Давай поиграем?

Сразу после таких игр обоим хочется кушать. Тэхен на скорую руку приготовил обед, позвал Чонгука, они мило вместе ели, пока не услышали звонок в дверь. Чонгука поспешил открыть и увидел на пороге своего отца. - Здравствуй, абоджи - Чонгук мягко обнял своего папу и пригласил за стол, хотя тот отказываялся, ссылаясь на отсутвие аппетита, но Тэхен уговорил его выпить с ними чай. Господин Чон прекрасно знал и об ориентации сына, и об их с Тэхеном отношениях. Да, он был против, не понимал как и за что можно любить парня, но готов был на всякое ради счастья Чонгука, и парни это знали, поэтому не особо проявляли свои тёплые к друг другу отношения при родителях. Позже Господин Чон стал собираться домой к его любимой супруге и по совместительству матери сына, а Чонгу был не против проводить старшего до машины, поэтому оставил Тэхена. Тэ в свою очередь стал убирать со стола, мыть посуду. Да, он был идеалистом, может, где-то перфекционистом, поэтому свою квартиру постоянно держал в чистоте и порядке и часто ругал Чонгука за его небрежность. Прошло минут десять, а младшего все не было, видимо заговорился с отцом. Без этого саблезубого кролика дома были тишина и покой, но точно не весёлое настроение, скучно. Тэ, взглянув на часы, стал мыть руки, позже вытирать их полотенцем. Сзади кто-то обнял изящное тело парня и крепко прижал к себе. - Чонгука? - Тэ повернул голову и наткнулся губами на вкусную щечку своего парня - Ты долго - Прости, малыш, мы заговорились - что и следовало ожидать. Чонгук, как Тэ, редко проводит время с семьёй из-за работы или других дел. - Ты меня испугал, я уже начал нервничать. - голос становился кокетливым и лукавым, но младший не замечал этого вплоть до того момента, когда хен повернулся к нему лицом, уселся на кухонный гарнитур, обвив ногами бедра парня, и стал целовать...тягуче, с языком... Неужели ему не хватило того, что произошло буквально два часа назад? Но Чонгука не мог отстраниться из-за правила игры. Чертов Тэхен. Пять минут - ничто для влюблённых, а в особенности целующихся. Тэхен встал с гарнитура и пошёл в сторону стола, утягивая сейчас собой младшего, который поддатливо тащился сзади. Тэ лёг на стол, притянул к себе парня, целуя и расправляясь с ремнем, пока тот в свою очередь уже стягивал домашние шортики Тэхена. Горячие поцелуи по всему телу: по шее, груди, прессу, бедрам и даже ладоням - будят возбуждение обоих. Лёгкие царапины и покраснения на спине актива, которые вовсе не мешают, а даже создают некую атмосферу дикости. Чонгука собирался войти пальцами, но вспомнил, что дырочка Тэ уже давно сузилась, а делать больно он не хотел, потому, схватив старшего за бедра, понёс в комнату ближе к смазке со вкусом клубники со сливками. Парни любили подобные жидкости с разными запахами на разные случаи: в ванной, на кухне, в спальне, некоторые использовались за пределами дома.

***

Скользкие пальцы уже проникают в узенькую дырочку хена, от чего тот немного скулит, схватившись за и без этого красные плечи хубэ. Старший раздвинул ножки пошире, чтобы его папочка мог вставить глубже и больше, что, как раз таки и произошло, уже три пальца входят по вторую фалангу, двигаясь внутри, исследуя до боли знакомый анал. Он иногда задевал самые чувствительные места, в ответ получая краткий судорог ног и рваный и громкий стон. Дорожка поцелуев от лобка до губ, краткий чмок и низкий голос: - Мой малыш готов к члену папочки? - он прижался к старшему всем телом, проводя членом по мошонке. - Д-да, папочка~. - Тэхен прижался ещё ближе, и теперь между телами не было никакого пространства, они будто слились в одно. Тэхен почувствовал влажный член младшего в своей попке, ещё больше раздвинул ноги, хотя, казалось, шире некуда. Он прикусывает губы до крови от такого размера. Казалось бы, за их время отношений и проживания вместе можно было бы и привыкнуть, но Тэ казалось, что член его малыша с каждым днем становится больше, и Чонгук, набираясь сексуального опыта, не щадит своего хена. Он втрахивает старшего в кровать, до лёгких синяков сжимая его колени и руки, как подвернется. Старшему нравился такой Гуки...грубый...это заставляло новую волну возбуждения пробегать по телу с новой силой. Член не то, что касался, он впечатывался в простату, выбивая изо рта старшего крик, наполенный наслаждением. Ещё несколько таких движений и Тэ кончает на белую простынь, не притронувшись к себе, а следом и Чон, успев вытащить, изливается на спину. - Ты был великолепен, Чонгуки~