— Ну привет, Салли.

— Ларри, ты что?.. — голос у Фишера предательски задрожал, каждое слово было сложно произносить от страха. — Тихо, мальвина. — Джонсон хищно улыбнулся и снова прильнул к искусанным губам голубоглазого, вызывая у того слезы. Сал расплакался. От этого шатен еще больше возбудился, но он понимал, что Фишер напуган. Он прижал к себе младшего, поглаживая по макушке, и начал шептать: — Сал, ты прости меня… — Мы знакомы два дня, если не меньше! Мы парни! — более спокойно, но все равно заикаясь, прошептал Фишер. — И? — без какого-либо удивления ответил металлист. — И… — Сал снова заплакал. Ларри налил виски в стакан и протянул испуганному. Тот сразу же схватил и выпил, посматривая на шатена, и тут же отворачивая взгляд. — Я же отвратительный, чем я тебя так зацепил? — Ты очень интересный человек. Весёлый, порой странный, но это не делает тебя хуже. Да и вообще, внешность — не главное. Фишер на секунду задумался, но прошептал — Сказал красивый человек. — Тут же послышался тихий всхлип. — Опять плачешь? — обнимая Салли, спросил металлист. — Ага… — тихо произнёс Фишер, ещё сильнее прижимаясь к Ларри и вдыхая его одеколон. — Милый малыш, пф… — Милый? Малыш? — Удивился Салли, чуть-чуть обижаясь. — А ты бессмертный у нас, да? Голубоглазый схватил лицо шатена и поцеловал, нежно, аккуратно. Наверное, вы подумали что это алкоголь охватил разум Фишера. Но нет, это было неудачное желание проучить металлиста. Джонсон ответил на поцелуй, усмехнулся и продолжил гладить руками тело парня. От этого Сал дернулся, поняв, что идея была ужасной. В комнате становилось все жарче и жарче, а желание всё было больше и больше. Сал поддался инстинктам и стянул с Ларри футболку, залезая ему на колени. Салли засмотрелся на тело металлиста, но очнулся, когда почувствовал на своей шее горячие губы шатена. Из его губ вырвался тихий стон. Ларри все это заводило больше и больше, но он терпел. Увидев возбужденную плоть, он надавил рукой на член металлиста. Тот заскулил от удовольствия, либо от слабой боли возбужденного органа. Салли хитро улыбнулся. Но эта выходка явно была опасной для него же. — Еще одна такая выходка, Салли Фишер, я тебя жёстко изнасилую. — шатен слегка шлёпнул голубоглазого по заднице. — Ой-ой-ой… — изображая страх, прошептал Фишер с выдохом, вызывая у Джонсона некий слой мурашек. — Я сейчас вернусь. — как-то уж слишком похотливо произнёс Ларри, вставая с кровати, и, слегка пошатываясь пошёл в другую комнаты. — Угу. — тихо ответил Сал, оставаясь на кровати один. Он знал, что это неправильно. Но желание… Шатен вернулся со смазкой, шаловливо улыбаясь. Он поставил смазку на тумбочку и из неё же достал наручники. — Окей… Металлист прицепил наручники на руки Фишера, поднимая их одной своей рукой. Он полностью стянул с него одежду, оставляя голым. Насмотревшись на хрупкое тело Фишера, он смазал свои пальцы, и резко вошёл в Салли. Тот проскулил и прикусил до крови губы, а из глаз поступили горячие слёзы. Шатен поцеловал спину Фишера, продолжая расширять Сала. Уж не хотелось ему видеть слезы невинного человека, которого ты ещё и любишь. Когда все было готово, шатен стянул с себя джинсы и спросил грубым голосом: — Готов? — Да… — Фишер закрыл глаза и тихо выдохнул. Джонсон вошел во всю длину, заставляя младшего вскрикнуть от перемешанных чувств. Из пухлых губ шатена вырвался рык удовольствия от узости. Джонсон продолжил потихоньку двигаться, ускоряться, при этом успевая гладить Фишера по спине. По всей комнате раздавались шлепки. Хвостики голубоглазого были запутанные и лохматые, а чёлка прилипла ко лбу из-за пота. У Джонсона с волосами было тоже самое. Наручники натерли запястье младшего, но ему сейчас было явно не до этого. Когда Металлист был на пределе, он остановился и резко вышел из Фишера, а тот неприятно промычал. Металлист наклонился к лицу голубоглазого, давая намёк, что пора работать ртом. Сал, возмущаясь взглядом, открыл рот. Металлист понял, что сам Салли не будет ничего делать, по этому начал действовать сам. Спустя несколько минут, они вместе кончили. Шатен отстегнул наручники Фишера и лёг рядом с ним. Прижимая его к себе, он прошептал: — Моя принцесска…