Павший от его обаяния

      Ох, уж, этот Тетсуро Куроо. Пожалуй, только он — капитан волейбольного клуба Некома умел улыбаться так неоднозначно. Часто его улыбочки не только соперникам, но бывало и своим же товарищам, ничего хорошего не предвещали. Впрочем, в этот раз это даже больше походило на довольный оскал зверя наметившего очередную жертву. Хорошо знающий своего лучшего друга детства Козуме Кенма неплохо в этом разбирался. Видел то, чего многие не замечали или не желали видеть. Тяжело вздохнув, он проследил за хитрым и цепким прищуром кошачьих глаз, понял причину странного поведения своего кэпа в последние дни. Тетсуро Куроо вновь что-то задумал.       Кто же «счастливчик» на этот раз? В Некоме уже не осталось никого кто бы не знал о тайном (на самом деле нет) увлечении Куроо — играть на нервах людей. Он умел мастерски троллить своих же товарищей, стебался над другими командами, мог подколоть или сделать ехидное замечание, а бывало и похуже…       Кенма, логически предположил, что со второгодками и третьегодками ему не было бы уже интересно, значит «счастливчик» первогодка. Однако, в той стороне куда так пристально смотрел Куроо остановились… Карасуно. Снова они. И почему он не удивлён?       Кагеяма и Хината – яркие новички у Карасуно, там как раз отрабатывали свою быструю атаку. Мог ли Кагеяма Тобио — связующий Карасуно, случайно оброненной фразой или каким-либо действием привлечь внимание капитана Некомы? Маловероятно, но тогда… И тут Кенма вспомнил случай в тренировочном лагере на Золотой неделе.       Довольный, словно кот объевшийся сметаной, Куроо снова зажимал в углу очередную свою фанаточку. Вот только откуда ей было взяться? Посторонних в лагере быть не могло. Но приглядевшись лучше, когда Куроо дал больше пространства своей «спутнице», Козуме очень удивился, ведь - это был никто иной, как Шое. Странно, но Хината даже не сопротивлялся такому напору Тетсуро. Кенма не знал, что ему лучше предпринять – уйти обратно в комнату команды или вмешаться. В то время, Куроо совсем обнаглел и вовсю лапал Шое, останавливая свои похотливые руки на половинках округлостей рыжего. Козуме все же не выдержал и вышел из своего укрытия, предложив им обоим уединиться в каком – нибудь другом месте, и прошел мимо парочки дальше к автомату с вкусняшками, как и планировал ранее. Хината, видимо, поняв смысл его слов или просто ему стало стыдно, а может и то, и другое, быстро просочился через Куроо и с воплем унесся к своей команде…       Сейчас наблюдая за смущённым Шое, который немного нервными движениями убирал с Кагеямой мячи, Козуме пытался сделать выбор. Совсем недавно он попытался вытрясти у Куроо правду про Хинату, но конечно не преуспел в этом, тот просто отмахнулся от него, намекая, что не его это дело. Кенма понимал, что лезет не туда, куда нужно, но Хината был таким же дорогим другом для него, как и Куроо. А если кэп просто играется? Хината наивный, сияющий, заряжающий энергией всех своим весёлым и неугомонным нравом, Кенма никак не хотел, чтобы он менялся. С другой стороны, если всё серьезно и обоюдно, то почему бы и нет? Отличный шанс для Куроо стать для Шое, чем-то большим и значимым.       Как всё же быть? Стоит ли вмешаться и любым способом остановить Тетсуро или же позволить им самим разбираться в своих радужных делах...       Из своих дум, Кенму вывел гул в зале. Сначала он не понял, отчего все насторожились и заволновались. Ни с того, ни с чего, Куроо решил устроить соревнование между ним и, конечно, Шое. Впрочем, тот с радостью принял вызов. Зачем и почему, никто не понял. Ясно стало лишь то, если кто влезет — будет устранён с пути нежным пинком под мягкое место. Ибо мешать и злить Куроо чревато последствиями…

***

      Ситуация, с другой стороны. Как всё начиналось.       А началось всё с признания.       — Куроо-сан... Вы мне… нра… нра… нравитесь!! — пожалуй сам от себя такого не ожидавший, Хината смущенный донельзя крепко зажмурился и закрыл лицо руками. В этот самый момент он точно признал, что болван. Идиот! Дурак, не умеющий держать язык за зубами и теперь Шое чувствовал себя крайне неловко и нелепо. Хотелось исчезнуть и не стоять перед НИМ, но не смог и шага назад ступить.       Страх, мерзкой и липкой паутиной опутал его целиком. Молчание затягивалось и не понятно зачем, Хината открыл глаза. От странной же, непонятной для Шое искорки промелькнувшей в глазах капитана Некомы волна холодка прошлась по телу, и хотелось еще больше провалиться сквозь землю. Лишь бы Куроо забыл эти слова…       — Оу… Хм… Ну, спасибо, крохотуля, — неожиданно Куроо нежно треплет непослушные рыжие волосы. Хината ожидавший совсем не такой реакции от капитана не смог удержаться на ногах от перенапряжения, и только хватка крепких рук не дала ему упасть. Далее всё произошло будто в тумане, сладком и приторном, до дрожи в коленях затягивающим. Страстные поцелуи, ненужные спущенные штаны с трусами и под конец — взаимное удовольствие.       Несколько дней спустя ему пришло сообщение от Тетсуро, позже первый звонок с приглашением встретиться и погулять. Только вдвоем.       Хината все думал, как они будут вести себя при всех в тренировочном лагере, но Тетсуро, вроде бы, дал обещание вести себя прилично. Ну раз дал, так и был добропорядочным котом, на первый взгляд, мартовским правда. Сначала он просто пристально наблюдал, иногда подкалывая Шое, наслаждаясь его смущенной моськой. Затем не давал проходу, зажимая везде где только можно, так их и застукал Кенма. Боже, как же ему стало стыдно смотреть другу в глаза. Похоже, что Козуме не особо одобрял такие отношения, но не отвернулся от них и это уже хорошо. Потом, в последний день тренировочного лагеря Куроо затеял игру один на один, было весело. Так же сладостно стало и после, в комнате поздно ночью.       Кто пал в объятия от обаяния другого, тот кто признался в любви или тот кому признались? Козуме показалось, оба, кто-то раньше, кто-то позже, сути не меняло. На этом он перестал сомневаться и беспокоиться. Правильный ли Куроо с Шое сделали выбор — покажет время. Он, если что, всегда будет рядом.