Играя солнечными лучами

А знаешь, всё ещё будет! Южный ветер ещё подует, и весну ещё наколдует, и память перелистает, и встретиться нас заставит, и ещё меня на рассвете губы твои разбудят. Понимаешь, всё ещё будет! В сто концов убегают рельсы, самолеты уходят в рейсы, корабли снимаются с якоря... Если б помнили это люди, чаще думали бы о чуде, реже бы люди плакали. Счастье - что онo? Та же птица: упустишь - и не поймаешь. А в клетке ему томиться тоже ведь не годится, трудно с ним, понимаешь? Я его не запру безжалостно, крыльев не искалечу. Улетаешь? Лети, пожалуйста... Знаешь, как отпразднуем Встречу! (Вероника Тушнова 1948г.)

      Солнце не спеша поднимается над горизонтом, любовно лаская утренними лучами сонные улицы Магнолии, пробуждая их, готовя к сегодняшнему дню, что предвещает новые приключения, знакомства и свершения. Если задуматься, то каждый день может стать началом чего-то большего: началом новой жизни, началом дружбы, началом любви... Стоит лишь сильно захотеть, взять себя в руки, и всё кардинально изменится; мир перевернётся с ног на голову, приобретая яркие краски, становясь ещё красивее и невероятнее, как снаружи, так и внутри.       Однако же, даже несмотря на желание что-нибудь поменять, судьба сама может подкинуть несколько неожиданных сюрпризов, что совершенно сбивает с толку, ведь никто не в состоянии предсказать, где и когда они проявят себя. - Ва-а-а...       Люси, протирая глаза спросонья, зевнула и сладко потянулась, разводя руки в разные стороны, прогибаясь в спине. Попытавшись открыть один глаз, ей прямо в него устремились солнечные лучи, проходящие сквозь прозрачные занавески, заставляя неприятно зажмуриться от света и вновь спрятаться под одеялом. Она снова всю ночь писала свой роман, поэтому вылезать из такой теплой и уютной кровати у неё не было никакого желания. - Ну вот опять вставать, - заворчала девушка и громко добавила, проводя рукой под одеялом, - Нацу, Шаверма, поднимайте свои...       Но никого там не найдя, она удивленно вздохнула и нехотя сама вылезла из кровати. Видимо, магическое стекло Леви действительно огнеупорное, раз эти двое, наконец, решили остаться ночевать у себя дома. - Ну и слава Богу, что их нет, - неразборчиво пробубнила про себя Люси, - хоть нормально выспалась в кои-то веки!       Пускай она и сказала это, её всё равно мучила обида на Нацу и Хэппи из-за того, что они не пришли её навестить, как обычно, и не потому что Люси скучала, нет-нет, а потому что она к ним привыкла за всё время. Они ведь всегда рядом независимо от того, хочет блондинка этого или нет.       "Плевать на стекло, но они же могли войти через дверь, как нормальные люди," - подумала Хартфилия, хмуря брови, но потом одернула себя - "Да что я вообще об этом думаю! Хорошо же должно быть без них!"       И правда, в квартире тихо и спокойно, никто ничего не ломает, не разбрасывает, не опустошает холодильник - просто идеально же! Что ещё Хартфилии для счастья нужно?!       Люси, поймав в голове эту мысль, ободрительно улыбнулась, а потом, приведя себя в порядок: умывшись, причесавшись, одевшись, как всегда, - она вышла из дома и направилась в сторону самой безбашенной гильдии этого города. - Доброе утро, красавица! - крикнули ей с лодок рыбаки. - И вам того же!       На улице было, на удивление, тепло, хоть это только начало мая. Нежный ветерок легко, словно перышко, коснулся лица девушки и запутался в блондинистых волосах. Она неприятно поморщила носик и, продолжая идти вперед, о чём-то задумалась:       "Хмм... Что же мне сегодня приготовить? Может быть, что-нибудь необычное? Как насчёт цыплёнка или пасты? Нет, Нацу вроде тунца просил, да и Хэппи рыбу больше любит, ему надо будет сырую отдельно ставить... Ох чёрт, Мира права! Мне нужен парень, а то всю жизнь эту парочку обслуживать буду, и я, кстати, их ещё не простила. Так, парень нужен-то - нужен, а вот где достать - хороший вопрос. А может того... Леви попрошу мне его сделать. Ну, а что? Не записками же мне дома обклеивать: "Разыскивается молодой человек! Особые приметы: красивый, начитанный и обходительный. Возраст: от восемнадцати до тридцати лет. Оплата наличными." Дожили, блин! Всё же надо что-то менять - сегодня пойду и приглашу какого-нибудь красавчика в кафе. Макаров знает, может, это окажется тот самый принц на белом коне. Ни пуха мне ни пера!"       Люси остановилась посреди улицы и, на мгновение закрыв глаза, с наслаждением вдохнула свежий воздух. - М-мама! - услышала она отдалённо, - Мамочка! - детский голос стал громче, - Мама, иди ко мне!       Заклинательница духов резко открыла глаза, а потом обернулась на источник голоса и тут же почувствовала столкновение: кто-то обнял её за ноги, лицом упираясь в живот. Девушка застыла в ступоре, не зная, что делать дальше, и простояла так несколько секунд, за которые "кто-то" крепко сжимал её в объятиях и периодически всхлипывал. Придя в себя, Люси посмотрела вниз: - Милая, что случилось? - как можно ласковее спросила она, когда увидела маленькую девочку с двумя светлыми хвостиками.       "Она назвала меня мамой? Почему...Ой, ладно, без разницы уже! Обозналась, наверное!"       Та от вопроса невольно вздрогнула и подняла свои серо-зелёные глаза на Люси. - Я...Я-я это...того...п-потеля...лась... - Потерялась? - Д-да, - запинаясь, ответила она и вновь всхлипнула, - Я не могу н-найти папу с м-мамой.       Хартфилия занервничала, смотря на девочку, готовую вот-вот разразиться горькими слезами, и начала усиленно думать о том, кто её родители и где они могли бы быть. - А как твоих маму с папой зовут? - Я п-по имени их не з-з-зову! - Они состоят в гильдии? - Не з-знаю...       "Просто здорово!" - А ты не помнишь, где последний раз их видела? - Д-дома, - как-то неуверенно ответила девочка. - Ну вот и хорошо! Значит, пойдём к тебе домой, может быть, они ещё там.       Люси оптимистично улыбнулась и подняла большой палец верх, но этот по идеи ободряющий жест подействовал как-то неправильно, и малышка, вместо того, чтобы улыбнуться в ответ, громко заплакала.       "О Боже! Что я опять сделала не так?" - Я...не з-знаю, г-г-где он, - еле выговорила она сквозь пелену слёз, - и к-как велнуться облатно. - Всё-всё, дорогая, успокойся, всё нормально! Я что-нибудь придумаю, я ведь из гильдии "Хвост феи", а, значит, мы найдём выход из положения всегда, - попыталась утешить девочку заклинательница, и у неё получилось: та перестала плакать, - А сейчас давай лучше пойдём и- - Я хочу есть, - неожиданно перебила Хартфилию девочка, напрочь позабыв про слёзы, - в это влемя я всегда ем.       "Что!?" - Эээ... Ладно, - согласилась Люси.       "Можно, конечно, пойти в гильдию. Мира что-нибудь приготовит девочке, да и я заодно поем, а потом сразу оттуда к Джейсону: он то точно должен знать, нет ли объявлений о розыске малышки. Хотя, нет, от гильдии до Джейсона слишком далеко. Наверное, проще будет, если мы зайдём не в гильдию, а ко мне домой. Тем более, Нацу с Хэппи, скорее всего, в гильдии. Всё-таки лучше не пойдём туда, а то они ещё за нами увяжутся. Не дай Бог! Я их ещё не простила!" - С вами всё в полядке? Вы что-то зависли... - Ой, всё хорошо, ээм... - замялась девушка.       "Макаровы подштанники, как её зовут?! Я ведь даже не спросила!" - корила себя за невнимательность заклинательница духов, - "Молодец!" - Я Лейла, кстати, - видя замешательство Хартфилии, сказала девочка, - А вас как зовут?       "Лейла? Такое же имя, как и у мамы!" - Приятно познакомиться, Лейла, - дружелюбно ответила волшебница и, взяв девочку за ручку, повела её в сторону своего дома, - Меня зовут Люси, и сейчас мы пойдём кушать.       От слова "кушать" девочка тут же обрадовалась и поскакала в припрыжку чуть ли не быстрее самой Люси. А та почувствовала странное déjà-vu: слишком Лейла в тот момент была на кое-кого похожа. Но откинув куда подальше это непонятное чувство, она продолжила идти вперёд.       "Какая же у неё маленькая мягкая ручка! Её ладонь почти в два раза меньше моей!" - Лейла, а сколько тебе лет? - решилась, наконец, задать мучивший её вопрос Люси. - Я уже совсем взлослая, тётя Люси! Мне целых пять лет, - гордо сказала она и, ещё выше задрав нос, добавила, - С половиной! - Правда? - Агась, плавда! Хотя папа с блатиком часто называют меня "малюткой", но они плосто ничего не понимают! - сказала она, - Мальчики вообще ничего понимают!       Люси, прикрыв рот ладонью, из-за всех сил старалась не засмеяться в голос. "Если задуматься, то она права!" - подумала заклинательница, вспомнив одного придурка. - У тебя есть брат? - Не только блатик, но и сестлёнка, - ответила Лейла, - А когда мы плийдём? Я хочу кушать! - Да вот, считай, мы уже пришли - осталось всего совсем чуть-чуть, - мягко сказала волшебница, подходя к своему дому, - Ты мне лучше расскажи про твоего брата и сестру. Может, мы сможем их найти, а они отведут тебя к маме и папе.       Лейла сначала недовольно надула щёки, показывая то, что она не хочет ничего говорить, пока не поест, но спустя несколько секунд она всё же передумала и начала рассказывать: - Ну, Нэш очень сильный и умный: он читает много книжек и иногда пишет ломаны, как он говолит. Я не знаю, что это такое, но это, навелное, что-то умное. Когда я стану ещё взлослее, я тоже буду их писать. А сетлёнка Луна не такая, как блатик, потому что часто делётся с папой и Штолмом, - сказала она, - Мама говолит, что сестлёнка вся в папу, а я и блатик больше похожи на неё. А папа головит маме: "Ну и слава Богу, что так!"       "Господи, как же мне нравятся их имена!"       Пока Лейла говорила, Люси уже успела отворить дверь прихожей. - Вот мы и пришли! Располагайся и чувствуй себя, как дома, - проводила Хатфилия девочку в гостиную и, приглашающе хлопая ладошкой по дивану, сказала, - Посиди здесь, а я пока что-нибудь приготовлю. - Холошо, тётя Люси, но только быстлее!       Люси тут же упорхала на кухню и, не долго подумав, взяла сковородку в руки. Яичница - это, конечно, далеко не самое лучшее блюдо на свете, но сейчас пойдёт. Хартфилия налила подсолнечного масла на сковороду, разбила два яйца и засекла время.       "Хмм... Нэш, Луна и Лейла - как же классно звучит! Эх, если у меня будут де-е-е... Тьфу ты! О чём я только думаю! После того, как Лейла поест, надо будет идти к Джейсону; мне кажется, он будет не против помочь. Если никаких заявлений о розыске нет, то можно самим его написать, мол, потерялась девочка, ищем родителей, вот её фотография и ещё что-то в этом духе. В общем, на месте разберёмся." - Так-с, еда готова! - заглянув в гостиную, громко сказала Люси, - Прошу к столу! - Ула-а!       Лейла, дремавшая на диване, сразу же подскочила на нём и стремительно побежала на кухню. Хартфилия, видевшая эту картину, умилилась и какой уже раз за день вспомнила своего друга. От этого сердце девушки сладко ёкнуло в груди, и она счастливо улыбнулась сама себе.       "Кто бы мог подумать, что такие вещи делают меня счастливой? Жесть! Определённо мне нужен парень!" - Добавку! - Что?! - воскликнула она.       Тарелка Лейлы опустела в мгновение ока, будто бы там ничего и не было секунды назад. Люси удивлённо ахнула: так быстро съесть яичницу - просто невозможно! - Добавку! - повторила малышка, стуча вилкой о стол. - Ты не наелась? - Не-а, хочу ещё! - Эээ... Без проблем! Подожди немного.       "Что поделаешь - растущий организм! Разогрею тогда вчерашний суп: там вроде немножко осталось. Думаю, хватит."       Заклинательница достала из холодильника бульонницу, поставила в микроволновку и обратно повернулась к Лейле, которая молча сидела на стуле и смотрела в одну точку где-то в полу. Она выглядела даже не грустной, а какой-то потерянной, одинокой. Люси уже хотела подойти обнять её, как-нибудь успокоить, сказать, что всё будет хорошо, и они обязательно найдут её родителей, но воздержалась и осталась стоять на месте.       Однако спустя несколько секунд полной тишины Люси как-то непроизвольно начала её разглядывать: необычные серо-зелёные глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, блестящие на солнце золотые локоны, заплетённые в два низких хвостика, по-детски милые, румяные щёчки, маленький носик, розовые полные губки.       "Такая красивая!"       Неожиданно мысли разогнало неприятное пищание микроволновки. - О, готово! - Еда-а-а! - облизываясь, моментально оживилась Лейла и, как только Люси поставила перед ней тарелку, в одну ложку съела весь суп, - Добавку!       "Что это за демон такой?! В неё будто бы Нацу вселился! Сколько она ест - и ей мало!"       Люси приготовила ещё тазик салата, макароны, гречку, цыплёнка, разморозила пельмени, рыбу и котлеты прежде, чем это чудо, наконец, сказало: "Наелась!" Хартфилия даже истратила запасы на чёрный день ради неё. Она то думала, что Нацу - самый прожорливый в мире человек с бездной, вместо желудка, а оказалось, что нет: Люси очень-очень сильно ошибалась - это у Лейлы чёрная дыра в животе. Казалось бы маленькая, а ест больше, чем вся армия Фиора. - Ух, спасибо, тётя Люси! - Пожалуйста, милая, - сказала заклинательница, - а теперь идём к одному дяде, он поможет разыскать твоих родителей! - Хорошо!       Люси и Лейла, как ни странно, быстро собрались и вышли из дома. На улице уже наступил самый пик дня, поэтому и много народу, повсюду люди, свовершенно нет свободных мест; Хартфилия вновь взяла девочку за ручку, чтобы случайно не потерять в толпе. Она вот-вот хотела что-то сказать ей, но вдруг в неё кто-то врезался, и с губ слетело лишь короткое, болезненное "Ой!" - Извините, пожалуйста, - послышался за спиной невероятно красивый бархатный голос, - Вы не поранились? - Нет, блин! Смотрите, куда... - начала гневную тираду заклинательница духов, но, обернувшись к обладателю голоса, утонула в небесно-голубых глазах.       "О Боже-е-е... Красавчик! Голубоглазый блондин - джекпот! Неужели Он услышал мои молитвы?"       Лейла, наблюдая за Люси, недовольно скривилась, не понимая, почему та замерла, словно статуя, ведь этот "дулак" её толкнул - надо его наругать, наказать, как следует. - Дядя, идите, куда шли! А то я вас толкну, как вы тётю Люси! - грозно сказала малышка, тыкая пальцем парню в грудь.       Тот, бедненький, чуть ли не сжался в комочек из-за чувства вины и страха перед ребёнком, но ему на помощь пришла сама Хартфилия. - Лейла, не надо так. Дядя, скорее всего, не специально, правда ведь? - подмигнула она ему. - Конечно! - закивал парень, словно болванчик, - И готов полностью нести за это ответственность. Не хотите ли вы и вы, леди, пойти со мной в кафе?       Люси ожидала, что Лейла тут же согласиться, но она снова ошиблась - девочка, взяв заклинательницу за ручку, потянула её в противоположную сторону. - Лейла, ты ж походу любишь поесть. Почему не хочешь в кафе? - Люблю, но он ведь тебя удалил, поэтому не хочу!       Хартфилия шокировано открыла рот, а, придя в себя, сказала: - Хорошо, но дай мне секундочку! - она, расцепляя руки с девочкой, подошла к растерянному молодому человеку, - Слушайте, давайте сходим в кафе завтра - ты и я. - С радостью, миледи, - расплылся парень в очаровательной улыбке, - Я никогда не встречал столь красивой девушки, как вы. Может обменяемся номерами?       "Всё же какой он милашка! Наконец, нормальный парень попался!" - Да, сейчас, - сказала она и, найдя у себя в сумке чек от новых туфель, написала карандашом на нём свой номер. Парень поступил попроще и просто протянул ей свою визитку. Обменявшись, они ещё раз посмотрели друг другу в глаза и попрощались.       Почему-то именно в этот момент большая серая туча заслонила собой яркое солнце, а ледяной ветер дунул с новой силой.       "Я просто умираю от счастья! Может, он тот самый? Интересно, когда мы поженимся? Сколько детей у нас будет? А собаку или кошку мы заведём? Может, лучше иксида, как Хэппи? Или... Я веду себя как настоящая идиотка! Пфф... Ну и пусть! Мне можно, ведь я так долго его искала!" - И что это сейчас было? - раздражённо пробубнила Лейла. - Тёте Люси понравился тот парень, и завтра она идёт с ним на свидание, - радостно сообщила девушка, аккуратно кладя визитку в сумку. - А как же я? Мои папа с мамой? Ты от меня уйдёшь, да? - Нет-нет, что ты! Конечно, нет! - Точно? - Точно, - твёрдо отчеканила Люси.        На этом Лейла дуться перестала и, облегчённо вздохнув, посмотрела на вновь выглянувшие из-под тёмной завесы лучики солнца, которые, словно пушистые маленькие зайчики, снова запрыгали по домам, улице, людям.       После они довольно-таки долго молча пробирались сквозь шум и толпы людей, пока не выбрались на какую-то одинокую уличку. Там, среди тишины, Люси начала разговор, задорно сказав: - Дорогая, я заметила, что кто-то сильно картавит! Попробуй повторить за мной: "Ро-ра-рий". - Ла-ла-лий. - Нет, ро-ра-рий, - смеясь, повторила она ещё медленней. - Ло-ла-лий, лолай, лола-а-алий! - Неправильно! Ррррр... Рорарий. - Лллл... Лалалалий.       "Это бесполезно!" - Эххх, ну почти...       Где-то недалеко вновь послышались привычные звуки улицы. - Слушай, а расскажи мне ещё что-нибудь о своих родителях, - внезапно попросила Хартфилия, одним взмахом руки откидывая непослушные волосы назад. Лейла заворожённо смотрела, как те водопадом рассыпались по спине девушки. - Ну... Они это..того у меня...классные. Доблые! Вот папа никогда не селдится на меня и не лугает, а мама иногда и немножко, только, если уж я совсем плохо себя веду, но я так почти не делаю. Честно-честно! - комично покачала головой девочка, - Мама очень часто папу лугает. Он много делётся, а ей это не нлавится, но она всё лавно его любит. И меня тоже. И блатика с сестлёнкой. - У тебя походу хорошие родители... - Не то слово.       Лейла по-доброму улыбнулась, что-то вспоминая, а затем неожиданно притихла. Люси поняла, что она собралась поделиться какой-то тайной. - Один лаз, плавда, я ночью сильно успугалась и пошла к маме с папой. А когда я плишла к ним, мама под одеялом кличала папе, какой он плохой. Они очень удивились, когда заметили меня. Они, навелное, лугались, - Люси неловко покраснела, осознавая в чём соль, - Но утлом, мама с папой сказали мне, что помилились. - Хмм... Понятно. - Если честно, то они всегда милятся. Обычно в ссоле виноват папа, почти всегда. И чтобы мама не злилась на него, он её клепко-клепко обнимает и плосит площения, - Хартфилия мечтательно вздохнула - вот бы её также обняли, - Бывает, что виновата мама, но очень ледко. Когда это случается, она готовит ему поесть, много-много еды.       "Ахаха, когда Нацу на меня обижается, я тоже так делаю! Путь к серд...кхм-кхм...прощению лежит через желудок. Видимо, не одна я так думаю!" - Блатик на это лишь закатывает глаза, а сестлёнка съедает половину папиной еды. Папа, плавда, её потом лугает, потому что ему не хватает. Эх, слава Богу, мама мне всегда делает отдельную полцию, хотя и поменьше... - Макаровы подштанники, откуда она берёт столько еды, если даже у тебя "порция поменьше"?! - Ну-у-у, папа, сестлёнка и блатик часто на охоту ходят. - На охоту? - Люси удивлённо ахнула. - Да, но им приходится уезжать из голода, потому что мэл им не лазлешает. - А почему? - Они почти всех поймали, а мэлу их жалко. И маме. Она говолила: "Ах вы, плоглоты несчастые, бедных животных замучили. Живодёлы! А ну кыш отсюда! Длугой голод обволовывайте, а этот не тлогайте!" Ну как-то так в общем. Папа всё понял и тепель каждый лаз уезжает.       "Правильно мама сказала! Вот подойду потом к Нацу, дам ему несколько моих усовершенствованных пеньделей, и, может, он тоже, наконец, поймёт, насколько тяжело приходится зверькам." - Обидно, но меня он с собой никога не белёт... Когда он уезжает с блатиком и сестлёнкой, я и мама по ним сильно скучаем, - Лейла всего на мгновения перестала улыбаться, - Но это того стоит! Они потом приносят мно-о-ого мяса. - Ахаха, здорово! Расскажи мне ещё что-нибудь! - Ага, конечно!... - Лейла воодушевилась и начала говорить, говорить и говорить, в основном, о папе, маме, брате и сестре, а Люси внимательно слушала, запоминала, представляла. Её невероятно затянули домашние истории малышки. Странно, но вместо родителей Лейлы, она представляла себя и...кое-кого.       А пока заклинательница духов и девочка шли и разговаривали, час пик давно прошёл, людей на улице почти не осталось, а солнце, переобразившись в ярко-оранжевый окрас, медленно поползло к крышам домов. Хартфилия и не заметила, как они снова оказались около её дома. - Тетя Люси! - Что? - А когда мы прийдём? - Да ещё вроде немнож... Блин! Мы сделали круг! Вот досада! - воскликнула Хартфилия.       "Чёрт! Как же быть?!" - Тётя Люси! - вновь позвала Лейла. - А? - Я думаю, мне больше не нужна твоя помощь. Я их нашла. Нашла её. - Кого нашла? - удивилась волшебница и стала осматривать пустую улицу.        Словно не слыша её вопроса, Лейла неспеша подошла к бортику, к тому самому, по которому каждое утро, балансируя, ходит Люси в гильдию, и встала прямо напротив лучей угасающего солнца, последних лучей сегоднешнего дня, растворяясь в них, словно утопая в солнечной ванне. - Маму с папой, конечно, - со всей нежностью ответила она и впервые за день так улыбнулась, как может только один человек на свете. - Но здесь же никого нет!       Лейла залисто засмеялась, будто бы Люси сказала что-то смешное. Возможно бы она много бы ещё ей рассказала, но свет, с ног до головы окутывающий её, стал невыносимо ярким, и прежде, чем он потух, до Хартфелии донеслись лишь три слова, ели различимые, но такие настоящие: - Зато есть ты.       Лейлы больше нет. Она исчезла.       И кажется, именно в этот момент Люси всё осознала. На самом деле осознала.       "Эт-того н-н-не может быть..."       И вновь перед глазами пронеслась эта её улыбка, та самая, с которой она расстворилась в солнечных лучах, та самая, которая может быть только у него.       "Хотя...нет, нет-нет, может. Определённо может! Возможно даже, что я это знала с самого начала, но теперь отрицать это глупо. В любом случае это мог быть только он. Только он, и никто больше..."       Люси достала из сумки красивенькую визитку и легко разорвала её на кусочки. - Эх, как жаль! Пока, красавчик...       Легкий ветерок смёл с ладоней мелкие кусочки бумаги и, играя с ними в воздухе, унёс восвояси, туда, куда им и место.       "Мама говолит, что сестлёнка вся в папу, а я и блатик больше похожи на неё." - Нет, Нацу, я ошиблась, она вся в тебя!