Границы твоего сердца

I know you — Craig David

***

Butwe'reallstumblingthroughthe night Itdoesn'tmatter, we'realltogether Andthere'sparadiseinourminds Fallingtogether, armsroundeachother Iknowyou, knowmetoo We'reallstumblingthroughthe night Butit'sparadiseinourminds

Милана заводит девушку в дом, предлагая ей сходить в душ, после этого она наливает ей горячий чай и накладывает еды. Рита уплетает за обе щеки, потому что есть хотелось безумно. На улице вечер, два дня она пропадала там, где ей даже не удосужились дать воды и ведро. По нужде пришлось ходить ночью, когда все спали. — Они с тобой ничего не сделали? — спрашивает Милана, поглаживая Ольховскую по руке. — Нет, малышка, мой отец мертв. А так ли это на самом деле? Вдруг его не убили, и ей только показалось. Но ошибки быть не может, она видела, как его расстреляли люди в форме. Милана наливает кофе, мать с отцом наблюдают за девушкой, пытаясь втолковать ей, что это опасно держать у себя такую девушку, но Романова лишь отмахивается, предлагая кофе Ольховской. Та любезно принимает кружку, улыбнувшись. Ей нравится то, как Милана добра к ней после всего того, что она сделала. Наверное, Рита и сама не может до конца в своих чувствах, но, тем не менее, она точно знает: ее тянет к Миле. — Я останусь у тебя? — интересуется Рита, садясь на кровать девушки, та кивает. — Егор должен был прийти, но я отменю встречу, — произносит Милана, потянувшись к телефону, но Рита накрывает ее руку своей рукой. — Что такое? Ольховская не выдерживает, целует девушку в губы, цепляясь за волосы. Ей невыносимо хочется быть ближе к ней и только к ней. После всего того, что произошло между ними, она хочет быть рядом с ней. Романова усаживается к ней на колени, ерзая, словно дразня. Она снимает с неё кофту, оставляя девушку голой по пояс. Рита так же раздевает девушку, они обе остаются в кружевных чёрных трусиках, продолжая, целовать друг друга. Шатенка порывается уложить Милану под себя, но та прикладывает палец к ее губам: — Сегодня я хочу доставить тебе удовольствие, если позволишь, Генриетта. — Та кивает, испуская стон. Романова кладет Риту на спину, играет с ее грудью, выкручивая соски, припадая к одному, кусая и облизывая его. Лишь теперь Милана начинает понимать, что ее не просто так тянет к ней, она ни разу не хотела подобного с парнем, даже со своим. Романова скользит по плоскому животу брюнетки, улыбаясь. Та прикрывает глаза, закрывая рот рукой, чтобы ее не слышали. Кто-то хотел, чтобы они играли любовь, да кто знает, что это, если по телу мурашки от любых прикосновений, а внизу живота тугой, тянущийся узел. Милана целует живот девушки, спускаясь ниже, доставляя шатенке максимум удовольствия. Пусть их обоих ждет завтра что-то ужасное, пусть они обе будут убегать. Но сегодня это их ночь и они обе знают, чего хотят. Брюнетка касается пальцами ребер Маргариты, доводя шатенку до сладостной истомы, дотрагиваясь языком до пупка, скользя к ключицам. Рита так же играет с грудью Милы, чуть сжимая волосы, накрываясь подушкой, чтобы за стенкой не услышали ее стоны. Милана снимает трусики с Ольховской, облизывая клитор, втягивая его. Кожа девушки покрывается мурашками, капли пота стекают по телу. Она ни разу не испытывала подобных ощущений, все это в новинку. Романова проникает в ее влажное, девственное лоно двумя пальцами, вставляя их как можно глубже. Рита чувствует боль, едва ощутимую, потому что Романова продолжает двигать пальцами, не останавливаясь, большим пальцем касаясь клитора, слегка надавливая. Ольховская чувствует жар по всему телу, приподнимается на локтях, сжимая волосы девушки чуть сильнее. — Как же хорошо, боже. — Милана улыбается, двигая пальцами сильнее, теребя соски Риты свободной рукой, смачивая пальцы. — Позволь мне кончить, — просит девушка. Романова не останавливается, Рита двигает бедрами навстречу пальцам брюнетки. Внутри все сжимается, Ольховская едва сдерживается, чтобы не закричать, но стон все же, вырывается из ее груди. Милана еле успевает закрыть ей рот рукой, Рита дрожит, цепляясь за простыни, это невыносимо хорошо, слишком прекрасное чувство. Рита дрожит, испытывая наслаждение, стенки влагалища сжимаются, девушка чувствует приток крови в висках, словно она взлетает, рассыпаясь на миллионы осколков, падая без сил на кровать.

Thisgonnabea heavynight Waytoomanydrinksformetostartit Neverneedtoapologize Wealreadyknowwe'refarfromperfect Ifalltothe curb Youlaugh'tillithurts Whocareswe'vebeenheresomanytimes