Городские сказки

Однако следующая моя командировка, по воле случая, приводит меня не в Китай, а в Швейцарию. Дело тут вот в чем: студентов отпускают в учебные поездки группами, реже — тройками либо парами (самых успевающих), но одних — никогда. И мне очень долго не везет: все любители азиатских духов выбирают или популярную в тот год Японию, или всякую экзотику, типа Макао, страны, безусловно, весьма интересные, но мне сейчас не нужные. Когда я уже собираюсь смириться с тем, что свои последние месяцы перед выпуском проведу на родине, беседуя с лешими и водяными, моя однокурсница, Уршла Мейер, собирается к родителям — ей интересны духи гор, она собирается специализироваться на магии земли и камней. — Почему бы тебе не поехать со мной? — предлагает она. — Я покажу тебе наших особенных духов. Ну, могу ли я на такое не клюнуть?! Ее мать, приятная рано поседевшая дама, встречает нас в аэропорте Берна. — Моя мама — шоколатье-маг. — говорит Уршла с гордостью. Потом обращается к фрау Мейер. — Ма, ты же нам приготовишь свой фирменный, с сушеной малиной? Фрау Мейер кивает, не отводя взгляд от дороги — мы едем в их семейном «форде». Через некоторое время я уже распаковываю свои вещи в гостевой комнате. Увы, увидеть приготовление шоколада и познакомиться со швейцарскими котятами в тот же день мне не удается — фрау Мейер вызывают на работу. Поэтому Уршла тащит меня полюбоваться на Альпы. Там мы сразу же находим на свою шею приключения: компанию юных горных троллей, которые привыкли пугать туристов лавинами. Конечно, не на тех напали! Мы ж без пяти месяцев дипломированные маги! Короче, дело обходится тем, что нас, с добродушными шутками, проводят на один из скрытых в горах лугов, а мы отдаем им прихваченные с собой охотничьи колбаски — ведь если ты тролль, то покупать еду в магазине довольно непросто. В горах мы проводим еще неделю — мать Уршлы по горло завалена работой: мастерит двухметровую шоколадную скульптуру на свадьбу какой-то богатейки. Наконец, наша очередь все-таки настает! Мы с Уршлой забираемся в кресла, стоящие так. чтобы видеть плиту и стол. Смотрим, как фрау Мейер греет молоко на огне, засыпает в него сахар и свежесмолотое какао. На другой конфорке топится на бане масло. Затем она вливает туда молоко и перемешивает. Котята появляются, когда она разливает шоколадную смесь в специальные формы и добавляет туда малину. Я живо подхватываю со стола свои неразлучные карандаш и блокнот и кидаюсь делать наброски. Это и вправду крошечные — меньше мизинца — котятки с крылышками на спине, похожие на ожившие филигранно изготовленные конфеты. Они черно-коричневые, как горький шоколад, каштановые, цвета молочного шоколада, желтоватые, как белый шоколад. Есть и пара пятнистых — наверное, они духи шоколада с добавками, который так любят в Швейцарии. Пахнут они шоколадом, ванилью, мятой. Некоторые самые любопытные лезут в миску, где осталось немного малины — играют с ней, как живые кошки — с мышами или клубками. Другие трутся о пальцы фрау Мейер, кружат над моей головой, а один, самый спокойный, устраивается у Уршлы на коленях, сворачивается клубочком и засыпает. Когда шоколад застывает, мы садимся пить чай. — Только смотрите, чтобы они к вам в чашки не лезли! — предупреждает фрау Мейер. — Они в горячем тают, жалко. После этого мы старательно прикрываем чашки ладонями, чтобы проказники туда не свалились. Через две недели я возвращаюсь домой — с полной сумкой гостинцев и блокнотом с набросками. И про себя размышляю, где в своей общажной комнате поселю подаренного мне Мейерами шоколадного котенка. Что я назову его Антони — это уж точно! … Примечание: Имя «Уршла» означает «медведица», «Антони» — «неоценимый»