strawberry and cherry

      В этом доме всегда уютно, особенно по вечерам у панорамного окна. В этом доме всегда пахнет вкусной едой, а еще клубникой и вишней. Ягодные ароматы появились в этом доме года четыре назад, когда Юнги в один из одиноких вечеров сорвался в питомник и забрал с собой двух неуклюжих котят, которые забавно дурачились в клетке и кусали друг друга за уши и хвост. Мин ехал домой и улыбался, когда осознавал, что теперь у него будет двое маленьких детишек, за которыми нужен будет уход. В собственных мыслях он уже был отцом двух пушистых котят, которые будут кусать его по утрам за нос и уши, чтобы разбудить. Но котятами они пробыли недолго. Через год...       Юнги чуть в обморок не бахнулся на пороге собственной кухни, когда увидел, что за столом, тихо переговариваясь, сидели двое парней. Они были одеты в его одежду, в какие-то длинные растянутые футболки, что очень им шли, в растрепанных волосах путались стоячие кошачьи ушки, а из-под футболок торчали пушистые хвосты. Чуть инфаркт не схватил, когда оба счастливо завизжали, вешаясь на шею и приговаривая, что очень рады возвращению папочки. Так, вместо двух пушистых зверят, в доме директора автомобильной фирмы появились некоматы Чимин и Тэхён.       И Юнги не знает, что пошло не так в один момент, он устал тогда и разум и сознание вернулись к нему в тот момент, когда он опустил глаза вниз и увидел, что между его ног сидели оба и, довольно причмокивая, ласкали его член. Чимин умело вылизывал мошонку и яички, а Тэ игрался с головкой, толкая язычок в уретру. И Мину это нравилось, как и его малышам, которые менялись между собой, а потом оба приняли горячую сперму на лица.       Чимин и Тэхён только на первый взгляд казались похожими. Конечно, общие черты, как у братьев, у котят были, но характер каждого различался. Юнги мог даже в темноте понять, кто вошёл в комнату, просто по походке. Тэхён не умел медленно передвигаться, он носился, как маленький ураганчик, сбивал предметы интерьера и все время издавал какие-то звуки. Чимин же был тихоней. Он всегда входил, будто боясь, сначала заглядывал за дверь и только потом вплывал в комнату. Неко держал хвостик прижатым к ногам и ушки у него прятались в волосах в отличие от тэхёновых, что антеннками всегда торчали вверх.       У котят были свои комнаты, хотя спали они всегда на большой постели хозяина, обвивая его всеми конечностями (а учитывая длину пушистых хвостиков Юнги оказывался буквально связанным).       У Чимина была небольшая, но уютная комнатка. Нежно-розовые стены были увешаны фотографиями в белых рамочках, односпальная постель заправлена мягким пледом, а над потолком по всему периметру комнаты поблёскивала гирлянда. Чимин хорошо находил общий язык с людьми, его все любили, но друзей у старшего котёнка не было. Неко предпочитал тихие посиделки в своей комнате на мягком ковре, он часто затыкал ушки наушниками и просто мечтал о приключениях и выдумывал сказки.       Тэхён же не мог без своих друзей, которых Мин, конечно, разрешал приводить. В светлой комнате с кофейными шторами всегда было шумно и весело, Тэ с друзьями играл в настольные игры или снимал забавные видео, несясь по просторной квартире. Младший неко был более игривый и любил выдумывать что-то необычное, в то время как Чимин был всегда нежным с мужчиной, но забавы братика поддерживал.       Юнги, являясь известным лицом в Сеуле, держал планку. Он и сам по себе был холодным с чужими. Строгий, без тени улыбки, в идеально выглаженном костюме и причесанный, дома Юнги превращался в нежного папу, готового обласкать и подарить тепло своим котятам. Юнги любил эту разницу между ними. Любил и любит их обоих.       Вечер пятницы пахнет вином и сладкими духами. Чимин шнурует на брате белый кружевной корсет, пока Тэ поправляет на своей шейке шелковый чокер. Сам Чимин в таком же корсете, только, естественно, розовом, с которого свисают две ленточки с прищепочками для чулок. На одной ножке у неко капроновый чулочек, а на второй кружевной. Пак, заканчивая шнуровку бантом, проводит руками по стройной талии братика. — Пойдём в прихожую, скоро вернётся папочка, — Чимин с улыбкой смотрит, как Тэ поправляет на своих ножках чулки в белую сетку и вышагивает к прихожей, размахивая хвостом.       Когда хозяин будет дома, два котика встретят его в прихожей, стоя на коленках. Юнги сегодня, честно, не рассчитывает встретить на пороге маленьких извращенных котяток, но, открыв двери, удивленно выдыхает. — Малыши...       Он щёлкает замком и распускает шарф на шее, а Чимин тянется пухлой ручкой к ремню на брюках, пока Тэ гладит бедро Мина и трется головой об его ногу.       Котята помогают хозяину избавиться от ботинок и брюк, пока Юнги отбрасывает пальто и гладит обоих по голове. Оставив вещи кучей на полу, Мин идёт в спальную, а следом за ним, виляя хвостиками, на четвереньках следуют ушастые.       Юнги ведет бровью, замечая на постели подготовленные розовые игрушки, и садится на край постели, раздвигая ноги. Он поглаживает свой пах ладонью, чувствуя, как член наливается кровью от тех мыслей, что крутятся в голове. Чимин устраивается между ног и сквозь ткань чуть прикусывает орган Мина, а Тэ устраивается с краю на постели, чтобы губами раскрасить шею хозяина. И Юнги совсем теряется от ласки двух своих котят, что уже привыкли показывать свою любовь таким образом. Но и он не отстает от них: хорошенько трахает, ценит и заботится, так показывая свою искреннюю любовь. — Мальчики, чего вы такие заведенные? М-м? — Юнги охрип даже от ласк, окружающих его со всех сторон. — Мы просто соскучились по папочке, — шепчет Тэ, опаляя дыханием ухо Мина. — Очень соскучились, — вторит Чимин, стягивая со старшего белье, — мы хотим показать папочке, как сильно, — неко поднимает карамельные глаза на Юнги, — любим его.       Мин утопает в карамели чудных глаза Чимина и сдается им обоим. Приобнимает Тэхёна за талию, а в волосы Чимина зарывается пальцами и нежно чешет за ушком. Теперь комната наполняется не только сладким перемешанным запахом, но еще и мурчанием, к которому добавляются и хриплые постанывания Юнги, потому что Чимин пухлые губки сменил на шершавый язычок... Малыш прикрывает глаза и лижет по всей длине, громко мурлыкая. А младший неко решает занять губы хозяина поцелуем, руками лаская бледную грудь. Но хозяин разрывает поцелуй и нежно давит на плечи Тэхёна, заставляя его опуститься вниз и сесть рядом с Чимином. Он чешет старшего котёночка за ушком и по-доброму усмехается. — Присоединяйся к Чимину, детка.       Тэ кивает и зубками слегка прикусывает мошонку, пока Чимин берет в ротик и медленно насаживается, язычком блуждая по венкам. Пока старший неко начинает ритмично двигать головой, Тэ ласкает кожу вокруг поцелуями и помогает рукой у основания. И этого Мину вполне хватает для разогрева, потому через пару минут он уже командует: — Живо в кровать, ложитесь на спинку.       Юнги избавляется от рубашки, пока малыши послушно укладываются на большой кровати и по очередной команде хозяина задирают ножки. Мин забирается на постель и садится перед ними обоими, хмурится слегка, чуть поправляя их положение, и легко двигает ближе друг к другу. — Задерите свои попки и покажите мне дырочки.       Котята послушно прогибаются и стягивают до коленок кружевные трусики, но не снимают до конца, знают, что хозяин так любит. Юнги судорожно выдыхает, замечая, что малыши почти синхронно беспрекословно подчиняются и обнажаются. Но он тоже кое-что знает, чем чаще и пользуется...       Его котята — несносные ревнивцы, и не дай боже, если похвалишь одного, а другого нет. Не приведи господь, если уделишь одному из них больше внимания, чем второму. Кажется, малыши и не догадываются, что Юнги от этого башню срывает, потому, ухмыляясь, он проводит пальцами по влажной дырочке Тэхёна и хрипло шепчет: — Тэхёни, какой ты сегодня красивый...       Нет, Чимина он тоже ласкает, повторяет все то же, что и с Тэ, но в его сторону ничего не говорит. Ждет...       Чимин прикусывает губу и молчит, но хвостик и ушки выдают своего хозяина. Пушистая лента поджимается к ногам, а ушки почти прячутся в волосах. Дырочка котёнка сжимается, но не от удовольствия, а от обиды. А Тэ лишь довольно улыбается, видя как Чимин отворачивается от него и тычется носом в подушку — обиделся. — Чимини? — Юнги сладко улыбается, ведь получил, что хотел. — Ты вычесал свой хвостик? Пушистый... красивый, — теперь все на равном, Чимин тоже получил комплимент. Мин чувствует, как узенькая дырочка расслабляется и снова позволяет толкаться на пару пальцев без всяких препятствий. Старший неко обиженно фыркает, но расслабляется, а Тэ берет его за руку. Котята в унисон постанывают и вертят сочащимися попками перед Мином.       Все почти на равных, но не совсем. Чимин был обижен, а Тэхён нет, так что Юнги исправляет и этот дисбаланс.       Влажная вишневая дырочка пустеет, а пальцы папочки теперь нежно гладят талию Чимина, стараясь попасть в ритм медленным толчкам других пальцев, что погружаются в нежную промежность котика. И смотрит Юнги только на старшего некомата, губу прикусывает, ожидая, что Тэхён тоже надует губы.       Тэхён же сразу фыркает и хмурит бровки, он обиженно хлещет Юнги хвостом по ногам и показушно отпихивает от себя руку стонущего Чимина. А второй котёнок лишь жмурится и сильнее выгибается, черт, как же он любит, когда папочка занимается только им.       Юнги хрипло смеется, не удерживается от такой веселящей картины, представшей перед его глазами. Но это не самое веселое: его мальчики, никогда и нигде не конфликтующие, решающие вопросы между собой без ругани и ссор, в постели готовы драться за папочку. Никто, конечно, им этого не позволит, но сам факт забавит до ужаса сильно. — Как же вы будете делить мой член сегодня? — мысли вслух; каждый из них ведь прекрасно знает, что одним членом трахать сразу обе дырочки не выйдет, и кому-то какое-то время придется наслаждаться лаской рук, пока другой будет умирать от удовольствия, прыгая на толстом члене. — Младшие вперед, — хмыкает Тэ и недовольно надувается, садясь в кровати.       Чимин же не спорит и кивает, он всегда соглашается подождать, но Мин замечает, как каждый раз старший обидчиво надувает губки. — Становитесь на четвереньки, — Юнги снова применяет приказной тон. И если бы Мин пропел бы это ласково, котята выполняли бы это лениво и медленно, но приказ есть приказ, так что обиды уходят на задний план.       Оба быстро меняют позиции и выгибаются в спинках, Чимин хныкает от желания, а Тэ пытается незаметно от хозяина прикоснуться к своему члену хвостиком, чтобы хоть как-то получить ласку. Но Юнги очень внимательный, так что Тэхёна шлепают по ягодиц в качестве наказания. — Мин Тэхён, Вы желаете сегодня совсем остаться без ласки?       Неко недовольно хнычет и косится на Чимина, который кусает губы. Он еле сдерживает себя, чтобы не потереться хоть обо что-нибудь. — Папочка, пожалуйста, — выдыхает Тэ. — Целуйтесь, — строго выдыхает он в ответ.       Но попочки котят накрывает обеими ладонями и нежно гладит, рассматривая капли смазки, что блестят на мошонках у обоих. Чимин подползает чуть ближе и нежно припадает к губам брата, Тэ сразу перехватывает инициативу на себя и прикусывает губу котёнка. Юнги сталкивает упругие попки малышей и склоняется, оставляя поцелуи поочередно сначала на ягодицах одного, а потом на ягодицах другого. — М-м...       Котята не перестают целоваться, постанывая в губы друг друга. Чимин отрывает одну руку от кровати и зарывается ею в волосы Тэ. А Мин одновременно вставляет во влажные дырочки по два тонких пальца, растягивает узенькие промежности на манер ножниц и вслушивается в тихие стоны малышей.       Чимин закатывает глаза под веками от удовольствия и сжимает в ладони волосы младшего, вызывая этим у него громкий стон. Юнги через некоторое время надоедает играться одними пальцами, так что он предлагает своим мальчикам выбрать по игрушке. Выбором Тэхёна остается розовый фаллоимитатор, а Чимин выбирает игрушку помощнее, ребристую, блестящую, в форме скрепленных шариков, возрастающих от самого маленького к большому.       Мин и не сомневался в выборе тихони-Чимина. Этот малыш как никто иной любит извращенские штуки, и намного пошлее и развратнее шумного Тэхёна, который предпочитает традиционный секс... Но не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся. В тихом омуте Чимина чертей достаточно. Котята начинают играться с собой, иногда помогая друг другу. Чимин всегда стонал высоко и надрывно, в то время как Тэ хрипло басил. Из-за этой смеси стонов в кубе с зрелищем у Юнги сносило башню.       Чимин выгибается дугой, двигая в себе игрушкой и расползаясь на кровати, пока младший ритмично прыгает на резиновом члене. Юнги кусает губу и скользит по своему члену ладонью, любуясь обоими. Видит, что Чимин уже на грани, когда Тэхён только разогрелся, потому и отбрасывает интересной формы игрушку и подтягивает старшего некомата за плотные бедра ближе к себе. Проезжаясь по влажной промежности каменным членом, он тяжело выдыхает. — Детка, кончать нельзя... — Мх... Папочка, — Чимин ёрзает перед ним на простынях, руками лаская свою грудь, — пожалуйста, папочка... Можно... Можно я сегодня первый буду?.. — краснея, Чимин, опасливо поглядывает на Мина, — трахни меня первого, пожалуйста.       Юнги не может отказать Чимину, да и, наверное, действительно, не очень правильно постоянно пропускать младших вперед, так что Мин думает пересмотреть и хотя бы установить график по очереди. — Конечно, да, котёнок, — ласково шепчет Юнги, склоняясь над хрупкой спинкой Чимина, — теперь твоя очередь быть первым... Тэхёни потерпит.       Тэхёни хоть и обижается немного, но понимает, что это справедливо. Да и руки папочки, пусть он целует Чимина, и членом своим трется меж ягодиц, все равно гладят его талию, сжимают попку и крадутся к промежности. Чимин податливо трется и хныкает, рукой водит по простыни и ищет лапку Тэ, младший его руку в своей сжимает, показывает, что все хорошо, и Чим наконец-то полностью отдается Мину.       Старший неко всегда уступает, пропускает брата вперёд, не обижаясь, но сегодня собственное желание оказывается сильнее. Чимин задыхается лишь от того, что Мин просто трется об него горячим членом, и страшно представить, что будет дальше.       Не терпится. Юнги уже не терпится, так что проезжаясь по промежности Чимина в последний раз, он резко входит до самого основания и тяжело выдыхает, ощущая мягкие плотные стеночки вокруг своего члена. Вторая рука соскальзывает с поясницы и поднимается выше, тонкие бледные пальцы зарываются в рыженькие волосы на затылке и оттягивают голову некомата назад, а другой рукой Юнги успевает стимулировать узенькую дырочку Тэхёна, который предпочёл игрушке любимые пальцы папочки. — Чимин-и, кончать нельзя.       Чимин взвизгивает и стонет громко, руки к своему члену тянет, но вовремя одёргивает — знает, что нельзя. Котёнок укладывается грудью на подушку и движется навстречу, хмуря веки. А младший не упускает возможности подразнить брата, хвостом щекоча набухшую головку. За что и получает от Юнги по попке ладонью. Они переглядываются взглядами — виноватым и строгим — и Тэхёни кивает, опуская голову, а Мин наращивает темп, вбиваясь в худощавое тело старшего некомата. — Погладь его, но там не трогай, будь умничкой.       Тэхён садится рядом с братом и одной рукой зарывается в волосы, чешет за ушком, а второй гладит по потной спинке. Чимин сжимает в зубах подушку, а младший решает сделать то же самое с его ушком, от чего неко громко стонет. Когда Чимин почти на грани, пусть и кончать запрещено, Юнги отстраняется, зачесывая влажную от пота челку назад, и шлепает того по попке. Мужчина снова просит котят встать на четвереньки очень близко друг к другу, и теперь по очереди трахает обоих.       Тэхён счастливо визжит, когда Юнги входит до упора, сам насаживается, растягивает ягодицы в стороны, показывая дырочку, и сладко стонет. Длинный пушистый хвост обвивает торс Юнги, стоны мешаются с мурчанием, а ушки жмутся к макушке, то вскакивают на макушке антеннками, когда папочка попадает по простате. Тэхён любит грубо, чтобы Юнги почти выходил, а потом резко и глубоко-глубоко входил, так что перед глазами звёздочки. Он двигается навстречу и стонет хрипло, пока Чимин изнывает и трется об его плечо лобиком. Но и Тэхёну кончить он не дает. Первый Чимин. Укладывая рыжего котёнка на спинку, Юнги задирает тому ножки и закидывает к себе на плечо. Он рычит, глядя Чимину в глаза и толкаясь в расстраханную дырочку. — Тэхёни, поцелуй братика, поможем ему кончить...       Младший послушно припадает к губам Чимина, руками чешет сразу за обоими ушками, из-за чего между стонами слышно громкое мурлыканье. Чимин мечется под ними, руками хватается за ладонь Мина и крупно вздрагивает, обильно кончая. Его тело трясёт, в ушах гул и звук бешено бьющегося сердца; неко чуть не теряет сознание. И пока Чимина ласкают сверху, Юнги отстраняется и ласкает снизу. Вылизывает сокращающуюся плоть, собирает языком все семя и довольно улыбается, накидывая на Чимина плед. — Тэхёни, котёнок, теперь твоя очередь.       Пока Чимин обнимает подушку и погружается в дрему, ещё подергиваясь от оргазма, Тэ заползает к Мину на колени и сам насаживается. — Папочка покатает меня? — Ох, детка, конечно, только веди себя потише, Чимини почти спит.       Юнги улыбается мягко, обеими руками обхватывая талию Тэхёна, и тянет вниз, откидываясь торсом на изголовье общей кровати. Он не против, чтобы Тэхёни развлекся и попрыгал на его члене. Тэхён слушается и лишь хрипит, все равно голос уже сорвал. Он выгибается и начинает двигаться, хвостом играя со своим членом. Юнги доводит второго котёночка рукой и они оба заваливаются на постель. Мин бережно расшнуровывает корсеты малышей и избавляет их от всей одежды и аксессуаров, после чего укладывается и целует обоих в носики. — Люблю вас, мои котята.       Те тихо мурчат в унисон, ластясь к сильным рукам хозяина, и все втроем они засыпают довольные, но уставшие. Но посреди ночи, когда часы показывают три пятнадцать... Чимин сонным голосом шепчет что-то неразборчивое и проводит пальчиком по губам хозяина. — Так хочется хоть раз поцеловаться наедине... Ты так часто целуешь Тэ, но, видимо, мои губы не такие вкусные.       Юнги хмурит брови, приоткрывая сонные глаза, и облизывается, проводя по пересохшей коже губ языком. — Котёнок? Ты чего? — Ничего. Прости, что разбудил, — Чимин натягивает одеяло выше и заботливо поправляет его на Тэ и Мине, — засыпай.       Юнги строго хмурится, пытаясь сообразить, и знает, что беспрекословно заставит Чимина говорить... Его ладонь оказывается у макушки, а тонкие бледные пальцы за ушком: — Минни.       Чимин прячет глаза, изучает груди хозяина и чуть царапает ее пальчиками, но не больно, скорее, просто кошачьи инстинкты. — Минни, ну посмотри на меня, котёнок.       Чимин поднимает карамельные глазки и шепотом просит. — Поцелуешь? — Конечно, детка, — хрипло отвечает старший, притягивая Чимина чуть ближе к себе и аккуратно врезаясь в его пухленькие губы своими.       Чимин целует его не в первый раз, но все как-то по другому. Мальчик жмётся близко-близко и пальчиками цепляется за плечи. Почесывая котенка за ушком, Юнги нежно целует его губы, улыбаясь сквозь поцелуй. Ему нравится вот такая вот ночная ласка и нежность, ленивая и чуть сонная, приятная. Чимин неохотно отрывается и утыкается носом в шею хозяина. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, котёнок.

Чимин впервые слышит "тебя", а не "вас".