— Ну привет, Салли.

***

— Джонсон, я устал, — скулил Фишер, шагая по полу маленькими и пьяными шагами. Он опирался на сильную руку металлиста, которая держала его за талию. Куда они шли, Фишер не знал. — Почти, малыш, почти, — ответил шатен, целуя холодный лоб голубоглазого. Его пальцы жадно дёргали кофту Салли, а глаза растерянно искали тот источник. — Ну когда почт… — не успел Фишер договорить, как споткнулся об корень дуба. Ударившись об руку, он засмеялся своей же неуклюжести и боли. Смотря на это шокированными глазами, Джонсон сел на корточки и произнёс: — Хорошо тебя жизнь помучала, как я вижу. — Ага, — ответил Сал, продолжая хихикать. Немного отдохнув на земле, Салли потянул руку и прошептал: — Помоги встать, пожалуйста, — уже не так, но улыбаясь просил Сал. Конечно, через протез это было не видно для окружающих. Только Ларри знал, что на его пострадавшем лице сияла голивудская улыбка. Резко схватив за руку и подтянув на себя, с принцессы слетел протез, а губы были накрыты пухлыми устами Джонсона. Прикусив губу Ларри и услышав же его стон, Фишер довольно ухмыльнулся. Длинные и тонкие пальцы Салли перебирали каштановые пряди. Их страстный поцелуй длился недолго. Хрупкое тело оказалось прижатым к дереву, а между ног колено Джонсона. — Похоже, мы не дойдём до того места, — прошептал Ларри, начиная жадно покрывать бледную шею багровыми засосами. Грубые пальцы прикасались к горячему телу Салли, поглаживая его. Тихие стоны вырывались из уст Фишера, заполняя жаркое пространство между любовниками. — Не похоже, а точно, — с трудом ответил Фишер, горячо и возбужденно вдыхая воздух и прикусывая губу. — А ты знал, что у тебя волосы ещё больше отросли? — С подозрительностью спросил Джонсон, не отрываясь от шеи Сала. Казалось, что на ней не осталось живого места. Прижатый к дереву, голубоглазый, мог лишь смотреть сквозь ресницы и тихо стонать. Его горящие, как казалось Ларри, руки прикоснулись к скулам металлиста. Их губы снова соприкоснулись. В штанах всё неприятно гудело от возбуждения. — Ах… га. Ага, — промычал Фишер в шоколадные губы металлиста. — Тебя… ах… это возбуждает? — спросил с ехидной улыбкой Сал, прогибаясь в спине и прижимаясь к телу Джонсона, специально его мучая. — Да, — ответил Ларри, отвлекаясь на глаза Салли. Уловив момент, Сал толкнул металлиста на мягкую землю, оказываясь на нём. Молча, Фишер стянул уже грязную футболку с металлиста и продолжил его дело. Руки изучали мускулистое тело, иногда касаясь рукой и медленно проводя по возбужденной плотью пальцами. Джонсон закрыл свои глубокие глаза и томно вздыхал от движений Фишера. Насладившись вкусом шеи Лара, Сал поближе пододвинулся к лице Джонсона и накрыл шоколадные губы металлиста. Это продлилось недолго. Стянув с себя кофту и откинул её в дерево, Сал аккуратно расстегнул джинсы шатена и оттянул их вниз. Шаловливые пальчики снова провели линию через боксеры по половому органу, а позже по голому члену. Ехидно улыбнувшись, Сал облизнул головку, смотря своими хитрыми глазами на реакцию Джонсона. Изогнувшись в спине, металлист довольно ясно простонал. Продолжая работать ртом, Сал не заметил, как уже стало темнеть. Спустя пару минут, Фишер оторвался от органа Джонсона, не давая ему кончить. — Сучка, — прошептал металлист, перехватывая Салли и насильно прижимая полуголое тело к земле. — Ты красивый, однако… — каждое слово становилось всё тише и тише. — Однако, твоя красота и сам ты принадлежишь мне, — совсем тихо прошептал Джонсон, резко стягивая с Фишера боксеры. — Прижмись к дереву, Принцесска, — приказным тоном произнёс металлист, шлепая Сала по попке. — Как скажете, господин, — ответила принцесса, специально виляя пятой точкой, попутно подползая к дереву. Прижавшись грудью и обнимая руками бревно, Сал снова повилял пятой точкой, показывая, что он готов. Облизнувшись, металлист шлёпнул ягодицы Фишера ещё два раза, а позже грубо вошёл. Громко простонав от боли и удовольствия, Сал ещё сильнее обнял дерево. — Прости, детк, смазки нет, — прошептал Джонсон, давая привыкнуть Фишеру. Почувствовав, как Салли заёрзал на месте, призывая к дальнейшим действиям, металлист продолжил двигаться. Было уже темно, но кого это волнует? Салли стонал уже более громче от удовольствия, обнимая дерево и ёрзая на члене Джонсона. У металлиста же, стоны были смешанными с рычанием.