Клан Хизуру

      Секунда и левую руку Нико задевает острое лезвие. Рана неглубокая, но этого было достаточно, чтобы мужчина выронил инъекцию и схватился за раненную конечность, кривясь от сильнейшей боли.       — Удар сбился? — Микаса готова поклясться, что он сейчас рассмеется. Безумно рассмеется. Она не видела своего спасителя, но уже готова была сделать для него всё что угодно.       — Мой удар был идеален и точен, свинья. — холодный голос, отдающий сталью, Микаса узнает из всех. — Батрахотоксин… (1) Спасибо, что так любезно оставил его в тумбочке. Двойное дно — слишком банально и просто, чтобы хранить такую опасную вещь.       В глазах Нико отразился немой ужас. Он посмотрел на рану, из которой сочилась кровь, и осознал, что яд уже внутри него. А противоядие изготовить при таких обстоятельствах невозможно.       — Откуда?.. — яд был очень болезненным и каждое слово давалось с трудом.       — Откуда я знаю? Издержки бывшей «профессии». Я не идиот, чтобы идти с таким ядовитым гадом без преимущества. Но это ещё что…       — Но ты должен был быть уже мёртв! Чай!       — Я по-твоему такой идиот, что не замечу какой-то гадости в собственном чае?       Нико и рта открыть не успел, как почувствовал острую боль в области спины. Леви всегда был быстрым и сейчас, когда жизнь его самого дорогого человека в опасности, он «выжимает себя» до предела.        — Ботулотоксин (2). Я бы предпочёл вонзить клинок с этой прелестью прямо в сердце, но хочу увидеть твои мучения, тварь.       В следующее мгновение клинок уже полетел в Леви, но он быстро увернулся. Эти лезвия Нико хранил ещё для Киёми. Яд его собственной рецептуры. Мгновенный паралич с мельчайшей дозы.       — Пришёл спасать своих отродий? Попробуй! — очередной клинок и снова мимо. Осталось три.       Мужчина старался держаться на расстоянии и следил за здоровой рукой своего соперника. Ядовитых клинков у Леви не было, теперь только нож, но вступать в ближний бой сейчас — самоубийство. Нужно было всё же сказать Ханджи, чтобы они направлялись сюда. Ещё один клинок и он практически задевает Аккермана, но ему снова повезло.       — Знаешь, ещё час назад я думал, как завтра начнут сбываться все мои мечты, а теперь… теперь мне просто нечего терять. — он снова улыбался безумной улыбкой. — Но раз сегодня эта история с рассветом закончиться для меня, то я захвачу с собой и твою дорогую подчинённую вместе с вашим отродьём. Это хуже смерти.       Леви не понимал о чём он уже второй раз твердит, но суть сказанных слов до этого уловил прекрасно. Нико резко развернулся и хотел вонзить лезвие в беспомощную Микасу. Ривай не успеет. Каким бы быстрым он не был. Даже если нож…       Его дикий крик заглушил звук выстрела. Нико упал, а оружие вывалилось из его рук. Леви глазам своим не верил. Ещё бы секунда…       — Когда ты уже научишься доверять своим друзьям, Леви? — женщина крутила на пальце револьвер и улыбалась изумлённому мужчине.       — Ханджи… — только и смог вымолвить Леви и тут же кинулся развязывать Микасу.       Стоило ей ощутить такую желаемую свободу, как она тут же накинулась на него и разрыдалась. Микаса до сих пор не верила в то, что жива.       — Леви… — Микаса продолжала сжимать его рубашку так, будто он сейчас раствориться, и она снова вернётся в кошмар.       — Всё хорошо… теперь всё хорошо… — он сильнее прижал её к себе, давая самому себе обет, что в жизни больше её не отпустит. — Мы вернёмся и я куплю тот самый дом… Будем жить вдвоём. Только ты и я. Даже вспоминать не будем о случившемся…       Пока он её успокаивал, Леви услышал, что пришли остальные и Ханджи дала им приказ подготавливать динамит.       — Взорвём здесь всё к чёртовой матери! — сказала она подчинённым и оставила их в одиночестве.       — Теперь не только ты и я… — прошептала ему девушка сквозь слёзы.       — Если ты про Эрена, то могу выделить ему место только в будке. На большее и не надейся.       — Н-не-ет — Микаса даже улыбнулась. — Вот. — она отпустила Леви, взяла его за руку и положила на живот. — Вот он. — она смотрела на сменяющееся лицо от непонимания до осознания и снова улыбалась.

***

      Всё это завязалось с торжественным приёмом и заканчивалось точно также.       Микаса стояла в комнате Леви и пыталась застегнуть платье. Она бы с радостью предпочла надеть такую незаменимую форму, но она бы предательски выдала её интересное положение, поэтому свободное длинное кремовое, которое собиралось в области шеи, подошло идеально. Правда это дурацкая молния…       — Я вижу свою жену в платье! — Леви подошёл и помог Микасе с «адским изобретением человечества». — Не иначе снег пойдёт.       — А мой муж в хорошем расположении духа, хотя ненавидит огромное скопление людей, — парировала Микаса, поправляя платье.       — У меня действительно скоро появится на них аллергия, да и я бы с радостью провёл этот вечер в замке. — он тут же прижал её к себе и закрепил руки в замок на животе. — Но этот праздник в честь их отбытия. Мы обязаны там присутствовать. — Платье помнёшь… — ответила Микаса поправляя кольцо.