Вместе в вечности

      Их окружение погрузилось в темноту, и всё, что девушка чувствовала, — это рука Лань Аня, крепко держащая её запястье. Его рука была холодной словно лёд, но, тем не менее, дарила спокойствие и уверенность того, что всё будет в порядке. Обступившая их тьма слабо вздрогнула и медленно потрескалась, разбиваясь на множество мелких осколков и уступая место яркому, режущему глаза свету. Бао Шань зажмурилась и прижалась к державшему её за руку юноше. Она ясно чувствовала колебавшееся и разрушающееся вокруг них пространство. Рядом с собой она услышала его спокойный и мягкий голос. — Помимо сил Божества Смерти, у меня есть особая способность, доступная только мне. Я могу на ограниченный срок прыгнуть во времени. Когда его голос затих, слепящий свет вокруг них погас, и девушка наконец смогла открыть глаза. Они оказались на крыше небольшого старого поместья. Солнце уже село за горизонтом, и был поздний вечер. Ветер был холодным и продувал лёгкие белые одежды юной девы. Перед ней простирался не особо ухоженный внутренний дворик, засыпанный опавшими листьями с пожелтевших деревьев. Была поздняя осень. Бао Шань медленно огляделась, боясь даже дышать, и судорожно сжала всё ещё находившееся у неё в ладонях руку юноши. Она знала это поместье. Знала этот дворик. Знала деревья и небольшой прудик. Так же, как прекрасно знала человека, сидевшего возле этого прудика. — Ба…буш…ка… Юная госпожа резко сорвалась с места и чуть не рухнула с крыши. Её в самый последний момент удержал Лань Ань, которого она так и не отпустила. Он притянул девушку к себе и аккуратно поднял на руки. — Тише, не спеши. Мгновение — и вот они уже бесшумно спрыгнули с крыши, мягко приземлившись на пожелтевшую траву. Глава клана Лань опустил свою ношу на землю и отошел, давая девушке полную свободу действий. Бао Шань вначале замерла, а потом медленно, стараясь не шуметь, направилась к прудику. Но как она не старалась идти тихо, шелест травы выдавал её присутствие, и пожилая женщина вздрогнула и повернула к ней голову. — Кто вы? И как сюда попали? Её голос звучал строго и настороженно, как будто она опасалась непрошенных гостей. Девушка замерла, не в силах шелохнуться, и опустила голову. Ей было очень страшно. А что, если бабушка исчезнет, словно наваждение, стоит её коснуться? Бао Шань отчётливо слышала, как сильно стучит её сердце, и изо всех сил сжала собственное платье, не желая выдать свой страх. — Лин Шань… это ты? А-Шань! Все мысли разом покинули голову, и юная госпожа кинулась навстречу давно оставившему её по-настоящему любимому человеку. Она двумя руками ухватилась за талию бабушки и зарыдала, пряча лицо в складках её одежд. Бао Шань не знала, сколько времени она провела вот так, плача и обнимая пожилую женщину, заменившую ей всю семью. Сквозь пелену слёз она чувствовала, как бабушка обняла её в ответ и прижалась лицом к плечу. Только, когда девушка немного успокоилась и подняла заплаканное лицо, бабушка заговорила: — А-Шань, что с тобой? Что-то плохое случилось? И почему ты выглядишь такой взрослой? — Ба…бушка… я… ты умерла… оставила меня… — Умерла? — Да, ты умерла, когда мне было семь! Оставила меня, хотя обещала… обещала всегда быть рядом… я… мне было так плохо! — Не плачь, моя маленькая. — Мне уже двадцать! Я больше не ребёнок… не маленькая. — Двадцать? Ты маленькая! Как же ты оказалась здесь? Пожилая женщина подняла глаза и замолчала. Она, не отрываясь, глядела на юношу, стоявшего позади её внучки. Лань Ань сложил руки на груди и терпеливо наблюдал за воссоединившимися бабушкой и внучкой. Его волосы из-за применения магии времени посветлели, приняв свой настоящий цвет, и сейчас отражали лунный свет, сверкая множеством серебряных бликов. — Вы… божество? Глава клана Лань нахмурился, на его вечно спокойном лице появилось удивление. — Ты… кто ты? — Серебрянные волосы и метка полумесяца на лбу. Отличительные черты одного из двух первородных богов, хранителей жизни и смерти. Вы божество смерти? — Надо же, я действительно удивлён. — Я из клана Бао. Вы, наверное, не помните его, но наш прародитель был одним из монахов, оберегающих ваш покой. Именно он оставил своим потомкам знания о великой войне против бога смерти. — Ясно, не думал, что кто-то из монахов выжил в той битве. — Значит, это правда и я не ошиблась, вы перенесли мою внучку в прошлое? — Да. — Спасибо. Бао Шань непонимающе вертела головой из стороны в сторону. — Бабушка, о чём вы говорите? Вы знакомы? Пожилая женщина мягко улыбнулась и обняла девушку так сильно, насколько могла. — А-Шань, скажи ты счастлива сейчас, у тебя всё хорошо? — Да! Всё хорошо! — Я рада… я так за тебя рада. Неожиданно громкий стук копыт заставил их вздрогнуть. К удалённому поместью стремительно приближались несколько человек верхом на лошадях. — Бабушка, у тебя гости? Почему в такой час? Женщина настороженно огляделась и встретилась взглядом с Лань Анем. Она горько улыбнулась и последний раз обняла свою внучку крепко-крепко, словно пыталась вжать её в себя. — Всё хорошо, вам нужно уходить. Она мягко поцеловала девушку в лоб и отстранилась. Бао Шань попыталась схватить бабушку за руку, но её обняли за талию ледяные руки, и она поняла что поднимается в воздух. — Лань Ань, стой! Бабушка? Юноша мягко приземлился на крышу и слегка ослабил объятья. Небольшой серебристый барьер появился из ниоткуда и окружил их, делая невидимыми и неслышимыми для внешнего мира. — Прости. День выбирался случайно и надо же, так не повезло. Тринадцать лет назад, поздняя осень. День, когда твоей бабушки не стало в живых. — Что?! — Прости… я… мне жаль. Когда до Бао Шань дошёл смысл сказанных им слов, она задрожала и рванула к бабушке, силясь вырваться из объятий. — Нет, нельзя. Ни в коем случае нельзя вмешиваться в события прошлого. Прости меня. — Почему? Нет! Нельзя… нельзя этого допустить! Нужно вмешаться и остановить их, скорее п…пожалуйста! Давай заберём её с собой! Ты же Бог! Инсценируй её смерть, и уйдём вместе домой! Прошу тебя! Но юноша лишь покачал головой, а на его лице появилась грустная улыбка. — Мне очень жаль, это невозможно. Я не всесилен, и всё, что могу, это ненадолго прыгнуть в прошлое, но… забрать человека или какую-либо вещь из прошлого в будущее мне не по силам. Как бы сильно ты не хотела, то, что принадлежит прошлому, останется в прошлом. Встреча с твоей бабушкой — это всё, что я мог тебе дать. — Тогда… тогда! Давай заберём её и спрячем здесь, в прошлом, пожалуйста! — Вмешиваться в события прошлого нельзя, это разрушит настоящее, и наш мир разобьется на осколки. Давай вернёмся, не нужно тебе смотреть. — Нет! Бао Шань сорвалась на крик, но спустя секунду обмякла и упала бы, если не Лань Ань, всё ещё державший её за талию, и прошептала: — Нет. Я не уйду. Останусь до конца. Буду рядом до самого конца. — Хорошо. Адепты Ордена Мэй Си Лин тем временем по-хозяйски вошли в поместье и сразу направились во внутренний двор, где ждала своих непрошенных гостей пожилая госпожа Бао. Она медленно подняла голову, глядя на то место, на котором мгновение назад исчезла её внучка в объятьях Бога Смерти. — Добрый вечер, мы не помешали Вам, госпожа? — Зачем пришли в такой поздний час? Один из адептов весело засмеялся, явно наслаждаясь происходящим. — Ха-ха-ха! Госпожа, мы по приказу Главы. Вы, наверное, не знаете, но бывшие прихвостни Ордена Бао осмелились выползти из своих нор и готовят мятеж. А знаете, кто вдохновил мятежников? Вы! — Я не имею к мятежу никакого отношения. Я не покидала это поместье и, тем более, не общалась ни с кем за пределами Ордена. — Мы знаем, но само Ваше существование вдохновило их. Знаете, чем это может закончиться, а госпожа? — Чем? — Ваша горячо любимая внучка может пострадать. — Ты! Да как ты смеешь?! — Не стоит так буйно реагировать. Посудите сами. Мятежники жаждут возродить Ваш погибший орден, и Вы знамя для них. Но Вы уже очень стары и не проживёте долго. Они видят своей следующей предводительницей потомка главной семьи клана Бао — Вашу внучку. А это значит, что само существование мелкой девчонки — угроза для Ордена Мэй Си Лин. Пожилая женщина сжала руки в кулаки и тихо спросила. — И что хочет сделать глава Ордена? — Ну, милая Лин Шань всё ещё его дочь, хоть и не от любимой женщины. Естественно, глава не хочет её убивать. Другое дело Вы. Если Вы умрёте, то мятежники замолчат, в конце концов, малявка ещё слишком юна, чтобы вести их за собой. — Вы хотите убить меня? — О нет, что вы! Вы же госпожа! Мы не осмелимся поднять на вас руку. Адепт широко улыбнулся и поставил на стол чашу с прозрачной жидкостью. — Вы же больны, к тому же, в преклонном возрасте. Если вдруг умрёте от болезни, никто не усомнится. — Это яд? Адепт молча улыбнулся. — Вы не тронете А-Шань? — Да как Вы могли такое подумать? Она наша молодая госпожа! — Хорошо. Женщина быстро приблизилась к столу и схватила чашу с ядом. Уже поднеся её ко рту она замерла и тихо прошептала «прости меня». Бао Шань закричала и изо всех сил вцепилась в руки Лань Аня, царапая их до крови. Она плакала и задыхалась, пряча лицо в широких одеждах. — Нет! Отец! Как он мог так поступить?! Мразь! Какая же мразь! Она чувствовала, как юноша протянул руку и мягко погладил её по волосам. Чувствовала, как вокруг них поднялся снежный ветер, но не могла найти в себе силы остановить его. Только плакала изо всех сил, цепляясь за юношу. Очнулась девушка, лёжа у него на коленях, в хорошо знакомых ей комнатах Главы клана. Судя по всему, она проплакала несколько часов и не отпускала от себя Лань Аня, продолжая держать его руку. — Прости. Мне стоило самому выбрать день. Это моя ошибка. — Спасибо. —? Девушка отпустила ледяную руку и села на пол напротив Лань Аня. — Теперь я наконец поняла, что за то, чтобы я жила, многие заплатили высокую цену: моя мама, бабушка и дедушка, клан Бао… Чтобы их жертвы не были напрасны, я сделаю всё, чтобы быть счастливой. Я возьму за руку того, кого сама избрала и вместе с ним, поклонившись духам предков, стану самой лучшей в этом мире женой. —… Как хочешь.