Призрачный скиталец

Выглянувшее из-за горизонта солнце окрасило мир в яркие краски. Скрестив ноги, Вэйн сидела на влажном от росы валуне и все никак не могла надышаться радостью, что она из металлолома собрала такое чудо. Не то чтобы Йолдрем ставила под сомнения собственные знания, но все же. — Знаеш-шь, я вс-се не могу понять, — прошипел свернувшийся вокруг камня змей. — Чего же? — А зачем тебе навигатор, ес-сли ты и так отправила ту сферу в другую вс-селенную? — Потому что я без него не могу точно предсказать в какой именно точке пространства прототип появится. На поверхности звезды ли, или на горизонте событий другой черной дыры, — Вэйн подняла до сих пор трясущиеся руки и потянулась. — Это не корабль, чтоб потом отлететь в более удачное место, а нам нужна планета с приближенными к земным условиям пятого, а лучше шестого или седьмого типа. Мы должны появиться вблизи крупного населенного пункта, жители которого представляют собой жизнь на основе углерода и еще множество условий. Опережая твой вопрос, курс я намерено беру подальше от Земли. Хватит с меня палок и камней, да и Локи захочет иметь доступ к свободному перемещению, а у людей с этим еще долго будет напряженно. — Как же вс-се было прос-сто, пока я тебя не вс-стретил в той лавке, — вздохнул Морокай. Его слова вызвали смех у Вэйн. В ее жизни никогда ничего простого не было. Порыв ветра заставил доктора плотнее закутаться в мантию. Ёрм настороженно поднял голову, принюхиваясь к потоку воздуха. Ему не потребовалось вслух сообщать, кто именно к ним идет — мелодичный звон колокольчика и так все сказал. Наверное, Лафейсон послал к ним фейри с важным поручением. К счастью, зелье удачи еще не до конца выветрилось из крови Йолдрем. Когда она уходила из лаборатории у нее еще оставалось немного времени, но на работу его пустить уже было нельзя. Вэйн потянулась почесать насторожившегося Морокая в самый нужный момент. Бритвенно-острые когти со свистом рассекли воздух в том месте, где еще мгновение назад была шея девушки, а еще секундой позже среагировал ёрм и ударом хвоста отбросил озверевшую фейри прочь, раздирая чешуей платье и живот. — Из ума выжила?! — скатившись с валуна под защиту змея, крикнула Вэйн. Перегруженный мозг активировал невесть где спрятанные до этого резервы. Долиракель запрещено к ней приближаться, даже мысль о подобном должна, по словам Локи, вызвать у нее боль. На поднявшейся с травы элле полученные раны затягивались с огромной скоростью, а вот выжженных трикстером на шее рун не видно. Вэйн приготовилась к худшему, понимая, что это значит. — Тебе кто ошейник перекусил, не подскажешь? — мило улыбаясь, поинтересовалась Йолдрем. Легким движением она сняла оба железных браслета и перехватила их на манер кастетов. — Могу заверить, что сотворил это не твой фальшивый Бог, — злобно ответила фейри. Исказившая лицо гримаса совершенно не подходила красивой женщине, но так отлично сочеталась с когтями. Она достаточно натерпелась, чтобы забрать жизнь, которая изначально ей причиталась. С нее все началось и на ней все закончится. Долиракель сорвалась с места. Змей? Да что эта медленная гадюка ей сделает. А девчонка даже не близка к Локи по реакции. Один точный удар по шее, и она захлебнется в собственной крови, доставляя невероятное удовольствие хищнику. Фейри выбросила вперед руку, с безумной улыбкой на лице вглядываясь в лицо живого мертвеца. Однако девушка отчего-то на тот свет совершенно не спешила. Ведомая удачей и отточенным тысячелетиями чутьем, Вэйн пригнулась и со всей силы ударила под дых. Рука от такого удара чудом осталась целой, чего не скажешь о фейри. Второй же попал в пустоту, а клыки ёрма лишь оцарапали фарфоровую кожу. Обратившись ветром, элле отступила, но тут уже Вэйн пошла в наступление. Лафейсон свое получил, развлекаясь на костях лесного народа, можно теперь и она выпустит пар хоть на одной? «Кажется, об этом в учебнике говорилось, — запоздало подумала Йолдрем, подступая к элле. — Наверное, это именно та излишняя самоуверенность, о которой там писали… Да и плевать!» — Почему не к Локи пошла? Боишься его? — Ты, — прохрипела Долиракель, — я приходила к тебе за помощью, но ты не стала мне помогать. Клыки Морокая снова не попали в цель. Он вышел в авангард, быстрыми выпадами стараясь достать фейри. Долиракель же ловко уворачивалась от них, замахиваясь когтями в ответ, но против чешуи ёрма они были бессильны. Ей нужно добраться до своей жертвы прямо сейчас. Фейри полоснула когтями по морде змея и прыгнула, растворяясь в зеленой траве. Морокай окружил хозяйку кольцами, вынюхивая след пропавшего врага. — Это не я держала тебя за животное. Не я сожгла твой дом, — продолжила раззадоривать фейри Вэйн. — Видела бы ты выражение его лица, когда он мне это рассказывал. Неописуемый восторг! — тут она немного приврала. — Как кричали те, кто горел заживо… — Замолчи! Вэйн оттолкнулась от колец хвоста ёрма, выпрыгивая наверх, прочь от протянутых к ней когтей фейри. Долиракель почти схватила ее за ногу, но Морокай ощетинился быстрее. Жаль, ранил не так сильно, как планировал. — Думаешь, ты первая, кто желает мне смерти? — с насмешкой спросила Йолдрем, снимая неудобные туфли и становясь на острой чешуе в полный рост. — Ты же можешь усыпить меня, к чему открытые сражения? Или ты настолько глупа, что тешишь надежду сцапать меня в честном бою? В горле пересохло, в глазах мелькали черные точки, а тело будто состояло из ваты. Фейри способна оторвать ей голову в следующую секунду, потому что от былой закалки мало что осталось. Пока что удача на их стороне. Пока что. Вэйн покрепче сжала в руках браслеты очень сильно надеясь прикончить врага раньше. Налетевший ветер сбил Йолдрем с ног, и она кубарем покатилась на землю. Едва мир перестал вращаться, как небо загородила довольная физиономия Долиракель. Она снова промахнулась, вонзив когти в жесткий грунт в паре миллиметров от желанной шеи. А вот Вэйн успела подпортить ей личико, оставив внушительный ожог на правой щеке. Морокай дернул несостоявшуюся убийцу за ногу и бросил далеко в сторону. «Надо было брать хотя бы нож с собой», — пронеслось в мыслях у вставшей на ноги Вэйн. — В лобовую не пойдет, обездвижь… Раздачу указаний прервал звук колокольчиков за спиной. Вэйн отскочила в сторону, разворачиваясь на ходу. Коготь лишь скользнул по шее, оставляя за собой ровный алый порез. В попытке схватить свою жертву хищник зацепил рукав платья, раздирая его в клочья. — Ты хоть знаешь сколько оно стоило? — возмущенно прошипела Вэйн. Морокай бросился на замешкавшуюся фейри, наконец впиваясь клыками ей в ногу и опутывая хвостом дергающееся тело. Для Долиракель уже давно все кончено, и помощь подруги ни на грамм не облегчила ее участь. Локи бы ее в любом случае убил в конце службы или отдал горделивой девчонке с этой же целью. Неблагой Двор грозил плахой, а сбеги, и на нее объявят Ночь Дикой Охоты. У нее оставалась лишь месть напоследок. Призвав все свои силы, она направила их на шавку фальшивого Бога, с лица которой все не сходила эта мерзкая улыбка. Вэйн, как подкошенная, осела на траву. Последний вздох, последний клочок неба, мелькнувший перед самым концом. Все закончилось так? Тьма унесла ее в свои объятия, показывая заученную наизусть картинку плывущих вокруг одинокой души знаков. Смерть добралась до нее вновь. Тело застряло там, в чужой вселенной, оставив разъяренной Вэйн неописуемую боль осознания произошедшего. Локи, Морокай — все они теперь недосягаемы. Вэйн бы сорвала глотку, если бы комок мыслей мог кричать. Это снова произошло, как было сотни раз до этого. Сколько не крутись в этом пространстве, выхода не видно, и скоро придут тюремщики. Проклиная всех вокруг, Вэйн лихорадочно соображала, как можно отыскать путь назад. Могут пройти годы, десятки или сотни лет снаружи пока она отыщет дорогу. План вырисовывался довольно безрадостный. Ненадолго отпустив разрывающую мысли злость, Вэйн прислушалась к своим демонам. Изголодавшиеся сущности наверняка заждались ее после стольких лет, и они рвались в клетку, охочие до чужой боли и страха. На лицо самого страшного из них, она за этот год уже насмотрелась. Прочие демоны расступились перед Локи, жадно облизываясь. Спектакль повторялся, и стертые воспоминания шевельнулись, отзываясь фантомной болью, как напоминание того, что раньше у этого демона было иное обличие. Такое же страшное, но по-прежнему родное. Йолдрем насколько могла прижалась к другому концу кокона из знаков, не обращая внимания на тянущиеся к ней лапы, и с замиранием сердца наблюдала за ласково улыбающимся трикстером. В его руке показался кинжал. И… Умом Вэйн понимала, что он нереален, но в этом Аду эмоции ей неподвластны, и все воспринимается за чистую монету. Из раза в раз, из столетия в столетие. В настоящем Аду так все и было, а в этой тьме боль от умирающего в муках асгардца только выбила воздух из несуществующих легких и кромкой лезвия полоснула по сердцу. Такую боль можно терпеть. Ярость с новой силой застелила глаза Вэйн. Да как она посмела! Первое, что почувствовал Локи завернув за угол замка — это вырвавшуюся из-под контроля магию. Ударная волна разошлась в стороны от лежавшей ничком союзницы, отбрасывая в сторону ёрма и фейри. Опоздал… — Да как ты… Сцепив зубы, чтобы ими же не вгрызться в глотку элле, Вэйн молча поднялась на ноги, так же молча взяла браслеты, отлетевшие в разные стороны, и подошла к все еще держащему фейри ёрму, который смотрел на нее, выпучив глаза. — Держи ее крепко, — приказала Вэйн, стискивая кулаки. Она надела на запястья заверещавшей фейри железные браслеты, сжигая нежную кожу и ударила в первый раз, ломая нос, который, впрочем, тут же встал на место. Не беда, она сломает его еще раз. — Я. Тебе. Что. Сказала. В прошлый. Раз? — в такт ударов спросила Вэйн, теряющая от злости связь с реальностью. Ее не беспокоила боль в руках, в шее от недавнего пореза и в спине после падения с ёрма. — Снова. Полезешь. Мне. В голову. И сломанные. Локи. Пальцы. Покажутся. Цветочками, — регенерация измотанной фейри уже не поспевала за увечьями. Вэйн наклонилась к ней поближе и прорычала в самое ухо: — Думала, я меньшее из двух зол? Спешу разочаровать — во мне больше жестокости, чем в Локи. Я распотрошу твою жалкую шкуру и повешу на собственных кишках, пока ты будешь молить о пощаде, а затем засуну в железный доспех, оболью бензином и подожгу, — договорив, Вэйн со всей силой ударила едва пришедшую в себя Долиракель в висок. В воздухе витал запах горевшей плоти от уже начавших обугливаться запястий, а Вэйн все продолжала отыгрываться на фейри за нападение и телепатию, уже не замечая ни попыток Морокая привести ее в чувство, ни боли, ни вырывающегося из собственной глотки рычания, которое все больше походило на крик раненного животного, смешанного со слезами. — А я-то думал, тебя спасать нужно, — голос трикстера вывел Вэйн из транса. Девушка резко обернулась. Выражение перепачканного кровью лица заставило закаленного в боях мага нервно сглотнуть. Что стало с бестолковой фейри, Локи не видел, но обгоревшие руки элле и сбитые костяшки с разбрызганной до локтей кровью сказали ему достаточно. Это же что такого она сотворила? Прочтенное по губам слово натолкнуло асгардца на ответ: — Живой… — прошептала Вэйн, слезая с полумертвой фейри. Она тупо уставилась на начинающие трястись руки, но не от страха содеянного, а от все того же переутомления. Локи подошел ближе, чтобы осмотреть обеих. Долиракель… что тут скажешь, сама виновата. Он жестом попросил Морокая отпустить ее — в таком состоянии все равно не уйдет. Хорошо же союзница над ней постаралась, вон даже раны уже не заживают. Руки от браслетов местами обуглились и продолжали тлеть, рваные раны по всему телу, видимо, ёрм пометил, а над лицом девушка поработала с двойным усердием. Долиракель с бульканьем втянула воздух не в состоянии даже застонать. Локи брезгливо повертел ее голову, оценивая масштаб. — Телепатия? — с неподдельным сожалением уточнил Лафейсон. Насколько он знал союзницу, только это ее могло выбить из колеи. Теплящийся огонек жизни в Долиракель призывал плюнуть в наклонившегося лже-Бога, да только сломанная в трех местах челюсть не позволяла. Она уже не чувствовала ничего, кроме боли и вяло переворачивала языком провалившиеся в глотку зубы, чтобы что-то сказать. Мутная картинка с единственного уцелевшего глаза постепенно меркла в угасающем сознании. — Да, — тихо подтвердила Вэйн. Морокай говорил что-то успокаивающее, но она его не слушала, а смотрела на месиво, в которое превратила еще недавно красивую женщину. Шока не было, лишь пустота и осознание, что показанная картина скоро станет реальностью. Йолдрем смотрела на все еще изучающего лежащую ничком фейри Локи и думала о грядущей процедуре стирания памяти. Она не выдержит, если оставит ее, слишком малодушная для этого. Локи обернулся, в который раз ловя на себе полный боли взгляд. В его руке появился кинжал. — Закончишь? Или мне? Вэйн глубоко вдохнула, приходя в себя. Будь, что будет, раньше нужно было соображать и понимать, куда это приведет. — Давай сам, а то у меня сейчас второе дыхание откроется, и процесс затянется, — как ни в чем не бывало ответила она, цепляя на лицо маску беззаботности. — Но нам же нужен курьер, разве нет? Долиракель издала последний стон, когда кинжал пробил грудную клетку. С кончиков пальцев трикстера посыпались искры, и тело, вспыхнув, сгорело до пепла за пару секунд. — Больше никаких фейри, — Локи разогнулся в полный рост. — Я договорюсь с другим, не менее ценным видом, трудностей быть не должно, — трикстер настороженно посмотрел в сторону леса. — Так и будешь здесь сидеть? Морокай, масштаб пригодится. Локи подставил руку, позволяя опереться. Не умей она постоять за себя, он бы точно не успел. Трикстер прикусил язык, не желая представлять последствия. И когда все стало таким сложным? В юности он мечтал, воображая, как на балу, пользуясь положением, позовет девушку на танец под смущенные перешептывания ее подружек. Как потом они будут гулять под звездами, став поводом для сплетен, и как «та самая» разделит с ним ложе. Девушек, несмотря на нелюбовь асгардцев к магии у Локи было достаточно, только вот танцевали с ним одни, гуляли другие, а спали и вовсе третьи, но максимум чего добивались все три категории, это легкой симпатии Бога Коварства и отвращения, если он ловил их на вранье и желании через него войти в царскую семью. Второе случалось в разы чаще. Локи усадил девушку на ближайший валун, и ёрм без подсказок окружил их кольцом, в ожидании приближающихся гостей. — Сходила погулять, называется, — усмехнулась Вэйн, прижимая трясущиеся израненные руки к телу. — Мы кого-то еще ждем? — Тюра с подружкой и фейри, — отозвался Локи, присаживаясь поближе к союзнице. — И опять тебя лечить. — Ну уж прости, что доставляю столько хлопот, — огрызнулась Йолдрем. Полученные раны начинали болеть все сильнее, еще больше ухудшая состояние измотанного организма. Вэйн закрыла глаза, моментально разрывая связь с реальностью. Хотелось уже наконец отдохнуть, и чтобы никакие Боги и нелюди не мешали. Просто поспать и ничего больше… Морокай и Локи одновременно предотвратили падение моментально уснувшей девушки. Они смерили друг друга серьезными взглядами и, подумав, змей кивнул, вверяя Богу заботу о хозяйке. Лафейсон осторожно вернул ей прежнее положение и накинул на плечи пиджак. Иллюзия, не иллюзия, а от настоящего не отличишь. Борясь с собой, Локи все же притянул союзницу к себе, убеждая внутренний голос в том, что это лишь продолжение его плана по переманиванию девушки на свою сторону. Голый расчет и ни капли подлинных эмоций. Локи почувствовал, как деву… нет же, у нее имя есть и не одно. Он почувствовал, как напряглась спина Вэйн от прикосновения, и как дрожь понемногу сошла на нет. — Отпусти меня, — буркнула Йолдрем, моментально просыпаясь. — Я по уши в крови и пыли. — Отличная мысль. Мне же так хочется посмотреть на то, как ты во второй раз разобьешь себе голову. Вэйн сделала над собой невероятное усилие и отстранилась от асгардца, хотя больше всего на свете хотела остаться. Быть может однажды… — Мне больно, — это была чистая правда. Она болезненно поморщилась, нащупывая сбитой до мяса рукой растущий под лопаткой синяк. Стоило расстаться с манящим теплом трикстера, как тело вновь пробила дрожь. — Но это того стоило. — Ума не приложу, где ты столько сил взяла, чтобы это отродье в фарш превратить. — Без Кая фаршем была бы уже я, — Вэйн дотронулась до края пореза на шее. — Меня спасли удача, неумение Лиры нормально сражаться и многолетний опыт за плечами. — Этого бы не произошло, предвидь я ситуацию, — голос Локи был спокоен, но посыпавшаяся из сжатого кулака гранитная крошка еще недавно бывшая цельным камнем, говорила об обратном. — У меня давно руки чесались, а на твоем счету и так достаточно смертей. Одно очко в мою пользу. — Идут, — оповестил Морокай, размыкая кольцо вокруг Бога и Скитальца. В пределах видимости появилась интересная троица, от которой, впрочем, сразу же откололась девушка в легком сиреневом платье и упала возле оставшейся на земле горстки пепла с громкими причитаниями. Стиснув зубы, Вэйн слезла с валуна на землю, всем своим видом желая показать, что какая-то там фейри ей нипочем. Локи порыв гордости оценил, как и легко читаемое желание убить хотя бы одного из виновников. И еще не ясно, сравнится ли оно с его тягой оторвать голову Тюру или превзойдет. Локи вновь подставил руку, и Вэйн с благодарностью оперлась на нее и на поистине огромного ёрма с другой стороны. Они остановились в паре шагов от гостей. Тюр, сбросивший обличие врача, теперь предстал в доспехах с внушительным мечом на поясе, а рядом с ним стояла разноглазая девушка в белой накидке. — Здравствуйте, Локи Лафейсон, — начал Тюр. — И… — Шарлотта Бранвелл. — Мисс Бранвелл, рад познакомится, мое Таддеус… Морокай раскрыл огромную пасть и зашипел. — Вот он, — Локи кивнул на Морокая, — правнук Бога Хитрости. Хватит уже ходить вокруг да около. Тюр переглянулся со своей спутницей. — Ну, хорошо, будь по-твоему. Давно пора перейти к сути дела, как бы Он не был против. Мое имя — Тюр, Бог Мудрости, рядом со мной Муири, начинающий маг, а позади — Элайндель аэп Лирам Кинай. Мидгардцам знать о нас не положено, но этот раз исключение. — А пассажир твой кто? — прищурившись, спросил Локи у магички. — Я Карниллион, магистр магии и советник Одина. Меня впечатлило твое мастерство, сын Лафея, но оно было использовано во зло, — переменившись в лице, ответила девушка. — Да неужели, — тихо сказала Вэйн, едва удерживаясь от того, чтобы начать словесную перепалку. — Тебе есть, что сказать? — Посмотри на меня и подумай еще раз, есть мне что сказать или нет. Тоже мне, силы добра нашлись, — Вэйн неосознанно вцепилась в руку Локи. — Лезете куда не просят, а нам потом разгребать. — Вышло досадное недоразумение. Мы никак не могли подумать, что все обернется подобным образом. Во всяком случае, не предполагали, что Долиракель нападет именно на вас, а не на клеймившего ее мага, — вступил Тюр. — О, то есть вы планировали покушение на меня? Асгардский Суд, самый справедливый Суд на свете. Очнитесь. Освободили фейри, какой подвиг! Только вы не учли, что сначала я спас из ее лап заблудившуюся в лесу ученицу, в обмен на сохраненную жизнь предложив служить по справедливому контракту, а после — свободу. Она выбрала убить меня, пришлось клеймить. — Ты пропустил ту часть, где сжег поселение фейри. — Я много чего пропустил, в том числе и то, откуда знаю про Асгард. Тем временем Элайндель утирала слезы с посеревшего от горя лица и вполуха слушала разгорающуюся ругань. Перед ней лежал пепел — все, что осталось от подруги. Железные браслеты и неслышный для людей голос распускающихся полевых цветов, вот к чему было приковано ее внимание. Обманута человеком и убита человеком. Элайндель посмотрела на виновных сквозь пелену слез. Пусть асгардцы пришли за мужчиной, девку же она утащит с собой в земли Дивного народа. Долиракель была слишком молода и неопытна, и все равно у элле в голове не укладывалось, как она могла проиграть человеку в открытой схватке. Бедная Лира встретила свой конец в мучениях, полная страха и боли, так и не исполнив свою месть. Тыльной стороной ладони Элайндель стерла лишнюю влагу и быстрым шагом направилась в сторону Богов и смертных. — Ты… — Я, — откликнулась Вэйн, слегка напрягаясь от вида горюющей фейри. Переговоры прекратились, и все внимание переключилось на приближающуюся женщину. — Ты убила нашу Долиракель! Железом и огнем отняла ее жизнь. Жизни фейри неприкосновенны! — Я что-то не пойму. Мне нужно было ждать, пока она мне горло перережет, или как? Локи хотел что-то сказать, но решил предоставить такую возможность Вэйн. Он бы и кинжал ей дал, не будь ее состояние таким печальным. Тюр предостерегающе положил руку на эфес меча. По подсчетам Локи, пойди что-то не так, он бы вполне справился с этим горе-дипломатом и магичкой. С фейри бы вопрос решился еще раньше. Муири же накал страстей совсем не нравился. Она, а в особенности Корниллион, рассматривали не мага, неизвестно где заполучившего руны, а его спутницу. Без сомнения, иллюзорный пиджак на ее плечах скрыть сильнейшее заклятие, чернеющее неведомыми знаками, не мог. И Муири, и Корниллион уже не могли оторваться от них, алчно желая разузнать таящийся в них секрет. — Я бы не с-стал, — грозно прошипел Морокай, заслоняя собой хозяйку, когда магичка шагнула вперед. — У тебя нет права ходить среди живых. Нет права гулять там, где ступала она, — все распалялась фейри, и вот уже на пальцах отросли длинные когти. Вэйн хотела отпустить руку Локи, чтобы подойти поближе к обнаглевшей элле, но Лафейсон удержал ее от необдуманного поступка. — Длинный язык и короткая память сочетаются не лучшим образом, — улыбнулся трикстер. — Укорочу первое и освежу второе, если скажешь нечто подобное снова. — Хватит, мы не за этим… Попытавшийся всех успокоить Тюр запнулся, отвлеченный внезапным вскриком фейри, которая подлетела в воздух сломанной куклой и упала точно в раскрытую пасть огромного змея. — Кай! Ты что творишь? — зашипела не столько возмущенная, сколько удивленная поступком друга Вэйн. — Выплюнь ты эту гадость, несварение будет, — посоветовал Локи и смерил потянувшегося за мечом Тюра взглядом. — Фейри из Неблагого Двора не знают пощады, она бы все равно вернулась за местью. Ну что, герои, все еще думаете, что сотворили добро? Тюр опустил голову, не зная, как подступиться к сопернику. — Сделаем вот как, — наконец сказал он, — мисс Бранвелл нужна помощь, и Муири может ее оказать, а нам с вами нужно поговорить о вещах, не предназначенных для ушей вашей спутницы. — В чем-то он прав, от помощи бы я не отказалась, — шепотом сказала Йолдрем, — но совершенно не хочется быть отравленной, взятой в заложники или чего-нибудь поинтересней, — нарочно повышая громкость голоса, закончила она. Локи прикинул как будут развиваться дальнейшие события и как бы так разложить карты, чтобы остаться при своем, да еще и в плюсе. Для работы Вэйн нужны руки, но действие зелий из местных ингредиентов не настолько сильно, и лечение займет некоторое время, которого у них нет. Если же Тюр одержим идеей отправить его на асгардский суд, то он может использовать союзницу, как предмет шантажа. Нет, последнее слишком сложно для «мудрого» Бога, который даже на три шага вперед смотреть не умеет. — Я принимаю твое предложение, — кивнул Лафейсон. — Уверен, что оставлять меня с магом разумно? Маги… Вэйн довольно многих повстречала в своей жизни и большая их часть возглавляла охоту за головами. Локи и Северус скорее исключение, чем правило, рыжий-Локи тому подтверждение. Жадный взгляд девушки читался даже из-за заслоняющей ее головы ёрма. Бежать от таких галопом надо, а не беседы вести. Сидящий в ней второй маг становился вишенкой на торте, из-за которой желание остаться рядом с сильным союзником только росло. — Я когда-нибудь давал повод сомневаться в своих решениях? — Локи мягко отцепил руку девушки от своей рубашки. Красное пятно уже расплылось по наколдованной ткани, оставляя впечатление пролитого вина. — Я со счета сбилась, — проворчала Вэйн, полностью перенося вес тела на Морокая. — Смотри, тебе же меня спасать, если что-то произойдет. Кажется, черных мух перед глазами с уходом Локи стало еще больше. Исчерпав последние силы, Вэйн сползла на землю, стараясь не распороть себе спину об черную чешую. Если начнется потасовка, то сделать она ничего не сможет, да и будь она в лучшей форме против магов не выстояла бы. Хотелось спать, есть, продолжить работу, что угодно кроме бессмысленных переговоров с теми, кто возомнил себя богами. И ведь вся эта каша началась с безмозглой фейри, упокойся в Аду ее душа. Вэйн поморщилась, когда в спину прилетел тычок от еще не переваренной Элайндель. — Я не причиню вреда, лишь помогу, — Муири сделала осторожный шаг вперед, сопровождаемая ледяным взглядом змеи. — Кай, пропусти ее, — вздохнула Вэйн, с трудом сдерживая трясущиеся руки. — Делай, что должна, я сопротивляться не буду, но, — она многозначительно подняла палец вверх, — никаких вопросов и изучения моей левой руки. Иначе последуешь за болтливой фейри. Хватит мне на эту жизнь любопытных. Прежде чем подойти к пострадавшей девушке, Муири проследила за ее взглядом, который, конечно же, упирался в отошедших в сторону Тюра и рунолога. Карниллион в своей обычной манере размышлял вслух о природе способностей мага и о том, можно ли верить явно сошедшему с ума Локи. Проблема в том, что они до сих пор не нашли прямых доказательств причастности смертного к этой истории. Сколько Муири не настаивала на том, что и так все ясно, старшие не слушали. Она опустилась на одно колено рядом с Шарлоттой. Бегло осмотрев раны и так и не найдя ни одной серьезной, Муири сильно удивилась. Из-под накидки она достала позолоченный диск, испещренный насечками и рунами, и несколько маленьких колб с разноцветными жидкостями. Как и учили в Академии, магичка наложила руки на чувствительные к потокам магии точки руки и начала осмотр изнутри. — Это невозможно! — воскликнула Муири. Не поверив увиденному, она попробовала другие точки и снова увидела ту же картину. — К-кто сотворил это с вами? — С этого момента поподробнее. Муири переключилась на незнакомый Вэйн язык, наверное, советуясь с сидящим в ней магом. — Мы еще не встречались с подобным у людей. У вас сильнейшее истощение, интоксикация веществом первого типа и следы воздействия запрещенных искусств по всему телу. Во имя Одина, откуда у вас взялись силы справиться с фейри? — Муири наклонилась ближе и перешла на шепот. — Скажите честно, это он с вами сделал? Мы можем помочь. — Кто-то лечить меня собирался, — сухо напомнила Вэйн. Муири бросила на Шарлотту сочувственный взгляд, но за дело принялась. Вставив в сердцевину диска пустую колбу, она замешала в ней очередную абракадабру, в суть которой Вэйн уже даже вникать не хотела. Вдали Тюр и Локи вели беседу. С такого расстояния она не слышала ее сути, но улыбающийся трикстер и безуспешно машущий руками Бог Мудрости вселяли надежду. — Вот, выпейте. Такое людям можно пить только раз в десятилетие, и у вас как раз тот случай, — Муири прислонила к губам девушки колбу с всего лишь несколькими каплями зелья. «Как же я скучала по этому», — подумала Вэйн, широко распахивая глаза от прилива сил. Тело восстанавливалось быстрее, чем мозг успевал реагировать на положительные изменения. Зелье не взяло лишь неподъемную усталость. — Дайте мне литр, и я найду способ пить это гораздо чаще, — широко улыбаясь, попросила Йолдрем. — Жить надоело? Это же тебе не игрушки, дите ты неразумное, — заговорил магистр устами своей ученицы. — Я истратил на тебя драгоценное зелье, а ты литр требуешь вместо благодарности. Но я прощу дерзость, если ты расскажешь все о Локи Лафейсоне. — Благодарю за исцеление, но не надо меня впутывать в свои разборки, — отряхивая то, что осталось от платья, Вэйн поднялась на ноги. — Послушайте, я работаю на него и все. Он мне не брат, не свекр и даже не любовник, — она устало протерла слипающиеся глаза. — Я нахожусь тут только потому, что меня чуть не убила освобожденная вами фейри и уж тем более не понимаю о каком таком Асгарде речь. — Я хочу знать, почему Долиракель напала именно на тебя, а не на Лафейсона. — Потому что я легкая добыча и способ растянуть удовольствие, это же очевидно. Насколько я могу судить, она бы, убив меня, дождалась Локи… дальше, думаю, пояснять не стоит. Вы же магистр, почему я должна это пояснять? «Ребята, козыри не у вас. Вот придите вы, как рыжий-Локи, когда мы оба были слабы, тогда быть может и добились чего. Вы не отчаявшийся заключенный, готовый пойти ва-банк, а служите букве Закона. Могли бы, давно бы добыли информацию силой, а не таскались по пятам который месяц кряду. Опасаться вас стоит, это правда, но не так сильно, как пленника». — Ты что-то скрываешь. Сделаем проще, — один глаз магички полностью окрасился в черный. — Что ты знаешь о профессоре древних рун Локи Лафейсоне? Вэйн изобразила полное подчинение воле мага, на секунду задумавшись, а не пустить ли слюну для достоверности, и вывалила заготовленную речь. Не подкопаешься. Из-за спины Муири уже приближался Локи. Все наконец-то закончится… — Стоило мне на секунду отойти, — трикстер от души хлопнул магичку по плечу, заставляя согнуться в коленопреклоненной позе, — как ты взял мою подопечную в оборот. Стратегически верный ход, жаль, бесполезный. Как я уже сказал Тюру, я не тот, за кого вы меня приняли. — Но… — Четвертого августа в полдень, — кивнул Тюр. — Если у Него еще остались вопросы, мы решим их именно тогда. Пойдем. Замеченные только Локи и Корниллионом черные вороны взлетели в небо, покидая Мидгард вместе с асами. — Я так понимаю, одной проблемой меньше? — Правильно понимаешь, — улыбнулся Локи, подставляя руку шатающейся союзнице, и повел ее в сторону замка. События складывались лучше, чем он мог предположить. Даже приди они четвертого, ничего не изменится — третьего ноги их здесь уже не будет. Но они не придут. Локи мысленно продолжал нахваливать себя и так внезапно появившееся вдохновение на заговаривание зубов. Давно пора было это сделать. — Кай сытый, меня подлечили, — Вэйн провела пальцем по зажившим костяшкам. — Куда ни посмотри, везде сплошные плюсы. Кроме отсутствия курьера. — Это уже не твоя забота. Будет лучше прежнего.

***

Вечер того же дня стал неофициальным праздником, ведь повод был и не один. Вэйн расставляла на столе бокалы, напевая под нос незатейливую песенку. Она выспалась, раздобыла провизию на скромный пир, как только обнаружила слегка помятый и погрызенный, но целый прототип с навигатором и подарком, и позвала заинтересованных лиц. Северуса в первую очередь, так как вместе с Морокаем определили его кабинет лучшим и самым мало посещаемым другими обитателями замка. Локи над затеей посмеялся, но отказываться не стал, потому что пребывал в наилучшем расположении духа, которое Вэйн только видела. Словно объевшийся сметаной кот. Специально для него Йолдрем уже давно отложила пару бутылочек отличного алкоголя, настолько крепкого, что не устоит даже асгардский принц. К назначенному времени, Снейп перестал изображать грозовую тучу и вроде бы смирился с участью бармена, а Вэйн покончила с приготовлениями. Сытый Морокай следил за происходящим вполглаза, позволив себе просто радоваться атмосфере. Столь редкой и очень обманчивой. — И все равно я тебе не верю. Такого человека давно бы нашли мои братья и сестры. Только из уважения к твоему таланту, так уж и быть, сделаю скидку. Тысяча душ. Меньше не будет. Красная цена за вмешательство в половину мира. Поверь, мой последний клиент заплатил в четыре раза больше, включая, что немало важно, свою. — Мой дорогой друг, ты просто не ведаешь, о чем идет речь. В кабинет вошли Локи и неизвестный молодой парень. — Она? Лафейсон кивнул. — Ты и ты, — парень ткнул пальцем на выходящего из кладовой зельевара и на змея, — спокойной ночи, — мужчина застыл на месте, как и ёрм, — а с тобой, душа моя, мы сейчас побеседуем. Вэйн встала из-за стола и подошла к трикстеру, ожидая объяснений. Стоя на высоких каблуках, она еле-еле доставала ему до плеча, а гостю и того меньше. — Ох, где же мои манеры? Акнот, к вашим услугам. Парень сделал подобие поклона насколько позволяли просторы кабинета и сложенные за спиной кожистые крылья. Красные волосы упали ему на глаза, и он поспешил их поправить, зачесав обратно между скрученных рогов. — Шарлотта Бранвелл, — присев в реверансе, ответила Вэйн. — Локи? Знала бы она чего ему стоило достать столько полезного слугу. Никаких больше фейри, только честная сделка… ну, или почти. В этой дыре не было таких созданий, по крайней мере на этой стороне реальности. В Асгарде договоры с подобными Акноту караются казнью, но он же не в Золотом городе. Локи сошел в пучины Ада ради нового гонца и вернулся невредимым. Люцифер по силе равен Одину. Когда его это останавливало? Их взаимная неприязнь послужила отличным поводом. Приклеив к лицу маску, Локи горел изнутри. Сила, что всегда была при нем, вспыхнула, напоминая хозяину о громких титулах. Впервые за год заточения в Мидгарде его не съедали злость и раздражение. «Брат, я ведь пал по твоей вине. Хочешь увидеть свет моего величия?» Локи улыбнулся Акноту, как закадычному другу. — Он любезно согласился принять участие в нашем скромном предприятии. — Друзья, не будем тянуть саламандру за язык. Время — души, и кроме вас у меня еще есть дела, — Акноту пришлось согнуться пополам, чтобы взять Вэйн за руки. Увидев четки, парень скривился. — Ты не могла бы? Не то чтобы я суеверный. — Как тебе удобнее, — Вэйн скопировала дружелюбную улыбку Локи и отложила четки в сторону. С этим Акнотом договариваться было гораздо приятнее, чем ловить Долиракель. — Вы просто душки. Остальные кто в лес, кто по дрова. То девиц почем зря режут, то кровью пол пачкают. А я давно говорил, что отдел рекламы пора взашей выгнать. Ладно, что тут у нас? — Акнот всмотрелся в линии на ладонях девушки, читая душу сквозь замочную скважину. Горизонтальные зрачки расширились, становясь почти круглыми. — Да кто ты вообще такая? Твоя душа практически дистиллят людских пороков и все равно светится! О мой Бог, да она же грешник и мученик в одном флаконе, я таких только у нас после пыток видел… Господи, — Акнот шлепнул себя по губам, — прошу прощения, вырывается. Ты еще и с мужчиной не была! Э… как-то странно, тело не тронуто, а отпечатки похоти на душе есть. Хм, наверное, глаз замылился. Слушай, — он повернулся к довольному реакцией Локи, — ты где это чудо откопал? — Где откопал, там уже нет. Так мы договорились? — Спрашиваешь, — Акнот облизал пересохшие губы. В его руке появился традиционный договор. — Слушай, а отдай мне ее целиком? А тебе еще двадцать молодцов пришлю. Я, знаешь ли, на четверть инкуб и уж больно мне хочется… — Перехочется, — жестко ответил Локи. Дружелюбие с его лица испарилось, не оставив и следа. — Понял, не дурак. А ты, солнышко, что скажешь? Будешь как сыр в масле кататься, бед не знать. — Ты же видел мою душу, — в отличии от Локи, Вэйн сохранила улыбку. По большей части из-за никому не нужных эмоций, забывших о последствиях своего существования. — Догадайся без чего остался прошлый инкуб. — Да вам палец в рот не клади — по локоть откусите, — Акнот проследил за намекающим взглядом Шарлотты, практически ощутив боль в штанах. Он откашлялся и подставил ей договор на подпись. — Форма №616, все стандартно, начальство уже одобрило, осталось подписать. Тут уж мы старомодны, увы, придется кровью. Рядом с обозначенным галочкой местом появилась крохотная иголка. Вэйн не задумываясь уколола большой палец и оставила его отпечаток рядом. Она уже хотела спрятать образовавшуюся ранку, как парень перехватил ее руку. Акнот вручил ей белый платок со своей анаграммой и, наклонившись еще ближе, сказал: — Ты подумай. Внизу гораздо лучше, чем говорят. В особенности, рядом со мной. Вэйн вежливо улыбнулась в ответ. А что? От окружающих ее мужчин ни одного комплимента не дождешься. Акнот подошел с тем же договором к Локи. Почему девушка добровольно подписала доверенность на распоряжение собственной душой, его мало волновало. Начальство сказало, Акнот сделал. Когда Локи оставил свою подпись как заказчик, тем самым продавая столь аппетитную душу, парень свернул контракт и запечатал его. — Странные у вас отношения, — пробормотал Акнот, мысленно перечитывая условия. Часть из них корректировал лично Лафейсон для всесторонней защиты девушки. — Все, я полетел. Зови, как понадоблюсь. Стоило Акноту раствориться в клубах красного дыма, как зельевар и ёрм пришли в себя. — Что с-сейчас произошло? — спросил Морокай, принюхиваясь. — Локи продал мою душу, ничего особенного, — невозмутимо ответила Вэйн, усаживаясь обратно за стол. — Что? — одновременно спросили ёрм и зельевар. — Да ничего страшного, казнь не позволит отправить мою душу куда-либо, кроме темноты. Хоть какой-то от нее толк, — махнула рукой доктор. — Раз уж все собрались, предлагаю начинать. Прошу к столу. Локи занял место рядом с Вэйн и, откупорив предложенную ею бутылку, вдохнул аромат. — Совсем недурно для Мидгарда, — заключил довольный Бог. По его меркам, пиршество было более, чем скромно, но это и не важно. Предшествующий ему день настолько порадовал его, что такая мелочь ничуть не оскорбила трикстера. В нем даже чувствовалась что-то неосязаемо превосходящее асгардские пиры. Например, над ухом не орал Тор, в пустом бахвальстве присвоенными заслугами младшего брата. Неоспоримый плюс, как не посмотри. Неспешные разговоры потекли сами собой после первого тоста, после пятого заулыбался зельевар. От греха подальше, Вэйн стащила его палочку и положила подальше от разошедшегося профессора. Им с Локи еще пить и пить, а Северусу пора сбавить обороты. Давно забытое мимолетное чувство спокойствия укутало Вэйн, словно мягкое одеяло. Как бы она хотела иметь свой дом, семью… Место где ждут и не нужно бояться того, что будет после смерти. Вэйн заметила, что слишком долго смотрит на руку Локи, которую тот для удобства закинул на спинку ее стула. Как бы она хотела… Йолдрем воскликнула: «За выгодные сделки!», отсалютовала бокалом не чокаясь и залпом выпила. Морокай, несмотря на уговоры хозяйки не участвовать в добровольном травлении организма, все-таки замочил пойманную поблизости крысу в рюмке и съел. В результате, пришлось пока не захмелевшему Лафейсону в срочном порядке чертить барьер, поскольку ёрм начал стремительно расти и местами каменеть. После еще пяти тостов, Вэйн потянуло на эксперименты. Главным образом пострадал только Снейп, даже в таком состоянии страшно переживающий за запасы ингредиентов, но ее уже было не остановить. Смутные остатки учебника по зельеварению подсказывали что и с чем смешать для лучшего эффекта. Локи самодеятельность, что самое удивительное, поддержал и руководил процессом. Выпал такой редкий шанс расслабиться, почему бы не воспользоваться? В конечном счете получился, конечно, не пангалактический грызлодер, но тоже вырвиглазный коктейль. — А если бы ты захотел захватить Землю, как бы ты это сделал? — поинтересовалась Вэйн, потягивая упомянутый напиток через трубочку. — Гипотетически, разумеется, — сделала она акцент специально для зельевара. — Гипотетически, — повторил Локи, зачерпывая десертной ложкой крем-брюле, — я бы нашел сильного союзника с хорошей армией и закончил все за пару дней. Вэйн хлопнула себя по лбу. Она-то надеялась на отличный план, а тут такая дурость. — Хочешь совет? — Интересно послушать. — Правление, построенное на страхе, долго не продлится. Нет, если ты хочешь постоянно партизанов ловить и казнить предавших тебя сторонников, то пожалуйста. Я тебе как человек говорю, что такая затея далеко не уедет. Северус, подтверди. — Наполеон, Гитлер, Волан-де-морт, — Снейп безуспешно пытался сфокусировать глаза на загибаемых пальцах. — Это только в Европе за последние два века. — И что же ты в таком случае предлагаешь? — с усмешкой спросил Локи. — Вариантов масса. Во-первых, на данном этапе огромную роль играет религия. За нее проведено большинство войн и не мне говорить о силе фанатиков. Ты же Богом себя именуешь, найдешь подход. Не спорю, займет гораздо больше времени, зато практически мирно и наверняка. — Столько времени у меня нет. Мой братец явится раньше и не допустит этого, — неохотно отклонил идею трикстер, понимая, что при таком раскладе его бы действительно почитали бы больше Одина. — Хорошо, допустим. Второй вариант, кровавый: пригоняешь два толсманких корабля, выключаешь электричество по всей планете и выпускаешь вирус. Затем организовываешь пункт раздачи вакцины и вместе с ней чипируешь народ. Легко, действенно, но скучно. — Вот поэтому мой план лучше. — Хочешь войны, пускай. Но тогда нужна качественная разведка. И не смейся, я знаю о чем говорю. Быстрая одновременная атака на все основные пункты обороны еще никому не повредила. Дальше веселее. Глушишь средства связи, электричество, вводишь войска и берешь лидеров стран в заложники, — Вэйн незаметно для себя перешла на хсщ. — Ну, хочешь, проведи коронацию, а взамен организуй уровень жизни по галактическим стандартам. Пару технологий сверху, тихая нейтрализация неугодных и особо опасных. Сопротивление все равно будет, но и оно при таком раскладе сдастся, если ты не будешь особенно трогать существующую культуру и религию. За пару недель справишься. Локи широко улыбнулся. Вот момент, которого он ждал. Вэйн уже раз отомстила человечеству, так что ей мешает сделать это еще раз? Монстр, предлагающий более выгодную стратегию по завоеванию своего вида другому чудовищу. — Сделка, — Локи тоже перешел на змеиный, дабы зельевар не вмешивался. — Мне не хватает инструментов для лучшего анализа твоих знаков, пока лишь несколько аспектов мне подвластны, — глаза девушки засветились от еще одной хорошей новости. — Никаких вопросов, узнаешь все позже. Вот, что я предлагаю: место рядом со мной, когда я возьму бремя правления человечеством на себя, свое покровительство и обещание разобраться с твоей казнью, как только отец признает меня. Взамен прошу использовать свои знания для укрепления моей власти и развития технологий. — Какие невыгодные для меня условия, — недовольно фыркнула Вэйн. — Место рядом с тобой? Я надеюсь, ты пошутил? Звучит так, будто меня посадят на цепь рядом с троном. Покровительство? Уже интереснее. А вот с казнью шантаж чистой воды. Признаю, надо было изначально требовать такой формулировки. — Чего же ты тогда хочешь? — Локи проникновенно заглянул в золотые глаза. Перетекающий алкоголь в венах обоих заблокировал ту часть сознания, которая отвечала за личное пространство. — Хочу быть серым кардиналом при царе, полную свободу действий, разумеется, финансирование и клятву разобраться с казнью. Властью над человечеством ты будешь обеспечен, а мне оно даром не сдалось. Мне нужна известность в куда более широкой аудитории, — Вэйн отпила из бокала и улыбнулась. — А ты молодец, нашел нужный момент. — По рукам. За заключенную сделку, — Локи вновь переключился на английский. — За успех, — Йолдрем подняла бокал. — Как интересно, жаль, что я ничего не понял, — заторможено поднял голову от салата Снейп и поспешил осушить свой бокал. Локи потянулся за виноградом, невольно касаясь той рукой, что лежала на соседнем стуле, волос девушки. Он выжил из ума. Определенно. Иначе как объяснить его желание присвоить смертную себе. Чтобы она всегда смотрела на него с восхищением, чтобы разделяла его взгляды и чтобы их вечера не заканчивались. Рука принца «случайно» соскользнула со спинки стула на плечи Вэйн. Холодный разум, отрицающий эмоции, дал слабину под действием алкоголя, но успел придумать замечательную отговорку, оправдывающую все: он пьян, горд собой и хочет награду. Больше половины девушек оказывалось в его постели по одной из этих причин. Локи пришлось держать руку фактически на весу, чтобы пусть и специально магически облегченное под эту скромную цель тело не сильно давило на хрупкую девушку. Почувствовав прикосновение, Вэйн напряглась. Она не маленькая девочка, понимает куда это может ее привести. Нужно скинуть руку, это точно, и пора собираться. Но она не может заставить себя встать с места, до слез не хочет отходить от Локи. Продажный внутренний голос настойчиво уговаривал совершить ошибку. Вэйн и так нарушила уйму собственных правил, почему бы не переступить через последнее? В захмелевшую голову пришло стойкое убеждение, что раз уж она и так утонула в изумрудных глазах, так хоть получит удовольствие напоследок, а после точно успеет стереть все воспоминания. Главное, что сейчас будет хорошо. Отличная мысль, давно надо было так и сделать. А не успеет… Что ж, у тюремщиков будет долгожданное пиршество. Вэйн придвинулась ближе к Локи, и вот уже его рука незаметно сползла на талию. Последние два тоста добили зельевара, и он начал бредить о какой-то Лили. — Уйдем отсюда? — спросил Локи, наклонившись к самому уху девушки, вместе с этим чуть сильнее сжав тонкую талию. Вэйн оставалось лишь согласиться. Путь до развилки, возле которой еще можно остановиться, как в последний момент меняет решение самоубийца на краю пропасти, превратился в одно смазанное пятно. Локи отпустил Вэйн как раз около той стены, что разделяла его покои и лабораторию. Принуждать он ее не станет, хотя может. Золотые глаза заметались, в такт внутренним смятениям их обладательницы, останавливаясь то на трикстере, то косясь в сторону невидимой для прочих двери. Локи заставил ее поднять голову и посмотреть ему в лицо, ожидаемо чувствуя под пальцами быстрое биение сердца. Он хищно оскалился, наконец осознавая его природу. Знал бы, давно воспользовался. — Ты же хочешь этого. Не отрицай. Вэйн последний раз посмотрела на спасительную дверь и осталась стоять на месте. Она поглубже вдохнула, как ныряльщик перед прыжком в воду. Локи принял это за согласие и резко притянул к себе, целуя сквозь улыбку. Йолдрем взмыла ввысь, но в это же мгновение опаленные простым желанием восковые крылья расплавились, и она рухнула камнем вниз в темноту. Вэйн запустила пальцы в жесткие от геля волосы, углубляя поцелуй. — Так и будем здесь стоять? — с трудом отрываясь от трикстера, спросила она. Пляшущие в глазах Вэйн дьявольские огоньки только убедили Локи в верности своих суждений. Он легко подхватил ее на руки, сжимая бедра сквозь платье и вынуждая скрестить ноги у себя за спиной. Покорный воле хозяина Эмвазис распахнул перед ними дверь и закрыл, как только пара села на кровать. Локи вытащил палочку из волос Вэйн и отбросил в сторону, как ненужный хлам. Пучок рассыпался, освобождая длинные прямые волосы. И вот опять этот взгляд полный невыносимой боли. Только в этот раз во много раз тяжелее. Локи заправил мешающую прядь за ухо, полностью открывая лицо девушки. — Когда же я успел тебя так обидеть? — Все в порядке, не бери в голову, — во взгляде вновь заплясали черти, пока Вэйн не закрыла глаза, чтобы поцеловать Локи. Резкая смена температуры партнера заставила ее отстраниться с возмущенным стоном. Пусть разум убедил его, что она просто очередная девушка в его постели, сердце же хотело большего. Заклинание он снял не нарочно, но раз уж представился случай, Локи решил снова полюбоваться на реакцию. Он ждал, что союзница, протрезвев, сбежит или уйдет под благовидным предлогом. Как бы не так. Даже для сильно выпившей Вэйн был ясен посыл. Сжав губы в тонкую линию, царь ждал вердикта, внимательно изучая ее реакцию красными глазами. Пускай из них двоих что-то чувствует только она, так оставлять убитого стараниями Одина йотуна категорически нельзя. Вэйн ласково, несмотря на уже пронизавший все тело холод, коснулась ладонями лица Локи, провела пальцами по острым скулам и заговорила: — Насколько же сильно ты себя ненавидишь… — она запустила одну руку под пиджак и приложила к груди напротив сердца. — Настолько, что все никак не поверишь, что я не сбегу и не испугаюсь, — Вэйн вплотную приблизилась к лицу мужчины. — А теперь, будь добр, потеплей, пожалуйста. — Мин амун, — впиваясь в губы, прорычал Локи, но иллюзию все же набросил. Он жадно притянул Вэйн к себе. Сегодня она его и только его. Никто ее больше не коснется, кроме него. Пока она пыталась вслепую расстегнуть его рубашку, Локи вспомнил об одной очень важной детали, заставившей вытащить руки из-под подола. Вэйн охнула, когда низ живота на мгновение кольнула боль. Она увидела, как вспыхнувший на этом месте зеленый круг потух, унося за собой неприятные ощущения. — Мы же не хотим последствий, не так ли? — прохрипел мужчина. — Я еще в мае убила репродуктивную функцию, это было необязательно. Локи, видимо, надоело искать спрятанную застежку, поэтому он поступил гораздо проще — просто разорвал платье на спине. Вэйн же наконец справилась с рубашкой, добираясь до четко очерченных мышц, а следом за ними и до заметной выпуклости на штанах. — Джек-пот, — заключила девушка и чуть не прикусила себе язык от неожиданности, когда Локи одним движением швырнул ее на кровать и навис сверху. Он пару секунд изучал ее жадным взглядом и вдруг отстранился. — Ты чего? — с долей обиды спросила Вэйн. — Я могу не сдержаться. Мне ничего не стоит сломать тебе что-нибудь. Уверена, что хочешь этого? — в последний раз спросил Локи, пожирая глазами полуголую девушку. Такая маленькая, такая хрупкая и легкая на его фоне. Он вспомнил, как сам оставил ей огромный синяк и сломал руку. И ведь трезвый был тогда. — Нет, сейчас с визгами убегу, — поднимаясь на локтях, фыркнула Вэйн. — Не будет со мной ничего, не стеклянная, — она схватила его за ремень и потянула на себя. — Клянусь, еще один вопрос в эту сторону, и я тебя покусаю. — Еще посмотрим кто кого, — рыкнул трикстер, подминая союзницу под себя.

***

Вэйн лежала на противоположной стороне от пару минут назад задремавшего Локи на том, что в начале ночи было перьевой подушкой. Она смотрела в окно на плывущие мимо белые облака и думала. Много думала. Всего за десять минут она успела основательно вынести себе мозг, посыпать голову пеплом, похвалить и четвертовать. Для Локи это так, игра для повышения самооценки, ничего больше. Для нее было бы также, не цепляйся она так сильно за человечность. А теперь… Вэйн вздохнула, сдувая несколько перышек на пол. Где-то в ногах валялись тряпки, раньше называвшиеся одеждой от кутюр и бельем от дорогого итальянского дизайнера. Солнце висело уже высоко. Часов десять, должно быть. Кай ее, наверное, обыскался. Интересно, Северус нашел свою палочку? Ей бы свою в этом бардаке найти. Вэйн приподняла голову и через плечо посмотрела на спину принца, укрытого только до пояса. Мало того, что с ней сделают тюремщики, так еще и виновный в этом асгардец ни разу не назвал ее по имени. Ни разу! А она назвала ему достаточно своих имен. Ну и черт с ним. Все равно она уже рухнула камнем вниз, больше ей терять нечего, даже если для него это лишь забава. Если уж на то пошло, то она растянет этот момент еще на чуть-чуть. Вэйн перекатилась поближе к асгардцу, прижимаясь ближе, чем рассчитывала, потому что матрас под ним сильно проседал, и уткнулась носом ему между лопаток. Заклинание по снижению массы тела до среднечеловеческого он отменил, а значит весил теперь снова, как и положено, почти два с половиной центнера против жалких сорока килограммов Вэйн. — А я все гадал, попробуешь уйти незамеченной или нет, — в голосе послышалась сонная улыбка. Открыв глаза, Локи понял две вещи. Во-первых, он полностью протрезвел. Во-вторых, он пропал. Утонул в золотых глазах, захлебнулся в ее стонах, пропитавших эти стены и звуке собственного имени, которые, не будь изоляции, перебудили бы весь замок. Он скажет ей. Обязательно скажет, что она каким-то неведомым образом забралась в каменное сердце. Но не сейчас, не в этой халупе, а когда заберет по праву принадлежащий ему трон. И тогда пусть весь Асгард услышит имя своей будущей царицы. А пока пусть будет все, как прежде. Локи перевернулся на другой бок. Вэйн что-то недовольно пробурчала ему в грудь и отвернулась, натянув одеяло по самый нос. Однако Локи все-равно успел заметить. — Знаешь что? Так нечестно. Я на тебе вообще следов не оставила, — притворно обиделась Йолдрем. — Зато я наследил достаточно, — из огромной бочки меда Локи зачерпнул единственную ложку дегтя. Он потянул одеяло вниз, но девушка так просто сдаваться не хотела, еще больше кутаясь. В итоге она ушла под него с головой, но из-за веса асгардца спряталась под самым носом. — Показывай уже, — поджав губы, попросил Локи, запуская руку под одеяло. Вэйн неохотно вылезла из убежища, позволяя стащить с себя остальное. Ну не хотелось ей, чтобы он это видел. У магов довольно неплохо с медициной, подлечилась бы за пару дней, ничего страшного. Локи окинул хмурым взглядом хорошо заметные отпечатки своих ладоней на запястьях, пальцев на спине и шее. А засосы у него получились особенно живописными. Хорошо же он себя контролирует, раз сдержался только на укусах. — А как… — Локи многозначительно посмотрел на изгиб бедра. — Сойдет. Да убери ты эту мину, у меня тело новое, у тебя размер, сам понимаешь. Я другого не ожидала. И не порть мне настроение еще больше, — улыбнулась Вэйн, спеша вновь укрыться. В качестве подушки она без зазрения совести использовала лежащую рядом руку трикстера, потому что его валялась сразу по всей площади комнаты. Отчего-то стыдливо краснеть у нее уже не выходило, хотя следовало бы ради приличия. — Это чем же оно у тебя испорчено? Насколько я слышал, тебе понравилось, — Локи собственнически прижал второй рукой к себе девушку, стараясь не навредить еще больше. Цветочный запах духов и кофе пропитали ее кожу и волосы. Прежде чем ответить Вэйн задумалась, стоит ли говорить. Тараканы в голове панически искали ответы и таки сошлись на одном. — Ты же видел изнанку моей памяти, — Йолдрем тяжело вздохнула, отпуская ситуацию на тормозах, — и знаешь суть моей казни. Сложи два и два. Локи виртуозно мысленно перебрал пару томов отборной ругани. Глупец каких днем с огнем не сыщешь. Он знал. Последние полгода он прекрасно знал, как страшны сущности по ту сторону барьера. Прочувствовал эту неутихающую боль от вида смерти близкого человека раз за разом. Для него секунды, для нее тысячелетия. — Давай, если ты вдруг захочешь поднять эту тему, отложим ее до перемещения в твою вселенную, — прервала Вэйн размышления Локи. — Как хочешь, — неохотно согласился асгардец. — Одежду не одолжишь? — Меня и так устраивает. — А работать за меня кто будет? — хихикнула доктор. — Надо бы как-нибудь так подлечиться, чтобы Кай не учуял, а то опять на тебя скалиться будет. — Как страшно, — «испугался» Локи, за что незамедлительно получил толчок бедром в пах. — Лучше не делай так, амун, если еще хочешь отсюда вылезти. — И что такое «амун» ты мне, конечно же, не скажешь. — Правильно думаешь. — Ну и редиска.