Его Игра

От неожиданности Марк и Мэй чуть ли не подпрыгнули на месте, когда увидели Фараона с Никитой. — Внучок! — чуть ли не крича, радостно начала бабушка, — а ну-ка посмотри, какие люди к нам пришли! Но на кухне единственным счастливым человеком была Нина Алексеевна, которая чуть ли не плясала от радости и восторга. Марк встал на ноги, и они с Глебом начали смотреть друг другу в глаза. Это было удивительно, как парни, когда-то называвшие друг друга братьями, чуть ли не убивали друг друга взглядом. Ах, как хотел бы Глеб, чтобы на кухне не было бабушки, он еле сдерживал себя, чтобы не напасть и не задушить её внука на её же глазах. Никита был как на иголках и боялся, что Глеб может не сдержаться и сделать какую-нибудь глупость. Парни хищным взглядом смотрели друг на друга, Мэй продолжала сидеть на месте и почти дрожала. — Ну что стоите-то, — прервала их бабушка и подошла к чайнику, чтобы включить, — сядьте, мальчики. Скоро чай будет готов. Было очень удивительно и забавно то, как умело и красиво Глеб менял маски. Стоило ему повернуться к бабушке, как его демонический взгляд, готовый убить любого, менялся на лицо ангела. Глеб сел рядом с Мэй, на мгновение успев бросить на неё недовольный взгляд, мол, я думал он тебя бьёт и насилует, а ты тут с ним мирно сидишь и болтаешь. — Я вам помогу, — нерешительным тоном сказала Мэй, не захотевшая сидеть здесь и попыталась встать, но тут же встретившись с острым взглядом Глеба, который будто закричал «Сидеть!», она смирно села на место. Никита же сел рядом с Марком. Они никак не заговорили. Бабушка поставила чашки на стол и только после этого заметила неловкую тишину. — Ладно, молодёжь, я пойду наверх, посплю. Уверена, вам есть что обсудить. — Спасибо, моя любимая Нина Алексеевна! — с улыбкой до ушей сказал блондин. На его лице не было даже намёка на агрессию и, тем более, на желание убить парня, который сидел напротив. Нина Алексеевна начала медленно, но уверенно шагать к двери. Мэй своим взглядом просто умоляла её не оставлять их, ведь девушка всё понимала и очень боялась того, что может здесь произойти после её ухода. Глеб сопроводил бабушку тёплым и ангельским взглядом, но стоило ей только выйти из кухни, как он вернул своё демоническое лицо, повернувшись к Марку. — Ну что, сука. Вот мы и встретились, — сказал он, а затем продолжил, — Ты чё, думал, что я тебя не найду? — с этими словами он ударил кулаком по столу так, что Мэй аж подпрыгнула на месте. — Ничего я, блять, не думал. Мне похуй, — сказал Марк, явно скрывая в голосе тревогу. — Вот ты гнида! Похитить девушку, чтобы взять денег — последнее дело. —Марк потянулся поближе./ — Нет, Глебчик. Последнее дело — меня так кинуть, как ты сделал это 2 года назад, — затем парень снова раскинулся к спинке дивана, и на его лице появилась улыбка, — Я твоей недо-подружке, кстати, всё уже рассказал. — Всё? — усмехнулся Глеб, — а рассказал, как девушку мою трахал? А рассказал, как кидал меня на бабки? — Мэй приподняла брови и разочарованно посмотрела на Марка. — Хуй знает, чувак. Я вот девушек не насиловал. — Мэй почувствовала комок в горле, и её глаза загорелись слезами. Глеб озверевшим взглядом посмотрел на парня и вдруг полез к себе в карманы и достал оттуда немалое количество денег, пафосно бросая их на стол. — Да подавись ты этим говном, уёбок. Позвони, когда закончатся, я дам ещё. У меня этих зелёных бумажечек, за которые ты готов продать душу и собственную мать просто миллион! — сказал Глеб с насмешкой на лице, — скажи спасибо своей бабушке, что я не убил тебя прямо здесь. Гандон! После этих слов Глеб резко встал и, схватив Мэй за локоть, потащил за собой к двери. Они вышли и Глеб повернулся к Никите. — На такси поедешь. — После этой фразы Глеб начал тащить Мэй за руку к машине. Глеб открыл дверь, но Мэй вырвала руку. — Отпусти же ты меня! — закричала она. — Замолкни и сядь, если не хочешь попасть под горячую руку! — Мэй посмотрела на его злой взгляд, что освещался под фонарём на холодной улице, и недовольно села в машину. Они ехали по трассе. — Почему ты оставил Никиту и не подвёз его? — Потому что так захотел блять. — Ты так со всеми друзьями поступаешь? — презирающим тоном спросила брюнетка. — Нет. Только с теми, из-за которых я, блять, вечно попадаю в неприятности, — грубым и высоким тоном ответил Сименс. Мэй замолчала. Вскоре Глеб остыл и понял, что был слишком груб. — Ты это…ну я это…слишком груб был…ну…я зол просто и… — Тебе что, так трудно просто сказать «прости»? — не выдержала мямлю Глеба Мэй. На это Глеб ответил лишь насмешкой и включил песню Nirvana — Something in the way. Это очень разрядило обстановку, и они молча ехали дальше.

***

Через полчаса они приехали к месту жительства Мэй. Девушка захотела выйти, но блондин её остановил. — Что, даже на чай не пригласишь? — Ты шутишь? — усмехнулась Мэй. — Почему это? Я же всё-таки выкуп принёс, все дела. Я, как бы, твой спаситель. И твой спаситель очень хочет чаю, который, между прочим, он не смог выпить у Нины Алексеевны, — у Глеба голос был, как у ребёнка, который просил конфету у мамы. — Ладно, только не ной, — сказала Мэй и они вышли из машины. — Наконец-то я дома, — радостно воскликнула девушка, зайдя внутрь. Они пошли на кухню. Глеб сел за стол, а Мэй вскоре налила чай. Она с чашкой подошла к Глебу, но вдруг споткнулась, и горячий чай пролился на Глеба. Брюнетка закричала, а парень, подпрыгнув с места, быстро снял с себя рубашку. — Глееб! Глеееб! Очень больно? Прости меня! Прости, я… — Спокойно! Успокойся! Всё нормально. Видишь? — рассмеялся Глеб и шутливо продолжил, — с тебя, неуклюжая новый чай. Мэй смущённо наполнила чайник снова и, включив его, почувствовала тёплое дыхание за спиной. Она резко повернулась. Глеб прижал Мэй. — Глеб, отойди! — Девушка не смела даже поднять голову и лишь смотрела на его татуированное тело. — Какая ты неприступная! Так и манишь! — сказал парень почти шёпотом. — Глеб! Прекрати! Ты что, опять изнасилуешь меня? — Детка, перестань играть, ведь это звучит как вызов, — усмехнулся Сименс. — Да! Я вызываю твою совесть и твой разум, которые ты, кажется, окончательно потерял! — Да ладно. Забудь уже. Я же 100 раз извинился. Ну дай хоть поцеловать. — Сименс, ты дебил? — но парень уже не слышал. Он взял девушку за подбородок и нежно поцеловал в губы.