Владыка Тёмных: Последователи

      Мордор. Темная, неприветливая и ужасная земля, о которой знает каждый в Средиземье. Пристанище тьмы, само существование которой грозит уничтожением всего известного мира… Вернее, ранее так и было. Сейчас же, для жителей Арды, эта страна не более чем кусок бесхозной земли, на которой живут орки и прочие темные твари, что вообще не представляют угрозы. Десятки, сотни тысяч племен, поддавшись своей нечестивой природе, вырезают друг друга руководствуясь лишь одним им ведомыми целями. Время от времени, появляется очередной вожак, что сколачивает себе огромное войско, состоящее из диких неорганизованных тварей. Как правило, после этого, вся плохо вооруженная и защищенная орда, обязательно направятся в сторону Черных Врат или Минас-Итиля; редкие же вожаки дикарей, направляли свое воинство в сторону перевала Кирит Унгол, где так же стоит крепость людей. Но для гондорских войск, подобные нападения, были все равно что комариные укусы для Мумакилов Харада! Дисциплинированные, тренированные, закованные в железные доспехи и вооруженные сталью, воины несущие дозор в Мордоре, всегда успешно давали отпор ордам дикарей, не неся серьезных потерь. Затем, шла череда карательных вылазок, в ходе которых под чистую истреблялись все племена, до которых только могли дотянуться люди. Затем, вновь наступал период мира и спокойствия, когда служба для людей в Мордоре становилась обыкновенной рутиной. Из крепостей и гарнизонов, отправлялись патрули, разведчики и небольшие рейдовые группы, целью которых было истребление стоянок тёмных тварей. Уничтожать небольшие разрозненные племена, намного эффективнее, нежели дожидаться, когда появиться удачливый и сильный вожак, что соберет все в единую орду, которую быстро разобьют, а после истреблять небольшие группы выживших. Но глубоко в Мордор мало кто заходит. Изредка разведчики так же выполняют роль убийц, истребляя лидеров большого скопления племен, до того, как их численность вырастет ещё больше и они начнут сколачивать армию.       Но в последние месяцы, атмосфера во всех гарнизонах Гондора царит напряженная. Вот уже три месяца, начали массово пропадать патрули и группы разведчиков. Даже знаменитые итилиенские следопыты, одни из лучших разведчиков и диверсантов Гондора, не возвращаются, как и крупные карательные отряды пропадали без следа. Правителями Мина-Итиля, было собрано крупное войско, состоящее из пяти тысяч пехотинцев и двух тысяч тренированных стрелков, под началом опытных ветеранов гарнизона. Снаряженное как для полноценного военного похода войско, выдвинулись из Крепости Восходящей Луны на восходе. Правители города, предположили, что разведчики и патрули наткнулись на очередную орду, что стремительна идет в строну Минас-Итиля, ведь согласно донесениям с Моранона, их дозорные и патрульные всегда возвращались обратно. Властям казалось, что это единственное разумное объяснение сложившийся ситуации.       Но некоторые закаленные ветераны, пережившие не одно наступление орд темных тварей, утверждали, что подобное невозможно. Если бы это действительно была бы орда, то они непременно стремились бы в стороны укреплений гондора на землях Мордора, вне зависимости от того, насколько умен и хитер вожак темных тварей. Скопления живой силы, численность которой может достигать десятка тысяч особей, невозможно скрыть от дозорных гарнизонов, что уже несколько месяцев пребывают в полной боевой готовности, а потому идею о том, что твари уже давно подошли достаточно близко к гарнизонам, но никак себя не проявляют, просто смехотворна. Основания для подобных мыслей были, ведь следы одной из пропавших групп разведчиков, были найдены в каких-то трехстах метрах от Мина-Итиля. Ветераны и матерые офицеры желали вновь отправить несколько крупных групп разведчиков, но со стороны Моранона, в обход маршрутов патрулей Крепости Восходящей Луны. Они хотели узнать, что вообще происходит в глубине Мордора, прежде, чем посылать солдат в неизвестность. Но вскормленные временами мира и покоя правители Минас-Итиля, считали, что возможности темных тварей слишком переоценивают, а потому к ним особо не прислушивались. В мыслях большей части жителей Гондора, орки, тролли, варги и прочие творения темных сил, уже давно не представляют той угрозы, что во времена Второй Эпохи. Большую часть военного командования Гондора, как и почти весь народ и элит, больше волнуют регулярные мятежи, что вспыхивают в землях Харада и Руна, нежели угроза со стороны Мордора. Пускай гарнизоны Черной Земли и по сей день полны воинов, неустанно несущих дозор. Но с каждым годом, все чаще можно услышать мысли о переброске большей части гарнизонных войск из Мордора на более неспокойные земли, что так или иначе привело бы к ослаблению контроля над вотчиной Саурона.       Для воинов, отправленных в глубь Мордора, большую часть времени приходиться созерцать типичную для этой земли картину: безжизненные, каменистые пустоши, полные трещин и широких разломов, частенько нарушаемая колючими кустарниками и бледной травой. Со временем, воздух становиться более спертым и затхлым, а колючая растительность и мерзкая бледная трава, попадается воинам все реже. Маршрут армии пролегал слишком близко к Роковой Горе, из жерла которой, время от времени, вырывается дым, отравляющий воздух. Стоило воинам преодолеть столь приятный участок их пути, как на следующий же день, они наткнулись на жуткую картину. Сотни нагих человеческих тел, были привязаны к огромным столбам, стоящими посреди каменистых пустошей, вдоль огромной территории. На теле каждого несчастного были вырезаны странные заковыристые символы, не знакомые не одному гондорцу, но каждый мог с уверенностью сказать, что это было не черное наречие и не язык орков. Самым странным увечьем нанесенных на человеческие тела, была большая дыра, зияющая в районе груди, там где должно быть сердце.       Какое-то время, солдаты просто стояли и смотрели на столь мерзкую картину, развернувшуюся перед их глазами. Молодые воины были в шоке от увиденного, а вот ветераны, прослужившие в гарнизоне Мордора не одно десятилетие, сейчас пребывают в замешательстве. Орки и раньше истязали, уродовали и вывешивали разумных созданий на столбах: одни это делают ради веселья, некоторые племена так разграничивают территории, но вот то, что люди созерцают сейчас, выглядит странно. Ведь обычно, если и использовались тела на столбах как разграничитель, то ранее это были простые скелеты, с которых сжирали все мясо. За столбами с телами, располагался небольшой, но очень длинный холм. Тогда все эти вывешенные тела, могут быть границей, за которой находиться стоянка племени. Но будь это так, уже отсюда, можно было услышать брань, ругань и крики орков, что и в мирное время не могли прожить без драк. Слишком сильно из всей этой картины выбиваются так же и непонятные письмена, вырезанные на телах несчастных: в понимании орков нет никакого смысла, чтобы столько возиться с вырезанием символики на плоти и костях, да и сама "работа" выглядит не типично красивой и качественной для творений Мелькора. Последний вопрос, что терзал ветеранов Гондора, касался непосредственно качества бездыханных тел. Сейчас середина лета, а тела людей, привязанные к столбам, явно висят тут не первый день. Они уже давно должны были начать гнить под палящими лучами солнца, но по каким-то причинам, нет и намека на следы разложения.       Странное чувство тревоги, терзающее ветеранов, возглавлявших армию, заставил их принять меры. Но не успели командиры выговорить свои приказы, как со стороны столбов с трупами, раздался леденящий душу вой, сковавший всех солдат. Лица мертвых людей, развернулись в сторону воинства Гондора и продолжали истошно вопить, вызывая невероятную боль в ушах и головах солдат, вынуждая их пятиться назад. Спустя пару мгновений бесконечного крика, что показался людям вечностью, со стороны холма, в сторону воинства быстро приближалось бесформенной облако темно-сиреневого дыма, густого как прибрежный туман. Воины и офицеры, начали бросать оружие и бежать прочь от странной аномалии и вопящих трупов на столбах, подавшись жуткому страху и панике, затуманившей их разум. Но было слишком поздно. Очень быстро, клубы странного дыма покрыли в спешке бегущею армию, и в этот самый момент, мертвецы, привязанные к столбам, перестали выть. В одно мгновение, и столбы и привязанные к ним тела рассыпались в прах, не оставив даже намеков о своем существовании. В этот самый момент, вместе с ними исчез дым, накрывший гондорцев. Люди были живы, но лежали без сознания на голых камнях.       Спустя пару секунд, с небес, начала спускаться огромная тень, что пряталась от взора людей за облаками. Огромный, пятиметровый, мускулистый нетопырь, покрытый короткой черной шерстью, не спеша летел к земле, издавая короткий писк. Стоило писку прекратиться, как из-за холма начали выходить орки и тролли. Последние тащили большие повозки, груженные железными клетками, которые выстроили в ряд, вдоль всего скопления людей, что лежат без сознания. Темные твари двигались очень быстро, полностью наплевав на солнце и его, казалось бы, пагубные лучи. Не теряя времени, часть орков, что была вооружена лучше прочих, ушли в дозор или же остались стеречь сборщиков, а прочие, начали разбирать бездыханные тела людей и грузить их в клетки, предварительно избавив от доспехов и прочего снаряжения, что положили в телеги гондорцев для поклажи. Несколько часов орки собирали людей, под надзором парящего в небе огромного нетопыря, прежде, чем собраться вместе, принять нужное построение и выдвинуться в путь. При этом, огромный зверь неустанно сопровождал колонну темных тварей и их поклажу. А на спине у летучего чудища, сидя в крупном седле, восседал двух метровый орк. Наездник одетый в длинную тканевую мантию красного цвета, под которой носил штаны и легкий кафтан такого же цвета, а в руках держит красивый посох, украшенный письменами, схожими с теми, что ранее были на трупах людей, прикованных к столбам. Внешность этого орка, была фактически лишена уродств и больше походил на человека, за исключением заостренных ушей. Кожа имеет немного тусклый оттенок, лоб широкий, нос ровный, высокие скулы, тело средней комплекции, но накачанное и хорошо развито, волосы черные как смоль, уложены в три косы, достигающей спины. В желтых глазах полыхает неописуемая радость, а на лице играет радостная улыбка.       Орка-наездника, зовут Шарак Мудрец. Столь громкая и нетипичная кличка была дана ему не просто так, ведь возраст этого орка, исчисляется тысячелетиями, а стало быть, он за долгую жизнь накопил невероятное количество знаний, что и сделало его в глазах большинства сородичей мудрецом. Он родился ещё в те дни, когда Мелькор, только вставал на путь тьмы, а вместе с ним, на него вступили и множество его младших слуг, майар. Первое войско падшего бога как раз составляли именно изменники майар: сильнейшие из них, стали балрогами и заняли место элиты и телохранителей своего господина, а прочие, приняли обличье первых орков. Чуть позже, желая ещё больше увеличить численность своего войска, Мелькор принялся похищать эльфов. Пытал их, увечил и получившихся монстров, скрещивал с орками-майар, желая вывести на свет новые породы. Частично, враг всего живого и прекрасного добился, но вот преданные ему майар, утратили большую часть своих возможностей, застряв в телах орков и балгрогов. Но никто не был против такой судьбы, ибо это был их осознанный выбор — измениться полностью, стать более совершенными для мира, что строит их господин. Мира, который им казался более совершенным.       Шарак не был исключением из правил. С невероятной доблестью в сердце и нерушимой преданностью он сражался на полях сражений, ведя легионы слуг Моргота в бой, против жалких марионеток Эру, что не дают миру развиваться так, как он должен. Но переживая одно поражение за другим, выживая в самых жестоких и кровавых сражениях, Мудрец попытался понять, что же вообще становиться причиной провала армий Мелькора; почему слуги валар столь сильны, как оркам и прочим слугам Владыки Тьмы лучше всего воевать против хранителей Арды… После Войны Гнева, когда бывший майар чудом смог выжить, он все чаще стал задаваться подобными вопросами и искать на них ответы. И чем больше один из первородных орков об этом думал, тем мрачнее и хуже казалась ему картина. Шарак со спокойной душой принял правление Саурона, сменившего Мелькора, и попытался донести до нового хозяина тьмы свои идеи по улучшению армии, предлагал новые тактики и стратегии… Но всякий раз, как он пытался заговорить с новым хозяином, разделяющем идеи и стремления предыдущего, оборачивались лишь жестокими пытками и прочими наказаниями. Переживая подобную процедуру раз за разом, просто потому, что посмел усомниться в средствах и методах владыки, Шарак начал задаваться новыми вопросами, но ответы на них дал уже сам Саурон. Действия владыки тьмы, фактически ничем не отличались от того, что делал Моргот. Саурон был его ближайшим подчиненным и самым преданным из всех майар-отступников, а стало быть, он больше прочих понимал планы и замыслы Падшего. Для них обоих, их слуги были не более чем инструментами, которых они желали использовать для достижения собственных целей, конечной точкой которых, должна была стать абсолютная, ничем не сдерживаемая власть, которую никто не сможет оспорить. А вот править они собирались трусливыми, тщедушными и жалкими тварями, власть над которыми, легко удерживать лишь страхом, ибо не одну другую форму правления, оба Владыки не признавали.       Пережив Войну за Эльфов и все сражения с Последним Союзом, старый орк лишь убедился в верности своих суждений. Саурону плевать на своих слуг, плевать на будущее мира, что он желает захватить, а править орками и прочими тварями он намерен с помощью страха. С появлением назгулов, Мудрец обнаружил в своем хозяине ещё одну особенность — трусость, не способность принимать критику, чужую точку зрения, абсолютная верность лишь в своей абсолютной правоте… Шарак понял, что подобные же качества, вполне были присущи и Мелькору, что заставило его пасть в уныние и невероятную апатию. Изувеченный, сломленный духом, старый орк выполнял единственный приказ, что передал через своих кукол назгулов нынешний владыка. Саурон приказал ему следить за ростом и развитием племен орков, помогать им выживать и обучать их тому, как воевать. Других вариантов, кроме как подчиниться, у Мудреца не было. Проводить перемены в войске, значит в который раз навлечь на себя гнев его нового владыки. Пытаться сбежать к «свободным» народам, или бывшим союзникам Саурона с востока тоже не вариант — его убьют едва завидев. Так и проходили века для Шарака, жалеющего о том дне, когда встал на сторону Мелькора и проклинающего себя за эту глупость! Но двадцать лет назад, все изменилось. Именно тогда, старый орк встретил существо, которому не зазорно служить, ибо его величие и качества души, которыми он обладает, затмевает и Мелькора и Саурона.       Да! Первую встречу с владыкой Маражаром, Шарак никогда не забудет. Все началось с, казалось бы, типичного для орков события: одно племя, напало на другое и полностью его истребило. Для Мудреца, подобное не имело бы абсолютно никакого значения, если бы выживший член уничтоженного племени, не рассказал бы ему о том, как именно произошло истребление и кто за ним стоял. А говорили ему о хорошо тренированных, организованных и вооруженных мелких орках, роста в которых нет и метра, что с невероятной яростью и доблестью сражались. Шли они ровными рядами, выставив копья вперед, применяли сложные тактические маневры, проявляли запредельную воинскую доблесть и храбрость на поле боя. Иными словами, делали все, что было не типично для темных творений Мелькора. Шарак, как никто другой знающий все о природе орков, решил, что это невозможно. Но после начали приходить другие выжившие, из иных уничтоженных племен и рассказы первого выжившего почти не отличались, за исключением того, что среди нападавших начали появляться и обычные орки, и представители немногочисленной породы уруков и ологов. Все с ног до головы закованные в качественные доспехи, тренированные, дисциплинированные, выступают полноценными армиями и кричат странные боевые кличи во время сражений. Именно тогда, Мудрец впервые и услышал имя Великого Маражара.       Спустя какое-то время, после событий с вырезанными под корень племенами, большая часть которых населяла восточную границу Мордора, прилегающей к землям царства Кханд, среди подчиненных Шараку так же начало мелькать это имя. При этом, никто из орков не произносил это в открытую: просто Мудрец, с целью сохранить свою власть и авторитет, следил за подопечными, ожидая удара в спину. Купленные шпионы, побои, регулярные показательные казни, пирушки, дуэли и охота на опасных зверей — типичные методы поддержания шаткого авторитета среди орков, и каждое событие, обязательно собирает толпу зевак, жаждущих насладиться событиями. И как раз во время таких мероприятий, до ушей бывшего майар начали доноситься обрывки фраз в которых мелькало это имя, иногда он сам что-то да подслушает. За такими орками всегда устанавливалась слежка и прямой надзор и сбор информацией, чем занимались лично прикормленные Шараком снага, освобожденные от тяжелых работ. Информация, которую они приносили, была подтверждена личными наблюдениями старого орка. Среди его крупного войска, сформировалась прослойка воинов, поведение которых, было очень не типичным для орков. Вместо вечных склок и ненужных драк, проводили большую часть времени в боевых тренировках, под надзором нескольких матерых особей. Проводили между собой соревнования на выносливость, меткость и навыки владения оружием. Часто собирались в большие группы, минимум в десяток особей, под надзором дву-трех лидеров, которые ими командовали, а так же организовывали командные состязания.       Каждая крупица информации, что шпионы приносили Шараку, шаг за шагом, постепенно начали выводить старого орка из многовековой апатии. Но окончательно, бывший майар переродился только после того, как на его армию, напал один из удачных вождей-счастливчиков, объединивший под своим началом десятки племен. Для Мудреца, сражения с подобными тому недомерку, желающим оспорить власть старика, давно стало частью бесконечной рутины, в которую он был погружен после поражения Саурона в последней войне. Обычно, подобные разборки, заканчивались крупными потерями с обеих сторон, даже не смотря на тот факт, что среди армии Шрака полно матерых особей, с отличным снаряжением. Но в тот памятный день, он выставил на пути у наступающей орды, тех самых «необычных воинов», за развитием которых лично следил. Враги просто не смогли пробиться, сквозь организованный строй тренированных воинов. Тогда, смотря на то, как орда врагов, волна за волной налетали на монолитный, крепкий строй воинов, подобно волне, бьющимся о прибрежные скалы, впервые за долгие века Шарак был счастлив. Удалось не только минимизировать потери, но ещё и захватить бесчисленное количество пленных, включая вождя всего объединения, при этом, фактически, не понеся никаких потерь, за исключением пары бойцов. И все это, происходило на глазах большей части армии Шарака и его самого. Сказать, что бывший майар был рад, значит не сказать ничего: он плясал на месте, натянув на лицо довольную улыбку, что не сходила с его уст ещё несколько дней. Он воочию увидел, что его идеи, которые он придумал в далеком прошлом для увеличения эффективности ведения войны, воплотились в жизнь и прошли проверку на практике.       Вечером того же дня, когда все войско по приказу Шарака принялось пировать и восхвалять воинов, принесших его армии фактически бескровную победу. Но в самый разгар пиршества, виновники торжества, принесли в самый центр лагеря, огромный каменный стол, на котором были вырезаны странные, замысловатые письмена. Но тогда, на странные буквы, как позже выясниться это был язык Великого, мало интересовали толпу орков. Все их внимание было сосредоточено на привязанном к столу вождю орды, которую разбили утром. Прикованный к плоской поверхности цепями, орк кричал, выкрикивал проклятия и всячески пытался освободиться, но все его попытки были тщетны. Вокруг стола собрались все воины, остановившие наступление орды и начали напевать странные песни на непонятном языке, заглушающими абсолютно все прочие звуки. Спустя пару секунд пения, в центр стола, вышел предводитель поющих, достал из-за спины длинный кинжал, украшенный письменами на лезвии и изысканной гравировкой на рукояти, больше похожу на работу дворфов или эльфов, но никак не творений Мелькора. Это был Маку Железношкурый, один из лучших офицеров в армии Шарака. Он не спеша приближался в сторону привязанного бедолаги, и с каждым его шагом, напряжение в воздухе росло. Все орки, что стали свидетелями столь странного мероприятия и до кого донеслась песня, начали ощущать необычный трепет на душе. Причиной этого трепета, была странная, мистическая сила, которую ощутили все до единого. И эта непонятная сила, становилась все гуще и осязаемой, с каждым шагом Маку, к каменному столу.       С каждым движением… С каждым не спешным жестом Железношкурого, давление неизвестной силы росло; дошло до того, что в свете огромных костров лагеря, в небе, начала поблескивать странная темно-пурпурная дымка, прямо над каменным столом, в паре метров над землей. Подобное было сложно не заметить, но никто не смел даже издать звука. Когда же Маку, встал ровно над прикованным вождем врагов, темная дымка начала клубиться намного сильнее. С каждым движением воина с кинжалом, начали происходить странные, но все ещё почему-то волнующие души орков явления. Кинжал встал на один уровень с глазами — резко начал завывать ветер, в котором слышался жуткий шепчущий голос. Лезвие кинжала опустили острием вниз — верхушки всех источников пламени в лагере, начали поблескивать синим светом и необычно двигаться, касаясь шатров и плоти орков. При этом пламя вообще не обжигало и не жгло лагерь, а просто не естественно двигалось, словно танцуя в такт песням, что не заглушило даже завывания ветра. И под конец, в тот самый миг, как Маку опустил нож в грудную клетку прикованного орка: ветер моментально стих, все источники пламени в лагере сменили цвет на синий и приняли строго горизонтальное положение не прекращая издавать треск. В бесформенном клубе дыма загорелось два больших синих огонька, а песнопения завершились.       Шарак, как и все прочие орки понимали — это тот, чья сила сейчас наполняет сам воздух. Трепет, что сковал их души, исходил именно от этого неизвестного им существа. Где-то на задворках сознания, у творений Мелькора плескался страх перед неизвестной силой, что предстала пред ними. Но дальше мимолетной и незначительной мысли, этот страх вовсе не продвинулся. Подобный страх, всего на мгновение испытал и Мудрец, но ровно до того момента, пока синие глаза не устремились в его сторону и неизвестный заговорил. -ИМЯ МОЁ МАРАЖАР! Я ТОТ, КОГО ВАШИ СЕВЕРНЫЕ РОДИЧИ ИМЕНУЮТ ИСТИННЫМ ВЛАДЫКОЙ ТЬМЫ. ВАМ, НЕСЧАСТНЫМ ТВОРЕНИЯМ, ИЗУРОДОВАННЫМ, ПРЕЗИРАЕМЫМ И НЕНАВИДИМЫМИ ВСЕМИ…ДАРУЮ ВАМ ПРАВО СЛУЖИТЬ МНЕ. ВАШЕ СЛУЖЕНИЕ, НЕ БУДЕТ ТАКИМ, КАК ВО ВРЕМЕНА МОРГОТА ИЛИ САУРОНА. ЧУДОВИЩ, ЧТО НЕНАВИДЯТ ВАС НЕ МЕНЬШЕ, ЧЕМ СВОИХ ВРАГОВ. ЗА ВЕРНУЮ СЛУЖБУ, ПОЧИТАНИЕ И ПРОСЛАВЛЕНИЕ ИМЕНИ МОЕГО, ПОЛУЧИТЕ ПО ЗАСЛУГАМ СВОИМ ДАРЫ ОТ МЕНЯ, А Я ПРИВЕДУ ВАС К ИСТИННОМУ ВЕЛИЧИЮ И ВЛАСТИ НАД ЭТИМ МИРОМ! ВЫ СОГЛАСНЫ НЕСТИ МОЮ ВОЛЮ?       Ответ, был очевиден для каждого из орков. Тысячи глоток, унисон закричали: «МЫ БУДЕМ СЛУЖИТЬ», «ВО СЛАВУ ВЛАДЫКИ ТЬМЫ» и прочие радостные крики, наполнили округу на многие мили. Среди всех кричащих был и Шарак. Для старого орка, это был по-настоящему волнительный момент. Сомнения у старика выветрились в тот момент, когда он почувствовал силу, что наполняла округу и он был абсолютно уверен в том, что поступает правильно. Когда-то давно, в бытность полноценным майар, Шарак приносил подобную клятву верности Мелькору, за что себя и проклинал долгое время, ведь потратил века своей жизни, служению недостойным правителям, не заслуживающем ничего, кроме презрения! Но мудрец знал, чувствовал, что представшее пред ним существо, кем-бы оно не было, сильно отличается от Моргота, Саурона и превосходит их всех вместе взятых.       После тех памятных событий, минуло двадцать лет. Перемены, которые когда-то надеялся привнести в быт орков Шарак, начали стремительно внедряться и всего за пару лет, всех темных тварей, ставших верными слугами Маражара, было не узнать. На смену не нужной склочности, дедовщине, самолюбию, высокомерию, хвастовству, трусости и коварству, пришли: отвага, доблесть, братство, гордость и величие. Снага, слабейших из орков, что раньше считали за рабов и мусор, перестали донимать и истязать удовольствия ради, позволяя им заниматься своей работой. Нет, теперь даже крупные орки могли начать работать в сложных ремеслах, если найдутся те, у кого будет таково желание. Подобные перемены, а так же новые методы воспитания, ухода за молодняком, стали причиной стабильного прироста численности армии Шарака, которая и без того быстро росла и ширилась за счет завоеваний новых племен с последующим обращением. И того, если ранее, численность армии бывшего майар, повезет, если достигнет десяти тысяч, то теперь под началом Мудреца и Маку, более восьмидесяти тысяч полноценных воинов, не считая той группы, что сейчас находиться лично с Шараком и невоенного населения. И каждый из этих солдат, экипирован лучшим снаряжением и прекрасно вымуштрован боевыми мастерами, а их дух и вера во Владыку Маража абсолютны и непоколебимы!       Но ещё не время, чтобы заявить о себе. Сейчас о слугах Владыки знают только народы, что ненавидят Гондор и вообще живут далеко, за сферой его влияния. Нужно и дальше собирать жертвы, реализовывать новые знания, что принес владыка Маражар и дабы их Господин накопил как можно больше сил. Особенно ценны души гондорцев, караван с которыми, Шарак перестал сопровождать и направился в убежище, после того, как его слуги пересекли границу дружественного Кханда. Но стоило его зверю приблизиться к Пепельным горам, как в голове у великого знахаря прозвучал обеспокоенный голос владыки. -Шарак, немедля разворачивай своего зверя и лети в сторону Кханда! Передай царю Келару, что тебе вверено командование армией, что он уже принялся собирать, по моему зову. В сторону Тир’Кирана, направляется армия Гондора, Арнора и Эотеод. И среди них есть кое-кто пострашнее. Через три недели, армия уже будет у городских стен, так что отправляйся выполнять мой приказ!       Немедля развернув зверя от стороны высокогорного перевала, через который он преодолевал горы, Шарак ускорил зверя голосовой командой и на полной скорости полетел в сторону Кханда. Он не мог понять, как именно люди прознали про город в горах Руна, и направили туда свои армии. Но в какой-то момент своего пути, он просто отбросил эти мысли, дабы полностью сосредоточиться на своей цели. Сейчас, гораздо важнее выложиться на полную; применить все доступные силы, лишь бы сберечь то немногое, что успели реализовать из планов Владыки Маражара.