Видящий: Лагровия

Восстановив мосты, Агриппа для себя отметил, что его покушение на них не унесло людских жизней — под воспаряющими завалинами не нашлось мертвых тел. Это не могло не радовать. Окажись там убитые, разговор шел бы совсем по-другому. Вергил признался сам себе, воин Людора Антеродис удивил его. Может потому, что ему не доводилось иметь дело с подобными воинами? Вспомнились солдаты Олимпии. Магия в качестве военного ремесла вжилась в повседневность не так давно, поэтому большинство солдат были неграмотными чародеями, по сути умевшие лишь сражаться со своим оружием. Были и копьеносцы, и с топорами, и мечники. Может и в Олимпии есть подобные супер-воины, умеющие и в магию, и в бой? По крайней мере подрастающее поколение может отличиться. — Наш первый правитель — князь Лаврентий Юрьевич Дорский, — заговорил Антеродис. — От его имени и пошло название нашего княжества — Людор. Сейчас правит его далекий потомок, Александр Александрович Дорский. Наш правитель умудренный жизнью человек, хоть ему и нет пятидесяти. Лишь благодаря его стратегическим решениям Людор до сих пор не стерт с лица земли. Постоянная оборонительная война нам тяжело дается. Пока Антер вводил в курс истории Людора, Вергилий с Цецелией следовали за ним, разглядывая улицы. Дома были целыми, в основном из темного камня, совсем отличные от Олимпийских, что были из рыжих кирпичей. Люди ходили по своим делам, однако в их лицах было что-то... тяжелое. Никто не улыбался прохожим, как порой бывало, пусть и редко, в Олимпии. Складывалось ощущение, что попал в неблагоприятный район. Воин заметил это и вновь заговорил. — Когда нам пришлось отгородиться от той части города, продовольственная сеть сильно подкосилась. Даже здесь, в более менее богатом районе Людора прошелся голод, скосив часть населения. Люди ожесточились с тех самых пор, как им пришлось бороться за каждый кусок хлеба. Со временем все пришло к норме, но люди, как видишь... Голод оставил отпечаток на их лицах, — к концу истории троица подобралась к выделяющемуся зданию. То было центром управления Людора, что было ясно и по количеству стражи и по отделке самого здания. Антеродис сказал что-то стражникам и те учтиво расступились. Только сейчас Агриппа заметил, что Антеродис и стражники с мостов, да и бедняки, говорили на понятном им языке, общепринятом в Олимпии. Но сейчас воин дал команду на другом, судя по всему людорском. — Ваши люди знают язык Олимпии? — спросил Вергилий, когда они поднимались по ступеням. — Лишь немногие. Олимпия большой город, с этим стоит считаться, — ответил Антер. Слуга отворил дверь и впустил внутрь троицу. Внутри тоже была стража, что гордо держа головы на плечах несли службу родине. — Нам сюда. Пройдя несколько коридоров, вновь поднявшись по лестнице, они очутились перед массивными роскошными дверьми. Антер объяснил, что за ними находится князь, посему посоветовал обойтись без глупостей. Затем вновь на людорском сказал слуге и тот что-то ответив, стал открывать двери. — Антеродис, мой бравый воин, ты давно не навещал своего князя. Кого это ты привел ко мне? — заговорил на людорском князь, восседающий на троне посреди зала. По бокам стояли стражники, вовсе не похожие на тех солдатиков. То были такие же из ряда вон выходящие мастера. Человек десять, они пестрили необычайными комплектами брони и разнообразным оружием. Были и мечники и лучники и маги, и кого только не было. Все они разом напряглись, готовые защитить князя и уничтожить чужака. — Приветствую, князь, — Антеродис приклонился на одно колено, после чего встал. — Эти двое жители Олимпии, судя по их словам, они пришли с миром и... — Довольно, Антер. Мне известен олимпийский язык. Я сам с ними поговорю, отдохни пока, — князь мановением руки указал воину отойти в сторону. — Здравствуйте, олимпийцы. Меня зовут Александр и я князь Людора. Чем обязаны вашему визиту в наше славное княжество? — совсем без акцента заговорил князь. — Меня зовут Вергилий, это — моя спутница Цецелия. По некоторой случайности мы порталом оказались на севере. По пути домой мы подверглись нападению и в бегах от врагов наткнулись на деревню, что признает себя под влиянием Людора. Выслушав их истории, мы решили навестить город, может чему-то научиться, может чем-то помочь, — Вергилий говорил ровно и спокойно, смотря князю прямо в глаза, однако прекрасно видя, как напряжены его личные воины. То, что это личный отряд высококлассных воинов сомнений не оставалось. — Как ты смеешь в таком тоне разговаривать с нашим князем?! — сразу же с повышенных тонов в разговор вступила женщина. Крепкая и мощная, она выпятив грудь, представляла интересы князя и яростно их защищала. Вооружена она была массивной алебардой, что ловко лежала в ее руках, словно ничего не весила. — Елена, не нужно так пугать наших гостей. Кто же так встречает гостей? — по-доброму одернул ее князь. — Елена права. Гости должны относиться подобающе к правителю земель, на которые ступили. В его словах я не чувствую уважения, — выступил другой воин, снаряженный копьем. Его кожаное обмундирование местами украшенное белым мехом выглядело прекрасно. У этого копейщика были серебристые волосы, завязанные в короткий хвост, однако большая часть все равно торчала в разные стороны. — Клим, — произнес имя воина-копейщика князь, и воин извинившись и поклонившись отошел назад. — Итак, Вергилий и Цецелия, чему же вы жаждете научиться, и чем же вы можете помочь нам? — наконец спросил Александр. — Мне подвластна магия и я ищу прежде не встреченные мне ее аспекты. Чем могу помочь? Могу подлатать стены, создать каменные здания, возможно научить способных к магии некоторым заклинаниям. Может подскажу какие-нибудь тактические решения, способные помочь вашему княжеству в оборонительном вопросе, — неспешно ответил Агриппа, однако когда его речь дошла до тактики, воины все сильнее распалялись. — Эта жалкая малявка будет давать советы по тактике князю Александру?! Не смеши, мальчик. То, что ты умеешь в магию, не делает из тебя настоящего воина! Знай свое место, щенок! — теперь не выдержал уже бугай с непомерно огромным молотом. Складывалось ощущение, что он просто насадил на палку гигантский булыжник и использует его в качестве оружия. Князь устало покачал головой. Как бы он ни старался утихомирить своих воинов, когда те считали, что с князем обращаются не подобающе, словно с катушек срывались. — А теперь на колени перед князем и проси прощения за свое невежество! И чтобы искренне! — продолжил гигант с молотом. Этот парень, что изрыгал бас, был даже больше Антеродиса. — Александр. Послушай, я скажу лишь раз, — атмосфера в зале едва не достигла критической отметки. — Я могу что-то от вас получить, могу что-то дать. Я пришел не присягать на верность или кланяться в пол. Не сомневаюсь, что ваши воины сильны, однако я не позволю разговаривать со мной в таком тоне, — последние слова в тишине зала прозвучали словно рассекающее лезвие. — Смотри, чтобы эти слова не стали последними в твоей жизни, дерзкий пацан! — к Вергилию рывком подскочила другая женщина, даже скорее девушка. Лет до тридцати, она была в элегантном кожаном доспехе и вооружена парой изогнутых кинжалов. Ее рывок был с явным намерением нанести урон, потому Вергилий выдернул пелену тьмы и когда кинжалы замедляясь вошли в пелену, вместе с владелицей ножей, отправил пелену в воинов по правую сторону зала. Девушка приземлилась на ноги и готова была вновь рвануть на врага, как произошло следующее. Вергилий зародил огненное ядро и стал его сжимать, постоянно добавляя в него магию. Ядро переливалось красным свечением, и чем больше вливалось маны, тем светлее и больше оно становилось. — Вели своим псам прекратить, или от вашего города камня на камне не останется, — сохраняя лицо, приказал Вергил, глядя на князя. Воины рванули наперегонки в бой, как Александр встал с трона. — Стоять! — крикнул он довольно громко, на что воины моментально среагировали и обернулись к князю. — Выстроиться по местам. Кто ослушается приказа, будет наказан! Воины, злобно зыркая на Вергилия, все еще держащего ядро явной смерти, направились на свои позиции. Князь же внезапно поклонился гостям и произнес. — Прошу простить действия моих воинов. Они неприемлемы. Прошу, сохрани наш славный Людор. Я готов сотрудничать с тобой, — под удивленные и пристыженные взоры воинов, обращенные на кланяющегося князя, Вергилий сомкнул ядро, отчего магия прокатилась по его телу и лишь поток ветра встряхнул шторы на окнах зала.