - он снова улыбнулся. - Да, уже можно. А, и, пожалуйста, когда придут ее родители, пусть они зайдут ко мне. - Хорошо, - я подошел к палате и остановился. - Доктор, кхм, а когда это произошло? Ну, авария. - Чуть меньше трех недель назад, - повторил мужчина и ушел. От услышанного я так и замер, сжимая дверную ручку. "Три недели. Три недели... Тогда была конференция! В тот день Анна ушла вся в слезах, и больше я ее не видел, пока несколько дней назад... Господи, как я мог не заметить?.. Как? Это же было настолько очевидно. То, как она практически все время держалась за грудь. То, как она шипела, когда я попытался помочь ей вчера подняться, как закричала, когда Трэй обняла ее в зале. А если посмотреть еще раньше... О, ужас!" Когда я понял, что чуть не потерял свою девочку, и все из-за своей же ошибки, мне стало плохо, по-настоящему плохо. На ватных ногах я зашел в палату и, аккуратно закрыв дверь, опустился на корточки. Дрожащими пальцами я впился в свое лицо, затем, тяжело вздохнув, положил руки на затылок и больно сжал пряди своих волос. Эта легкая физическая боль ненадолго заглушила мои переживания. Было невыносимо тяжело и больно. Да я просто право не имел на то, чтобы получить ее прощение, тем более быть с ней! Я дал себе четкую установку - если она попросит уйти, я уйду без возражений. Но сейчас... Я поднялся и подошел к девушке. Она спала. На ее лице не было ни малейшего намека на то, что ее мучила боль. Только спокойствие и умиротворенность. Я сел около кушетки и, взяв руку любимой, поцеловал ей каждый пальчик, а потом крепко сжал ее ладошку в своей. "Не пущу", - пронеслось у меня в голове, это твердило сердце. - "Придется..." - а это - разум. Я опустил голову на руку, которую положил на кушетку рядом с ногами девушки, а пальцами второй руки стал поглаживать тыльную сторону ее ладони. Прошло минут пятнадцать, а может и все тридцать. Так приятно находится рядом с ней, даже если мы и были в больнице. Пока она спала, я представил себе, что все в порядке, что не было никакой конференции, что Трэй так и оставалась примерной трейни, мечтающей о дебюте. Представил себе, что в тот день, увидев Анну с незнакомым мне молодым человеком, я ничего не подумал и остался ждать ее у входа в кафе. Что не взбесился, когда вернулся домой со съемок. Что не ушел тогда, на следующий день, когда госпожа Таня позвала нас к себе на обед, а тот парень тоже был там. Что не... Но это реальность. Самая, что ни на есть, реальность. И в этой реальности целиком и полностью был виноват я. Рука под моей ладонью неожиданно дрогнула, и я резко выпрямился, сжимая ее. Анна зажмурилась, а потом, открыв глаза, посмотрела на меня. Ее взгляд был полон удивления, как будто она не ожидала меня здесь увидеть. - Кюхен,' - прошептала она и посмотрела на мою ладонь, я ее сразу же отпустил, - что ты тут делаешь?' Да, это реальность... - Я привез тебя сюда... Как ты себя чувствуешь?' - Нормально,' - еле слышно сказала она и отвернулась к окну. - Спасибо.' Наступила тишина. Мне не нравилось, что она молчала, но и сам сказать ничего не мог. Вместо этого я снова взял ее ладонь и дотронулся до нее губами. - Уйди, пожалуйста,' - ее тихий голос звучал серьезно. Мое сердце пропустило удар. Кажется, я соврал... POV Анна. Боли не было, ни в груди, ни в сердце, вообще нигде. Даже, можно сказать, одна пустота внутри. Тело как будто онемело, единственное, что чувствовалось, так это тепло, которое дарила мне чья-то ладонь. Сначала мне показалось, что это моя мама, но у нее ручки намного меньше. Такие же и у Тани, про которую я подумала следом. Вариант, что это мог быть мой дядя, тоже отлетел, так как он обычно гладит по голове, да и руки у него погрубее, чем эти. Хотелось уже побыстрее взглянуть на человека, который в данный момент находился рядом со мной, но лекарства давали о себе знать. Немного помучившись, я все-таки открыла глаза. И первое чувство, которое меня настигло - это шок. Я не ожидала его. Нет, ну, можно было предположить и все такое, но... Он не должен был быть сейчас здесь! Он должен был быть где угодно, хоть дома, хоть в SM, хоть на каком-нибудь мероприятии, но не здесь. "Откуда он узнал?" - Кюхен,' - любимое имя сорвалось с губ, и я перевела взгляд на руку. Парень тут же ее отпустил, тепло пропало, - что ты тут делаешь?' - Я привез тебя сюда...' - после недолгого молчания ответил он. - Как ты себя чувствуешь?' - Нормально. Спасибо.' И вновь тишина. Я смотрела в окно, пытаясь понять, откуда Кюхен узнал, где меня найти. На ум приходило только одно - ему сказала тетя, другого варианта просто не было, так как Трэй это даром не нужно. На Таню я не обижалась, может быть была даже благодарна, но... Так тяжело... Даже зная то, что он меня любит, что отказался от Трэй, мне было как-то плохо. Вдруг Кюхен снова взял мою руку и поцеловал ее. Его губы такие мягкие чуть суховатые. Сразу же вспомнились наши поцелуи и прикосновения. Воспоминания стали пожирать меня изнутри и заставили сказать то, что я совершенно не хотела говорить любимому человеку. - Уйди, пожалуйста.' "Вот они, те слова, произнеся которые, ты разрушила все. Именно этого ты хотела?" - тихо и немного с издевкой сказал мне внутренний голос. Прошла ровно секунда, и моя рука снова почувствовала холод. По щеке побежала одинокая слезинка, говоря, что для своего сердца я сама вырыла могилу. Я продолжала смотреть в окно, ожидая хлопок двери, который убьет во мне все. И вот по палате раздались шаги, только не совсем отдаляющиеся... Кюхен обошел кровать и встал передо мной, закрывая собой большую часть окна. - Нет, я не уйду!' - твердо заявил он и погладил меня по щеке, стирая слезы. - Только, если ты не скажешь, что не любишь меня и никогда меня не любила. И что теперь ненавидишь за то, что из-за меня ты снова оказалась здесь.' "Откуда он?.. А, больница." - Я не могу...' - шептала я. - Кюхен, я не могу так больше. Вокруг все лгут. Я, кроме как родителям, никому не хочу верить.' - Милая, это тут причем?' - При том, что, если я снова скажу правду, меня обманут.' - Кто?' - Ты...' - я закрыла лицо руками, боясь увидеть его глаза полные гнева. - Почему ты так решила?' - но его голос был спокоен. - Потому что я люблю тебя. И всегда тебя любила. И в том, что тогда и сейчас попала в больницу, виновата только я,' - и снова слезы, нескончаемый поток слез. - Глупенькая,' - парень аккуратно убрал мои руки с лица и нежно поцеловал в щеку, - я, конечно, плохо понял твою логику, но одно я могу сказать точно. Я никогда тебя больше не обману. Я люблю только тебя! Все, что было с Трэй, прошу, забудь, как страшный сон. Даже если мы и были с ней вместе, каждый день, клянусь, я думал только о тебе. И еще, - Кю поцеловал другую щеку, - прости меня за все. За то, что тогда не поверил тебе. За то, что ты увидела то признание. За то, что, если бы ни я, то ты так и продолжала бы улыбаться. Знаю, что веду себя эгоистично, да и вообще некоторое время назад точно для себя решил, что если ты попросишь уйти, я уйду, но, видимо, я солгал самому себе. Просто не смогу даже на шаг от тебя отодвинуться. Скажи, я могу надеется на твое прощение?' - Можешь,' - меня неожиданно накрыло давно забытое чувство - стеснение. Не сказав ни слова, Кюхен снова наклонился ко мне и поцеловал. Так чувствительно и легко, еле касаясь моих губ, заставляя вспомнить всю ту нежность, которую он дарил мне первые месяцы лета. Сильное обезболивающее давало волю моим действием, поэтому я, совершенно не чувствуя боли, спокойно притянула Кюхена ближе. - Так, как это? Значит, ты нам тоже не веришь?!' - дверь распахнулась, и в палату влетела толпа парней во главе с вопящим Хеком. Но это ничего не изменило. Кюхен как целовал меня, так и продолжал целовать. Я пыталась его оттолкнуть, так как смущение накрыло меня с такой силой, что казалось, что краска из ушей польется, но он взял меня за запястья и не позволял мне сделать это. - Хекджэ, я же тебе говорил, что они заняты!* - ворчал Сонмин. - Нет, ну, ты это слышал?* - продолжал возмущаться Ынхек. - Я уже ждать не мог!* Кю неожиданно отпустил одну мою руку, и вдруг я услышала глухой стук и визг Хекджэ, а потом замечания мед сестры о том, что они находятся в больнице, и извиняющиеся голоса Мина и Реука, но это уже было в коридоре за закрытой дверью. Макнэ захихикал мне в губы и наконец-то оторвался от них. - И что на этот раз полетело в Хека?' - прищурившись, поинтересовалась я. - Телефон, что ж еще?' - он пожал плечами. - И не жалко?' - А это все тот же,' - Кю улыбнулся, - он выжил после прошлого раза,' - я засмеялась, вспомнив случай в студии. - Бедный телефон, недолго ему после таких полетов осталось жить. Кстати, откуда они узнали?' - Они мне раз двадцать позвонили, когда я привез тебя сюда.' - Нам тоже,' - дверь снова открылась и зашли дядя с тетей. - Солнце мое, я вот тебе слово даю, когда тебя домой отпустят, сама лично, этими же руками, задушу тебя! Не пугай меня так больше, пожалуйста, - Таня подошла ко мне и поцеловала в лоб. - Я ей помогу, - добавил Антон и засмеялся. - Простите. Больше не буду, обещаю. - Директор, Вас доктор попросил зайти к нему,* - сказал Кю. - Хорошо. Спасибо тебе большое!* - Таня подошла к двери. - Не пускай этих оболтусов сюда, а то там наша обезьянка чуть ли истерику не закатила,* - Антон поднял телефон и кинул его Кюхену. - Это твое.* - Спасибо,* - Кю поймал телефон. - Тебе спасибо.* Анюта, мы скоро вернемся, - Антон открыл дверь, и они с Таней вышли. Мы с Кюхеном снова оказались наедине. Невольно засмотревшись на него, я потянула руку к его лицу. Он перехватил мою ладонь и, закрыв глаза, прижал ее к своей щеке. "Такой красивый," - пронеслось у меня в голове. - "Мой, только мой!" - Я люблю тебя!* - прошептал Кю по-корейски. - Я люблю тебя! - сказала я по-русски. Мое сердце скакало по грудной клетке в бешеном победном танце. Мозги, наконец, сдались. Слова Кюхена звучали настолько искренне, что не поверить в них было бы ужасной глупо. Я боялась даже представить, что было бы, если Кю послушал меня и ушел. Но зачем же думать о плохом? Чувства, которые переполняли меня с ног до головы, просто не передать словами. Я была поистине счастлива. *** Вечером этого же дня меня отпустили домой. Перед ребятами, в особенности перед Хеком, я извинилась за неправильно подобранные слова. Но Super Junior не были бы Super Junior, если бы не простили меня сразу, сказав, что все понимают, "да и вообще, Хекки у нас слишком впечатлительный", - это были слова Донхэ. Спросите, а как же самолет? Таня позвонила и перенесла его. Только вот не на следующий день, как должно было быть, а в этот же день, только через неделю, аргументировав это тем, что мне надо пройти обследование в больнице, так как уже прошло около трех недель после аварии. Ребята были, конечно, счастливы, но вот меня совесть грызла, хотя, в конечном итоге, мне позвонила мама и сказала, что предупредила в школе, что я задержусь. Всю эту неделю я провела с ребятами. Куда они меня только не сводили, что они мне только не показали. Все, что тогда Трэй перечисляла перед репетиционным залом, чтобы хоть куда-нибудь вытащить нас с Кюхеном и Сонмином - все мы посетили. Кстати, о Трэй. Про нее я так ничего и не слышала, ну, только то, что после случая на кладбище она лишилась работы. И что в этом поспособствовал Антон. Поэтому меня также стало грызть чувство вины. Хотя Джуниоры не позволяли мне даже думать об этом. Как оказалось, в день моего отлета не все ребята смогут меня проводить, так как сабгруппа "М" улетит в Китай. Поэтому последний день перед их отлетом мы провели с Кюхеном наедине. - Поверить не могу, что уже все закончилось,' - еле слышно сказала я, когда поздно вечером мы стояли с ним на том же месте, что пару месяцев назад, на берегу реки Хан. - Но мы же не на всегда расстаемся,' - Кюхен обнял меня со спины и, положив голову на мое плечо, поцеловал меня в щеку. - Но все равно долго,' - я "надулась" и повернула голову в сторону лица Кю. - Тебе только так кажется. Не заметишь, как время пролетит, и мы снова будем стоять тут,' - он улыбнулся и легонько чмокнул меня в губы. - Ты прав.' Я люблю тебя! - сказала я по-русски. - Я всегда прав.' Я люблю тебя!* - сказал он по-корейски и впился в мои губы настоящим поцелуем. Да, я по-настоящему счастлива. Конец. ____________________________________________ От автора: надеюсь, дорогие мои читатели, вы не устали читать эту главу)) Ваш автор настолько привязался ко всем персонажам, что специально тянул резину и не выкладывал главу до последнего, хе-хе. Но на самом деле у меня просто не было времени, простите. Штормовое предупреждение и отмена занятий помогли мне дописать. Как и все авторы я хочу поблагодарить в первую очередь своего соавтора, LiA Kim, за то, что все лето помогала мне в написании POV Кюхена. Хочу поблагодарить читателей, которые с самого начала поддерживали меня и оставляли отзывы, чем придавали мне энтузиазма. Также хочу сказать спасибо тем читателям, которые начали читать мою работу относительно недавно, не испугавшись такого большого размера фанфика. Ну, и наконец, Маша, спасибо тебе огромное за то, что, не увлекаясь всей этой ахинеей, читала мой фанфик и поддерживала меня. Всем большое, просто ОГРОМНОЕ спасибо!!! Надеюсь, вы будете также поддерживать меня в моих следующих работах))) С уважением, ваша Аня:)