Вместе в вечности

      Юноша в дорогих золотых одеждах с изображением пиона на груди бежал по одной из многочисленных тропинок Облачных Глубин. Цзинь Лин не смотрел по сторонам, он просто бежал, сам не зная куда. Две недели назад, сразу после их возращения с совета, проводимого в башне Кои, Цзян Чэн пришёл в комнату к Цзинь Лину и рассказал о своём прошлом. Он говорил очень тихо, почти неслышно. Иногда замолкал, не в силах продолжать рассказ. В тот день Цзинь Лин многое узнал. Он узнал о прошлом Старейшины И Лин. Не о том, в котором Вэй Ин рисовался, как крайне жестокий безжалостный убийца, собственноручно погубивший родную шицзе и убивший всю свою семью. Совсем о другом. Он узнал о весёлом, жизнерадостном мальчишке, о его детстве, проведённом в Пристани Лотоса, об учёбе в Гу Су и о войне, разрушившей всё. Цзян Чэн рассказал ему о юноше, который больше всего на свете ценил своих друзей и семью, юноше, готовом отдать ради них всё что угодно, даже жизнь. О том, как медленно теряя всех, кого любил, Вэй Ин погружался во тьму. Цзян Чэн рассказал и о Золотом Ядре, и о смерти Цзинь Цзы Сюаня. И наконец он рассказал о смерти своей сестры. Шицзе, которая закрыла Вэй У Сяня собой и со своей смертью забравшая последнее, что помогало Старейшине И Лин не сойти с ума. Узнав правду, Цзинь Лин окончательно запутался. Он не знал, что ему делать. Ненавидеть? Ненавидеть того, кто отнял у него обоих родителей. Но какой в этом теперь смысл? Вэй Ин и без того достаточно страдал. Судьба наказала его гораздо сильнее, чем он заслуживал. Слишком много горя для одного человека. Но что тогда? Простить? Разве Цзинь Лин может простить так просто? Забыть о том, что этот человек отнял у него родителей. Нет. Юноша просто не мог ни простить, ни ненавидеть. Сегодня глава Ордена Цзян прибыл в Гу Су Лань с визитом и взял с собой своего племянника. При первой же возможности Цзинь Лин отделился от дяди и бросился куда глаза глядят. Юноша просто хотел убежать от своих мыслей. Найти в Облачных Глубинах тайное, скрытое от людей место и спрятаться там. Убежав достаточно далеко от жилых построек, юноша замедлил шаг и осмотрелся. Внимание Цзинь Лина привлекла нежная мелодия гуциня, и, немного помедлив, он пошёл на неё. На небольшой полянке в окружении гигантской стаи кроликов, которая в скором времени может захватить все Облачные Глубины, расположился Лань Сы Чжуй и с присущим всем адептам Гу Су изяществом перебирал тонкие струны музыкального инструмента. Заметив постороннего, Лань Юань поднял голову и приветственно улыбнулся. — Молодой господин Цзинь, я не ожидал увидеть Вас здесь. Вы заблудились? Может, проводить Вас к гостевым покоям? «Юная госпожа» тут же огрызнулась: — Не нуждаюсь в сопровождении! Если захочу — сам вернусь! Лань Сы Чжуй кивнул и вернулся к игре на гуцине, более не обращая внимание на незваного гостя. Видя такое отношение, Цзинь Лин надулся как сыч и уселся рядом. — Надо же, и не будешь настаивать? А если я правда потерялся? — Я не вижу в этом смысла. Ты ведь уже отказался от моей помощи. Молодой господин Цзинь помолчал несколько секунд и вдруг спросил: — Скажи, у тебя когда-нибудь было, что ты не мог ни простить, ни ненавидеть человека? — Хм? — Забудь. Лань Юань прекратил играть и повернулся к своему собеседнику. — Ты запутался в собственных чувствах? — Нет… да… я не знаю! Просто есть один человек, которого я никогда не смогу простить. Но, тем не менее, ненавидеть его я тоже не могу. — У меня такого никогда не было, поэтому я не знаю. Может, тебе попробовать просто поговорить и объясниться с этим человеком? Думаю, тогда тебе полегчает. Цзинь Лин скрестил руки на груди и отвернулся, словно ему было всё равно, но когда он говорил, его голос дрогнул. — Наверное, я больше… никогда с ним не встречусь. Лань Сы Чжуй перевел взгляд на гуцинь и нежно коснулся пальцами струн. — У меня тоже есть человек, которого я очень хочу увидеть, но, скорее всего, не встречу вновь. —? — Я… очень многое ему должен. Но я просто стёр это из своей памяти, предпочёл не помнить и ни о чём не волноваться. И теперь, когда воспоминания полностью вернулись, я не могу больше сбегать, но и встреча с ним уже невозможна. Слишком поздно. А мне так много нужно было ему сказать! Цзинь Лин глубоко задумался, а потом вдруг спросил: — Ты говоришь о Старейшине И Лин? Лань Юань удивлённо расширил глаза. — Да. Когда я был ребёнком, он спас меня и оставшихся членов моей семьи от верной смерти. Цзинь Лин закусил губу и зажмурил глаза. — Вот значит как… Внезапно он подскочил с места и закричал. — Хорошо! Я не буду его ненавидеть! Я просто всё начну с чистого листа! Лань Сы Чжуй с удивлением посмотрел на юношу, а потом вдруг засмеялся. — Как хочешь! — Эй! Не смейся надо мной! — Я не смеюсь!

***

Цзян Чэн в ужасном настроении расположился в кабинете главы Ордена Гу Су Лань и крутил в руках чашку с уже остывшим чаем. Лань Си Чэнь находился напротив Цзян Вань Иня, полностью погруженный в собственные печальные мысли. Неделю назад, когда выяснилось, что Призрачного Генерала не уничтожили, а всё это время держали в темницах Башни Кои, разразился страшный скандал. Три Великих Ордена объединили свои силы и внимательно расследовали все действия Цзинь Гуан Яо и Ордена Лань Лин Цзинь в целом. Во время расследования они получили неожиданную помощь от Не Хуай Сана, нынешнего главы Ордена Цин Хэ Не. То, что в итоге удалось выяснить, потрясло всех. И хотя главы Орденов старались не распространять информацию, среди заклинателей всё равно поползло множество слухов, которые увеличивались с каждым днём, как снежный ком. После смерти Мэн Яо открылось множество его интриг, в том числе и его содействие в смерти Не Мин Цзюэ. Узнав про козни мужа, Цинь Су покинула Орден Лань Лин Цзинь и, разорвав с ним все связи, ушла в уединение. Теперь единственным возможным наследником был Цзинь Лин. Цзян Чэн был категорически против того, чтобы его племянник становился целью многочисленных козней и интриг, поэтому находил множество оправданий для того, чтобы отсрочить назначение нового главы Ордена. К тому же, словно мало было проблем, пропал младший брат Цзэ У Цзюня. Второй Нефрит отправился следом за Вэй Ином и исчез. Группа адептов, которую Лань Си Чэнь отправил на поиски брата, не нашла никаких следов. Хань Гуан Цзюнь и Старейшина И Лин как будто растворились в воздухе. Первым тишину в комнате нарушил глава Ордена Юнь Мэн Цзян. — Цзэ У Цзюнь, что Вы теперь собираетесь делать? Грязные козни бывшего верховного заклинателя открылись. И хотя мне всё ещё сложно поверить в происходящее, все факты и свидетели на лицо. Не пройдёт много времени, прежде чем весь мир заклинателей об этом узнает. Лань Хуань опустил взгляд. — Я… не знаю. Неужели я правда не замечал того, что делал Мэн Яо… или просто не хотел замечать… — Сейчас уже нет смысла об этом жалеть! Нужно что-то делать! Лань Си Чэнь опустил голову и промолчал, поэтому Цзян Вань Инь продолжил: — Они хотят сделать Цзинь Лина следующим главой Ордена. Он слишком юн и ещё не может принять такую ответственность! К тому же, даже с моей помощью в окружении этих шакалов… — Всё время откладывать на потом тоже нельзя. Цзян Чэн скривил лицо и выместил клокочущую в нём ярость на ни в чём неповинную чашку, отчего та треснула. — Я прекрасно это понимаю! Лань Хуань тяжело вздохнул и ответил. — В любом случае, Орден Гу Су Лань и Юнь Мэн Цзян будет всеми силами помогать Цзинь Лину, и мы поможем решить любые возникшие проблемы. — За это я Вам крайне благодарен. Цзян Чэн немного помолчал, а потом вдруг спросил. — От Вашего брата есть какие-то новости? Услышав вопрос, Лань Си Чэнь вздрогнул. Ему понадобилось несколько секунд, прежде чем он смог ответить. — Нет. Я даже не представляю, где он может быть. Местоположение молодого господина Вэя тоже не известно. Вань Инь глубоко вздохнул. — Тогда Вэй Ин сказал, что он и Основатель Ордена Гу Су Лань собираются уйти в уединение. Если они на самом деле это сделали, то их уже не найти. Но тогда не понятно, куда исчез Хань Гуан Цзюнь. Цзэ У Цзюнь нахмурился, запустил руку в волосы. — Именно этого я боюсь больше всего. Глава Цзян, вы ведь уже поняли, какие чувства мой брат испытывает к молодому господину Вэю? Цзян Чэн молча кивнул. Лань Хуань продолжил тихим, почти не слышным голосом: — Прежде чем молодой господин Вэй вернулся, Ван Цзи отправился в орден Мо Лин Су, чтобы закончить там свой жизненный путь и воссоединиться с тем, кого любил… — голос мужчины задрожал, — я боюсь… что теперь, когда Боги Жизни и Смерти уйдут в уединение, Ван Цзи… Цзян Чэн нахмурился, вокруг его руки заискрились фиолетовые молнии. — Вэй Ин, насколько же ты твердолобый?! Неужели так сложно встретиться и просто спокойно поговорить, объясниться в чувствах?! Ты просто полный придурок! Внезапно в паре шагов от заклинателей прозвучал крайне знакомый и насмешливый голос. — Так вот, какого ты обо мне мнения, Цзян Чэн? От звуков этого голоса оба заклинателя застыли как вкопанные. У раскрытого окна стояла фигура, облачённая в тёмные, как ночь, одежды. Длинные волосы были собраны в свободный хвост, а на запястье белела завязанная бантиком лобная лента Ордена Гу Су Лань. На лице юноши играла весёлая и такая знакомая улыбка. Цзян Вань Инь указал пальцем на своего шисюна, совершенно не веря собственным глазам. — Ты…ты… Ты! Вэй У Сянь довольно улыбнулся. — Что такое? Неужели не узнаёшь меня? А ведь мы выросли вместе! Глава Ордена Цзян резко поднялся с места и быстрым шагом направился к Вэй Ину. Видя идущего на него разъярённого заклинателя, Старейшина И Лин нерешительно отступил. У Цзян Чэна был такой вид, словно он хотел проглотить своего шисюна живьём. Юноша уже собирался дать дёру, когда его заключили в крепкие объятья, чуть не повалив при этом на пол. — Цзян Чэн? Мужчина ничего не ответил, продолжая крепко сжимать в его объятиях. Вэй Ин чувствовал, как он дрожит. — Цзян Чэн. — Замолчи! Вань Инь заскрипел зубами и, нехотя разжав объятия, врезал Старейшине И Лина кулаком в челюсть. — Да ты хоть знаешь, как я тебя ненавижу?! Тебя и твоё глупое самопожертвование! Неужели было так сложно просто поговорить и всё рассказать?! Ты просто придурок! Идиот! Бестолочь! Вэй Ин с изяществом, достойным самого Лань Ци Жэня, отпрыгнул в строну и, запутавшись в собственных ногах, рухнул, при этом задев стоящий на столе фарфоровый сервиз, от чего тот свалился на пол и разбился вдребезги. Немного придя в себя, юноша вскочил и юркнул за спину мужчины, появившегося в комнате. — Лань Чжаааань! Меня обижааают! На помощь! Лань Си Чэнь расширил глаза от удивления и, запинаясь, спросил: — Ван... Цзи? Хань Гуан Цзюнь заслонил Вэй Ина собой и, повернувшись к старшему Нефриту, почтительно поклонился. — Это… ты…? — Это я. Глава Ордена Лань внимательно осмотрел младшего Нефрита, словно не веря, что это на самом деле он. Лань Чжань выглядел так же, как и раньше. Опрятные белые одежды, длинные, аккуратно уложенные волосы, правда, лобной ленты не было. Но что-то ещё не давало Цзэ У Цзюню покоя. Что-то было не так. Как будто аура Лань Ван Цзи изменилась. Стала более холодной и даже пугающей. Раньше Лань Хуань уже видел нечто подобное, при встрече с Основателем Ордена Гу Су Лань, Лань Анем. И сейчас он ощутил ту же холодную силу от младшего брата, хоть и гораздо слабее, чем раньше, но это точно была она. — Ван Цзи… ты? Лань Чжань молча опустил голову. Вэй У Сянь обхватил мужчину за шею руками и довольный, словно кот, укравший сметану, улыбнулся. — Теперь твой брат — моя пара. Он — наследник Бога Смерти, и навсегда останется со мной. Поймав шокированный взгляд Лань Хуаня, юноша улыбнулся ещё шире. — Я его к этому не принуждал. Он сам решил быть рядом. Этого уже не изменить. Наследование завершено. Лань Си Чэнь глубоко вздохнул, подошёл к брату и обнял его так крепко, как только мог. — Это не важно! Всё в порядке. Главное, что ты счастлив и добился того, чего так хотел. Лань Ван Цзи, уже успевший приготовиться к худшему, мягко улыбнулся и обнял старшего Нефрита в ответ. — Спасибо. Цзян Чэн медленно подошёл к оставшемуся без защиты крепкой спины Вэй Ину. — А где твой брат? На мгновение в глазах Вэй У Сяня промелькнула боль, но она почти сразу исчезла, и юноша улыбнулся. — Он ушёл. — Ушёл? Когда до Вань Иня дошёл смысл сказанного, он вздрогнул. — То есть… — Всё в порядке. Со мной уже всё хорошо. Вэй Ин немного задумался и обратился к Главе Цзян, не переставая при этом улыбаться. — А Вам не нужна помощь? Знаешь, я же Божество! Если я решу защищать и помогать Цзинь Лину из тени, то никто не сможет ему навредить. Цзян Чэн сначала открыл рот от удивления, а потом вдруг нахмурился. — Ты подслушивал? — Ха-ха, что ты! Просто я провидец! — Смотрю, бессмертие тебя совсем ничему не научило. Ты всё так же умеешь раздражать людей и находить проблемы на ровном месте. Видя, как заклинатель приближается к нему с явным намерением применить насилие, Вэй У Сянь выставил вперёд руки для защиты и заголосил. — Аааа! Цзян Чэн! Меня бить нельзя! Ты даже не представляешь, сколько мне лет! Где твоё уважение к старшим?! К тому же я — Основатель клана Цзян! Напасть на меня — это значит оскорбить всех своих предков! Глава Ордена Юнь Мэн Цзян недовольно фыркнул и зашипел сквозь зубы: — О, не волнуйся, я переживу! Видя неотступно приближающуюся расплату за грехи, Бог Жизни подскочил к Лань Ван Цзи и резко взмахнул в воздухе рукой. В тот же миг светлая сила окутала его с головы до ног, а когда рассеялась, на месте юноши оказался ребёнок лет шести. — Лань Чжань, спасиии! Цзян Чэн! Злой, как собака! На помощь! Второй Нефрит подхватил бегущего к нему мальчика и поднял его на руки. Вэй Ин сразу обхватил его за шею и показал Вань Иню язык. — Мы будем оберегать Цзинь Лина и вас тоже. Ну, а пока нам пора! С этими словами они оба исчезли, оставив в комнате только Лань Си Чэня и злого, как тысяча чертей, Цзян Чэна. — Только появись ещё передо мной, трус! Я из тебя всю дурь выбью! Лань Си Чэнь мягко улыбнулся и положил руку на плечо разгневанного мужчины. — Всё хорошо, ты ведь тоже рад, что с молодым господином Вэем всё хорошо. Хотя, почему я всё ещё зову его молодым господином? Ведь он гораздо старше меня. Наверное, сила привычки. Цзян Чэн скрестил руки на груди и отвернулся. — Я о нём ничуть не волновался!

***

Вэй Ин весело улыбался, повиснув на шее Лань Ван Цзи. — Кажется, у вас с братом теперь всё хорошо. И я помирился с Цзян Чэном. Хоть он и выглядел рассерженным, на самом деле он совсем не злился. Я, правда, рад. Лань Чжань крепче прижал к себе хрупкое тело шестилетнего ребёнка. — Прости меня. — За что? — Твой брат… Вэй У Сянь нежно улыбнулся и прижался щекой к груди Лань Ван Цзи. — Не волнуйся об этом. На самом деле я знал, что брат скоро уйдёт. Силы Бога Смерти начали выходить из-под контроля уже давно. И тогда же он начал искать для себя замену. Он хотел, чтобы выбранный им человек мог стать для меня семьёй и справиться с ответственностью Божества Смерти. Думаю, он выбрал тебя ещё тогда, когда вы встретились с ним в первый раз. Зачем же ещё брат мог бы прийти в такой маленький орден, как Мо Лин Су? Он ждал тебя. Проверял, чтобы убедиться, что ты любишь меня, что готов ради меня на всё. Хань Гуан Цзюнь молчал, и Вэй Ин приблизился к нему и взял его лицо в свои руки. — Знаешь, когда мы с братом пришли в этот мир, у нас были знания Богов, некогда создавших всё сущее, но не было их воспоминаний. Наша жизнь началась в далёкой ледяной пещере, высоко в горах. Мы не помнили, зачем два Божества спустились с небес и приняли обличия живых, и знали только, что они хотели помочь людям. Поэтому я и брат всеми силами вам помогали и обучали тому, что знали сами. Улыбка ребёнка стала очень нежной. — Я верю, что мой брат не исчез, просто его время, как Бога Смерти, в этом мире вышло, и он вернулся на Небеса туда, откуда мы с ним когда-то пришли. Старший брат больше всего на свете желал мне счастья, он был готов пожертвовать всем, включая жизнь, ради меня. И если сейчас я буду сожалеть о его смерти и замкнусь в себе, он будет расстроен. Поэтому я буду счастлив. Счастлив рядом с тем, кого полюбил. Ради себя и ради брата. Я хочу всегда быть с тобой, хочу тебя любить, тебя и никого другого. Скажи, что любишь меня. Скажи мне это ещё раз! — Я люблю тебя, больше всего на свете, люблю! — Тогда давай никогда больше не расстанемся, давай будем вместе вечно, Лань Чжань. — Мгм. Лань Ван Цзи наклонил голову к Вэй Ину, даря ему нежный поцелуй. И Вэй У Сянь ответил, продолжая обнимать мужчину настолько крепко, на сколько хватало сил. — Хи-хи, а ведь я сейчас в облике маленького ребёнка, и не стыдно тебе, Хань Гуан Цзюнь, совращать дитя? — Мгм. Бог Жизни весело засмеялся и, наклонившись к уху своего партнёра, почти неслышно прошептал. — Своё истинное имя Божество может открыть лишь тому, кому безгранично доверяет и любит всем сердцем. Вместе с именем я дарую тебе свою силу и душу. Моё истинное имя «....».

***

Солнце медленно уходило за горизонт, а сумерки неторопливо вступали в свои владения. В его последних лучах нежно блестели длинные волосы, подобные чистейшему серебру. Чья-то фигура, окружённая нежным серебристым ореолом, парила среди облаков. Она была эфемерна, почти прозрачна. Однако само её присутствие дарило теплоту и покой. На нефритовом, невероятно красивом лице появилась мягкая улыбка, и фигура неслышно растворилась во мгле наступающей ночи. «Удачи тебе, мой дорогой брат».