В оковах

Закончив эту сложную и очень отвратительную работенку, Том с облегчением вздохнул и надеялся, что это последнее, что он будет делать, но его ждал маленький сюрприз. — Ты такой молодец, так быстро все закончил, Томас, так что мы даже успеем отвести это… твое творение в лесок и закопать, — после этого паренек, довольно улыбаясь, встал со своего стула и прошел к небольшой тумбочке, где достал пару пакетов. — Вот. Укладывай эту мозаику в пакетики, и я, так уж и быть, помогу тебе отнести их в мою машину… Риджуэлл в очередной раз вздрогнул и посмотрел на своего похитителя, понимая, что это все хорошим никак не закончиться, но тем не менее, подойдя к Торду, он забрал пакеты и вернулся к своей первой… жертве? А в голове бедного паренька нарисовались странные мыслишки, от которых шли мурашки по коже: «Так, значит, я буду его игрушкой и домохозяйкой, пока ему не надоест? Томас, ты конкретно попал в самую ж… Так, ну, пока я ему не надоел, я могу жить спокойно и учиться. Да-а… эту жизнь спокойной не назовешь, да даже вообще не то, чтобы спокойная, а безумная жизнь с сумасшедшим. Но! Я ведь жив и практически здоров… Может, он отпустит меня, если я никому ничего говорить не буду? Надеюсь, он больше не будет заставлять убивать или что-то типа того…» Да, именно такие мысли пугали бедного черноглазого паренька, но он пытался не показывать испуг или что-то еще, прячась за спокойствием и уверенностью в том, что он выживет и все наладиться. Ну, что можно сказать? У него отлично получалось скрывать страх, но не от убийцы… Торд все видел. Он, как зверь, чувствовал страх, и ему нравилось, что Том боится его, но все равно так доверчиво стоит к нему спиной. Так и хочется подойти со спины, нежно положить свои руки на такую хрупкую шейку (пусть она сейчас и перемотана бинтами), а потом резко сжать и задушить! Но тут Ларссон пришел в себя, помотав головой в разные стороны, чтобы прогнать от себя мысли на такие темы. И резко обнаружил, что именно сейчас, в эту самую секунду, стоит позади Тома и сжимает его шею, да так сильно, что из того маленького пореза, который был сделан несколько часов назад на кухне, шла кровь, и бинт начал терять свою белизну, окрашиваясь в кроваво-алый цвет. В этот самый момент Томас очень сильно перепугался, ведь только-только успокоил себя, что его пока что не убьют, и он может жить себе спокойно, даже в таких условиях. Знаете, как страшно становиться, когда только-только подумал о том, что тебя не убьют, а уже через пару секунд чувствовать, как парень, который тебя похитил, почти со всей дури сжимает твою шею, что аж хочется кричать. Но кричать не можешь, так как ком страха застрял в горле. Торд так стоял пару секунд несильно, но сжимая шею своего гостя-жертвы… Полностью осознав то, что он делает, рыжеволосый резко отпустил шею Томаса и сделал от него пару шагов назад. Вышеупомянутый же резко развернулся и сделал пару шагов назад от своего похитителя, и именно в эти минуты появляется такая неловкая тишина. Два живых человека в этом доме молча смотрели друг другу в глаза. Один боялся что-то сказать, так как понимал, что еще одно неловкое слово или движение, и ему точно не сдобровать, а второй был в шоке от самого себя, не понимая с чего вдруг он отвлекся и чуть не задушил человека. Так простояли они всего пару минут. Первым не выдержал Том — он громко вздохнул и перевел взгляд в сторону, а после опять посмотрел на своего похитителя и начал новый диалог: — Ну… И что это за херня была только что, Торд? — Томас пытался сдерживать свою истерику, которая прошлась сверху до низу по телу парня в надежде найти выход, но нигде не было ни малейшего намека на него. — Проверка! — лишь это ответил Торд, совершенно спокойно продолжая смотреть на свою жертву, а после все-таки добавил: — Хотел посмотреть, что будешь делать, если я попытаюсь тебя задушить… Ты меня разочаровал. Я думал ты будешь пытаться вырваться, кричать и все в этом духе… Томас, ты удивляешь меня все больше и больше! Ларссон был совершенно спокоен, ведь ложь — это его стихия. Ему нравилось вводить Томаса в заблуждения, но он и сам не понимал, почему так резко слетел с катушек и попытался задушить этого человека. Вроде бы ничего такого. Живет рядом и живет, и будет жить пока не надоест, но почему каждый раз, когда Торд думает об этом парне, смотрит или что-то еще, ему подсознательно хочется уничтожить его или заковать в цепи… Рыжеволосый чувствовал на поверхности подсознания легкие нотки страха, а когда Том показал свою ненормальную сторону при вырезании глаз той особы, страх окутал Ларссона на подсознательном уровне еще больше. Ему показалось, что этот паренек и ему бы с удовольствием глаза вырезал, «была бы возможность», как говориться… И в этот самый момент Торду было интересно, как долго продержится его психика и того паренька… Томас недовольно буркнул, осознавая, как путаются в его голове все мысли это, ведь была очень странная проверка! Это ведь даже проверкой назвать было нельзя! Реально ли это была проверка? Жалко, что кофейно-волосый не мог читать мысли и понять настоящие эмоции, но и поверить в эти слова, ранее сказанные Тордом… он не настолько наивен. — Ладно… — вдруг отвлекаясь от своих мыслей и отвлекая от мыслей Тома, сказал красноглазый и улыбнулся. — Нам нужно быстрее удобрить лес и вернуться домой. Все-таки завтра вставать нужно в семь часов в твою любимую школу, — сказав это, Торд обошел Тома и начал собирать пакеты, в которых были распиленные части тела бедной девушки. Рыжеволосый парень был не слаб, к слову, вообще не слаб, так что он спокойно забрал все пакеты и пошел в сторону выхода из подвала. Так же, как и обычно, он не думал, что Томас мог бы что-то сделать. Странно, но Торд считал новую свою жертву слишком умной, ведь этот мальчик хоть и острый на язычок, но для спасения собственной шкуры сначала хорошенько подумает, а потом уже сделать что-то… Ну, а что? Хозяин дома был полностью уверен, что Тому не захочется получать в очередной раз битой по голове или еще что…