Маленький хён

      Когда в зал заходит чудо с веснушками на щеках, Чанбин чувствует трепет внутри. Думает, что просто волнуется. А когда это чудо начинает представляться своим басистым голосом, то Со чуть не падает в обморок.       Похоже, он не просто волнуется.       Оказывается, чудо зовут Феликс и он из Австралии. На год младше Чанбина. Они как-то быстро находят общий язык и уже спустя неделю становятся не разлей вода.       Со полностью осознаёт, что попал, когда они все впервые (кроме 3RACH’и) записываются в студии. Пробно, конечно.       Бан Чан всех подбадривает, говорит не бояться, после чего процесс начинается.       А осознаёт, потому что голос Феликса непозволительно охуенен. Этот рэп ментально убивает Чанбина, но он не подаёт вида. — Хён, всё хорошо? — младший подходит к чёрноволосому и смотрит своими глазами прямо в душу. Это «хён» было произнесено как-то по-особенному? Или Чанбину просто кажется? — Всё прекрасно, — отмахивается Со и продолжает свою работу. Но Ликс-то всё замечает.

***

      Сегодня у ребят наконец выходной. Скоро будут тяжёлые съёмки, поэтому ребятам надо выспаться и вообще отдохнуть.       Чанбин решает понежиться в кроватке, в то время остальные решают погулять все вместе. Он просыпается где-то в часу дня и первым же делом идёт на кухню, так как кушать хочется. Думает, что дома один и даже не накидывает майку (привычка спать в одних шортах ещё осталась). Чанбин следит за своей фигурой, Чанбин — качок. Тело у него идеальное, без изъянов. Многие позавидовали.       Со достаёт молоко из холодильника и наливает его в миску с хлопьями. Но вдруг слышит тихие шаги сзади себя и, повернувшись, видит заспанного Феликса. — О, привет, хён! Ты почему дома? — спрашивает младший (чуть-чуть залипая на тело старшего), ставя чайник. Чанбин думает, что кажется наступила его смерть, потому что младший в растянутой майке — это слишком. — Я хотел поспать. А ты чего дома? — Тоже поспать остался.       Наступила неловкая тишина, которую старший разрушает вопросом, будет ли Феликс хлопья. Получив положительный ответ, Чанбин тянется за ещё одной тарелкой, которую достать уже не может. — Давай помогу, — Ли подходит вплотную к Бину, прижимаясь своей грудью к спине старшего. Младший выше хёна, поэтому достаёт без труда. — Вот, держи.       Чанбин резко отворачивается, чтоб румянец на щеках не был виден, тихо сказав «спасибо». Ликс решает сыграть. — Что, хён? Я не услышал, — он подходит всё ближе. Чанбин поворачивается к младшему и повторяет благодарность чуть громче, но младший продолжает игру. — Что-что?       Только Чанбин хочет прокричать, как его затыкают поцелуем. Феликс чуть ли не смеётся в поцелуй, но в ту же секунду прикусывает губу старшего, отчего тот простонал. — Может перестанешь скрывать то, что я тебе нравлюсь, мой маленький хён? — Ликс разрывает поцелуй первый и шепчет своим охуительным голосом на ухо.       Чанбин уже хочет что-то сказать, но его опять затыкают, более страстным, поцелуем. — Феликс, Чанбин, мы до… — на кухню заходят лидер и макнэ. От увиденной картины, у макнэ рот открывается, Чан реагирует настолько быстро, что сам этого не понимает, и закрывает глаза макнэ. Феликс отлипает от Чанбина. — Чонин, идём в комнату, я потом тебе кушать сделаю. А ты, Чанбин, оденься хотя бы, тут же дети.       Лидер ушёл вслед за макнэ. Бин начинает откровенно ржать, но его поворачивают за подбородок к себе и опять целуют.       Феликс никогда не отпустит своего маленького хёна.