Беда не приходит одна

Дверь кабинета тихо скрипнула, и человек в кресле поднял глаза, расплываясь в довольной улыбке — А, это ты, проходи. Ну что, я слышал про Рогозину. Это ты молодец… Только не пойму, как же так, даже следов не осталось, на сколько я слышал? — Помнишь на совещании она воду пила? — Припоминаю — Я ей туда подсыпал кое-что. Что конкретно не суть, но препарат распадается в крови. — Это ты интересно придумал… Хозяин кабинета задумался — Она может даже из ФЭС уйдет… А ну как, выздоровеет? — Что ты имеешь ввиду? — собеседник напрягся. — Вот думаю, может ее совсем убрать? — Как это «совсем»? — Убить — Я тебе с самого начала сказал — на убийство не пойду. Хватит с меня. Тебе надо — сам и разбирайся — В три раза больше заплачу. — В три… — мужчина задумался, — ладно, говори что делать. Но! Если я попадусь, ты меня отмажешь — Само собой, — хозяин кабинета растянулся в довольной улыбке В аппарате что-то тихо капало. Аппарат ИВЛ мерно вздымался, показывая что Галя жива. Больница спала, только в коридоре горел свет. Внезапно дверь скрипнула, и послышались тихие шаги. Под армейскими берцами скрипнул пол. Мужчина прошел к капельнице, доставая из кармана шприц. В свете ламп с улицы блеснула игла. Неизвестный уже собрался ввести яд в капельницу. Вдруг дверь снова скрипнула, и в проходе появилась медсестричка с подносом. Увидев незнакомца та вскрикнула, и выронила полнос. Звук разнёсся по всему отделению больницы. В коридоре послышались тяжёлые шаги. Медлить было нельзя. Преступник рванулся к окну, и вскочил на подоконник. В следующую секунду дверь распахнул Майский. — Стоять падла! Но неизвестный уже сгруппировался для прыжка вниз на кусты. — У него яд! — медсестра подала голос из угла, куда она благополучно успела отползти. Неизвестный последний раз глянул на палату мне Майского и прыгнул вниз. Но уже с пулей в плече. — Ну что, так и будешь молчать? — допрос явно затягивался, и Сергей начинал выходить из себя, — ты зачем Галю убить хотел, мразота? Майор тряхнул мужичка за плечо, но тот ничего не ответил. — Хрен с тобой, молчи, — Майский отошёл в угол допросной напоминая разъяренного льва. В это время в лаборатории запищал компьютер сообщая о результатах. Тихонов подъехал к столу, зачитывая Оксане информацию: — Верещагин Петр, одна тысяча семьдесят шестого года рождения, был осуждён за убийство и посадила его… Галина Николаевна… — О как, — Оксана оттолкнувшись от пола подъехала к мужчине. Так и не добившись ничего от Петра, Сергей решил выместить всю злость на булке, которую буквально рвал сейчас зубами, жадно поглощая. Возвращаться к этому ублюдку не хотелось, до и того на время отвели в камеру. Но поесть Сергею не лад конвоир — молодой лейтенант: — Сергей Михайлович, там подозреваемый в камере повесился — Этого ещё не хватало! Спустя две минуты Майский уже стоял перед трупом болтающимся на шнурках. Круглов не мог найти себе места. Погода не планировала улучшаться, начальство молчало, а телефон Майского был не доступен. Холодов и Данилов молчали, предложений по действиям ни у кого не было, а попасть под горячую руку никому не хотелось. Наконец злой Николай перевернул в прихожей тумбочку, опрокинул стол на кухне, и опустился на диван закрыв лицо руками. Андрей и Степан переглянулись и ретировались устранять разрушения. Коля решил позвонить начальству ещё раз, но оно позвонило само — Николай, есть возможность добраться до Москвы на частном самолёте. Согласен? Спустя час майор вылетал в сторону столицы. В палате дежурили полицейские, и спокойствию Галины больше ничего не нарушало. Грудь полковника немного вздымались под аппаратом искусственного дыхания. Молодой лейтенант уже клевал носом, когда женщина резко вздохнула полной грудью.