Осторожно: Клава!

Кира объявилась только поздним вечером. - Андрюша, ритуал сработал! - кинулась на помятого, взъерошенного Жданова. - Я сделала пять тестов. И все они показали две полоски! - Две сплошные — это штраф, - пробормотал ничего не понимающий Андрей. - У нас будет сын! - радостно закричала Кира. - Или дочка. Наш ребенок! Ушат холодной воды освежает слабее, чем эта новость. В голове моментально заработал калькулятор. - А как?.. - данные застопорились на самом главном: «Между нами давно ничего не было». - Срок может быть большой. Два, три месяца. Андрюш, это не важно. Ребеночек, - ткнула пальцем в живот, - он там. А я уже испугалась, что начала поправляться, - беззаботно рассмеялась, влетела в гостиную, раскидала бумаги Андрея в стороны, упала на диван, раскинула руки. - В понедельник меня записали на УЗИ. Хочешь, пойдем вместе? Кира. УЗИ. Живот... Андрей сильно ущипнул себя за руку, надеясь скорее проснуться. - На экране будет вот такой маленький ребеночек, как горошенка. Мой и твой малыш. Рука ныла, Кира и беременность никуда не исчезали. В сознание тихо закрадывалась вера в пророческие сны. - Андрюш, - Кира улыбалась, заглядывала ему в глаза, видимо, надеясь отыскать там хоть призрачный отклик на собственное счастье. Максимум, на что сейчас был способен Андрей — перестать таращиться на жену, как на все устрашающий ужас. - Я рад, - выдавил он из себя. Кира громко фыркнула. Махнула на Жданова рукой, мол, что с дурака взять, не переделаешь же, не видит он своего счастья. Да и повисла у Андрея на шее. - Ты даже не представляешь, как я рада, - прошептала на ухо. - Я очень тебя люблю. Щипать ногу уже не было смысла. Надежда, что все это окажется сном, таяла экспонентно вере в светлое будущее. Нужно было срочно искать пути отступления. Но куда отступать? Крабы прячутся в ракушки. Страусы ныряют в песок. Кукушка скрывается в часах. Андрей, похватав документы, смылся к Малиновскому. Якобы по очень срочному делу. Якобы в пятницу вечером Ромка ни о чем другом думать не способен, кроме как о работе. Кира была настолько счастлива, что даже не заметила подвоха. Малиновский отыскался за МКАДом, «на шашлыках», в компании бардов и выпускниц политехнического лицея. Увидев Жданова, подкатившего к даче, минут через пятнадцать после тревожного звонка, Ромка знатно прифигел — проделать такой длинный путь тАк быстро под силу только депутату с мигалками или вертолету. Пропеллер на Жданове, при первом взгляде, не наблюдался, а за мигалки, пожалуй, можно было принять огромные, перепуганные глаза. - Дай угадаю, - Ромка прищурился. - Ты решился на вторую ночь с Клавой. И не выдержал испытание. Это провал, товарищ Штирлиц. Андрей шагнул на террасу, не замечая ни бардов, ни выпускниц, ни костра. Трясущимися руками выхватил со стола, оставленный кем-то, стакан водки. - Вот сейчас прям заинтриговал, - Малиновский смотрел с нарастающим любопытством. Андрей залпом выпил водку, шумно выдохнул. - Итак, - Ромка прихлопнул на щеке надоедливого комара. - В этот раз у вас с Клавой все было при свете, и ты, наконец, разглядел у нее что-то не то? Андрей хмыкнул. - Если сравнить с Клавой все, что случилось сегодня, - засунул руки в карманы брюк, перекатился с пятки на носок, - то Клава покажется ангелом с розовыми крылышками. - Даже так? - Даже хуже, - сделал большие глаза. - Ты рано ушел. Все самое интересное случилось после. - Вот так всегда, - воскликнул с досадой. - Все проходит мимо меня. Рассказывай уже, что стряслось. Только не говори мне, что Клава захватила «Зималетто» и продала нас с тобой с молотка. - Ты мелко мыслишь. Загибай пальцы. Сашка Воропаев устроился сегодня вторым помощником Клавы — это раз. Приемную мы теперь будем делить с ним на двоих — это два. Кира беременна — это три, - быстро сел на ступеньки. - Дальше имеет смысл продолжать? Малиновский открыл рот и закрыл. А что тут скажешь? - А-а... - тоже присел на ступеньки, прихлопнул еще одного комара. - И с Клавой у меня ничего не было, - добил Андрей. - Э-э-э... - Мы с ней вместе были в клубе «У Севы», Клава сильно напилась. Танцы устроила. Я привез к себе домой, и... Все. - Э-э-э... - Ну, поцеловались еще. Но это так, - махнул рукой, - не в счет. * * * - Пушкарева, скажи мне, дорогая, ты мне на что-то намекаешь? Или это прямая угроза? - бурно завозмущался голос Зорькина в мобильном телефоне. - И тебе привет, - невозмутимо сказала Катя, отрываясь от монитора компьютера и отставляя документы в сторону. - Привет-привет! Здравия тебе доброго! А теперь объясни мне, недалекому, что все это значит? Катя отъехала на кресле от стола, встала, подошла к окну. Субботняя Москва смотрелась живее и радостнее, чем обычно. Выходные принарядили яркими красками и шумные улицы, и спешащих пешеходов, развели тучи по краю, согрели теплым солнышком. Катя прислушалась. Пустая компания с длинными, безлюдными коридорами и с сонным охранником на посту навевали ей собственное тепло и покой, которых Катерине, как президенту, порою не хватало в будние дни. Кто работает по субботам? Ну, конечно же, Пушкарева. Ответ очевиден. Катя зевнула, и переключила внимание на Зорькина. - Что случилось, Коль? Я не понимаю твоих ребусов. Говори прямо. - Прямо? Пожалуйста! Ты зачем пригласила меня на свидание? - Что? - едва не выронила из рук графин с водой. - Это я должен спрашивать: что? - Коль, - хихикнула. - Я тебя никуда не приглашала. - А как же... Стоп, Пушкарева. Не ври. Как не приглашала, если сегодня мне позвонила некая Мария Тропинкина и сказала, что в семь часов состоится наша с ней встреча по поводу свидания с тобой? - Да? - не сдержала смешка. - Коль, Маша — девушка красивая. Надо идти на встречу. - Чтобы обсудить свидание с тобой? Пушкарева, ты там из ума не выжила? - Зорькин, ты вот такой умный. Но порою такой дурак! Цель этой встречи не я, а ты — загадочный поклонник, Николя. - То есть... ты хочешь сказать, что... - Тебя хотят у меня отбить. - Что? - Как сказала бы Кира: уводят на повороте. - Меня? - Да. - У тебя. - Пятерка за сообразительность. - И что мне теперь делать? - спросил ошарашенно. - Решай сам. Но если хочешь быть уведенным, выбери букет побольше и костюм поприличнее. И стих какой-нибудь выучи — чтобы соответствовать образу чуткого поклонника. - Стих? Катя даже через трубку телефона увидела, как Коля озадаченно почесал затылок. - Мандельштам подойдет? «Век мой, зверь мой, кто сумеет заглянуть в твои зрачки? И своею кровью склеит двух столетий позвонки...». - Неплохо, - кивнула Катя. - Мне нравится. Почитай еще статьи на эту тему. - Пушкарева, я тебе вот, что скажу: дружба с Кирой тебя портит. Ты уже начала давать советы, как правильно кого-то уводить. - Пока, Коль. Будут вопросы, звони, - отключилась, бросила мобильный на стол. «А я не только советы даю. Я еще им следую», - обхватила себя за плечи, поежилась. - Но нет такой ситуации, которую нельзя было бы исправить, ведь правда? * * * Ходить по грибы рано утром, после шумной ночки и в состоянии полу похмелья — не самое лучшее решение. Но в кампании голосистых бардов и хорошеньких выпускниц весь процесс похода заиграл совершенно другими красками. Опытные грибники, Роман и Андрей, забивали свои корзины доверху длинноногими поганками, и шли, не спеша, переговаривались. - Палыч, не кисни. Ты же знаешь Клаву. Сашка с ней и дня не вынесет, - в корзинку полетела шишка, а за ней - красный гриб с белыми кружочками. - Про меня ты раньше говорил то же самое, - пнул, а затем и наступил на подберезовик. - Ты — отдельный случай. У тебя на Клаву давний иммунитет. А вот Сашка, с непривычки, выйдет из строя в первый же рабочий день. Вот посмотришь. - Не-ет. Воропаев не просто так проделал такой сложный маневр — ушел на месяц в отпуск в своем министерстве, приперся к нам на должность "мальчика на побегушках". У него есть план, - пнул сыроежку, подобрал лжелисичку. - Я даже догадываюсь, какой — пропихнуть свой бизнес-план и переманить Пушкареву на свою сторону. - Точно. - Тут все шито белыми нитками. - И если его план, действительно, окажется лучше, Клава выберет Воропаева. Она принципиальна до невозможности. Малиновский громко рассмеялся. - Вот только у тебя есть неоспоримое преимущество. - Да? Интересно, какое. - Ты с ней спал. Андрей резко остановился, ветка больно хлестнула его по щеке. - Ты сам знаешь, что это не так. - Зато Клава не знает. Палыч, это гениально! Провернуть такой трюк! Вывести из строя Клаву одним лишь ходом. Ты гений! - Клаву не выведешь ничем, - перепрыгнул через муравейник, подхватил за шляпку какой-то фиолетовый гриб, закинул его в корзинку. - Вся эта... ситуация. Она была забавной ровно до того момента, пока Кира не оказалась беременной. Черт! Даже думать об этом невыносимо. Ромка скинул с плеча клеща. - Палыч, а вдруг Кира врет? - В смысле? - Ну-у... никакого ребенка нет. Или он, вообще, не твой. Андрей мотнул головой. - Что за чушь? Кира не может врать. - Ты в этом так уверен? Андрей остановился, посмотрел на Малиновского с надеждой. - Нужно проверить всё - все документы, каждый шаг Киры. И на УЗИ с ней пойдешь, и карточку медицинскую с собой прихватишь. - Я не могу с ней сейчас... - передернулся, - даже рядом находиться. - Сейчас не надо. Сейчас ты работаешь, горишь на работе и все дела. А с понедельника придется, - сорвал с куста и закинул в корзинку горсть красненьких ягод. - Еще и Воропаев так некстати объявился. - Надо ехать в «Зималетто», - пробормотал Андрей задумчиво. - Точно. Алиби само себя не составит.