Instagram

Инстаграм Ло стал похож на какую-то непонятную херню. Между уникальных и фантастических сетов то тут, то там мелькали фотографии Луффи с вполне себе очевидными подписями. Этот профиль только для работы, говорил себе Ло. Никакой личной жизни в нем не будет, повторял он. Да, Ло никогда ни перед кем не озвучивал подробности того дерьма, которое происходило у него дома или между ним и друзьями, семьей, а тут внезапно, забив на все свои принципы, он целой стране объявил о том, что ему нравится один парень. Стоило ли говорить, сколько проблем это добавило с папарацци, фанатами и слухами? На слухи обоим парням было глубоко плевать, папарацци тоже особо интересного не писали, у них не было даже совместного фото обоих парней, к тому же, Ло сам охотно отвечал на все вопросы касательно своего "котейки", как он называл Монки при любом удобном случае. А вот фанаты сильно насолили Луффи тем, что быстро узнавали его на улице и подлетали с разборками. Будто это он виноват, что однажды в никому ненужной скучной поездке он встретился с человеком, который окажется его... кем? Парнем? Другом? Луффи не мог его таковым идентифицировать. Он даже не был уверен, что их "отношения" протянут больше месяца. Но они протянули. Из "вредного мудака" и "кретина-фотографа" Трафальгар превратился в просто "Ло" или, если дело заходило уже совсем далеко, "хозяина", о чем сам фотограф любил напоминать время от времени. Они обменивались агрессивно-поддевающими сообщениями в изолированных мессенджерах, потому что от количества уведомлений из инстаграма даже привыкший к этому Ло изрядно подустал. Они кидали друг другу глупые фотки, виртили, как шестнадцатилетние подростки, но почти никогда не созванивались. Они ничего друг о друге не знали практически, хотя Луффи знал, что Ло умеет танцевать вальс, делать изумительную пасту, чинить мелкие электрические приборы и преподносить приятные сюрпризы. Это был далеко не весь список, хотя когда Луффи пожаловался о своей проблеме Нами, та, закатив глаза, сказала, что он ездит ей по ушам. На самом деле они знали друг о друге предостаточно, но обоим этого казалось чертовски мало. А потом случилось то, чего Луффи никак от Ло не ожидал. Тот начал сильно ревновать его к друзьям, и это стало началом их недопонимания.

***

Два месяца их "отношений". Окружение Луффи потихоньку начало выбивать себе по несколько часов на отдых и уделять ему внимание, поэтому с Ло он стал проводить значительно меньше времени. Первую неделю Ло не зацикливался на этом, потом как-то перечитал их с Луффи переписку и обнаружил, что там целых восемь "я сейчас с друзьями". Да, он пересчитал эти сообщения. Ему так захотелось. Инстаграм даже запестрел новыми фотографиями их компании, на которых Монки выглядел еще более счастливым, чем обычно. Ло это не нравилось, но он не мог ничего предпринять. Он находился в Америке и не имел ни малейшей возможности в сию же секунду опровергнуть нехорошие мысли. Но ожидание изводило его. Он не думал, что Луффи изменяет ему. Нет. Просто он вспомнил то маленькое упоминание, незначительную фразу про какой-то минет, который однажды случился у Луффи, и ощутил нарастающее недовольство. Чувство, подогреваемое на медленном огне все это время, а после переросшее в то, из-за чего они едва не расстались. Ревность. Ло еще никогда так сильно не хотел вернуться домой. Его бесило, что Луффи проводит слишком много времени со своими друзьями, даже если у него ни с одним из них ничего нет. Он полностью игнорировал факт, что сам был нередко поглощен работой, и Луффи, вероятно всего, так же его не хватало. Он вышел из самолета и сразу же вызвал такси, чтоб доехать до Монки. Не домой, как он делал это обычно, а до Луффи - еще бы, он был не способен выдержать еще несколько часов мысленных терзаний. Ло добрался так быстро, что сам не ожидал, широкими шагами поднялся по лестнице, а после потянулся к двери квартиры партнера. Аккурат в этот момент дверь резко распахнулась, и Ло столкнулся нос к носу с Зоро. Они удивленно уставились друг на друга, а после Ло зло спросил: - Ты че тут забыл? - Если ты не в курсе, здесь вообще-то живет мой друг. Отойди. Ророноа без церемоний грубо отпихнул пришедшего, освобождая себе проход, и спустился по лестнице. Ло едва удержал себя от желания схватить Зоро за шиворот, развернуть и съездить ему по лицу. Но он понимал, что это беспочвенно. И все же он был близок. - Ты вернулся, - радостно сказал Луффи, беря его за руку и затаскивая в квартиру, чтоб через мгновение закрыть за ним дверь. - Я думал, тебя ждать только вечером. - Что он тут делал? - спросил Ло, бросая дорожную сумку на пол и придавливая Луффи к стене. - В смысле? - Монки дыхнул на него каким-то ягодным запахом, и брюнет, едва ли не касаясь своими губами губ Луффи, повторил: - Что. Он. Тут. Делал? - Заносил мне пачку жвачки. Я просил, - сказал Луффи почти шепотом. Ло секунду смотрел на него, пытаясь прочесть в глазах ложь, и, не найдя оной, ответил: - Докажи, - а после поцеловал, просовывая язык в чужой рот. Луффи действительно жевал жвачку. Зоро принес ему не просто пачку жвачки, он принес целую упаковку - хоть обжуйся. Но Ло было этого мало. И хотя он по прежнему отбрасывал любые мысли касательно измены, он все равно захотел удостовериться. Просто лично для себя.

***

Луффи удивился дотошности, с которой Ло его ощупал. Удивился тому, сколько засосов он понаставил. Удивился, как внимательно он рассматривал шею, ключицы, живот. Он мог бы спросить, что Ло так заинтересовало, но не сделал этого. Он не знал, почему. Ло перетянул ему ошейник, прямо как в первый раз, и выеб так, что кухонный стол наконец-то сломался. Монки никогда бы не поверил, что его стол может сломаться, но, тем не менее, это случилось. Они оба рухнули на пол, и им было больше страшно от неожиданности, чем больно, и Луффи даже расхохотался. Но ему не нравился взгляд Ло. Тот смотрел как-то недоверчиво. Между ними возникла небольшая стена. Ло периодически листал его переписки с разрешения или без, потому что Луффи никогда не блокировал телефон, или удалял только пришедшие сообщения, что Монки не видел их и не отвечал никому из друзей. Их секс стал жестче, будто бы Ло пытался сорваться на парне, избавляясь от негативных эмоций, а ошейник, как атрибут их игр, внезапно превратился в олицетворение честности. Ло ревновал его по-черному, и Луффи это чувствовал. Он должен был это видеть, но убеждал себя, что такие бзики временны. И когда Ло сказал ему, что он должен ходить с ошейником везде и всегда, что это - принадлежность Луффи к Ло, что это п р и к а з, у Монки совсем закончилось терпение. Он швырнул в парня его фотоаппарат и сказал, что тот перешел все границы. Глаза Ло надо было видеть в тот момент. Луффи его никогда не наблюдал на лице Трафальгара неверие пополам с растерянностью. Эти эмоции почти моментально уступили холодной ярости, а после Ло выдвинул перед ним условие: либо ошейник, либо он отказывается верить, что Луффи говорит ему правду. - Я не обязан тебе ничего доказывать! - крикнул ему Монки, а после выкинул ошейник в окно. - Это перешло все рамки. Я не собираюсь больше потакать тебе. Ло ушел, возмущенный до предела, громко хлопнув дверью. Луффи, оставшийся один, был возмущен не меньше. Он понимал, что Трафальгару хотелось проводить время только с ним, но он не видел очевидного: Ло шел на поводу у своего эго. Слишком явно, даже не пытаясь задуматься о правильности собственных действий. Он игнорировал личную занятость, личное общение с людьми и чувства Луффи по этому поводу, сконцентрировавшись только на том, что бесило его. Ло часто привык считать себя центром вселенной. Луффи наконец-то это увидел. И все же они нравились друг другу, но на подобном уровне было невозможно построить здоровые отношения. Монки не стал ничего доказывать Ло только по одной причине: если тот не верит ему на слово, о каких тогда отношениях вообще может идти речь?

***

Ло всегда было нужно что-то доказывать. С детства он получал все, что желал, кроме общего внимания и родительской заботы. Он привык быть в центре событий у всех людей, кроме тех, кому действительно хотел угодить. И, как бы он ни старался, у него по сей день это не вышло. Именно поэтому он стал таким говнюком. Он встретил Луффи, который понравился ему так сильно, что он стремился сделать его своим. К сожалению, он не мог запереть Монки в своем доме и обрезать все его контакты с окружающим миром. Да и первое время он совсем не думал об этом, потому что они были поглощены друг другом, пока не объявились эти... друзья... Ло всегда казалось, что с ними Луффи чувствует себя более счастливым, более спокойным, более комфортно. И сколько бы Монки не повторял обратное, что-то внутри Ло все равно отказывалось в это верить. Он очень хотел, чтобы Луффи был его. Эта сильная тяга делать людей личной собственностью и толкнула Ло к разного рода БДСМ-практике, которой он занимался, но до встречи с Луффи он еще ни разу не желал, чтоб кто-то именно всецело принадлежал ему. Не трахнуть и забыть, а именно остаться вместе и при этом на достаточно долгое время. Ло не нравилось, что у Луффи с Зоро более доверительные отношения, что они понимают друг друга с полуслова, что они давно знакомы. Ему не нравилось, что он так ненавязчиво общается с кучей красивых девушек или почему-то ест за счет заведения в "Барати", или шутит с комичным длинноносым парнем, корча глупые рожи. С Ло он никогда себя так не вел. Они начали с агрессивно-нейтральных отношений, а потом резко перешли к партнерским. Но Ло было мало. Мало. Мало. Мало. Он хотел бы прослушивать звонки Луффи, знать где он, что он ел, что сказал, о чем подумал, что почувствовал, какие фантазии в его голове. Он хотел бы залезть Луффи в душу, чтоб присвоить его себе, упуская один очень важный факт: Луффи и так был его. Но по своей же глупости он терял это.

***

Они не общались несколько дней. На большее Ло не хватило. Он не мог адекватно работать, постоянно отвлекался, думал о том, что прямо сейчас Монки опять тусуется со своими друзьями, и это его неслабо поджигало. Он иногда уходил из студии, оставив модель и свой коллектив, не ощущая ни вдохновения, ни желания запечатлевать чужую красоту. Его не привлекало ничего. Он был сконцентрирован только на Луффи. Луффи. Луффи все это время лежал на диване, ел, пил и спал, потому что их небольшая, но очень серьезная размолвка с Трафальгаром выбила его из колеи и лишила желания что-либо делать вообще. Он даже начал задумываться о том, как бы убедить Ло в честности своих слов, пока тот не написал ему короткое сообщение в мессенджер. "Я придумал". А что он придумал, Луффи узнал только через четыре часа.

***

Ло сказал, что потом все объяснит. Он приехал вечером на свой машине и трижды просигналил. Луффи выглянул в окно, увидел его авто, приветливо мигающее фарами, а после быстро оделся. Он не знал, что будет говорить Ло, потому что ощущал все еще толику обиды за его действия. Но им требовалось разрешить конфликт. Либо расстаться, либо остаться вместе. И чем быстрее они это сделают, тем лучше для них обоих. Монки спустился к парню, натягивая на ходу свою олимпийку. Выскочил из подъезда; Ло из салона машины открыл ему дверцу, и Луффи грузно шлепнулся на переднее сидение. Он не мог не отметить, что Ло одет в довольно свободную и удобную для перемещения одежду. Особенно ему понравился красный легкий свитшот с надписью "forever and ever". Ло умел подбирать одежду под любое свое настроение. Судя по его сосредоточенному виду, Монки мог сказать, что Ло настроен решительно на что-то очень важное. Они молча ехали по перетянутому неоном городу в молчании, и Трафальгар ни разу так и не взглянул на своего пассажира. Было совсем не темно, но то тут, то там горели яркие вывески. Ночью, конечно, их поездка могла бы быть куда более атмосферной. Луффи наконец не выдержал и произнес: - Куда мы едем? Ло кинул на него первый короткий взгляд. - Туда, где все началось. - Звучит так, будто ты говоришь про зачатие мироздания. - Для меня это одно и то же. Мы едем на утес Самоубийц. Луффи запоздало кивнул, наконец осознавая, о чем толкует Ло. - Но зачем? - Я решил, что это исчерпает все наши проблемы. - Но Ло, - Луффи сделал паузу. - Смерть - не выход. Трафальгар прыснул, приподнял уголки губ и ответил: - Я вовсе не собираюсь толкать с утеса тебя или прыгать сам. Хотя... Хотя это было очень близко к тому, что он хотел сделать. - Я был не прав. Я понял это. Но мне важно знать, что у нас друг от друга нет никаких секретов. И я подумал, что если я не могу поверить тебе, надо сделать наоборот. - Но я и так тебе верю. - Я хочу проверить, насколько именно. - Абсолютно? - выдвинул Луффи предположение. - "Абсолютно" - это всего лишь слово. А на деле может быть что угодно. Просто... если ты действительно так сильно веришь мне, то я больше никогда не буду сомневаться в твоих словах. Я приму их, даже если ты скажешь мне полную чушь. - Чтобы утверждать такое, надо затеять что-то очень безумное. - О, ты не поверишь, как я сейчас безумен, - Ло криво улыбнулся.

***

Они приехали на утес, когда потихоньку начало смеркаться. Пришлось оставить машину там, где парковался в прошлый раз автобус, а потом пешком чалить до злополучного места их первой встречи. Они шли плечом к плечу, не оборачиваясь, и снова в гордом молчании, поглощенный каждый своими мыслями. Ло тащил с собой рюкзак, где неизменно лежал его фотоаппарат и вода, а Луффи пытался угадать, что же придумал для него Ло. Но в голову не лезло ни одной путной идеи. Парни миновали путь через лес по тропинке и вышли на то самое место, которое многие считали нехорошим. В свете заката еловый лес снизу был особенно красив, и Луффи на секунду показалось, что он персонаж из какого-то доброго, но грустного мультика. Ло подошел к краю обрыва и взглянул вниз. Ветер трепал его одежду; Луффи знал, что при особо сильном порыве Трафальгар может качнуться и, не удержав равновесие, упасть. Тут как раз было близко к подобной погоде, и это заставляло волноваться. Монки медленно подошел к Ло, удивляясь тому, какие же все-таки беззвучные его шаги на фоне шума реки, а после тоже взглянул вниз. Губы Ло тронула широкая ухмылка, и он снял с плеч рюкзак. - Если мы с тобой такие ничтожные в плане честности друг к другу, то мы обязательно умрем. - О чем ты говоришь? - Ты когда-нибудь слышал про железное доверие? - Ло достал фотоаппарат и откинул рюкзак подальше, чтоб он не мешал. - Будет неудобно, - вслух сказал он, снимая крышку с объектива и прикидывая положение аппарата в руке. - Железное доверие? - Луффи приподнял брови. - Как это? - Это когда ты доверяешь свою жизнь кому-то, даже зная, что он может ее не сохранить, - Ло посмотрел на Луффи со знакомым прищуром, одновременно закидывая свободной рукой мятную жвачку в рот. В глазах Луффи мелькнуло понимание, после растерянность, а потом - волнение. - Ты хочешь узнать, доверяю ли я тебе так сильно, что не боюсь вручить свою жизнь на смертельной для человека высоте?.. - Да, - Ло кивнул, надувая большой мятный пузырь. Эта затея была полным провалом, но у Луффи не мелькнуло ни мысли о том, чтоб отказать Ло. Он действительно верил ему так же сильно, как верил Зоро или Санджи, или Нами, или кому-то еще. Единственное, что их отличало: Ло приходилось это доказывать. Но он был готов. Без сомнений и без страха. - Я согласен, - Луффи протянул Ло руку, чтоб тот ее сжал, но Трафальгар только покачал головой. - Не так, - сказал он, а после толкнул Монки вниз.

***

Момент падения был похож на включение света. Ты нажал на кнопку, и лампочка тут же загорелась. Луффи даже не успел понять, что произошло, когда он ощутил короткое сопротивление воздуха. Он позволил себя толкнуть, потому что захотел этого. Единственное, чего он не ожидал, так это столь неожиданной скорости действий со стороны Ло. Он едва успел испытать животный страх, понимая, что при таком толчке невозможно никак зацепиться за утес и вскарабкаться наверх, как чужая рука крепко схватила его за запястье. Луффи резко тряхнуло, он по инерции чуть было не впечатался в скалу, больно ударившись плечом, а после посмотрел вверх. Ло, лежа на земле, держал его одной рукой, надувая большой пузырь, и Луффи видел, что он улыбался. Чувство паники нарастало. Трафальгар, который никогда бы и ни за что не выкинул подобную херню еще месяц назад, поднял фотоаппарат над головой, пытаясь сделать идеальный кадр. Держать устройство было дико неудобно, но Ло очень старался сориентироваться быстро, так как времени у него было совсем немного, другая рука очень сильно уставала и немела, а запечатлеть этот момент хотелось больше собственной жизни. Он смог надавить на кнопки, заметив в линзе объектива, что Луффи широко улыбнулся и показал два пальца. А потом его рука начала соскальзывать. В глазах Монки не промелькнуло ни капли волнения, когда это произошло. Ло быстро отложил фотоаппарат и в последнюю секунду протянул вторую руку, крепко вцепившись в ладони Луффи. Тот с его помощью подтянулся к утесу, ухватился за его край и сам забрался вверх, страхуемый помощью Ло. И когда они уже оба стояли на ногах, Луффи понял, что его мелко трясет от выброса адреналина в кровь. А после он истерично рассмеялся.

***

Фото появилось в инстаграме Ло спустя семь минут. Никакой редакции, никаких обработок. Он выложил все так, как и сфотографировал: кривой ракурс, море елового леса, разгорающееся на линии горизонта красным пламенем; высота; он сам с большим мятным пузырем жвачки и Луффи, выглядящий безмятежно в своем положении. Слишком безмятежно. Хейтеры скажут - фотошоп, а у Ло еще долго тряслись руки, пока он расставлял хештеги и набирал комментарий "это наше железное доверие", и в этот раз обошлось без эмодзи, подрисованных ушей и глупых мемных подписей на фотографии. Только куча комментариев, в основном, очень злых. В основном, от друзей Луффи. Но Ло было плевать, ведь только что он чуть не убил человека, с которым хотел разделить много приятных моментов жизни, и эта мысль дошла до него только сейчас. Ради какого-то там доказательства доверия. Кто еще согласится на подобную идиотскую идею, чтоб что-то кому-то доказать? Рука соскользнет, и все, ты - убийца, твой партнер - труп. Но Ло знал, что его рука бы не соскользнула, и Луффи тоже это знал. Многие, конечно, посчитали их поступок попыткой хайпа посредством публикации фото в инстаграме, а Ло считал это началом самых крепких отношений на свете. Луффи не должен был ему ничего доказывать, Ло не должен был его ничем обязывать, а в итоге? А в итоге Нами сказала, что они просто долбаебы и попросила больше никогда так не делать. Но они не могли этого обещать.