Столкновение

Не отбечено «Здесь в ночь 31 октября 1981 года были убиты Лили и Джеймс Поттеры. Их сын Гарри стал единственным волшебником в мире, пережившим убивающее заклятье. Этот дом, невидимый для магглов, был оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам и в напоминание о злой силе, разбившей их семью»*. Выместив плохое настроение на мемориальной табличке, превратив её в пыль, Гарри очистил дорожку от снега и повернулся к своим спутникам. — Дальше я сам, — непререкаемым тоном произнёс он. Посещение кладбища, а теперь и развалин дома вновь всколыхнуло в Гарри далеко не добрые чувства к Дамблдору. Нужно было успокоиться и подумать, что понятное дело, лучше делать в одиночестве. В ответ леди Лонгботтом что-то недовольно пробормотала и, вздохнув, кивнула. Как бы она не хотела, опекать себя Гарри не давал. Впрочем, как и Невилл. Но если с ней оба внука были вежливы и уважительны, как и подобает воспитанным молодым людям по отношению к старшим, то со своим дедом держались холодно и отстраненно. Винить их в этом она не могла. Гриндевальд своим беспечным отношением к ритуалу, мягко говоря, её разозлил. Вот только высказать своё недовольство, она не смела. Данный факт немного напрягал, ибо даже при живом муже она являлась главой семьи. И тут такое. Возможно, это связано с авторитетом и магией отца, которая подавляла. Правда, сейчас уже в меньшей степени. — Потрудись не опоздать на семейный обед, — Геллерт резко развернулся, — Августа, Невилл… Гарри дёрнул бровью и склонил голову. Вообще, аппарируя вместе с Невиллом на опушку рощи, он меньше всего хотел увидеть рядом с Августой Гриндевальда, хотя и понимал, тот вполне может увязаться следом, несмотря на занятость. Всю предрождественскую неделю, Геллерт провёл либо в Министерстве, раздавая интервью, либо в Нурменгарде, встречаясь с единомышленниками и друзьями. Словом, вел активный образ жизни, в которой, по известным причинам вновь приобретенной семье пока не было места. Августа же проводила много времени с Батильдой, о чём не забывала упоминать в ежедневных письмах. За неделю леди успели посетить светский раут, одну выставку и собраться узким дамским кружком в имении Лонгботтомов. — Бабуля активизировалась, — с тяжелым вздохом констатировал Невилл и, тщательно сложив письмо, затолкал его подальше в сумку. — Прощай свободные каникулы и спокойная жизнь. Советую сразу ей сказать, что… основной твоей женой будет Малфой, — хихикнул кузен, — а всё` остальное… для продолжения рода. Припомнив разговор, Гарри весело хмыкнул. О Малфое, как об «основной жене» он не думал. Спарринг, отличный секс, разговоры: серьёзные и не очень… они проводили вместе почти всё свободное время, но совместная жизнь… Гарри усмехнулся и потёр подбородок. Хотя, вот лично он не отказался бы от ежедневного созерцания блондинистой ехидны ещё лет сто. Но все легкомысленные мысли разом исчезли, стоило только посмотреть на руины. Нахмурившись, Гарри обвёл внимательным взглядом окрестности. Всего в нескольких десятках футах от развалин с гиканьем бегали дети; степенно прохаживались по улице, главы семейств, пока их благоверные готовили праздничный обед; носились собаки… но вокруг дома на девственно-белой глади снега не было ни единого следа. Видимо чары отводили взгляд не только людей, но и отпугивали всякую другую живность. Толкнув калитку, Гарри ступил на очищенную дорожку и… замер, хотя его словно магнитом потянуло к светло-коричневой покосившейся двери. Горло сдавило. Во рту пересохло. Кровь заледенела в жилах. Стиснув зубы, и со свистом дыша, он пару минут боролся с повелевающими чарами. Наконец, Гарри с шумом выдохнул и сдвинулся с места, но близко подходить к руинам, разумеется, не стал. Обойдя вокруг дома несколько раз и, использовав, все известные ему заклинания на выявление направленных вредоносных чар, сощурился: у покосившейся двери и над линией фундамента проявилась едва заметная сероватая дымка. Определить, что за чары и чем ему грозило их воздействие, Гарри не смог, ну а «читать» магическую подпись пока не умел, но не стал отказывать себе в удовольствии, достойно ответить тому, кто посмел нагадить на его земле. Зловеще ухмыльнувшись, Поттер вплел в разрывающее заклинание эльфийские зеркальные чары и взмахнул волшебной палочкой: сероватая мга дрогнула, собралась в сизую струйку и со вспышкой исчезла. *** Невилл посмотрел на бабушку, шедшую по правую руку от него, задумчивого прадеда идущего слева и, поёжившись, потёр запястье. Как-то неспокойно было на душе. Его не покидала мысль, что зря они оставили Гарри одного. С Дамблдора станется какую-нибудь гадость сделать. В то, что старый козел, как неизменно именовала его бабушка, оставит Поттера в покое он не верил. Впрочем, как и сам Гарри, но не особо заморачивался на сей счет. Во-первых, потому что по самые уши был занят, ну и, во-вторых — обложенному со всех сторон Дамблдору в пору привыкать к земле, а не козни строить. Но держать ухо в остро всё же не помешает. — А Гарри, стало быть, оставили одного дом обследовать? Невилл вскинул голову, только сейчас заметив, что они уже дошли до дома леди Бэгшот, которая кутаясь в клетчатую шаль, встречала их у входной двери. Теперь он понимал Гарри, который за размышлениями пропускал все второстепенное. Дорогу длиной несколько десятков футов Невилл практически не заметил. — Таково было его желание, — ворчливо произнесла Августа и поднялась на крыльцо. Судя по тону, она тоже была не в восторге от решения, но спорить не стала. Вообще, поведение железной леди Лонгботтом, как не раз называли бабушку, удивляло не только Гарри, но и его. — Давайте, заходите. Нечего на пороге разговоры говорить, — Батильда поежилась и, развернувшись, вошла в открытую дверь. — С месяц назад, здесь Дож что-то вынюхивал, помнишь, я говорила? — услышал Невилл приглушенный голос хозяйки дома и переглянулся с подозрительно молчаливым дедом. — Даже ко мне приходил… Небось Альбус подослал… один Мерлин знает зачем. Как бы старые пеньки чего дурного не замыслили. С бородатого козла станется гадость какую сделать… — А… Невилл неожиданно споткнулся, словно налетев на невидимое препятствие. Дёрнувшись назад, он столкнулся с Гриндевальдом, тот схватил его за руку, поддерживая, и в этот миг их затянуло в водоворот аппарации. Лицо опалило жаром, в ушах загудело, женский крик оглушил. Кровь, казалось, вскипела в жилах. Тело раздирало от боли. Изо всех сил цепляясь за ускользающее сознание и мантию деда, ждал, когда перестанет кружить и плющить, когда настанет миг призыва защитника Гриффиндора. Но мордредов туннель был бесконечным… Накатывала паника и тьма… *** Поттер придирчиво оглядел полуразрушенный фасад дома, и на всякий случай, наложив на себя эльфийские защитные чары, собрался было толкнуть входную дверь, как вдруг его словно ледяной водой окатило. Гарри отпрянул и выругался: он явно что-то пропустил. Но тут запястье пронзила мгновенная боль. Эмоции Невилла захлестнули и оттеснили всё второстепенное. Сконцентрировавшись на связи, Гарри постарался успокоить подопечного. Когда паника перестала ощущаться, он припомнил первичные координаты, высланные Августой и аппарировал. Уже через секунду Гарри стоял на заднем дворе дома Батильды и в ужасе смотрел, как огненные химеры резвились вокруг почерневшего остова. Появление авроров, сразу же приступивших к тушению Адского пламени, вывело из ступора, заставило оглядеться по сторонам и побудило к действию. Варьируя между снующими стражами порядка, обходя кусты и деревья, он щурился от жара и едкого дыма, то и дело взмахивал волшебной палочкой, очищая воздух от смрада. Справившиеся с огнём служители порядка с любопытством поглядывали на Гарри, некоторые даже кивали, но пока вопросов не задавали, а слаженно восстанавливали рухнувшую антимаггловскую защиту, ибо вдалеке уже слышался вой сирен чрезвычайных служб и сканировали дом, рисуя в воздухе причудливые загогулины. Гарри поморщился: усилившаяся боль в запястье странным образом отдавалась пульсацией в висках. — Лорд Поттер, вы в порядке? Что тут произошло? Гарри вскинул голову. Но не в аврора стоявшего рядом уперся его взгляд, а в зияющий чёрной глазницей проём входной двери, до которой он сам того не заметил как добрался; потом скользнул по обожженным балкам-подпоркам и застыл на сиротливо валявшемся рождественском веночке. Именно вид хвойного украшения окончательно привел в чувство. До сей секунды присутствующая заторможенность, и охвативший его ужас постепенно отступали, а вместо них приходила холодная ярость. Она вымораживала эмоции, помогала сосредоточиться на главном — на связи с Невиллом — едва ощутимой и какой-то блуждающей, но явно говорящей, что кузен, слава Мерлину, был жив. Но где он? Точно не в Хогвартсе, ибо магия школы «не вмешивалась» в их связь. И где остальные? Могут ли они быть вместе? И что тут вообще произошло? На массированное нападение не похоже, потому как пострадал только дом; на деревьях и беседке наблюдались только старые повреждения. Значит, били в одно место и не испытывали при этом сопротивления. — Лорд Поттер? — Я в порядке, — от напряженной связи с Невиллом разболелась голова. Отвечать на идиотские вопросы не было желания, но Гарри понимал, что это только начало, поэтому сдержанно кивнул. — Что произошло, не знаю. Увидел дым и аппарировал. С леди Бэгшот мы познакомились, когда… летом я посещал могилу родителей, — с лёгкой заминкой пояснил он и прищурился: в глубине дома что-то слабо замерцало. Не успел он и шагу сделать, как мимо пронеслись несколько авроров, рапортуя на ходу, что внутри обнаружился кто-то живой. Дальнейшие события развивались со скоростью бладжера. Августу Лонгботтом и Батильду Бэгшот обнаруженных в комнате под эльфийским защитным куполом с сильнейшими ожогами, в экстренном порядке отправили в больницу. На обгорелое тельце домовика, лежавшее рядом с бессознательными дамами, авроры наложили чары Сохранности, чтобы прах не развеялся и, аккуратно завернув в холщовую ткань, поместили на верхнюю ступеньку семейного склепа. — У хозяйки должна остаться возможность поступить со спасшим её существом согласно обычаям рода Бэгшот, — пояснил действия своих подчинённых командир отряда, отирающийся рядом с Гарри последние несколько минут. Поттер кивнул, про себя отметив, что изменение сознания стражей порядка было на лицо. Поскольку в большинстве своём к эльфам в Британии относились с пренебрежением и во времена правления Фаджа или Дамблдора — тут как посмотреть, вряд ли авроры с такой щепетильностью озаботились бы относительной сохранностью имущества граждан. Отстраненно отвечая на ряд вопросов, в основном чисто формальных Гарри усиленно соображал. Его очень интересовали два вопроса: кто спалил дом Батильды и куда подевались Невилл с Гриндевальдом. Сомнительно, что старушка могла настолько кому-то насолить, скорее тут дело во внучатом племяннике. Значит, нападавшие схватили Геллерта, ну и дабы замести следы, выпустили Адское пламя. Тогда причем тут Невилл? Был рядом и заодно прихватили? Вряд ли. А если нападавших не было вовсе? А был, скажем, какой-то направленный артефакт? «Нужного» затянуло, ну и соседа в придачу? По окончании «допроса» он кивнул и аппарировал на опушку Запретного леса. Оттуда прямиком направился к МакГонагалл. Нужно было узнать о состоянии бабушек, поговорить с ними, если конечно они в сознании, а в больницу лучше всего перемещаться через камин. Декан Гриффиндора невзирая на праздник, слава Мерлину была ещё в школе. Гарри ей всё рассказал и поинтересовался по поводу возможности или невозможности определить местонахождение Невилла, используя магию школы. Он почему-то был уверен: ни с помощью домовиков, ибо волосами обоих он не располагал, ни посредством поискового амулета кузен с дедом не отыщутся. — Принудительно аппарировать потерявшегося школьника можно из-под любых чар. А вот просто определить? — отправив коллегам Патронусы с призывом и очень краткой обрисовкой ситуации, дабы не терять время зря, Минерва подошла к небольшой стойке у окна, и взмахнула рукой. Воздух зарябил и появился увесистый фолиант. — Ты уверен, что Невилл вместе с Гриндевальдом? Может… — Почти уверен. Я четко чувствую, что Невилл жив и раз не вызывает нашего Хранителя, значит на то есть основания. — Наверняка Лонгботтом все мозги растерял от паники, а от страха хлопнулся в обморок, — не скрывая раздражение, выдал Снейп, как всегда, не входя, а влетая внутрь помещения, — что, впрочем, не удивительно. Последние недели он стал еще бестолковей. Минерва, вытаскиваем мальчишку, а там разберёмся. Сейчас у меня нет ни малейшего желания упражняться в разгадывании ребусов подкинутых Поттером. — Возможно, профессор, ваши мозги настолько заплыли ядом, что вы просто не можете разгадать сей ребус? — едко поинтересовался Гарри. Все-таки общаться со Снейпом и не хотеть его проклясть, можно лишь в благостном или пофигистском расположении духа. В данный же момент Гарри был не в настроении заниматься словесными пикировками. — Я в больницу, узнаю как там леди Августа… Профессор, — внезапно в голову пришла неожиданная, просто невероятная догадка и прежде чем исчезнуть в зеленых всполохах камина, он взглянул на МакГонагалл и поспешил озвучить свои мысли: — Мне кажется, Невилл там же, где был я, после знакомства с письмом-порталом. Через секунду Гарри уже оказался в каминном зале больницы Святого Мунго. А спустя пару часов вернулся в Хогвартс, но не один, а вместе со спецотрядом Аврората. Каждый его член находился под чарами Неразглашения наложенные лично Гарри. Удобно разместившись в кабинете МакГонагалл, он пытался «слушать» подопечного через связь, параллельно старался не пропустить ни одного слова из рассуждений Флитвика, авроров, сотрудников отдела Тайн, МакГонагалл и абстрагироваться от злобного шипения Снейпа… Кажется, зельевара отвлекли от чего-то грандиозного, вон как зубами скрипел. Наблюдая за Снейпом с энтомологическим интересом, Гарри ехидно ухмыльнулся. Хотя вполне возможно тот злился, потому что ему не рассказали о ряде деталей. Например, о родственных узах между Лонгботтомами, Поттерами и Гриндевальдом или о наследии Невилла. Без подробностей Снейп не понимал, что за «связь», к которой прислушивались и что общего между ней и состоянием Лонгботтома. А непонимание выводило из себя крайне нервного слизеринского декана. Вон Флитвик со Спраут тоже не знали деталей, но сей факт не мешал им давать дельные советы, в отличие от исходящего желчью зельевара. Но как бы Снейп не раздражал, его помощь — как декана Хогвартса, оказалась неоценимой, когда через пару часов удалось-таки примерно определить месторасположение Невилла и куда Гарри вместе со спецотрядом аппарировал. — Руины, — озираясь по сторонам, озвучил очевидное командир группы, — и от них фонит, как от родового особняка. — Не знаю как насчет родового, но здесь когда-то обитал Дамблдор, — выписывая в воздухе причудливые загогулины, пробормотал мистер Бикс, самый старый член спецотряда и по совместительству сотрудник отдела Тайн. — Лорд Поттер, что чувствуете? — Злорадство, и… — если до сей минуты связь была напряженной, но какой-то спокойной, то сейчас… Гарри с глухим стоном выругался и обхватил голову руками. Больно было так, словно виски пронзили огненной иглой. — Твою, мать! Что за… — приваливаясь к подскочившему аврору, выдохнул он. В глазах резко потемнело, тошнота подкатила к горлу. — Ментальная атака, что б мне провалится! Концентрируйся! Давай-давай, мальчик! Чего стоим?! Взламываем эти драккловы чары и вытаскиваем за бороду старого пройдоху! Гарри почувствовал, как его усадили во что-то мягкое — скорей всего кресло. Слышал топот ног, смачные ругательства и нелестные эпитеты в адрес Дамблдора, вызывающие улыбку, тут же превращающуюся в гримасу боли. Гул, писк… В общем, к той минуте, когда мозги перестали «кипеть и булькать» и начали работать, авроры взломали защиту. Открыв глаза, Гарри увидел металлическую дверь, между двух возвышавшихся над руинами колонн. *** — Так-так… И кто же ты такой, мой мальчик, раз тебя портал доставил в целости и почти сохранности? Очнувшись, Невилл сначала услышал чей-то приглушенный голос, потом его окатило неприятным липким холодом. Захотелось шарахнуться в сторону, но он ограничился тем, что сильней вжался в стену и прислушался к собственным ощущениям. Спине, ногам — мокро и очень холодно, словно снег приложили. Одна рука была крепко-накрепко прикована к стене. Вторая — оставалась свободной. Это немного ободряло, а вот «поза на вытяжку» нравилась куда меньше. Злясь на себя за слабость и за то, что посмел вырубиться в самый неподходящий момент, он сконцентрировался. Нужно по возможности незаметно расстегнуть наручи или наоборот — резко. И тогда… тогда, действовать по обстановке. Он ведь уже не тот полусквиб, что был пару месяцев назад, он справится… Да и Гарри поможет. В то, что кузен найдет их с дедом, Невилл нисколько не сомневался. Значит, нужно просто потянуть время. — Хм… И как же ты, мальчишка, оказался столь близким родственником Геллерта? Последней была Батильда… Странно, странно… Да ещё носителем какого-то наследия? Или это чары? Ерунда… Здесь слетает всё наносное. Энервейт! Повторный, липкий холод и Невилл нехотя открыл глаза, ибо притворяться дальше не имело смысла. «Хорошо, что иллюзия спала. Интересно почему? Наверно Гарри далеко или между нами какие-то помехи», — глядя на любопытную рожу Дамблдора, отстранённо думал Невилл. Вот кого-кого, а старика он меньше всего ожидал увидеть, но… Лонгботтом почувствовал злую радость — это было неожиданно приятно. — Ну, давай покажи, что там у тебя… — шевеля губами, экс директор направил узловатую палочку ему в лоб. «А вот тролля тебе в зад, мерзкий старикашка!» — ухмыльнувшись в ненавистное лицо, юный демоненок почувствовал, как натягивается связь с Хранителем… запястье горело и дёргало. В виски ввинтилась боль. С каждой секундой она разрасталась, становясь всё сильней и сильней. Как и ярость. Огненным кольцом она скручивалась где-то в области солнечного сплетения, норовя выплеснуться наружу смертоносной лавиной. С трудом справившись с атакой легилимента, не без помощи Гарри, конечно, ибо это кузен ставил защиту, а ему сейчас оставалось только не потерять концентрацию, что он и сделал, Невилл сипло выдохнул и хрипло произнёс: — Что не получается? И не получится! Куда тебе, убогому старому козлу, тягаться с эльфийской магией? — «… тягаться с Гарри Поттером», — добавил он мысленно и сощурился. Шок на лице Дамблдора сменился злостью, а спустя пару секунд узнаванием. «Вот же Мордред! Как не вовремя, то!» — Невилл дёрнулся и, неожиданно оказавшись на свободе, не раздумывая, врезал ногой в живот опешившему Дамблдору. Тот согнулся и, хрипя, повалился на пол. Крутить в руке узловатую палочку деда и наблюдать за корчившимся стариком, было так приятно, что Невилл не сразу заметил влетевших в камеру людей. А ещё появились странные ассоциации, которые он и озвучил подошедшему Гарри. — Как там… м-м-м… Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов… Надо бы у бабушки спросить, бросали родители этому Тёмному лорду вызов? Кличка прямо создана для него, а не для той полудохлой рептилии, как думаешь, Гарри? Хотели власти, великий светлый маг? Кушайте не подавитесь! Весь магический мир воздаст вам по заслугам! — Невилл глубоко вдохнул-выдохнул в попытке успокоиться. Почувствовав волну, мягко его обнявшую он с благодарностью посмотрел на Гарри. — Чего там дальше? — Рождённый на исходе седьмого месяца. И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... — продолжил цитировать пророчество Гарри, глядя на молчаливого Дамблдора. Его уже заковали в магические наручники и подняли с пола два аврора, остальные же разошлись в поисках Гриндевальда. — Стремились сделать из Невилла сквиба, а не получилось. Какая досада, правда? А как злит. Хотите, настроение подниму, м-м-м? Леди Августа и Батильда передавали вам огненный привет, — дождавшись пока до Дамблдора дойдёт, «соль» послания, Гарри широко улыбнулся и медленно произнёс: — И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… Видите, к любому пророчеству можно подобрать совершенно разных героев. И, эти герои подходят к нему куда больше, согласен с Невиллом. Но вот марать руки о вас я брату не позволю. Невилл сощурился. Он вдруг вспомнил слова Дамблдора: «И как же ты, мальчишка, оказался столь близким родственником Геллерта? Последней была Батильда…» От полыхнувшей ярости, он аж задохнулся. Невидимый ветер вихрем закружился вокруг рухнувшего на пол старика. Авроров вообще смело, впечатав в решетку, делившую большую камеру пополам. Среагировав с опозданием в секунду, Гарри отшвырнул Невилла к холодной стене, сильно прижал и обхватил руками его голову. — Успокойся! — вглядываясь в полыхавшие ненавистью чёрные глаза, он старался как можно мягче погасить яростный выплеск. Задача оказалась не из лёгких, потому как за последние часы Гарри очень сильно устал. Услышав сквозь шум крови в ушах, что скулеж Дамблдора, превратился в хрип и какое-то бульканье понял: время на исходе и сконцентрировался. Невербальные Сонные чары, пока ещё плохо получались, но в этот раз мадам Помфри поставила бы ему «Превосходно». Осторожно уложив кузена на трансфигурированный матрас, он повернулся. Возле Дамблдора уже крутились покряхтывающие авроры. Прибежали невыразимцы. Опираясь о стену, стоял Гриндевальд. Вид, конечно, потрёпанный, но дед был жив, слава Мерлину. Старичок из отдела Тайн, прищелкивая языком, водил вокруг окровавленного тела Дамблдора волшебной палочкой и монотонно бубнил. — Какой вы, однако, счастливчик! Его повозила по полу ярость демонёнка, а он отделался двумя-тремя шишками и разодранными в клочья ментальными блоками, при этом, милейший, вы находитесь в своём уме и трезвой памяти. Так что давать вам показания, не передавать. Вы весьма порадуете Министра. Амелия просто жаждет встречи. Ну, какая же прелесть! Ваш кузен, лорд Поттер, мастер, ей Мерлин, мастер. Раскрошить в пыль амулеты силы, расплющить ещё парочку ментальных, и это всё за какие-то десятки секунд! — В общем, мистер Дамблдор до суда доживёт. О своих подвигах поведает широкой общественности и отправится в люкс-камеру, — весело хмыкнул ещё один невыразимец. Гарри с усилием потёр лицо ладонями, покачал головой и, подумав, что лучшее наказание — это отдать Дамблдора ненормальным в отдел Тайн, они его до смерти уговорят, гораздо быстрей, чем подействует заклятье Кровной мести, подхватил чарами Невилла и кивнул Гриндевальду. Через час, засыпая в хозяйской спальне родового замка Леруа, Гарри пробурчал в подушку: — Рождество удалось, Мордред его за ногу!