Городские сказки

Сегодня Лана, как никогда, понимает Белого Кролика: несётся на лекцию и безбожно опаздывает. А вот нечего было пол ночи смотреть сериал! «Еще одну серию — и спать!», а там бесконечность — не предел. Вот и проспала будильник. Поэтому, несясь по бульвару, она чуть не сталкивается с деканом. И ныряет испуганно в какую-то арку, прикрытую воротами, забегая в первый попавшийся двор. Дворик крошечный, четыре стены и лавочка. — Ну, раз уж сбежала, то придется здесь до следующей пары посидеть… — бормочет девушка. Устроившись на скамейке, она раскрывает конспект. Но спать хочется ужасно и лекции на ум не идут. Скучая, она рассматривает дворик. Красное пятно за контейнером привлекает внимание. Подойдя ближе, девушка рассмотрела полустершуюся красную арку двери и белые символы, вроде букв, над ней. Проведя руками по тёплому, прогретом у солнцем кирпичу, она ощущает слабую пульсацию. Дверь будто спящий человек: хочешь с ним поговорить, а он не отвечает. Лана не слышит, откуда та появилась. Казалось, никого нет во дворе и дверь подъездная не скрипит, а вот: сидит на скамье женщина, в красной тунике и красно-коричневой, как кирпичи стены, юбке. Лане сперва кажется, что это старуха, но приглядевшись, понимает: нет, молодая женщина, только лицо всё в морщинках, усталое, будто та долго болеет. Ей делается даль женщину и Лана решает завести беседу. Она не мастер светского трёпа и спрашивает первое, что на ум приходит: — А вы не знаете, кто нарисовал вон ту дверь? — Знаю, — отвечает женщина, голос хриплый, словно простуженный, — Мой отец. — Здорово! А что она символизирует? — Проход в иномирье, — непонятно отвечает та, потирая веки, — Дорогу к чуду. — А почему она… — Лана не думает, что это странно по отношению к неодушевлённое предмету и сознаёт это много позже, — ...спит? — Устала, — пожимает плечами женщина, — Измотали бедную, испили до дна. Не было веры, лишь использовали ее. Приходили и брали, а взамен — ничего. Как же, бесплатное чудо! Женщина фыркает гневно. — Бедняга… — сочувственно тянет Лана, — Вот бы помочь ей! А можно, можно я буду в нее верить? Может, ее это обрадует, она отдохнёт и снова наберётся сил? И тогда сюда придут те, кто будет с благодарностью глядеть на новые миры? Я могла бы ее охранять. По дороге в инст приходить и рассказывать про наш мир: какой он красивый и чудесный? Чтоб она вспомнила, кем была и для чего. Как думаете: это поможет?.. — Наверное… — задумчиво отвечает женщина, — Ведь прежде у нее не было стража… Не было друга. — Договорились! И вы приходите! Я буду рассказывать про свои поездки автостопом и про город. Сказки! Ну, — смущаясь, добавляет Лана, — если, конечно, сможете и захотите… — Обязательно приду, — улыбка у женщины в красном слабая, но теплая, — Спасибо тебе. А теперь беги, скоро у вас пара. Мира и покоя, маленькая сказочница. — Спасибо! — Лана вынимает смартфон, время и впрямь поджимает, — До завтра! Она убегает, прижимая к груди «почтальонку», не замечая, что женщина смотрит ей вслед и улыбается. А красная арка двери на стене становится самую капельку ярче.