Сиятельная худоба

— Состояние критичное, никаких гарантий не могу дать. — подтвердил негативный прогноз проходящий мимо лечащий врач. Стася стояла в отделение реаниматологии, не в силах поверить в слова врача. Опечаленная, зашла в палату, попрощаться, и села рядом с постелью больного. Взяв его руку в свою, она смотрела на знакомые до боли черты, которые видит, возможно, в последний раз. Диму было не узнать. Всегда такой бодрый и жизнерадостный, хоть он и почти в два раза старше девушки, но выглядел всегда молодым, практически как ее ровесник. Сейчас перед ней лежал изможденный старик: истощённое тело, торчащие рёбра, впалые скулы, темные круги под глазами, редеющие волосы и слоящиеся ногти. Лишь по глазам можно было узнать того Снейка — с огромным лучистым серым глазам, излучающими какое-то сияние. Как же больно смотреть как из прежде здорово веселого человека по капли вытекают жизненные силы. Он лежал без сознания, подключённый к аппарату искусственной вентиляции лёгких, в вену был подключён катетер с капельницей, через который по трубке поступали живительные силы. — Кап-кап- кап! — розоватая жидкость медленно стекала, стуча капельками по банке капельницы. — Кап-кап! -Из тела незримо вытекала жизненная энергия. — Кап-кап, — застучали солёные слёзы по поверхности кровати. Голова девушки упало на бесчувственное тело больного. Она винила себя, почему же не пришла раньше, ведь все можно было исправить, спасти его. Когда он только написал ей, что в больнице, почему она не явилась к нему, возможно ее приход помог бы, и он не довёл себя до такого состояния. Она посмотрела на свои судочки и упаковки со здоровой полезной пищей. Никакого сахара, консервантов, глютенов и вредных жиров. Какая же все это чушь! Детские игры. А тут рядом с ней настоящая драма. Ее любимый лежит, потеряв почти всю свою массу, обессиленный и недвижимый. Вся жизненная энергия потихоньку выходит из него, оставляя лишь сухую сморщенную оболочку. — А я смотрела на любимого… — невольно вспомнив неоднократно произносимые со сцены строчки, запела она, вытирая слезы, — как стекает с лица имя его… В первый раз по-настоящему прочувствовав песню, ей стало ещё больнее. — Нет! Я просто так не сдамся! — решительно заявила басистка, — Пока есть шансы, я буду бороться, — она нежно погладила Диму по впалой щеке и вышла. * На следующее утро, едва пробило 7 часов, Ставя уже стояла возле ворот больницы, держа перед собой в руках контейнеры с приготовленной на миндальном молоке овсянкой. Она зашла в палату, но Дмитрий по-прежнему ни на что не реагировал. — Покушай, пожалуйста, милый, — она протянула ложку с кашей к закрытому рту, — ну пожалуйста, ради меня. Она положила руку ему на грудь: сердцебиение было замедленным и почти не чувствовалось. Вдруг его веки слегка задрожали, и он приоткрыл глаза. Девушка обрадовалась и тут же воспользовалась ситуацией — протолкнула ложку в рот любимому. Он, по-видимому, сначала не понял, что происходит, и начал судорожно сглатывать. Девушка испугалась, ей казалось он сейчас задавится и придётся звать врача. Но потом он начал делать похожие на жевательные движения, и в конце концов проглотил пищу. — Молодец, — она поцеловала его в лоб и зачерпнула очередную порцию, — встала сегодня пораньше и специально для тебя готовила. Очень вкусно и полезно, овсяные цельнозерновые хлопья, приготовленные на растительном молоке без добавления сахара. А самое главное — приправленные щепоткой любовью. Видимо последние Слова подействовали и на лице Снейка даже выступила легкая улыбка. Он самостоятельно открыл рот и прожевал всю пищу. Тогда она поняла, что все будет в порядке, он обязательно поправится и выздоровеет. —А ещё есть? — прохрипел Дима, ему было сложно говорить, и Стася еле-еле смогла разобрать слова. — Кашка-то? — девушка заглянула в почти пустой судочек, мысленно сожалея, что не взяла контейнер большего размера, — Ну, ещё на дне осталось. Понравилась, да? — Нет, не каша — шепотом прокричал Дима, — … щепотка любви. С каждым днём Дима шёл на поправку, чему был несказанно удивлен медицинский персонал, видя результаты анализов, они прогнозировали совершенной иной исход событий. Девушка приходила к пациенту три рада в день, неизменно принося с собой приготовленную собственноручно пищу с добавлением секретного ингредиента, который, судя по всему, и поставил больного на ноги. Через пару недель Дима окончательно поправился и пришёл в норму, набрав почти десять килограмм. Щёчки стали пухлыми и румяными, талия и торс перестали напоминать тело пятнадцатилетнего подростка, а глаза вновь заливались сиянием. Пациента выписали, и вся больница вышла провожать — он нашёл общий язык как с пациентами, так его и полюбил весь персонал, не исключая строгой Зиночка, которая оказалась не такой грымзой, как он сначала подумал, и они по вечерам вели забавные дискуссии на исторические темы. Яна больше не появлялась в клинике, познакомившись с отцом одной из пациенток, укатила с ним в круиз по Средиземному морю. Молодые влюблённые надеялись, что она там и останется и больше не побеспокоит их.