Цепная реакция: необратимость

Глава 13

Альтруистические приступы для меня не являются нормой, но приятно осознавать, что я способна не только портить жизни людские

      Утром мне пришла гениальная идея: а почему бы не проведать Виктора и не поприставать к нему с вопросами? Поэтому я собралась и поехала к моему мудрому и самому понимающему другу, правда снова сделала это, наплевав на все правила приличия. Стоя у него на пороге, я молилась, чтобы хозяин был дома и в хорошем настроении, но я не ожидала, что дверь может открыть не Виктор, а Моника.       — Какая неожиданная встреча, — усмехнулась блондинка, окидывая меня неприязненным взглядом. Это она точно подметила, встреча, в самом деле, неожиданная.       — А Виктор дома?       — Да, он по телефону говорит, проходи.       Я прошла и обнаружила Виктора, вышагивающего туда-сюда по гостиной. Он был слишком сосредоточен на разговоре, но когда заметил меня, кивнул и подбородком указал на диван, приглашая присесть. Рядом устроилась Моника и потянулась к бокалу вина (надеюсь, вина). Виктор ушел в другую комнату, тем самым оставив меня и свою «давнюю подругу» наедине, что было не самым мудрым решением с его стороны.       — Я слышала, ты вляпалась в неприятности, — Моника закинула себе в рот виноградинку, рассматривая меня.       — Что-то типа того. Тебе-то какая разница?       — Никакой. Но Виктор попросил о помощи, я должна знать, для кого стараюсь, — голос ее звучал буднично и безэмоционально. Стоп! Она только что сказала, что собирается помочь? Очень великодушно с ее стороны.       — Эм, спасибо?       — Не стоит. Я это не для тебя делаю, а для него, — она указала длинным красным ногтем в сторону кухни, где Виктор с кем-то ругался по телефону. — Ему пора уже перевернуть эту страницу и двигаться дальше.       — Что ты имеешь в виду?       — Ничего, — Моника покачала головой, словно развеивая старое и неприятное воспоминание. Что за история связывает этих двоих? — А где его дружок, сбежавший из зоопарка?       — Макс? Откуда ж мне знать? Где-нибудь занимается непотребствами, все как обычно.       — Хоть что-то остается постоянным в этом непостоянном мире.       — Простите, что оставил вас, — нашу беседу прервал Виктор, неся еще один бокал для меня. Что ж, когда предлагают вино — грех отказываться, тем более что Виктор и его семейство не пьют плохих вин. — Мия, ты просто так зашла или что-то случилось? — В голосе вампира послышалось искреннее беспокойство, которое не ускользнуло и от Моники. Она явно не одобряла дружбу Виктора со мной.       — Случилось, но это никак не связано с тобой… надеюсь. Я хотела обсудить вот что: Агата и ее муж. Когда она пришла ко мне, то сказала, что ты разговаривал с ней, это так?       — Да, верно, — кивнул Виктор. — Я не очень хорошо знаком с ее мужем, но Агате, вполне, доверяю, думал, она может оказаться полезной. Как видишь, не прогадал, — это уж точно. Полезной она оказалась настолько же, насколько и пугающей до сердечного приступа.       — Ох, Агата приятная особа, но вот муж ее… Мурашки от него по коже, — съежилась Моника.       — Как думаешь, откуда Анхель узнал про оборотней? — Задала я вопрос, который больше всего прожигал дыру в моем мозгу.       — Я не знаю, честно. Но мы разберемся в этом, я тебе обещаю, — и снова в его глазах появилась какая-то тоска и целый океан сожалений. Опять что ли бывшую вспомнил? Эта мысль мимолетно проскочила в моей голове, но на душе стало неприятно и противно. — Тобой, кстати, Итан Вуд интересовался, — как бы невзначай упомянул Виктор.       — Мной? И чем я князю вампиров приглянулась?       — Не знаю, но он просил устроить вам личную встречу. Ты как?       — Только если ты пойдешь со мной, — я скрестила пальцы в надежде, что Виктор не бросит меня одну, и он не разочаровал. Мы решили, что нельзя упускать возможность поближе познакомиться с князем, но только в присутствии Виктора… и, пожалуй, еще парочки свидетелей.       Так я и провела остаток недели: попивая вино в компании Виктора и Моники средь бела дня, а вечером мы с Тришей устраивали киномарафоны. Макс был слишком занят, даже тренировки отменил, я уж надеялась, что он забыл о нашем маленьком грязном соглашении, но у него оказалась на редкость хорошая память.       Оборотень объявился, когда наступил день икс, день, когда я должна была вернуть ему должок. Засранец позвонил в несусветную рань в субботу, чтобы напомнить об обещании. Я несколько раз прошла все пять стадий принятия неизбежного, прежде чем оказалась в его машине.       — Ты не можешь этого со мной сделать, — кажется, я вернулась к отрицанию. — Я думала, что мы друзья, а настоящий друг не стал бы заставлять выполнять такое желание. — Уговор дороже денег, дорогуша, — Макс улыбался, как самый настоящий гений зла, коим и являлся. — Ты сама согласилась на это.       — Я думала, что мне и правда пригодится твоя помощь в криминальных делишках, а ты просто взял и договорился обо всем. Так что это не считается, — о, а вот и торги подъехали.       — Все считается, — протянул мой мучитель. — Мия, в этом нет ничего страшного. Всего пара часов и ты свободна.       — Пара часов? Да ты смерти моей хочешь! Я не выдержу столько!       — Слабачка, — засмеялся нахал. — Все будет хорошо, ты еще потом добавки попросишь.       — Ну, это вряд ли, — я издала очень не женский смешок с неизящным фырканьем. Какой человек в здравом уме захочет добавки ТАКОГО кошмара? — Это ты привык к подобному, а я — нет! Для меня это ночной кошмар наяву. Да средневековые пытки ничто, по сравнению с твоими непристойностями!       — Ты детей что ли боишься? Не понимаю, чего ты так психуешь? — И он, правда, не понимал, куда уж ему? — Это всего лишь дети. Их там будет человек пятнадцать . Одна тренировка — это не так уж и страшно. Я бы не стал тебя просить, если бы не верил в то, что ты справишься. И мне, правда, нужна твоя помощь. Разве ты не поможешь другу?       — Я не лажу с детьми, — проворчала я, и это было преуменьшением века.       — Да брось, — усмехнулся Макс. — Ты сама как ребенок, своей будешь среди них.       — Не смешно, изверг.       Когда мы приехали в лагерь, где Макс тренировал маленьких волчат, мне стало не по себе. Нет, лагерь был классный, но вот огромное количество мальчишек и девчонок нагоняло страх. Мы с Тришей даже рыбку не стали заводить, потому что обе знали, что я ее угроблю. У меня даже цветы долго не живут. Ребятишки бегали по спортивному залу туда-сюда, прыгали на матах, лезли на шведские стенки и турники. Боже, похоже тогда вампиры все-таки убили меня, потому что я попала в ад!       — Дыши, Мия, — Макс подошел сзади и погладил меня по плечам. — Ты справишься, ты раза в два, а то и в три больше них.       — Легко тебе говорить, человек-скала, — Макс пытался меня успокоить, но я только сильнее начала нервничать. — Они чувствуют мой страх, верно?       — Разумеется, у них же волчьи инстинкты. Ты будешь заниматься с девчонками в той части зала, — он указал в сторону, где мне предстояло руководить обучением юных волчиц. — Я буду рядом, буду тебе помогать, мы все хорошо отрепетировали, ты справишься.       — О, так это твоя новая подружка? — Послышался высокий голосок рядом с нами. — Привет, красотка, я — Шон, — ухмыльнулся парнишка лет двенадцати, протягивая ручонку, которую я пожала смотря с непониманием на Макса.       — Познакомься, Мия, это Шон – мой невоспитанный племянник, — Макс зыркнул на мальчика, но тот лишь улыбнулся.       — Так ты та самая Мия? — Засиял Шон, оглядывая меня с ног до головы и одобрительно кивая, видимо, у них это семейное. — А ты классная, теперь понятно, чего Макс перестал к нам ездить, — я перевела на Макса удивленный взгляд, и мужчина закашлялся. Уверена, малец знает много постыдных секретов своего дядюшки.       — Как интересно, — протянула я. — Нам надо будет пообщаться поближе, Шон, — улыбнулась я, отчего мальчишка покраснел.       — Ну, поближе мы пообщаемся года через четыре, когда мне не придется голову задирать, чтоб в глаза тебе смотреть, — засмущался паренек. Это было одновременно мило и смешно, но больше мило.       — Боже, — покачал головой Макс. — Напомни года через два научить тебя флиртовать. Мне стыдно за тебя.       — А папа говорил, что ты стыд, как и совесть, еще в школе потерял. Неужели нашел? — С вызовом Шон посмотрел на своего дядю, а у этого мальца язык острее бритвы.       — Прятал до лучших времен, — проворчал Макс, прищурившись. — И напомни потом с отцом твоим парой слов перекинуться.       — Тогда еще и с дядей Джоном придется, и с Одри, потому что они говорили о тебе вещи и похуже. Еще увидимся, Мия, и осторожнее с Максом, поговаривают, он самый бедовый парень в нашей семье, — подмигнув, Шон, довольный собой, умчал к группке ребят его возраста.       — Что это я чувствую, Фолл? Ты смущен? — Я вторглась в личное пространство Макса и начала обнюхивать его. Серьезно? Он умеет стесняться?       — Нет, это мой дезодорант, — спокойно ответил он. — Запах называется «Мия отхватит люлей по своей язвительной заднице, если будет наглеть».       — Оу, не знала, что AXE выпустили новую линейку ароматов.       — Это ограниченная серия.       — Но не такая ограниченная, как твои шутки, Фолл, — цокнула я. Боже, этот мужчина смотрел на меня так, что даже желудок от ужаса сжался, но прервать зрительный контакт сил не было. — Серьезно, перестань, это неприятно, — попросила я, поежившись. Да как, черт возьми, он умудряется гипнотизировать одним только взглядом? По идее, оборотни не владеют гипнозом или я чего-то не знаю?       — Тебе не нравится? — Шепотом спросил он, улыбаясь.       — Нет, — тихо ответила я. Затем закрыла глаза и постаралась напрячь все свои рецепторы или чем я там улавливаю чужие эмоции. Будто тысяча маленьких иголочек впивается в кожу и пускает по телу электричество или что-то очень горячее. — Не знаю… Может, немного… Совсем чуть-чуть, — призналась я, показывая миллиметр большим и указательным пальцем. — Что это за чувство? — Макс неопределенно хмыкнул и ушел к ребятам, объявляя начало тренировки. И еще меня обвинял в том, что я вечно ухожу от серьезных разговоров.       Тренировка с маленькими исчадиями ада вышла намного лучше, чем я ожидала, они даже не сожрали меня. Девчонки чуть ли не в рот мне заглядывали, когда я показывала, как выполнять то или иное упражнение, а когда просила кого-нибудь выйти, чтобы показать прием, они чуть ли не топтали друг друга. Во время занятия я не могла не бросать взгляды на Макса, он прекрасно ладил с детьми, парни были от него просто без ума, да и я, чего стесняться, была в восторге от него, когда увидела, как он прекрасно справляется с ролью наставника. Пару раз он поймал мой взгляд и подмигнул, отчего чувствовала я себя, как одна из девочек в моей группе       — Ну, как тебе? — Поинтересовался Макс, когда мы шли к его автомобилю. — Кажется, все прошло неплохо?       — Мия прекрасно справилась, — поддакнул Шон, пытаясь успеть за своим дядей. Было видно, что эти двое очень близки, Шон старался во всем подражать Максу, начиная от прически, заканчивая походкой.       — Тебе-то откуда знать? — Обернулся Макс. — Ты вообще в другом конце зала был. — Я смотрел, — невозмутимо ответил мальчишка.       — Ну, это было интересно, — я пожала плечами, не желая признавать, что Макс был прав. Мне понравилось проводить тренировку, и, в принципе, я бы не отказалась, если бы он позвал меня еще раз.       Мы направлялись в дом брата Макса, чтобы отвезти Шона. Парень всю дорогу не замолкал, рассказывая о школе, о последних новостях дома, он был полон энергии и не мог усидеть на месте, то и дело просовывая голову между нашими с Максом сидениями.       — Вы останетесь поужинать? Пожалуйста, — попросил Шон, я взглянула на Макса, тот поднял бровь, предоставляя выбор мне.       — Если никто не будет против, — улыбнулась я.       — Конечно, не будет, — оживился Шон. — Макс часть семьи, а ты с ним. Теперь у нас появится хоть какая-то причина терпеть его присутствие.       — Ты сейчас договоришься, — проворчал Макс, паркуя свой автомобиль. — Выпрыгивай, болтун.       — Да ладно, — протянул Шон. — Ты и так знал, что мы миримся с тобой, потому что у нас иного выбора нет. Честное слово, он невыносим, именно поэтому и живет отдельно, — прошептал Шон, отчего я засмеялась, а Макс закатил глаза.       Знакомство с семьей Макса выдалось очень теплым, его сестра-двойняшка, Одри, оказалась любительницей обнимашек, она так сильно меня сжала, что я испугалась за сохранность своих ребер. Ральф, старший брат Макса, оказался сдержаннее, но его крепкое рукопожатие и теплая улыбка растопили мое сердце, а его жена Хелен тоже была не прочь лишить меня кислорода в своих объятиях. С дядей Джоном я уже была знакома, так что он просто кивнул, последним ко мне подошел Конрад, дед Макса, который оказался весьма дружелюбным. Мы ужинали в огромной и уютной столовой, и я бросалась комплиментами в адрес Хелен каждый раз, когда засовывала в рот очередной кусок пищи. От семейства Фоллов я узнала много о жизни оборотней, а также о жизни Макса. Ох, как же я люблю эти семейные посиделки с кучей позорных историй. В конце концов, я пожалела Макса и позволила ему вывести меня на улицу, подальше от его родни.       — Ты их покорила, — улыбнулся он, заводя двигатель и отъезжая от дома.       — Да, я само очарование, никто не может устоять передо мной, — довольно ответила я.       Мы ехали в комфортной тишине, Макс был сосредоточен на дороге, пока я щелкала каналы по радио, пытаясь найти хоть что-нибудь стоящее. Наконец, мне удалось поймать нужную волну и, довольная собой, я откинулась на сидении, напевая слова песни One Republic — Everybody loves me. Настроение у меня было на высшем уровне, давно я так не веселилась. Я думала, что ничто не сможет омрачить этот день, пока внезапно что-то не толкнуло автомобиль в сторону, отчего его снесло с дороги прямо в овраг.