Небо временно закрыто

      Алые лучи заката разрезали мою комнату надвое. Отражаясь от стекол, они ползли от большого деревянного окна, выкрашенного в белый, вверх, оставляя кровавый след на светлом потолке, а затем плавно спускались вниз, к моей кровати, стоявшей в углу комнаты. Они постепенно окрашивали мои русые волосы в медный, спускались ниже — к глазам, дальше к губам, медленно подбираясь к шее. Стало не по себе, и я машинально коснулась горла.       Я задыхалась от жизни. Постоянно находясь в состоянии войны с самой собой, я не могла наслаждаться даже самыми прекрасными вещами, такими как любовь, дружба, семья…       Был ли смысл считать попытки выбраться со дна? Сидишь ли ты сложа руки или барахтаешься, выбиваясь из сил, мир не станет к тебе благосклонней, пока ты сам не вытащишь себя за шкирку из этого дерьма.       Я съехала ниже подушки, скрываясь от кровавых бликов, и волосы золотым водопадом свесились с кровати, практически касаясь пола. Никогда не видела, чтобы солнце было настолько багровым, может сегодня затмение?       Я перевернулась и села, спустив босые ноги на пол. Паркет приятно охлаждал ступни, разгоряченные плавящимся майским асфальтом. В этом году лето наступило еще в апреле, что было ему совсем не свойственно.       Я сгребла в сумку содержимое прикроватного столика: две связки ключей (одну от машины и другую, более увесистую, от дома с магазином), старенький кнопочный телефон — не люблю навороченную технику, расческу, кошелек и как всегда спутанные наушники. Затем поднялась, скрипнув кроватью, прошла до шкафа, и, на секунду застыв перед полками, выудила оттуда джинсовые шорты и светло-серую футболку. Проходя мимо зеркала, чуть не шарахнулась от собственного отражения: растрепанные длинные волосы, темные синяки под большими глазами, бледные губы. Как я пропустила, что меня укусил зомби? Я собрала волосы в высокий хвост, поправила бусы из ракушек, которые напоминали мне о счастливых днях у моря, когда депрессии не существовало в моем мире, и вышла, заперев дверь.

***

      Магазин находился в паре кварталов от моего дома, но я, почему-то, решила поехать на своем стареньком Ford Tempo 87 года. Машина досталась мне от родителей, которым сейчас было абсолютно начхать, где и как живет их дитя. Зато этот черный старичок служил мне верой и правдой вот уже четыре года, с самого дня моего семнадцатилетия.       Я плюхнулась на кожаное, немного облупившееся сиденье, кинула сумку на соседнее кресло и повернула ключ зажигания. Машина с негромким хлопком завелась. Я обожала ее рычание — будто дикой кошки, которую потревожили люди, оно всегда вызывало у меня улыбку.       Вырулив на дорогу, я за пару минут добралась до своего магазина, задний двор которого выходил прямиком в лес, где иногда, вместо обеда, я бродила в тишине, вдыхая пряный запах сосен, или купалась у ручья, о котором, как мне казалось, знала только я. Этот лес делил город на два района, и был просто огромным: чтобы проехать через него на машине нужно было потратить не меньше сорока минут. За этот пышный кусочек природы, я любила магазин еще больше. «Book paradise» гласила кованая вывеска, с золотыми завитками букв. Почему именно «Книжный рай»? Эту тайну в могилу унесла бабушка, от которой мне и достался магазин.       Теперь же я сидела перед ним и не могла заставить себя выйти из машины. Не знаю, что это, еще один симптом депрессии или развивающаяся паранойя, но солнце, превратившее мир в один сплошной кровавый витраж, вызывало во мне чувство тревоги. Мысли метались по черепной коробке, загоняя меня все глубже и глубже в зыбучие пески саморазрушения. Если через пару дней, я не смогу побороть это чувство, оно… расправится со мной.       Я последний раз со всей силы сжала руль, распахнула дверь и вышла под багровое солнце.

***

      Я открыла дверь в магазин — колокольчик на ней приветливо звякнул, заставляя напряжение немного ослабнуть. Здесь я чувствовала себя защищенной, несмотря на огромную стеклянную витрину, в которой и располагалась дверь. В детстве я терпеть не могла ее мыть, и это затягивалось на целый день, зато сейчас я входила в некий транс, отслеживая круговые движения руки, сжимающей тряпку. Это здорово разгружало мозг.       И вот сейчас, я набрала ведро воды и приступила к «медитации». Повторяющиеся движения все больше и больше успокаивали воспаленный разум, погружая его в приятную пустоту…       Как вдруг стекло под рукой начало дрожать. Я оглянулась. На улице никого не было, так что понять реальность ли это, или моя депрессия перешла на новый уровень, понять я так и не смогла. Тем временем вибрация все нарастала, а через несколько секунд по стеклу побежали трещины. Я в страхе отступила назад, и тут же в голове раздался невыносимо громкий писк, заставивший закрыть уши руками. В глаза ударил свет, и витрина за моей спиной взорвалась, обдав меня волной осколков. Раздался взрыв. Затем оглушительный треск крыши. Что-то огромное и белое рухнуло прямо в магазин, в щепки круша все стеллажи и сметая витрины. Последнее, что я видела, были страницы книг, которые падали с неба, вперемешку с белыми перьями.