Призрачный скиталец

Вооруженная охрана вывела их из джета. Кучка солдат, наивно полагающих, что они чего-то стоят. Наручники надели, какие молодцы. Локи шел впереди, Вэйн же в хвосте процессии. Как будто попали в настоящий плен, честное слово. Йолдрем невольно улыбалась, разглядывая оборудование, замки на дверях, озадаченного Беннера… Да, это будет забавно. Хаос? Будет им хаос. Этот корабль доверху напичкан тем, что нужно самой Вэйн, чтобы привести трикстера в чувство. Она даже тихо обрадовалась, когда их разделили. Солдаты ушли, заперев камеру. Прозрачная пуленепробиваемая дверь защелкнулась, оставляя Вэйн пространство не более шести квадратных метров с приколоченной к полу скамейкой и полным отсутствием мест, где можно спрятаться от всевидящего ока под потолком и снующих за прозрачной стеной людей. Но это на первый взгляд. Никто и не заметил, как Вэйн прикрепила крохотное устройство к запирающему механизму. Ей дали немного времени освоиться, прежде, чем навестить. — Нравится? Вэйн обернулась, встречаясь взглядом с уже знакомым директором. — Вполне уютно. Вы же не в обиде на меня? — она улыбнулась. — На случай, если не ясно. Попытаетесь сбежать — пустим газ. На человека действует безотказно. — О, а вы так уверены, что я человек? — усмехнулась Йолдрем. Маскарад подзатянулся, а раздражение на дальних предков грозило вот-вот перелиться через край бездонного котла. — Вы же не знаете. Ни-че-го. Ноль. На вашей стороне кучка ряженых клоунов, а воюете палкой и камнем. Вам самим не смешно? — Осторожнее, не забрызгайте желчью стекло. Анализы уже подтвердили вашу принадлежность к человечеству, можете не сомневаться, — Фьюри сделал шаг вперед. — Откуда в вас столько ненависти к миру, что вы готовы красть и убивать ради забавы и власти? И мне должно быть смешно? Вы привели войну на наш порог, а Бог, что правит вами, безумен и жесток. Это ввергло меня в глубокую печаль и радоваться этому не стоит. — Знаете в чем ваша беда, Ник? — Вэйн улыбнулась, не сдерживая азарт и толику безумия. — О Локи может поведать Тор, его брат. О самом Торе, те, с кем он встречался в свой прошлый визит, но я для вас хуже, чем белый лист. Ни единого бита информации. У вас фантазии не хватит, чтобы даже подобраться к тому, на что я способна и что могу дать человечеству, когда Локи взойдет на трон. Я — Прометей, несущий свет знаний. — И чтобы его дать, вы готовы истребить войной человечество? — После пожара лес растет лучше. Уж поверьте, этот мир давно был бы стерт с лица вселенной, если бы я нашла в этом выгоду. На ваше счастье, мне было не до вас. Человечество алчно, жестоко и ни в одной науке не преуспело так, как в уничтожении себе подобных. Тессеракт мог дать вам ответы к стольким вопросам… Но куда там. Сразу в разработку оружия. Уверена, у вас уже достаточно проектов, — Вэйн перевела дыхание. — Так что да, я помогу Локи направить перегрызшееся между собой человечество. — Дайте мне знать, если Прометей пожелает открыть местонахождение тессеракта, — Фьюри развернулся, убежденный, что разговаривал с родной сестрой Локи. — Крепкий черный кофе с девятью кусочками сахара. Тогда скажу, — Вэйн села на пол, спиной к стеклу, не утруждая себя разгадыванием эмоций собеседника. — Слишком легко после таких заявлений. — Кофе, — напомнила Вэйн. — И какова же точность вашего указания? Йолдрем недовольно цокнула, расстроенная, что шпион задал верный вопрос. — Будет кофе, будет разговор. — Не вынуждайте меня применять силу. — К чему тогда разговоры, если вы меня не слышите? — вздохнула доктор. Она обернулась и посмотрела на Фьюри, как на идиота. — Хоть тиопенталом натрия меня накачайте — толку не будет никакого. И Локи шантажировать моими пытками тоже бесполезно. Все, чего добьетесь, так это разозлите меня. А я не та сила, с которой вы захотите иметь дело. Фьюри ушел, оставив Вэйн наедине с голыми стенами. По ее расчетам в скором времени должны нагрянуть желающие поговорить по душам. Вдова, Тор, асы психологии… впрочем, это не имеет никакого значения. Все же надо было забрать у Локи дневник, хоть почитала бы. Не надоело ему круги по камере наматывать? Вэйн прислушалась к ощущениям. Да ему и места побольше дали. Скука смертная. Вэйн вытащила из прически палочку, вернее то, во что ее превратил трикстер. Изящные золотые цветы увековечивали шпильку, а узоры отдаленно напоминали помесь рун и знаков. Она покрутила ее в руках, раздумывая стоит ли портить или пока поберечь. — Красивая вещица. На то, как подкралась Вдова, не обратить внимание было сложно — лишние уши исчезли из коридора, создавая иллюзию приватного разговора. И она, конечно же, принесла заветный кофе. Пушистый кролик и злой волк, так мы теперь играем? Вэйн поднялась с пола. — У вас не плен, а сплошной курорт, агент Романофф, — Йолдрем улыбнулась. — Предпочитаете пытки, иголки под ногти и медленно действующие яды? — Наташа открыла специальную двойную секцию в стеклянной стене, исключающую любые возможности просовывания чего-либо напрямую наружу, и поставила один из стаканчиков. Дверца закрылась, и он оказался уже внутри камеры. — Бывали плохие дни. Спасибо за кофе, — Вэйн блаженно закрыла глаза, вдыхая знакомый аромат. — Теперь поговорим о тессеракте? — Легко. Сделка есть сделка. Записывайте: Ланиакея, сверхскопление Девы, местная группа галактик, галактика Млечный Путь, рукав Ориона, Солнечная система, планета Земля. Вот вам точный адрес по космическим меркам. Ищите на здоровье. — Несговорчивых Щ.И.Т. не любит, доктор, — Романофф на миг сжала губы. — Скажите, где тессеракт по-хорошему сейчас, и вам не предъявят обвинений. Вы не убили ни одного человека, а прочее можно списать на внушение, — Наташа подключила весь свой дар убеждения, развитый за годы работы в спецслужбе. — Будете работать в Щ.И.Т.е, станете тем Прометеем, которым хотите, только без резни и испачканных в крови мирных жителей рук. Что скажете? — Блестящая мысль. Провести последние пару месяцев этой жизни, работая в вашем обезьяннике, — беззлобно ответила Вэйн, отпивая горячий напиток, который явно положительно сказывался на настроении. — Вам нечего предложить, нечем пугать, нечего забрать у меня. Ну поймали меня, а дальше-то что? — А то, что Фьюри вытянет из вас информацию, даже если потребуется на молекулы разложить. Я пытаюсь сделать так, чтобы вы избежали этого утомительного и никому не нужного процесса. Вэйн подошла к стеклу вплотную. Пора выбираться, а то до этих несчастных, видимо, не доходит. — Следи за мыслью, — хорошее настроение куда-то подевалось, уступив законное место жестокости. — Меня убивали и пытали такими способами, которых ты даже в самом страшном кошмаре представить не можешь. Я больше одиннадцати тысяч лет провела в тюрьме, где Ад обретает вполне материальную форму. Вы убийцы, все до одного. Старк — миллиардер, возомнивший себя спасителем после стольких лет производства оружия, Беннер — чудо науки, Роджерс — мистер мораль, борец за справедливость. Тор так и вовсе полководец, а ты, что сейчас так усиленно строит белую и пушистую, наемник до мозга костей. Вы, «защитники Земли», пропитаны смертью. Миротворцы, убежденные в том, что цель оправдывает средства. Правда считаете, что для нас с Локи есть разница между назойливым комаром и вами? Когда я выйду отсюда, а я выйду, вам придется искать меня по следу из трупов. И сделаю это даже не из надобности, а просто потому что могу. Жестко и кроваво. Как вам такое предложение, агент Романофф? Вдова отшатнулась, с ужасом глядя на безумную улыбку и совершенно неестественные золотые глаза, которых у людей быть не может. — Или, — Вэйн моментально преобразилась, меняя гримасу на совершенно спокойное и уравновешенное лицо, — все это вранье от начала и до конца. Бесконечное множество вариантов. Говорила же, я для вас хуже, чем белый лист. С таким же успехом меня могут звать Шарлотта Бранвелл и вовсе не доктор, а какая-нибудь учительница физики из пригорода Лондона с некоторыми психическими отклонениями и хорошая игрушка для скандинавского божества. — То есть, хотите по-плохому, — вся доброжелательность Романофф куда-то разом подевалась. — В таком случае, допивайте, за вами скоро придут. И лучше бы к этому моменту перестать играть в игры. — С чего вы вообще решили, что я знаю, где Куб? — вдогонку спросила Вэйн. — И осторожнее с пытками — я и так одной ногой в могиле. Подбирая препараты, учтите, что мое тело и так накачано много чем из-за отравления. Я понимаю, что ваша аппаратура и муху на предметном стекле не заметит, но уж постарайтесь не убить меня раньше положенного, — Йолдрем ядовито улыбнулась. Хоть Вдова и пообещала, что скоро кто-нибудь обязательно явится, так никто и не пришел. Ни через пять, ни через пятьдесят минут. Вэйн отложила в сторону оригами из стаканчика и в сотый раз посмотрела на дверь. Еще рано. Известных внимательных на корабле чересчур много, и это если не брать в расчет остальной персонал. Не то чтобы это была большая проблема, но партизанить следующие часов пять до тех пор, пока не прибудет Бартон, Вэйн совершенно не хотелось. Успеют среагировать, скоординировать движения, запереть двери… А ей это надо? Нет, если бы повели на пытки, тогда, конечно, пришлось. Она могла сколько угодно словесно издеваться над Щ.И.Т.ом, были бы зрители. Ведь как раз такие обычно и приносили ей больше всего неприятностей. Работать добровольно на них пыталась, но стоило хоть одному заметить несостыковки из-за знаков или сами черные отметины, то все летело в тартарары. Фонд был единственным исключением. Инстинкт обезумевшим тараканом бегал в голове Вэйн, крича, что пора бежать, сверкая пятками. Отвратительное чувство надвигающейся беды затягивало удавку с каждой минутой все крепче и крепче, вынуждая постоянно быть начеку, чтобы не сорваться раньше времени. И в этих условиях ей еще предстояло додумать, как Локи в чувство приводить. Замечательно, просто замечательно. Плата за спокойную прошлую жизнь высока, но и награда того стоит. Прошло еще немного времени, за которые Вэйн успела полностью разочароваться в дознавателях. Понятно, что с технологиями все печально, но грубую силу же никто не отменял. Как там люди в это время пытали? Зубы щипцами и паяльник с утюгом? Грубо, зато действенно, хоть и есть вероятность получить неправильный ответ от пленника, который сходит с ума от боли, но верного не знает. Йолдрем осторожно провела пальцем по невесомым лепесткам цветка на шпильке, что так и не решилась развеять. Жалко, да и опасно ей колдовать, даже если отбросить прямой запрет Локи. Все-таки летящий джет не то место, чтобы лечить. При всей своей магической неграмотности, даже Вэйн это понимала, проведя аналогию с серьезной хирургической операцией. И вот к стеклу наконец подошел посетитель. Высокий статный блондин с уставшим и в какой-то степени печальным взглядом приблизился к стеклу. — Довольно магии. Развей иллюзию и предстань во плоти. — Не в магии дело, — вздохнула Вэйн, разочарованная способностями старшего брата Локи. По рваным движениям глаз Тора было ясно, что Скитальца он не замечает. Йолдрем поднялась с пола, встала напротив громовержца и громко постучала по стеклу. — А теперь видишь? — Тор кивнул. — Стало быть, сегодня ты дежурный по пыткам? — флегматично спросила Вэйн, немного отходя вглубь камеры. — Я пришел не за этим. Все же надеюсь, ты окажешься достаточно умна, чтобы ответить на мои вопросы без насилия и ядовитых речей. — Друг мой, — Вэйн развела руки в стороны, — асгардцы мне ничего дурного не сделали, — она резко перескочила на язык крии: — Оставим представление для местных. Прошу, говори не на мидгардском. Я не хочу, чтобы нас подслушали. Тор смерил девушку суровым взглядом. Болезненно-бледная, но совершенно спокойная и без того безумия, что еще недавно он слышал по громкой связи. В тюрьмах Асгарда иногда такие попадались: сейчас он с тобой приветливо общается, а через минуту либо покончит с собой, либо с сокамерниками. Или же это действительно представление? Игра на публику и не более. Локи бы смог, и если она такая же… — Мы не друзья. И учитывая все происходящее… — Тор и не подумал сменить язык. — Учитывая что? Это? — Вэйн переключилась на нар’сиг. — Локи хочет навести порядок там, где Асгард — это детская сказка. Миф о старых богах и несуществующих мирах. Какой прок от вашего царствования над этим миром, если вы наладить быт здесь не в состоянии? Еще расскажи мне о политике невмешательства, когда в остальные цивилизации охотно вторгаетесь. Или тебя забавляют кровопролитные войны, которые человечество ведет за территорию? За религию? А голод, рабство, пока асгардцы пируют, сидя в золотых залах? Ты, кстати, никогда не задумывался, почему именно на твоей родине так много богатства? — размеренным тоном Вэйн перечисляла скептически настроенному Тору аспекты жизни человечества. — В самом деле, ты же не думаешь, что твои предки добились этого одной только дипломатией? Перебей меня наконец, а то я могу вечность на эту тему рассуждать. — Вижу, Локи хорошо тебе голову задурманил, раз ты так легко говоришь о том, чего не можешь понять. Мой брат искусен в этом, спору нет. Но я никогда не мог помыслить, что мы с ним так похожи, — непрошибаемая стена скептицизма, от которой отскочили все до единого слова Вэйн, скрылась под пеленой интереса. — Значит, ты с моим братом… — Тор сделал паузу, давая закончить за него. — Заключили сделку. А продолжишь и дальше говорить на мидгардском — буду молчать. — Не тебе здесь ставить условия. — Я — птица вольная. Всего лишь хочу, чтобы Щ.И.Т. не подслушивал. Разве так сложно для Бога исполнить ничтожную просьбу смертной? — невинно улыбнулась Вэйн, целиком и полностью полагаясь на знание о мании Локи называть себя подобным образом. — Так сказать, последний каприз заключенного. — Я думал, люди не знают других языков. Змеиный даже в Асгарде почти никто не изучал. — Начнем с того, что «змеиный» — мой родной язык и название носит другое, но не суть. Опережая твой вопрос, да, я человек и всегда была им. И нет, Локи мне трон не обещал, можешь не переживать, моих притязаний на него никогда не было. Ни на асгардский, ни на человеческий, ни на какой-либо еще. Разбирайтесь с престолонаследием сами. Мое желание куда скромнее. Тор свел брови к переносице, напряженно пытаясь распутать игру, что начал его брат. Боги, где он нашел эту сумасбродную смертную? И зачем дал столько знаний? После череды вопросов он удостоверился, что дело тут не в нежных чувствах Локи, на которые могло натолкнуть «мин амун». «Умоляю, — смеясь сказала тогда смертная, — наши отношения держатся на взаимной выгоде. Локи — стратег, тебе ли не знать?» — Послушай, — Вэйн демонстративно протерла глаза, желая показать, как устала от глухоты собеседника после получаса допросов, — понимаю, что думать это не твое, но может ты уже поймешь, что я говорю с тобой только потому что мне скучно? — Скучно? Люди погибнут, а тебе скучно?! — взревел Тор и ударил кулаком по стеклу. — Ну да, — Йолдрем беззаботно пожала плечами. — На моей памяти были и более зажигательные допросы. Смотри, объясняю на пальцах. Локи принц и твой брат, следовательно, ему никто особого вреда не причинит, а я, как уже практически прямым текстом заявила, ему нужна. Из этого получается, что и допрашивать с особым пристрастием и членовредительством должны меня, как пособника террориста, — Вэйн приблизилась к треснувшему стеклу. — Да, Тор, мне скучно, потому что поймать поймали, а что делать дальше не знаете, — громовержец стиснул зубы и медленно сжал огромные кулаки, готовый что-то сказать, но доктор его перебила. — Замучают до смерти, если не расскажу, что задумал Локи? Если даже отбросить всю мою насыщенную биографию, то вот буквально из последнего: мне по живому душу препарировали. А сейчас мне больно, понимаешь? Больно постоянно, как бы Локи не старался помочь, — голос надломился, и в нем зазвучали нотки слезливого отчаяния. Повисло гробовое молчание. — Вижу, продолжать этот разговор дальше не имеет никакого смысла, — во взгляд асгардца вернулся сдержанный скептицизм. — Я просил дать мне возможность поговорить с той, о ком заботится мой брат до того, как… Скоро они начнут. Обуздай свою упертость хотя бы ради себя. — Проследи, чтобы в этот раз они все-таки добрались до меня. Пунктуальность не их конек, — отозвалась Вэйн, сползая на пол по стенке. Еще немного подождать и можно начинать. А кормить, похоже, не собираются… Вэйн вздохнула, стеклянными от недосыпа глазами утыкаясь в черный глаз камеры под потолком. Они же не маги, не телепаты, чем им ее пугать? Вернется в эту вселенную, да и Локи, если что вспомнит, и не придется начинать с нуля. Вспомнит же? — Ты переигрываешь, — усмехнулась возникшая из зелено-золотых всполохов копия девушки. Вэйн недовольно поджала губы, рассматривая себя. Да уж, вид и правда соответствует без пяти минут мертвецу. — В самый раз. Я бы даже еще добавила — им полезно. Давно подслушиваешь? — Застал только последние пару минут, — копия размяла шею. — Какое же у тебя маленькое и неудобное тело. Даже в иллюзии чувствую. Йолдрем коротко засмеялась. — Давно бы послал осязаемого двойника. — Я не могу создать его через препятствие, — пожала плечами копия, копируя манеру Вэйн и сразу же нахмурилась, отходя от образа. — Болит? — Голова от этих горе-дознавателей, — в коридоре послышались шаги. — Хоть кофе выторговала. Пытали? — Не осмелились, — улыбка стала уж совсем похожа на таковую у мага. — А вот тебя будут. — Еще скажи, что они умеют это делать правильно. Пока в мысли не лезут, мне бояться нечего, — фыркнула Вэйн. — Шучу, шучу. Я еще не сошла с ума, чтобы с удовольствием отдать себя на милость палачам. — Как тебе Тор? Наш «великий и могучий» наследник престола? — копия поднялась с пола, чтобы посмотреть, что происходит вне камеры. — В целом, он не так уж и плох. Хотя весь интеллектуальный и стратегический потенциал достался тебе, — мягко улыбнулась Вэйн, приближаясь к магу. — Сделаю вид, что не заметил лести, — холодно сказала копия, не вполне удовлетворенная ответом. — Серьезно, как ты живешь в этом теле? — Другого не выдали, — вместо обычного персонала, что до этого сновал перед камерой, за стеклом показался вооруженный конвой. — И что-то я не припомню, чтобы ты раньше был им так недоволен. — Руки за спину, лицом к стене! — скомандовал первый подошедший к двери солдат. Йолдрем и Локи переглянулись, отчего у доктора возникло ощущение, что перед ней поставили зеркало. Трикстер кивнул в сторону заявившихся смертных, глазами спрашивая: «Справишься?». Еще бы она не справилась. Всего-то четыре вооруженных человека, а на ней такой замечательный костюм с Убура. Пора бы испытать его в деле. — Ребят, — Вэйн приправила улыбку безумием, точно зная, что перебарщивает с игрой, — это, конечно, все очень интересно, но у меня другие планы.

***

Рожденное из отвратительных последних дней такое же отвратительное настроение пело на острие ножа. Жестокость и резкость, обычно легко сдерживаемые, выливались на солдат. Локи под внушением, у самой организм сшит магией, чтобы не разваливался, а нервы давно на свалке после такой насыщенной инкарнации. Действительно, с чего бы ей злиться на всех вокруг? Целесообразнее было взять эмоции под контроль и просто делать то, что необходимо. Что-то нужно достать, что-то собрать, спаять, быстро убить желающих помешать… По сути все также, как и всегда. Элементарно же. «Жаль, Кая рядом нет. Он давно говорил, что скучает по прежним временам, — вскользь подумала Вэйн. — Ох, повеселился бы здесь». Пару минут выиграл Локи, оставшись в камере маскировать убитых. Церемониться и наносить обездвиживающие раны Йолдрем не собиралась. Время пошло на секунды. Ей бы что-нибудь тихое, желательно дротики с ядом, лук или хотя бы ножи метательные, чтобы к себе лишнее внимание не привлекать, а не огнестрельное, от которого уши закладывает. Она выглянула из временного убежища в полутемном техническом помещении, прислушиваясь к шипению труб. Показалось. Не тюрьма, а парящий склад. Все, что нужно, нашлось довольно быстро, но это и неудивительно. Ей предстояло смастерить довольно примитивную конструкцию, опираясь на скудные расчеты. Губы шевелились, беззвучно поливая грязью все и всех на этом корабле, пока руки из найденных запчастей паяли смертельный для человека электрошокер с запредельной мощностью. И Локи будет больно. Будет о-очень больно после такого. Как бы Вэйн не уговаривала свою совесть, она все равно чувствовала себя ужасно от того, что лично претворит в жизнь, пусть и не до конца, один из сценариев тюремщиков. — Они нашли тебя, — неожиданно сказал появившийся из темноты Локи. На этот раз в своем теле и без тени улыбки. — Уходи отсюда. Живо. — Секунда, — бросила Вэйн. Она отложила в сторону многострадальный паяльник, чтобы проверить хорошо ли сидят клеммы. — Налево или направо? — Никакой разницы. Что это… Прогремел первый взрыв. Вэйн самодовольно улыбнулась, запихивая то, что получилось, в подобранную поблизости поясную сумку рабочих. Второй, уже ближе, заставил закрыть уши. — Одна растяжка хорошо, а две еще лучше, — Вэйн сняла предохранитель с пистолета, а в другую руку взяла уже полюбившийся нож. — Теперь точно налево. Йолдрем повернулась к тому месту, где только что стояла иллюзия Локи, но его там не оказалось. Что ж, сама справится. Она выбралась из убежища и стремглав побежала по коридору. Прямо, направо, не споткнуться об то, что осталось от незадачливых солдат, вверх и дальше бегом до самого двигателя. Они ее не видят, не замечают и пока не поняли, в чем фокус. Зато послали солдат разобраться. Вэйн криво усмехнулась, рассматривая приближающийся отряд. Из них не выживет никто. Уж это она могла гарантировать. Все, как и было обещано Вдове: искать придется по следу из трупов.

***

— Бартон, давно не виделись, — задыхаясь, Вэйн улыбнулась при виде спустившегося по канату агента и была вынуждена использовать его плечо уже не просто чтобы привлечь внимание, но и как подпорку. — Какая досада, я как раз на тот двигатель нацелилась. — Обстановка? — мужчина придержал откашливающуюся от бега девушку. — Фьюри на меня всех собак спустил. Полюбуйся, — Йолдрем отряхнула жилет, с которого градом посыпались спрессованные пули. — Синяки считать устану, — она прокашлялась. — Основной спецотряд еще в строю, но человек тридцать обычных я зачистила. В ту сторону, — Вэйн указала на коридор позади себя, — без противогаза нельзя. — Не дайте запустить двигатель, — распорядился Бартон, отправляя группу в указанный доктором коридор. — Есть, сэр, — три человека с оружием наготове отправились исполнять приказ. — Идите к клетке, я выключу камеры, — отправил Бартон оставшихся в боковой проем. — Нет. Я и одна в состоянии ее открыть. Идите с Бартоном, — Вэйн последний раз глубоко вдохнула и выдохнула, выравнивая дыхание. — У них сейчас полный бардак, но лишние руки не помешают. И Фьюри лично пламенный привет передавайте. — Не отставайте, — скомандовал Бартон и поспешил делать свою работу. Вэйн же снова побежала. Обещанный хаос навела, жаль до двигателей не успела добраться. Все-таки нужно было раньше из камеры выбираться. Она закусила щеку изнутри, чтобы не обращать внимания на свое состояние. Нет, раньше бы не потянула. Повезло еще, что не успели газом отравить. Локи ее уже ждал. — Одного в толк взять не могу, — он улыбнулся, глядя на вполне живую союзницу. Одежда слегка испачкалась в бурой субстанции, но открытых ранений он не заметил. Пистолет уже был убран в неизвестно у кого отобранную набедренную кобуру, а нож девушка на ходу вытирала об предплечье, — где ты кружку взять успела? Вэйн скромно улыбнулась, отпивая из чудом спасенного стаканчика столь желанный напиток. Его вкус не мог испортить даже ярко выраженный запах железа с окровавленных пальцев. За последний век всю боевую сноровку растеряла, а все туда же в пекло. Знала же, что внимательных слишком много. — Это единственное, что тебя смущает? — она жестом указала на следы боя, усеявшие одежду. На панели управления искомая кнопка была любезно подписана, и Вэйн не пришлось долго гадать. Прозрачная клетка послушно открылась, выпуская трикстера на свободу. — Нет! — крикнул довольно знакомый голос. Тор, не обращая внимания ни на что вокруг, кинулся на шагнувшего прочь из тюрьмы трикстера, чем последний и воспользовался. Увы, громовержец пролетел сквозь временно бесплотного мага и оказался ровно там, где давно пора было его запереть. Вэйн не без удовольствия захлопнула мышеловку, оставляя Одинсона в надежной камере. — Ты вечно будешь на это покупаться? — разочаровано спросил Локи у оказавшегося в заточении брата. Тор со злости ударил легендарным Мьёльниром по стеклу, и механизм предостерегающе качнулся. И строили эту махину, по-видимому, для Халка, а не для асгардцев. Интересно узнать, кто сильнее. — Люди считают нас бессмертными, — Локи подошел к панели управления, которую Вэйн любезно освободила, уже догадываясь, что задумал Бог. — Стоит проверить, — Лафейсон занес руку над кнопкой, перепутать назначение которой было попросту невозможно. Вэйн повернулась к Тору, рассеяно отпивая еще глоток остывшего кофе. Интуиция подсказывала, что асгардец обязательно выживет, да и Локи, судя по всему, это предполагал. Периферийное зрение выхватило движение сбоку, и Вэйн схватилась за пистолет, забыв даже проглотить напиток. — В сторону от пульта. Агент Коулсон, как значилось в отчетах, которыми поделился Бартон, был далеко не последним человеком в Щ.И.Т.е, что автоматически делало его удобной мишенью. Мужчина держал в руках оружие, которое Вэйн не могла опознать, но выглядело оно достаточно опасно, чтобы заставить Локи отойти от панели. Все четверо замерли, ожидая развязки. — Нравится? — Коулсон двинулся вперед, продолжая целиться в Лафейсона. Вэйн предостерегающе сняла предохранитель, но агент не обратил на это ни малейшего внимания. — Мы начали работать над этим оружием после того, как вы прислали сюда Разрушителя. Даже не знаю, что оно делает. Хотите, я выясню? «Обойдешься», — подумала Вэйн, спуская курок. Хватит с нее этого цирка. Хочешь стрелять, так стреляй, а не тешь свое эго. Зачем эти долгие рассуждения и разговоры с тем, кто готов поставить твой народ на колени? Пуля попала точно в лоб. Больше никаких ошибок, как с Фьюри. — Не-ет! — закричал Тор в клетке, в бессилии дергаясь в сторону упавшего замертво агента. — Ну чего ты орешь? — поморщилась Вэйн, залпом допивая остатки кофе. — Он пришел с оружием, значит, был готов умереть. В чем проблема? Наконец заметивший ее Тор, смерил Йолдрем испепеляющим взглядом. — Хороший выстрел, — с улыбкой похвалил появившийся за спиной Локи со скипетром в руке. Вэйн не заметила, в какой момент он подменил себя на двойника. Лафейсон снова подошел к панели и нажал кнопку, открывающую люк под клеткой. «Брат, я падал в Бездну. Туда, где ты без магии не продержался бы. Падал по твоей милости, надо сказать, — Локи зло улыбнулся, прекрасно понимая, что и Тор думает примерно о том же. — Это детская игрушка по сравнению с тем, где я был». И Локи спустил тормоза у клетки. Вэйн проводила падение громовержца задумчивым взглядом, удерживая себя от каких-либо комментариев. С мыслями, что спички детям — не игрушка, она забрала вундерваффе с трупа почившего агента. Обычный пистолет уже порядком надоел. Сосущее чувство в животе подсказывало, что парящая база идет на стремительное снижение. Дожидаться было некого — команда, что была собрана Бартоном, убита, а сам агент освободился от контроля Локи. Остались только пилоты джета, готовые взлетать в любую секунду. Гениальная идея по применению раздобытого оружия пришла Вэйн в голову уже после того, как они с магом ступили на борт. В конце концов ей тоже стало интересно, до чего же додумались инженеры после первого посещения Тором Земли. Она прицелилась в один из целых двигателей, сняла предохранитель, дав оружию нагреться, и выстрелила. — Они меня разочаровывают все больше и больше, — вздохнула Вэйн. У оружия оказался слишком малый радиус действия, и сгусток взрывной энергии почти рассеялся, не нанеся существенного урона. Она выбросила мусор за борт, уже опасаясь, как бы он не взорвался у нее в руках, закрыла люк и села рядом с асгардцем. — Когда-нибудь настанет то счастливое время, — Вэйн кое-как вытащила застрявшую в воротнике немного правее позвоночника пулю. Защиты в этом месте не хватило, чтобы полностью обезопасить от ущерба, и только подсохшая ранка снова открылась от неаккуратного движения, — когда я буду, как честный человек, мирно сидеть в лаборатории, и мне не придется изображать из себя солдата удачи. И так плохо, еще и обойму всадили. — Кто тебя, скажи на милость, — Локи прикладывал максимум усилий, чтобы остаться спокойным с того момента, как освободился, — просил лезть в открытое сражение? Тем паче, в ближний бой, — маг глазами указал на спрятанный в ножны нож. — Жить надоело? Вэйн откинулась на спинку и закрыла глаза, лишь бы только не видеть старательно сдерживаемую злость на лице Лафейсона. Сумка с электрошокером при ней, скоро все наладится. — Не для того на свете мы живем, чтоб смерть застала нас в блаженной лени… — Неужто не хотите обрести познания и высшие стремления? — закончил цитату Локи. — Мидгардская поэзия здесь совершенно неуместна. — Читал «Божественную комедию»? — удивилась Вэйн. — Это вольный пересказ одного из томов написанного в Асгарде бестиария, — Локи критически осмотрел девушку. — Скажи, неужели хотелось так глупо пустить под откос все мои труды? Ни капли уважения. Йолдрем сцепила зубы до скрежета, но придержала грубость при себе. Труды под откос, уважение… А где было его уважение, когда усыплял? Да, она все еще злилась, даже если понимала, что это бессмысленно. Где были его труды, когда нужно было всего лишь уничтожить геликарриер? Она с Бартоном и командой все равно, что юубе дробина. Так, немного вывели из равновесия. Вэйн взяла себя в руки и ответила ровным голосом: — Ты от меня так просто не отделаешься, — переступая через эмоции, она улыбнулась, чувствуя на себе взгляд асгардца. — На Аэрсе отдохну. Ты мне его в качестве премии обещал, не забыл? Ледяная ладонь легла на раскаленный лоб, и Вэйн дернулась от неожиданности, но глаза так и не открыла. — Спишу твое безрассудство на отравление. На этот раз, — голос Локи немного потеплел. Он потянул девушку на себя. — Сделай одолжение нам обоим: поспи. Лететь несколько часов… — Знаю, знаю. Лечить меня очень утомительно. Не нужно повторять это каждый раз. И признаю, соглашаться на добровольное заточение было не лучшей моей идеей. — С этого момента никаких сражений, — свободной рукой Лафейсон отодвинул край воротника и обнаружил набирающую цвет гематому, как от удара чем-то тупым по касательной. — Я же не воин, — Вэйн прикрыла след, перекрывший собой две аккуратные точки от клыков ёрма, — я просто ученый, у которого было много плохих дней, — она сняла вновь порозовевшую ладонь Локи со лба. Длинные пальцы, выпуклые вены и профессиональные мозоли боевого мага. Знал бы их обладатель, что держит ее сердце, клетку которого Вэйн по глупости отперла. Пока невесомо, просто обозначая свое ежесекундное присутствие, но твари по ту сторону непременно стиснут и с жестоким оскалом на присвоенном лице вырвут, разорвут и растопчут. — Так что за устройство ты сделала? — после непродолжительного молчания спросил Локи. — Хотела закоротить двигатели, да Бартон оказался быстрее, — как можно безразличнее ответила Вэйн. Лгать Богу Обмана… Как он выразился? «Безрассудство из-за отравления»? Впрочем, она ведь и правда хотела выключить двигатель, так что технически это и не ложь вовсе. — Может, еще пригодится.