Тарантул

             Ночь — время для сна, время для отдыха от всех тревог. Она окутывает город своим мягким покровом, и он затихает, погруженный во тьму. По окнам домов тихо стучит дождь, убаюкивая спящих жильцов.              Игорь спокойно спит в своем номере на базе Новогорска. Ему снится, как он стоит на воротах и ловко перехватывает летящий прямо на него мяч. Красиво падает, ударяясь о землю. К нему спешит Артём, падает на колени и поднимает своего друга с газона, заключая в объятия. Дружеские, конечно. Но Игорь этому счастливо улыбается, а внутри его сердца расползается приятное тепло. Сквозь сон он тянет руки, словно пытается поймать Артема и обнять в ответ, обнять, быть может, даже крепче, чем подразумевает дружба…              А дождь все шумит. Усиливается за окном непогода, сильнее завывает ветер, громче стучат капли по стеклу. И вот, ночную темноту, разрезает яркая белая вспышка. Оглушающий раскат грома отдается в ушах Игоря и он просыпается. Сонно оглядывается, пытаясь осознать, что же именно произошло. Он быстро понимает, что это всего лишь непогода и потому снова откидывается на подушки и закрывает глаза.              Игорь уже почти засыпает, как неожиданно, его руки что-то касается, что-то мягкое и пушистое. Мужчина дергает рукой, и успокаивается, решая, что это был всего лишь кусочек одеяла. Но стоит ему снова начать засыпать, как касание повторяется, но уже у локтя, двигаясь выше, к плечу. Игорь не понимает в чем дело и открывает глаза. Очередной росчерк молнии освещает комнату, и мужчина видит перед собой огромного паука на толстых волосатых лапах. Со сна ему даже кажется, что он шевелит своими жвалами, готовясь укусить его.              С громким вскриком, Игорь вскакивает и отползает в сторону, глядя на темное замершее пятно на своей постели. Паук некоторое время не двигается, затем продолжает свой путь к освободившейся подушке, а Игорь снова кричит и падает с кровати на пол, увлекая за собой и одеяло. Мужчина оглядывается, хочет включить свет, но выключатель далеко и спросонья он слишком напуган. Он снова смотрит на подушку, но паука там уже нет. Игорь пытается отдышаться, проводит рукой по лицу, смахивая с себя остатки сна.              В дверь стучат. Игорь снова вздрагивает, но стук повторяется, а затем, безо всяких церемоний, дверь открывается. Вместе с полоской света в комнату заглядывает Артём. Он включает свет и смотрит на Игоря, сидящего на полу, закутавшись в одеяло. Прикрыв за собой дверь, Дзюба подходит к Акинфееву и присаживается на корточки перед ним.              — Ты чего кричал? — спрашивает он, заглядывая в глаза Игоря. — Напугался чего?              Игорь вздрагивает, слыша его голос. До дрожи приятный, так что даже мурашки пробегаются по его телу. Ему не хочется показывать Дзюбе свои страхи, но он сейчас слишком напуган, чтобы скрыть их. Поэтому лишь кивает и жестом указывает ему на свою постель.              — Там, — только и может произнести он.              — Там? — переспрашивает Артём, с интересом проследив за рукой Игоря. — А, тааам! — протягивает он с улыбкой и Игорь радуется, что его друг его понял без слов.              Но уже в следующий момент, Дзюба снова смотрит на него и в его взгляде так и пляшут озорные смешинки.              — Там — это где? — интересуется он. — Понятие растяжимое, знаешь ли. Там это может быть и тут и сям.              — Под подушкой, — произносит Игорь, смущенный и одновременно растерянный. Он злится на самого себя, но ничего поделать со своим испугом сейчас не может.              — И что там? — Артём с интересом посматривает на указанный предмет, но не видит ничего подозрительного. — Тебя напугала подушка?              — Под ней паук, — признается Игорь.              Дзюба вскрикивает и оседает на пол.              — Серьезно? Паук? — вид у Артёма напуганный. Он не смотрит на удивленного Игоря, его взгляд обращен на подушку. Мужчина отползает к Акинфееву и прячется за него. — Что ж ты раньше то молчал? И какой он?              — Большой, черный.              — В крапинку?              — Какую еще крапинку? — растерянно переспрашивает Игорь.              — Так, без крапинки? — оживляется Дзюба.              — Обычный, черный, только большой, — на полном серьезе отвечает Акинфеев.              Артём облегченно выдыхает.              — Уф, а я уж испугался. Боюсь черных пауков в крапинку. Они такие некрасивые, плетут свои паутины под подушками, а потом песни поют всю ночь напролет, — усмехается он. — Значит, бояться нечего. Ну, бывай, — Артём широко зевает и поднимается, собираясь уходить.              Игорь ловит Дзюбу за ногу.              — Ты куда?              — Как куда? Спать иду, — притворно удивляется тот. — Сейчас только три часа ночи. Мои сны в самом разгаре. Кстати, тебе тоже советую. Сейчас время самых пикантных сновидений, — подмигивает Артём.              — А как же паук? — не сдается Акинфеев.              — А что паук?              — Ты же сказал, что таких, как мой не боишься. Так помоги мне, — отвечает Игорь, не выпуская из рук ногу Артёма.              — И чего же ты от меня хочешь?              — Убери его, а? Ты ведь мой друг!              — Друг, друг, — ворчит Артём. — Как надо чем помочь, так друг. А как не надо, так и не вспомнит.              — Я о тебе всегда помню, — возмущается Акинфеев, наверное, слишком горячо, но тут же спохватывается и выпускает ногу Дзюбы и отводит взгляд. — Ты же друг, — добавляет он.              — Ладно, допустим, верю. А что мне за это будет? — хитро ухмыляется Артём, глядя на Игоря.              — Убери уже его и проси все, что хочешь! — отмахивается Игорь, а Дзюба победоносно улыбается.              — Сам напросился.              Игорь не отвечает, а Артём подходит к подушке и приподнимает её. Прямо перед ним, собрав свои большие лапы в кучку, сидит крупный черный тарантул. Дзюба смотрит на него, затем бросает взгляд на Игоря.              — Отвернись лучше, тут зрелище не для слабонервных, — говорит он.              — Страшный, правда?              — И не говори, — кивает Артём. — Отвернись, отвернись, скорее! А то сбежит.              Игорь послушно отворачивается и не видит, как Артём протягивает руку и, любовно погладив паука, берет того на руки и засовывает в небольшую коробочку, что принес с собой. Затем он кладет эту коробочку за пазуху и отшатывается от подушки.       — Ой, сбежал! — кричит он. — Как же быть то! Игорь, скорее, спасайся, в твою сторону побежал!              Акинфеев вскакивает и, путаясь в одеяле взбирается на кровать, по пути хватая Дзюбу за рукав. Артём пошатывается, и, потеряв равновесие, падает на кровать, прямо на Игоря.              — Ох, какая интересная ситуация получается, — широко улыбается Артём, лежа на Игоре, на что тот его сразу же спихивает в сторону.              — Прости, ты говорил, что там паук, — оправдывается Акинфеев.              — Мне теперь всегда про паука говорить, чтоб тебя таким милым увидеть?              — Так ты специально напугал меня? — возмущается Игорь, глядя на улыбчивого Артёма. — И… Что? Милым?              — Это я на будущее спрашиваю, — уходит от ответа тот. — О, паучок-то уже сбежал. Вон там, прям под плинтус, — указав куда-то под стол, сообщает Артём. — Ну, Игорек, можешь спать спокойно, — добавляет он и поднимается, снова собираясь уйти.              — Не уходи, — останавливает его Игорь.              — Чего опять? — настораживается Артём.              — Останься тут. Ты знаешь мой страх, вот и побудь рядом.              Дзюба осматривается вокруг, задумчиво качает головой и поворачивается к Игорю. Теперь он смотрит на него с укором.              — Друг ты мой сердечный, ты хоть понимаешь, что лишаешь меня сна? А завтра тренировки.              — Так поспи со мной, — предлагает Игорь. — Вон и кресло свободное.              — Э, нет, пойду-ка я к себе. У тебя тут кресло, а у меня уютная постелька, — Артём делает шаг к двери.              — Ладно, ладно, ложись со мной. Вот и будет тебе уютная постелька! — восклицает Игорь, опасаясь, что тот сейчас и правда уйдет, оставив его наедине с кошмарами. Потому что теперь спокойно уснуть Акинфеев точно не сможет.              — О, ну раз ты так настаиваешь, — Дзюба подходит к кровати, вынимает из кармана коробочку и кладет на столик рядом. — Не открывать, там мой секрет, — предупреждает он и, потушив свет, растягивается на постели, забрав себе всю подушку Игоря. — Доброй ночи.              Закрыв глаза, Артём через какое-то время начинает сопеть и Игорь понимает, что тот уже заснул. Акинфеев некоторое время лежит, глядя на темный потолок, иногда подсвечиваемый грозовыми сполохами, но постепенно сон берет свое и Игорь засыпает.              Просыпается он уже утром. За окном пасмурно, но дождь перестал. Тусклый свет освещает комнату и все еще спящего Артёма, что во сне придвинулся к Игорю и даже закинул на него свою ногу. Акинфеев чувствует жар, разливающийся по телу от этой близости, и осторожно отодвигает Дзюбу в сторону. Он не хочет будить спящего друга, но и лежать дальше рядом с ним у него просто нет сил. Ночью он был слишком напуган, но теперь, когда страх прошел, он понимает, что больше не выдержит этих объятий. Сердце Игоря колотится как бешеное, а взгляд то и дело скользит по лицу спящего, останавливается на его губах, слегка приоткрытых во сне. Акинфеев спешно отворачивается и встает. Лучше всего для него сейчас — просто уйти. Потому что сдерживать свои чувства становится все сложнее. А если он не справится, насмешливому Артёму добавится лишний повод для шуточек.              Проходя мимо стола, Игорь бросает взгляд на коробочку Дзюбы. Темного цвета, с цветком на крышке. Ничего особенно она не представляет, самая обычная железная коробочка из-под чая, крышка которой зачем-то проткнута в нескольких местах. Игорю становится интересно, что Артём там хранит, потому подходит ближе и берет её в руки. Коробочка оказывается легкой, и будто бы пустой. Игорь открывает крышку. Большой черный паук выскакивает из неё, взбирается по его рукаву, перескакивает на тело и бежит вниз, цепляясь своими длинными лапами за его одежду. Игорь вскрикивает и роняет баночку, что со звоном ударяется о паркет.              — Что за шум, а драки нет? — поднимает голову разбуженный Артём. Увидев Игоря, уронившего коробочку, он усмехается. — А, познакомились уже.              — Так ты его все-таки поймал, а меня обманул? — возмущается Игорь, оборачиваясь к Артёму.              Дзюба зевает и сладко тянется, затем протягивает руку к притаившемуся в складках одеяла пауку и тот послушно на неё взбирается.              — Да брось, Тимошка совсем не страшный, — улыбается Артём, проводя пальцем по мохнатой спинке тарантула. Тот прижимается к его ладони, и выглядит очень довольным.              — Что? Тимошка? — переспрашивает Игорь.              — Ну да. Я прикупил его пару недель назад, только рассказать не успел, — пожимает плечами Дзюба.              — А сюда-то зачем притащил? — не понимает Игорь.              — А с кем бы я его оставил? Да не бойся, он не кусается даже. Посмотри, какой симпатяга, — умиляется Артём, щекоча пальцем волосатую спинку своего питомца.              — Ты что, специально мне его подсунул? — догадывается Акинфеев.              — Не совсем. Он от меня сбежал, — жалуется тот. — А услышав твой крик, я понял, где он.              — А почему сразу не сказал, что он твой?              — Потому что у тебя было такое милое выражение лица, — улыбается Дзюба, наблюдая, как вытягивается лицо Игоря. — К тому же, я отлично провел время. Ты знаешь, я ведь долго кошмарами мучился. А с тобой тут поспал и так хорошо выспался… Кстати, а ты часто во сне в любви признаешься?              — Чего?              — В любви признаешься, говорю, — улыбается Артём, а затем ссаживает тарантула Тимошку на стол.              — У тебя новая шутка такая? — Акинфеев отшатывается, хотя в груди его сердце так и подпрыгивает.              — Такими вещами не шутят, Игорь. Я совершенно серьезен, — отвечает Артём, а затем подходит к Игорю и не давая тому сказать хоть слово, накрывает его губы своими, утягивая в сладкий утренний поцелуй.              Игорь растерян, но противиться долгожданным ощущениям не в силах и потому обнимает Артёма, целуя его губы и чувствуя, как земля входит из-под ног.               Вскоре, Дзюба отстраняется.              — Я тебя тоже люблю, — улыбается он, а затем идет к выходу. - Увидимся на поле, солнце.              — Эй, а как же твой паук? — приходит в себя Акинфеев, когда Артём уже берется за дверную ручку.              — Тимошка-то? Зайду за ним ночью, — коварно улыбается тот, и, пользуясь изумленным состоянием Игоря, выскальзывает за дверь.