Статус: все сложно

      — Женька…       Она, сгорбившись, сидела на краешке встроенной прихожей и тряслась всем телом, обхватив себя руками. Ее лицо было перемазано кровью, губа разбита, на скуле багровел синяк, а чистые васильковые глаза смотрели перед собой ничего невидящим стеклянным взглядом.       — Мура! — Вася в одно мгновение подлетел к ней, упал на колени и с силой тряхнул за плечи.       — Аааууу, — взвыла Женя в голос, выныривая из тяжелого ступора, и только сейчас Кот заметил, что рукой она зажимала внушительный порез на предплечье. Ее пальцы тут же окрасились кровью, заставив Ионова похолодеть.       — Твою мать, Женька! Что случилось? Где тебя носило?       — Нигде, — девушка дернулась всем телом и, озираясь как затравленный котенок, попыталась отпихнуть крепко держащего и нависающего над ней Ионова. — Пусти!       — Чего? — взревел он.- Кто это сделал?       — Пусти! — практически закричала Женя. — Пусти! Пусти!       На шум в прихожей, наконец-то, отреагировала Наташа, сначала деликатно выглянув из-за угла, а увидев подругу, со всех ног бросилась к ней.       — Матерь божья! Женька! Что случилось? — она, видя, что Мура пытается вырваться из его цепких пальцев, отпихнула Васю и осторожно прижала к себе близкую к истерике девушку.       — Я д-домой шла, — заикаясь, заговорила Женя шепотом, оказавшись в заботливых руках подруги, — а они… с-сумку хотели з-забрать сначала, а п-потом в машину з-запихнуть, — голос ее сорвался, и она уронила голову на Наташино плечо, ища поддержки.       — Я же тебя предупреждал! — Вася с силой всадил кулак в стену, отчего обе девушки подпрыгнули на месте. — Предупреждал, что ничего хорошего из твоей работы не выйдет! Доигралась! — опять накинулся на девушку Ионов.       — Бедная моя девочка, — Наташа, не обращая внимания на лихорадочно маячившего рядом Кота, начала осторожно стягивать с Жени куртку, пытаясь понять насколько та пострадала. — Куда еще били?       — Н-никуда, — все еще вздрагивая, ответила девушка, -только руку п-порезали и по лицу… Их мужик с с-собакой спугнул.       — Ты описать их сможешь?       — Да угомонись уже! — прикрикнула, наконец-то, на Васю Наташа. — Помоги лучше.       Они вдвоем кое-как раздели одеревеневшую Женю и увлекли в ванную, чтобы смыть кровь и хоть немного привести ее в чувство. Синяк на лице и разбитая губа опасений не вызывали, а вот порез на руке оказался довольно серьезным.       — Надо скорую, — изрекла Наташа, деловито осматривая рану и прикладывая к ней чистое полотенце. В руках у Васи как по волшебству появился телефон, и уже через секунду в трубке послышались длинные гудки.       — Не надо скорую, — взвилась Мура, уже немного пришедшая в себя. — Они заставят в полицию сообщить. А если мама узнает… Они меня домой заберут, сразу же, — но Ионов на Женины, как он посчитал, детские опасения не обратил никакого внимания. — Наташа, — она умоляюще посмотрела на девушку, — скажи ему.       — Ладно, — сдалась Наташа и, выхватив у Кота из рук телефон, нажала отбой. — Без скорой обойдемся, края у раны ровные, попробуем сами справиться. — Она скрылась в своей комнате и уже через несколько секунд вернулась с небольшой аптечкой. — Только, Женька, предупреждаю, щипать будет адски. Терпеть будешь? Обезболивающего дома нет.       — Буду, — упрямо ответила Мура.       Пока Наташа обрабатывала порез и останавливала кровотечение было терпимо, и Женя только судорожно цеплялась пальцами за край раковины. Но как только на рану попал медицинский клей, и Наталья с силой стянула края пореза, давая ему возможность схватиться, она дернулась и взвыла в голос.       — Держи ее, — рыкнула на Васю Наташа, и он тут же прижал к себе девушку, лишая ее возможности двигаться.       — Я же тебе говорил! –с плохо скрываемой яростью шипел Ионов. — Упертая! Доигралась! — чувствуя, как дрожит в его руках Женя и слыша, как она надрывно стонет и пытается вырваться, он распалялся еще больше. — Ничего не хочешь слышать. Считаешь, что только твое мнение правильное.       Наташа, тем временем, дождалась пока клей подсох и аккуратно начала наклеивать широкий пластырь и перевязывать руку. Женя порывисто выдохнула, и Вася почувствовал, как она обмякла в его руках.       — Наташа, давай скорую, — рявкнул Кот, подхватывая девушку на руки. — Ей плохо совсем.       Мура вынырнула из густого тумана, пытавшегося утянуть ее из навалившейся реальности, физической боли и страха, и соскользнула с крепко удерживавших ее Васиных рук. Она озлобленно отпихнула от себя парня, как будто именно он был виноват во всем, что с ней произошло, и сорвалась в истеричном припадке, выплескивая из себя весь ужас пережитого.       — Не плохо мне, — практически заорала девушка. — Отпусти! Уходи! Отстань уже от меня! — она с силой колотила его в грудь своими маленькими кулачками, и опешивший от такой неожиданной реакции Кот даже не попытался увернуться или перехватить ее руки. — Я уже поняла, что сама во всем виновата, что доигралась и что все это потому, что я дура упертая. Доволен? Ну вот ничего не могу я с собой поделать, люблю поиграть, пощекотать нервы и, как видишь, опять заигралась.       — А ну-ка тихо! — резко прикрикнула на Женю Наташа. Она перехватила ее руки и попыталась прижать к себе. — Тише, тише. Успокойся. Все уже закончилось, все позади. Успокойся.       Девушка крепко обнимала разбушевавшуюся подругу, пытаясь угомонить, но она вырвалась.       — Да отстаньте вы все уже от меня! — зло крикнула Мура и убежала к себе в комнату, со всей силы грохнув дверью о косяк.       Наташа и Вася застыли почти как по команде и ошалело уставились на захлопнувшуюся за Женей дверь. Наконец, девушка не выдержала и, осторожно подтолкнув Ионова к выходу из ванной комнаты, спросила:       — Ну и долго ты тут как истукан стоять собираешься?       Ее слегка ворчливый тон и легкий толчок вывели Ионова из ступора, внезапно охватившего все тело. Еще несколько минут назад его всего трясло и захлестывало пресловутое состояние аффекта, кидавшее из крайности в крайность и накрывавшее необходимостью найти ублюдков, посмевших поднять руку на любимого человека, и задушить их голыми руками. Но неожиданная Женькина истерика, ее колючие «Отпусти! Уходи! Отстань!» в очередной раз дали понять, что он не нужен. Она оттолкнула его даже тогда, когда больше всего нуждалась в поддержке. Вася до боли стиснул зубы, пытаясь утихомирить всю бурю чувств, клокотавшую внутри словно разбуженный вулкан, и заставить себя принять, наконец-то, ее, видимо, окончательное и бесповоротное решение.       — Эй, — Наташа осторожно тронула его за плечо, отчего Вася еще раз вздрогнул.       — Спокойной ночи, — неуверенно пробормотал он и вышел из квартиры.       Наташа, растерянно переводя взгляд с одной захлопнувшейся двери на другую, замерла на пороге ванной комнаты с немым вопросом на лице. Надо признаться, такой развязки сегодняшнего вечера она никак не ожидала. Ладно Женька, ее истерика после всего случившегося была понятна и вполне себе ожидаема. Сама Наташа, скорее всего, в подобной ситуации рыдала бы в три ручья, ну, а Мурку накрыло в другую сторону. Но вот Ионов??! Своим вопросом она хотела его подтолкнуть к Женьке, а никак не выпроводить из дома. Пусть психанул с перепугу, но все-таки должен же понимать, что сейчас оставлять ее одну нельзя ни в коем случае. Тем более ему.       То, что между этими двумя никакая не дружба, она поняла в первый момент, как только Вася переступил порог их квартиры. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы заметить те бешеные флюиды, которые исходили от этих «типа друзей». Но их упорное «доигрались» все же неприятно отстукивало в мозгу. До чего они могли доиграться пока ее не было дома, и кто именно из них доигрался тоже было непонятно. Она постояла еще несколько минут, буравя взглядом то одну дверь, то другую и пытаясь понять, как ей поступить в данной ситуации, чтобы не сделать хуже, чем уже есть. Идти успокаивать Мурашову? Вряд ли ей это удастся, не в ее поддержке сейчас нуждается испуганная девчонка. Значит надо идти утешать, а точнее вправлять мозги Ионову.       Наташа осторожно выглянула из квартиры и сразу же заметила застывшую Васину фигуру на лестничном пролете у небольшого подъездного окошка. Она спустилась к нему и осторожно тронула за плечо.       — Вот жизнь пошла да, Вась. Есть человек, — она чиркнула огнивом зажигалки, и огонек весело заплясал в отблеске стекла, — и нет человека, — захлопнула крышку, и лестница снова опустилась в полумрак. — Держи и больше не теряй.       Наташа вложила в его ладонь зажигалку, подаренную Женей и выпавшую из кармана пока они метались по прихожей, и пошла обратно в квартиру. Стоя в дверях, она ждала от парня ответной реакции на ее вполне себе очевидный намек, но Ионов смотрел на нее как на пустое место, поэтому девушка уже с неприкрытым нажимом спросила:       — Ты понимаешь да, что чаще всего, когда по-настоящему плохо, мы срываемся именно на тех, кого действительно любим?       И зашла в квартиру, предусмотрительно оставив входную дверь открытой.       Кот замер, глядя ей вслед, и, сжимая в руках холодный металл зажигалки, начал осознавать, что он не просто дурак, а скорее просто неимоверный дурак. Он сорвался, понимая, что несколько часов назад мог потерять Женьку навсегда. Сегодня девушку, которую Вася так сильно любил, могли покалечить, изнасиловать и даже убить, а он в это время спокойненько сидел на маленькой уютной кухоньке с кружкой горячего чая и пестовал свою обиду, награждая ее всеми возможными нелицеприятными эпитетами.А потом сорвалась и она. Сорвалась только потому, что ждала от него поддержки, защиты и любви, а не мальчишеской истерики, скрывающей страх и неуверенность. Вася выругался самыми последними матерными словами и рванул наверх.              Женя сидела в углу кровати, обхватив коленки руками и глубоко дышала, пытаясь расслабиться, но получалось слабо, точнее не получалось совсем. Пережитый страх прочно засел в груди, сжимая своими липкими руками сердце и сдавливая горло. Одеревеневшее тело не слушалось, голова кружилась, внутри до сих пор все тряслось, и очень хотелось, как маленькой девочке, расплакаться, но слез, как назло, не было. Она пыталась закрыть горевшие огнем глаза и провалиться в спасительный сон, но как только смыкались веки в памяти всплывали лица, напавших на нее уродов, их гневные окрики и мелькавшее лезвие перочинного ножа. Поэтому она отчаянно буравила взглядом стену, надеясь в конце концов просто обессилить и отключиться. Женя судорожно всхлипнула, пытаясь все-таки взять себя в руки. Она ведь по-детски полагала, что с ней ничего подобного никогда не случится, а если и случится, то рядом обязательно будет тот любимый и единственный, который сумеет ее защитить. Но «взрослая» реальность оказалась не такой радужной как хотелось бы: час назад ее чуть не убили из-за пятисот рублей, которые были в кошельке, а любимый и единственный прозаично оказался парнем лучшей подруги и после сказанных ему тем утром слов считал ее виноватой во всех смертных грехах.       Скрип аккуратно открывающейся двери в тишине спальни показался оглушительным, заставив Женю от неожиданности вздрогнуть всем телом. Ионов буквально просочился в комнату, и от одного взгляда на сжавшуюся в комок девушку сердце его глухо ухнуло и упало.       — Маленькая моя… Женечка…       Он присел рядом и осторожно притянул ее к себе, ожидая, что Мура, после его весьма неадекватного поведения, отгородится до него толстенной стеной и в очередной раз оттолкнет, но она сидела словно каменная, не отводя взгляда от его лица.       — Я так за тебя испугался, - Вася невесомо дотронулся до разбитой губы.       — И я испугалась, — Женя неожиданно прижалась к нему всем телом, и, наконец-то, надрывно, в голос разрыдалась.       Вася почувствовал первые вибрации будильника на телефоне и тут же нажал отбой. Женя тихонько посапывала, устроившись у него на груди, и ему не хотелось, чтобы девушка просыпалась от резкой противной мелодии.Она итак крепко уснула только под утро, прорыдав почти полтора часа, а потом всю оставшуюся ночь вздрагивала, всхлипывала и не знала, как примостить отдающую ноющей болью руку. Он осторожно убрал со лба выбившуюся прядку волос, и Мура, почувствовав его прикосновение, приоткрыла глаза.       — Доброе утро, — прошептал он, улыбаясь. — Как ты?       — Не знаю. Пока не поняла, — Женя потянулась и слегка поморщилась — порез тут же напомнил о себе.       — Болит?       — Да, — честно ответила девушка, снова робко устраиваясь на Васином плече.       Они замерли в объятиях друг друга. Вчерашние сумасшедшие эмоции схлынули, и Кот напрягся в ожидании очередного напоминания о том, что между ними, несмотря ни на что, ничего не может быть, а Женя занервничала, чувствуя, что не в силах снова перебороть себя и оттолкнуть его. Настойчивая трель пришедшей смс заставила обоих вздрогнуть. Ионов прочитал сообщение и глухо чертыхнулся.       — Что случилось? — Мура отстранилась и вопросительно на него посмотрела.       — Зачет сегодня по адмответственности первой парой поставили. Напомнили, что если не явлюсь, меня отчислят.       — Так и чего ты лежишь? — пожурила Ионова Женя. — Опоздаешь ведь.       — Хочешь, чтобы я ушел?       Вася задал вопрос быстрее, чем подумал, что совершенно не хочет знать на него ответ. Если бы было достаточно только его желания, он бы не ушел еще в первый вечер их знакомства, ну, а уж сейчас, даже понимая, что упертая Мурашова решения своего не изменит, все равно не хотелось разрушать такую зыбкую и призрачную идиллию.Отпускать ее раз за разом становилось все сложнее.       — Ты должен, — Женя слегка замешкалась с ответом и опустила глаза. — Зачеты пропускать нельзя.       «Ты должен!» — Опять. Твою мать, опять он должен собраться и уйти как будто между ними никогда ничего не было. Неужели она не понимает, что он уже давно должен остаться, должен оберегать ее, защищать, должен быть только с ней и ни с кем другим. И все это, чтобы она не говорила, как бы его не отталкивала, нужно не только ему одному.       — А ты? — спросил Вася, усмехаясь одними губами.       — Мне ко второй паре, — Женя так и не подняла головы.       — Ясно.       Он резко поднялся и вышел, больше ничего не сказав, не посмотрев, только аккуратно прикрыв за собой дверь. А Женя уткнулась в подушку и снова заплакала, понимая, что Вася ее неправильно понял, но разубеждать его у нее нет никакого права. Так будет лучше.       Все 90 минут первой пары, на которую Ионов успел едва-едва, он сидел с таким видом, что даже заслуженный профессор юрнаук не решился лезть к студенту с лишними вопросами. А Вася тем временем накручивал себя до предела, взбешенный неимоверной глупостью и бесконечной упертостью девушки, в которую его угораздило влюбиться. Поэтому, как только профессор объявил лекцию оконченной, Кот вылетел из аудитории полный решимости найти Мурашову и заставить ее себя выслушать даже несмотря на то, что вчера с ней произошло. Но Женьку он не нашел, мало того испуганные его видом сокурсницы Муры сообщили, что она позвонила еще перед первой парой и сказала, что заболела и не придет.       Он достал телефон и набрал Мурашову. Не берет. Позвонил Наташе. Занято. Нехорошее предчувствие, зародившееся еще во время разговора с Женькиными одногруппницами, начало крепнуть и отсвечивать в мозгу красной лампочкой. Уже через секунду Ионов, пряча за убийственно спокойным видом подрагивающие руки и просматривая самые ужасные подкидываемые добрейшим подсознанием картинки последствий вчерашнего нападения на девушку, уверенно зашагал к дому. Дверь на десятом этаже ему открыли, к удивлению, после первого сдержанного стука, причем сама Женя, разговаривающая в этот момент по телефону и объясняющая, что на работу она из-за болезни прийти не сможет.       — Я вызываю скорую! — безапелляционно начал Вася, забирая у нее телефон и бесцеремонно нажимая отбой.       — Зачем? — удивилась Женя, растерянно хлопая глазами и ничегошеньки не понимая. — Что случилось?       — Ты меня спрашиваешь, что случилось? — загрохотал Кот. — Ты сказала, что тебе ко второй паре, и не явилась!       — Ну не явилась и не явилась, — в тон ему ответила Женя. — Нормально все у меня, я еще вчера сказала.       — Ты перепугала меня до смерти. Опять! — рявкнул Ионов. — Ты представляешь, что я успел передумать пока шел домой и не мог дозвониться ни до тебя, ни до Наташки.       — Я не виновата, что у тебя больное воображение! — взвизгнула девушка и, не выдержав его тяжелого взгляда, отвернулась и быстро зашагала в кухню.       Вася заметил и блеснувшие в ее глазах слезинки, и поджатые упрямо губы, поэтому глубоко вдохнул и с шумом выдохнул, чтобы взять себя в руки и перестать кидаться на любимую девушку, как охотник на жертву. Он прошел за ней следом и несмело положил руки на плечи, осторожно притягивая ее к себе.       — Мура, давай ты не будешь мне врать, — начал Вася предостерегающе. — Ты с температурой почти 39 три часа в читальном зале сидела. Так что не говори мне, что ты просто не захотела и не явилась на пары.Тем более, почему ты не пойдешь на работу?       — Потому что, — Женя насупилась и, резко развернувшись, спрятала лицо у него на груди.       — Мура! –Вася оказавшись в кольце ее рук в первое мгновение опешил, но тут же сильнее прижал к себе девушку. Однако тон его от этого не смягчился ни капельки.       — Боюсь, — чуть слышно прошептала Женя.       — Чего? — он приподнял ее голову и заглянул в васильковые глаза, давая понять, что не отстанет пока она не скажет ему правду.       — На улицу выходить, — Женя покраснела до корней и опустила глаза.       — Дурочка! — Вася облегченно выдохнул. — Я сейчас сам тебя прибью. Нельзя так людей пугать, поняла?       Слушая как Ионов бубнит в ее адрес сердитые ругательства и грозит ей самыми страшными карами, Женя тихонько улыбалась, чувствуя, как спокойно и надежно в объятиях любимого человека. Где-то на краю сознания мелькала мысль, что она сто раз должна его оттолкнуть, что все что они делают неправильно и подло, но необходимость чувствовать его рядом неожиданно оказалась сильнее, и она интуитивно просунула руки под мягкий свитшот, наслаждаясь ощущением его обнаженной кожи под пальчиками. От ее легких прикосновений Вася напрягся и замолчал, а Женя смутилась еще больше.       — Ты зачет то сдал? — спросила девушка, переводя тему разговора и стараясь скрыть возникшую неловкость.       — Нет, на третью пару перенесли.       — Балбес ты, — Женя отстранилась, и Вася глухо застонал. — Собирайся, я тебе такси вызову. Еще успеешь.       — Не поеду, — буркнул в ответ Вася.       — Поедешь, — топнула Женя ножкой, — и не спорь. Иначе перееду и адрес не скажу.       — Ну рискни здоровьем, — Вася улыбнулся во все тридцать два зуба — спорить с Муркой, вбившей себе что-то в голову, было бесполезно.              Обозревая в дверях сияющего как начищенный пятак Ионова, Женя занервничала, догадываясь по его хитрющей улыбке, что он что-то задумал. Выпроводив его утром на зачет, она ни секунды не сомневалась, что вечером он обязательно вернется. От этого сердце ее сладко стонало, а в голове набатом стучала мысль «Нельзя. Ни при каких условиях нельзя его поощрять». Она итак не знала, как будет смотреть в глаза Олесе после того, что они сделали, а прошедшая ночь еще раз доказала, что он, несмотря ни на что, нужен ей как воздух. Женя думала об этом весь день, но вразумительного решения ситуации так и не нашла, и сейчас, глядя в лазурно-серые смеющиеся глаза, понимала, что скорее всего уже и не найдет.       — Ионов, чтобы ты не задумал — сразу нет! — предупреждающе заговорила девушка, заставив Васю засмеяться в голос.       — Как ты догадалась?       Кот полдня ломал голову и шерстил интернет в поисках лечения посттравматического стрессового расстройства. В итоге пришел к выводу, что Женька — особа нетривиальная, и лечить ее нужно способами, также выходящими за рамки обычных психологических стандартов. И пресловутое «клин клином» в данной ситуации показалось ему самым удачным вариантом.       Пока Вася улыбался, как самый радостный смайлик, Женя бесцеремонно залезла к нему в карман, в котором он обычно носил сигареты, и выудила оттуда подаренную ею зажигалку. Подвела парня к висящему на стене зеркалу и приложила к его лицу выгравированного кота.       — Смотри, — указала она, — морды у вас сейчас просто один в один — что-то-замышляюще-виноватые.       — Ну раз ты такая догадливая, тогда почему еще не одета. У тебя 15 минут, такси ждет. Форма одежды: джинсы и свитер, на улице ветер холодный, — нетерпящим возражений тоном изрек Ионов.       — Я никуда не пойду, я тебе уже сказала!       Вася, глядя на упирающую руки в бока Муру, лишь ехидно хмыкнул и тут же бесцеремонно впихнул девушку в ее комнату.       — Если через 5 минут я зайду, и ты не будешь одета, я одену тебя сам, — произнес он с таким видом, что Женя решила не проверять исполнит ли он свою угрозу или нет, и покорно пошла собираться.       — И синяк замажь!              Такси остановилось у огромного торгово-развлекательного центра, и бесконечно довольный Ионов поволок абсолютно недовольную Мурашову к отдельному входу в кинотеатр.       — Вась, а нельзя было дома кино посмотреть, да?       — Нельзя. Ужасы нужно смотреть на большом экране, с хорошей акустикой и соответствующим антуражем.       — Чего? — глаза у Женьки полезли на лоб. — Ужасы? Ты сбрендил совсем?       — Мура, у тебя ПТСР. Клин клином — отличный вариант лечения, — Вася как мог пытался скрыть рвущуюся наружу улыбку.       — Чего у меня? И каким еще на хрен клином? — зашипела девушка. — Мне вчера ужасов на десять лет вперед хватило. Я туда не пойду.       Она развернулась и уверенно зашагала к выходу, но Ионов успел ее перехватить, бесцеремонно закинул на плечо и понес в зал. Женя сделала пару попыток вырваться, но с порезанной рукой делать это было весьма неприятно, поэтому она обреченно сдалась.       — Из-за тебя мы попкорн не купили, — надулся Вася, опуская Женю на пол у нужного им ряда.       — А из-за тебя я не буду спать этой ночью, так что пошел ты знаешь куда, Вася, — злобно бросила Мура, усаживаясь в удобное кресло. — Больше я никогда никуда с тобой не пойду!       Женька так и сидела, надувшись и уткнувшись носом в телефон, пока из динамиков не полилась довольно веселенькая музыка, а на экране не замелькала заставка Walt Disney и Pixar. Вася, украдкой наблюдавший за девушкой, не без удовольствия отметил, что с выбором картины для просмотра угадал на все сто, ибо любимая Мурка менялась в лице на глазах.       — Кот, это что? — указала она на экран.       — Как заказывали — ужасы. «Корпорация монстров». Мы считаем, что они страшные, но на самом деле их пугаем мы! –продекламировал Вася слоган полнометражного мультфильма, нависая над Женькой, закатывая глаза и изображая страшную физиономию.       — Ну ты и дите, Ионов!       Из кинотеатра они выходили, держась за руки и все еще весело смеясь. Умилительно-смешной мультфильм сделал свое дело, и если бы не рука Женька бы окончательно забыла обо всем, что произошло с ней вчера вечером. Но не только это заставляло ее чувствовать себя сейчас почти на седьмом небе. Девичье сердечко то замирало, то пускалось в бешеный пляс, и это никак не было связано со сбившимся от смеха дыханием. Каждое, казалось бы, случайное и абсолютно невинное прикосновение Ионова отзывалось в ее теле сладкой музыкой, и бороться с собой не было ни сил, ни уже даже желания. Хотелось оказаться в его объятиях и еще раз пережить все те ощущения, которые он подарил ей той ночью, когда она отдалась ему и душой, и телом. Но Вася за весь вечер не сделал ни единой попытки ее поцеловать, хотя подходящих моментов было предостаточно, а сама Женя проявить инициативу так и не решилась.       — Бежим, — Ионов неожиданно схватил Муру за руку и практически поволок в освещенный фонарями парк.       — Вася, — Женька запыхалась и слегка занервничала, — гулять ночью в парке — это не лучшая идея.       — Это отличная идея! — улыбнулся парень, указывая рукой в сторону освещенного цветными огоньками ледового поля. –Смотри, уже каток залили. Пошли кататься.       — Я не умею…       Мура невинно захлопала ресницами, и Вася, глядя на нее, театрально изобразил обморок Джеймса Пи Салливана — главного героя «Корпорации монстров», и сполз по ближайшему дереву до земли, заставив Женьку хохотать в голос.       — Киисяяя! — Женя от восторга прыгала на месте и хлопала в ладоши. — Ты вылитый Кися! Покажи еще! Покажи!       Васе ничего не оставалось как подчиниться. В конце концов, он итак для всех, включая собственных домашних Кот, а для того, чтобы она улыбалась, готов немного побыть и совершенно небрутальным Кисей.       — Ну если я Кися, то ты тогда будешь маленькой и вредной Бу, — Вася приобнял Женю и повел к прокату коньков.       — А Майк Вазовски тогда кто? — не унималась девушка, пока Вася зашнуровывал ей коньки.       — Ну, видимо, Физик.       — Ага. А Светка тогда Змеюсик-Лапусик.       — Я ей обязательно передам, — засмеялся Ионов в голос.       Вася на коньках стоял не хуже обожаемого им Малкина, а вот из Муры ученица оказалась совершенно никакая. За первые пятнадцать минут на льду, она умудрилась растянуться раз десять, и в итоге всецело повисла на Васиных надежных руках. Ей и без коньков совершенно не хотелось отрываться от Ионова, только рядом с ним Жене было спокойно и уютно, легко и весело, и вряд ли сейчас ее мог испугать какой-нибудь противный Рэндалл. Но Кот неожиданно оттолкнул ее от себя и заставил катиться на расстоянии, слегка придерживая на вытянутых руках.       — Ой, мамочки. Держи меня, — заголосила Женя.       «Не отпускай, пожалуйста, только не отпускай. Я так люблю тебя», — стонало ее сердце, а пронзительный взгляд его лазурно-серых глаз заставлял трепетать все тело.       — Я держу тебя, держу, не бойся, — уверенно ответил Вася.       «Не отпущу тебя, ни за что не отпущу. Я слишком сильно тебя люблю», — ритм его сердца сбивался, стоило ему опять оказаться в плену ее пронзительных васильковых глаз.       Кот подтолкнул Муру, и она неумело заскользила по льду, осторожно перебирая ногами. Он ехал чуть поодаль, давая ей возможность двигаться самостоятельно, переживая маленький удивительный полет и ощущая на лице свежий морозный ветер свободы. Хотя он бы с бо´льшим удовольствием сгреб ее в охапку, запер дома и… Но Вася вдруг так и не решился сделать первый шаг. Еще слишком свежи были раны от ее колючих слов, слишком зыбка перемена в ее отношении к нему, поэтому сейчас он опять пытался сохранить хотя бы видимость сложившейся дружбы, чтобы снова иметь возможность быть рядом.       Кот, погруженный в свои невеселые мысли, не заметил, как Женя откатилась от него на довольно приличное расстояние и, не удержав равновесие, рухнула на лед.       — Сильно ударилась? — обеспокоенно спросил он, в ту же секунду оказавшись рядом. Вася помог ей подняться и крепко прижал к груди.       — Скажи, а мне обязательно больно падать каждый раз, когда я хочу, чтобы ты меня обнял? — лукаво спросила Женя, почти касаясь его чуть обветренных губ своими. Она запустила пальчики в его густые волосы, не давая ему возможности отстраниться, и, перед тем как прильнуть к нему в таком желанном сейчас поцелуе, прошептала:       — Кися мой…