Сладкий папочка

Чимин смотрит перед собой не мигая и сжимает подрагивающими пальцами одну из лямок рюкзака на коленях, пытается успокоиться. Трудное положение его семьи вынудило подростка идти на работу, но, к сожалению, не все готовы брать зелёного новичка без диплома и опыта. Это было его четвёртое собеседование за последний месяц и сейчас он просто не мог уйти ни с чем ещё раз. Возле него сидят ухоженные мужчины и женщины, успевшие занять удобные кресла напротив дверей директора и спокойно беседующие по телефону или между собой. В их руках находилась только папка с корочкой, которая светит прекрасным будущим, Чимин же втайне завидует. Секретарша то и дело выходила, чтобы позвать очередного кандидата на выгодное место, и с каждым опечаленным человеком, выходящим из кабинета, он боялся всё больше. Теперь казалось, что идея его была ещё более абсурдна. Когда парень вновь вздыхает и проверяет время на небольшом экранчике телефона, то замечает, что в помещение без приглашения вошёл какой-то мужчина. Пак мог назвать его довольно состоятельным хотя бы по тому, как сверкнули его золотые часы на запястье. Не то чтобы он разбирался в подобном, но аксессуар выглядел воистину дорогим, да и навряд ли простой человек способен без приглашения заявиться к боссу. Вскоре девушка в юбке-карандаш и гулькой из брюнетистых волос вышла с листком в руке, а острый грифель карандаша заскользил по нему, вскоре останавливаясь почти в самом конце длинного списка. Не удивительно, ведь людей осталось не так уж и много. — Пак Чимин, — прочитала она и ушла, оставив дверь открытой, зная, что вышесказанный пойдёт за ней, а если нет, то она просто вызовет следующего. Чимин мигом спохватился и подобрался весь, поправил торчащие прядки чистых волос и зашёл, прикрывая грузную дверь за своей спиной. Ему предстал вид на типичную обстановку для начальника офиса — сдержанный стиль и ничего лишнего. Например, фотографий или кружки от кофе. За столом, возле панорамного окна, он никого не увидел, но повернувшись, заметил что двое мужчин сидели на одном из двух диванов справа и о чём-то разговаривали. Парню было не по себе прерывать их, ведь он, по сути, никто и не должен встревать в разговор, но всё же привлёк к себе внимание, скромно кашлянув в кулак, как в именитых фильмах. — Да, я сейчас, присядьте пока, — не повернувшись, босс указал на одинокое кресло напротив и продолжил рассказывать что-то брюнету рядом. Однако его собеседник, напротив, с первой минуты пребывания Пака в этом кабинете не сводил с него своего изучающего взгляда и совершенно перестал слушать друга. Чимин этого заметил не сразу, увлечённый высоким ворсом синего ковра, но когда заметил, то мигом покраснел, не привыкший к такому пристальному взгляду. Он принял за ответ на свой румянец лишь ухмылку на красивых губах и отвернулся, решив больше не смотреть на незнакомца. — Вы на собеседование? — наконец обратился начальник, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. — Да, — кратко ответил парень и напрягся, стараясь казаться уверенным и смотреть прямо в глаза, но в итоге иногда переключался на дорогой галстук или пиджак на боссе, что были всё того же злосчастного синего цвета. — Образование? — подсказал мужчина затихшему мальчишке, подивишись тому испуганному виду, представшему перед ним. — Я… я ещё учусь, но прекрасно разбираюсь в той области, которая вам нужна, — сразу заверил Чимин и увидел, что мужчина усмехнулся, а взгляд его сменился на более суровый. — Где учишься? — Пак перевёл взгляд на второго, что так и не ушёл, всё ещё раздевая глазами бедного паренька. — В школе, — безапелляционно признался он и уставился на свои потные ладошки, сжимающие сумку. — В школе? Наверняка ты очень умён, раз так уверен, что сможешь работать здесь, — и только Чимин почувствовал надежду, зародившуюся в его сердце, как мужчина высказал следующее, — но, в любом случае, это не простая подработка со свободным графиком. Я уверен, малыш, ты действительно подаёшь большие надежды, но мне нужны дипломированные специалисты. Он почувствовал, как неприятно сдавило в горле, поспешно поднялся и поклонился, чтобы выбежать из кабинета и не показаться плаксой на глазах у других. Чимин понуро шёл, обращая внимание на таблички на стенах, вскоре добредя до туалета. Умывшись, парень вытерся длинным рукавом поношенного свитера и взглянул на своё отражение. На что он надеялся? Если его не берут даже на ночную смену в самый задрипанный магазин, то о чём можно ещё говорить? Видимо, он действительно отчаялся, раз позволил себе так опозориться перед взрослыми людьми. А ещё этот мужчина, чего он хотел? Его глаза покраснели, он вновь брызнул в лицо холодной воды, надеясь унять подступившие слёзы. Пак вздрогнул, когда ощутил невесомое прикосновение к своей спине, и поднял голову, завидев в отражении помимо себя ещё того мужчину, что сидел минутами ранее в кабинете начальника. Он был достаточно высок, в дополнении с тем, как уже говорилось, заманчиво красив и богат. Несмотря на некоторые морщинки, едва заметные на лбу и в уголках глаз, он казался не старше тридцати пяти. — Ты так расстроился, что тебя не взяли? — ласково поинтересовался мужчина. Чимин только покачал головой и отстранился от руки, потянувшейся к его волосам. Он подошёл к рюкзаку, каковой оставил на подоконнике возле кабинок, и закинул его за спину. Ему захотелось поскорее сбежать от неуютной близости со странным мужчиной, но у того были другие планы. Неведомыми силами тот оказался рядом с ним почти вплотную, хотя парень и не слышал стука каблуков. Разве можно быть настолько бесшумным в абсолютной тишине? Пак было дёрнулся к выходу, побоявшись оставаться рядом с незнакомцем, но не успел. Его схватили за плечо ощутимо, но недостаточно сильно чтобы оставить следы, и притянули к себе другой рукой, ласково лёгшей на поясницу. Чимин услышал аромат классических мужских духов, настолько приятный, что невольно захотелось прильнуть к широкой груди и задышать чаще успокаивающим запахом, но сдержался, подняв испуганный взгляд на спокойное лицо незнакомца. — Тише, я ведь просто проявил вежливость, а ты так испугался. — прошептал он на ухо и невзначай коснулся губами мочки, а низ чиминового живота невольно кольнуло в приятной судороге. — Отпустите, — так же тихо зашептал парень и вновь дёрнулся, однако сильные руки, словно силки, сжались лишь сильнее. — Думаю, ты заметил, что приглянулся мне, а потому у меня есть предложение. — на миг отстранившись, чтобы достать визитку из внутреннего кармана, бизнесмен опускает руку ниже и кладёт карточку в задний карман брюк школьника, после проведя по нему ладонью. — Я редко делаю какие-либо предложения, поэтому у тебя есть шанс стать тем самым исключением, но только один раз. — О ч-чём вы? — голос младшего дрогнул. Он вновь поднял глаза на незнакомца, чьи руки больше не сдавливали его, но всё ещё предупреждающе касались и готовы были отреагировать в любую секунду. — Просто знай, что я смогу обеспечить тебя всем, чем угодно, за небольшую услугу, которую ты мне окажешь. — Услугу? — Чимин ахнул, когда его опять притянули к горячему телу, а приятный запах вновь проявился, отходить от которого не хотелось. Однако Пак, всё ещё припоминая ситуацию, упёрся ладонями в грудь и был готов в любой момент оттолкнуть, но всё ещё не делал этого, продолжая покорно стоять, вслушиваясь в бредовую речь на первый взгляд. — Ага, — рука поползла с поясницы дальше и легла на одну из ягодиц, погладив зад через штаны. Чим отстранился от этого прикосновения, не сразу поняв, что тем самым прижался лишь ближе к чужой груди, за что получил удовлетворённый смешок. Чимин почувствовал, как сам он стремительно краснеет. — Подумай над этим в течение недели, — незнакомец вновь настойчиво коснулся парня, его рука легонько сдавила пах, но сразу ушла прочь, как бы раззадоривая покрасневшего школьника. Младший было выдохнул, стоило мужчине наконец отстраниться и с намерением уйти, но после от его резкого выпада юноша зажмурился, вжавшись в стену и с глухим стуком ударившись затылком, настолько неожиданно прислонился к нему старший. — Ах да, забыл сказать. Рад знакомству, детка. — и ушёл, оставив растерянного Чимина так стоять с колотящимся сердцем, дрожащими руками и вздёрнутым свитером на спине. По приходу домой мальчика встретил тихий гул телевизора и голубой свет от его экрана. Он скинул обувь, тихо заходя в гостиную, где спала его мама, прижав диванную подушку к груди. Макияж был размазан в районе глаз, волосы крепко сжаты резинкой, а на ней самой единственный деловой костюм и колготки со стрелкой, замазанные лаком бесчисленное количество раз. Рядом на полу лежит её сумка, две кружки с кофе и туфли за быльцем, которые парень поднимает и аккуратно ставит на полку в обувном шкафу. Нарыв одеяло в гурьбе накрахмаленного белья, он укрывает родительницу, относит на кухню грязную посуду, выключает телевизор и снимает злосчастную резинку. Ему больно видеть маму такой, которая отчаянно хочет обеспечить ему безоблачное будущее и самой выбраться из пучины долгов, где их оставил умерший отец. Именно поэтому он тайно искал подработки, любые другие лазейки, чтобы заработать для семьи, но к сожалению, единственным источником денег, доступным для подростка его лет была панель, не опускаться до которой у него хватило мозгов. Однако с каждым таким вечером, когда Чимин видит маму такой, так хочется сорваться и пойти в клуб, где о нем точно «позаботятся» извращённые богачи или жалкие нищие, ищущие отрады в молодых телах и отдающие последние сбережения на ночь с незнакомцем. Богачи… он вспомнил про случай в туалете и потянувшись к карману брюк, достал оттуда чёрную твёрдую визитку с золотым шрифтом и белыми примечаниями маленьким шрифтом в углу. «Генеральный директор «Hyundai Motors» Чон Чонгук», Чимин раньше слышал о такой компании, даже знал, что она занимает одно из лидирующих мест в их стране, а потому удивился, почему такой озабоченный человек может быть директором столь крупного предприятия. Он решил на сегодня больше не забивать голову ненужной чепухой, направляясь спать и спрятав визитку обратно в карман, собираясь поговорить об этом с Тэхёном уже завтра. В школе по утрам обычно тихо, ведь главные «звёзды» ещё толком не проснулись, поэтому Чимин и Тэ выбрались на улицу посидеть на лавочке во дворе школы с целью поговорить по душам. До уроков ещё уйма времени, а поблизости никого, поэтому выбрав старую лавочку у куста, они уселись как можно ближе друг другу и Чимин принялся рассказывать. Тэхён был его лучшим другом — при слове «секрет» его милые глаза загорались любопытством, и тогда уже Пак был просто обязан разложить всё по полочкам парню. Тэ, можно сказать, кладовая его тайн, ни одна из которых ещё не была предана огласке. — То есть он предложил тебе спать с ним за деньги? — после краткого рассказа выдаёт Ким свой итог. — Я не знаю, Тэ, но в любом случае всё выглядело именно так. Он буквально раздевал меня в кабинете, так ещё и в туалете… В общем, я в растерянности. Он дал мне свою визитку, сообщив что ждёт ответа в течение недели. — Визитку? Давай сюда, — он протянул ладошку и стал ждать, пока друг не вытащит из кармана помятую карточку и не передаст её Киму, у которого чуть ли глаза на лоб не полезли. — Ох-хо-хо, друг мой, да ты счастливчик! — С чего бы? — скептически зыркнул паренёк на вмиг повеселевшего друга. — Вроде не я с родителями по заграницам катаюсь каждый месяц. — Да я не об этом и тем более я не раз предлагал поехать со мной, а ты всё отпирался. — подметил тот. — Неудобно мне ехать с твоей семьей за ваши деньги. — вмиг потерял запал школьник. Последнее, чего хотел парень, так это чтобы Тэхён узнал, что дело в деньгах, однако Чим никогда не умел держать язык за зубами. — Так я о чём, — забывшись на мгновение, смущённый одноклассник почесал затылок и продолжил, решив перевести тему, ещё раз глянув на карточку. — А этот Чонгук красивый? — Он взрослый, Тэ-Тэ, в два раза старше нас с тобой. — Чимин недоумевал, почему его друг был так озабочен внешностью мужчины, и не понимал простой проблемы, красными буквами горевшей над всей этой ситуацией. — Возраст — не помеха, если твой любовник — привлекательный бизнесмен с запасом в тысячах американских на чёрный день. — Да почему ты всё сводишь к деньгам? Мне противно слушать это! — парень было вскочил, но ойкнул, когда его потянули за руку обратно и больно схватили за щёки. — Хватить вести себя как ребёнок, Пак Чимин, ещё скажи, что секс — это больно и ты лучше спрячешься под кроватку с мишкой, да? — наигранно улюлюкнул хмыкнувший Ким. — Я не хочу начинать то, о чём потом пожалею, и да, это больно! — Откуда ты знаешь, если не пробовал? — Пак обиженно фыркнул и отвернулся, скрестив руки на груди и упрямо не смотря на друга. — Не твоё дело. — буркнул он себе под нос. — Слушай, Чим, если серьезно, то я не особо горю желанием сводить тебя с кем-то, и если ты не хочешь, то просто выкинь эту визитку и пошли в класс, но так же я не хочу, чтобы ты упускал свой шанс. Знаешь, если бы мне выпала возможность быть под покровительством взрослого красивого мужчины, то я бы ещё тысячу раз подумал прежде, чем отказываться, а зная, что ты сохнешь по нашему физруку и едва не писаешься на его уроках, то уж лучше Чонгук, чем будущий алкаш. — за время их короткого монолога Чимин успел повернуться и прижаться к Тэхёну, чувствуя в нём бесконечную любовь вдобавок с поддержкой. Школьник был в растерянности и не знал, что стоит предпринять. Чон Чонгук — его билет в золотую и беззаботную жизнь. Он сможет поступить в университет и поднимет семью с колен, а ради их светлого будущего единственная жертва — его юное тело и ничего более. На вид выгодная сделка, но принять это решение спонтанно он не мог, так и сказав об этом Тэ. Тот, поцеловав его в макушку, сказал что всё будет хорошо и пообещал зайти на днях с ночевкой, чтобы они всё хорошенько обсудили. Пак не мог не согласиться с ним. Друзья собрались дома у Чимина через два дня, когда мама ещё была на работе и никто их не тревожил. Они поначалу делали уроки и кушали, после полистали программы в скудном ассортименте на стареньком телевизоре и пошли в комнату младшего, чтобы наконец разобраться в ситуации. — Чим, пойми, что это не вынужденная жертва и если не хочешь, то просто забудь. Ты можешь найти какую-нибудь работу позже, вы с мамой постепенно окрепнете. Не нужно вынуждать себя, — они сидели на кровати, Пак выглядел абсолютно потерянным, вертя визитку в пальцах и подобрав ноги под себя. — Но это шанс нам выйти из всего того ужаса и зажить по-настоящему, не так ли? Пускай я боюсь того, что он может сделать со мной, но всё же это лучше, мне кажется, — он неуверенно поднял глаза на друга и тот мягко улыбнулся ему и обнял, укачивая нервного мальчика в своих тёплых объятиях. — Тогда звони ему, пока ты ещё уверен. Возможно, это не так плохо, и ты просто накручиваешь себя. — Чимин согласился, потянувшись к телефону. Подрагивающими пальцами он стал набирать номер на карточке и поднес к уху старый мобильник. На том конце не заставили ждать, а уже через пару длинных гудков им ответила молодая девушка, вежливо поздоровавшись. — Здравствуйте, я… я по поводу встречи с Чон Чонгуком, — он глянул на Тэ, тот одобрительно покачал головой. «Можно спросить, кто его спрашивает?» — Пак Чимин и можно быстрее, я… спешу, — после послышался стук каблуков и через минуту раздался ещё один голос, низкий, знакомый. «Ах, детка, я думал, ты и не вспомнишь обо мне.» — нежно полилось из телефона. Чимин включил громкую связь по просьбе Тэхёна. — Я, да, в общем, можно поговорить с вами об этом… договоре, я не хочу соглашаться на то, чего не знаю. «Какой смышлёный малыш, ну что же, я согласен, мне тоже нужно кое-что сказать тебе. Будешь готов через полчаса?» — Что, полчаса?! — опешил Чимин и повернулся к другу не зная что сказать, но тот лишь показал непонятные жесты руками. Парень сглотнул, возвращаясь к разговору. — Можно через час? «Если моей куколке нужно припудрить носик, то я, конечно, подожду. Через час около твоего дома и не опаздывай, я не люблю ждать» И отключился. Пак бросил телефон на кровать, став нервно мерить шагами комнату. Он собрался заняться с ним сексом, да? Но он не желал расставаться с девственностью так скоро, однако в итоге сокрушённо вздохнул и упал на кровать. От него здесь совершенно ничего не зависит. Мысли о том, как бизнесмен найдёт его адрес, у него не возникло. — Успокойся ты, если Чонгук намерен на продолжительные отношения, то он не станет отпугивать тебя в первую же встречу, — подбадривал его Тэ и увидел полные надежды в его словах глазки, в которых плавало море беспокойства. — Ну-ну, не бойся, всё будет хорошо. Если хочешь, то возьми с собой нож, а то мало ли что. — Чимин хихикнул на такое предложение и встал, медленно приходя в себя. — Мне нужно принять душ, пока он не приехал, ты же найдёшь для меня подходящую одежду? — Конечно, — Ким спровадил друга в душ, а сам по уши зарылся в его вещи. Спустя какое-то время Чимин был уже полностью готов к выходу и всё крутился перед зеркалом, меряя взглядом большой оранжевый свитшот Тэ-Тэ с белыми надписями вдоль рукавов, подаренный на День Рождения, слишком узкие светло-голубые джинсы и кроссовки, придающие его росту сантиметров пять. — Ну вот, настоящий модник! — радовался Ким своей работе, бегая вокруг друга, что-то подтягивая и поправляя. «Я уже подъехал и надеюсь, что ты успел собраться» — гласило смс на экранчике телефона. Чимин почувствовал, как сердце его ушло в пятки. Ким, выглядывая из-за его плеча, так же прочёл присланное и встряхнул друга за плечи. — Так, ничего не бойся и кричи, если что. Я всегда на связи, ты знаешь. За маму можешь не переживать, я скажу, что ты у меня, — он улыбнулся и повёл младшего на выход, таща на буксире к лифту, а там и ко входу в подъезд. — Я так боюсь, — Пак покосился на небольшое окошко в двери, заметил, что тот самый Чонгук стоит, опершись на свою машину, и поглядывает на часы. — Это он. — шепнул парень и скрылся подальше от окошка. — Вау, такой красивый. Слушай, я не думаю, что ему тридцать пять… — Тэхён не закончил свои рассуждения, так как его за футболку утащили от разглядывания бизнесмена. — Тшш, он может нас увидеть. — Чимин приложил пальчик к губам, но Ким лишь умилился с этого. — Да ладно, он же вскоре станет твоим парнем, так давай я хоть с ним познакомлюсь. — не дождавшись реакции, Тэ нажимает на кнопочку с красным огоньком и выходит из подъезда, крепко держа тонкое запястье друга пальцами. Чонгук выглядит удивлённым, замечая какого-то парня рядом с уже знакомым юношей. — Здрасте, я Ким Тэхён и хочу сразу прояснить, что отдаю вам Чимина с условием, что вы его не обидите. Против вас я ничего не имею, но если я увижу хоть царапинку на его теле, то берегитесь. — Чонгук позабавился от речей мальчишки, наверняка не старше самого Чимина, и который был ниже и меньше мужчины, но продолжал нахохлившимся воробьем защищать своего птенчика. — Конечно, не волнуйся, Ким Тэхён, всё будет чудесно. — он улыбнулся подростку напоследок и обратил внимание на Пака, притихшего и спрятавшегося за широкой спиной друга. — Ну же, детка, подойди ко мне, негоже сначала приглашать, а потом прятаться. — Чимин опасливо вышел и подошёл поближе, дико смущённый выходкой Тэ и самим присутствием Чона рядом. — Я предупредил. — прищурившись, Ким скрывается за поворотом, ободряюще сжав ладошку друга напоследок. — Забавный он, — хмыкнул Чонгук и галантно открыл дверь школьнику, мигом прошмыгнувшему в салон. Они ехали молча и достаточно долго. Было не удивительно, что квартира Чона располагалась в самом центре столицы, в то время как сам Чимин жил в пригороде. Был тёплый вечер, но достаточно тёмный, чтобы вывески магазинов начинали загораться, а Пак был увлечён разглядыванием разноцветных огней. Он любит ночные прогулки и жизнь в мегаполисе казалась ему сказкой. Он любит высотные здания и цветные улочки, новизну и зелёные деревья вдоль дорог. Через десяток кварталов они оказались в одном из зажиточных районов, где магазины со стеклянными витринами и дорого одетыми консультантами, где нет продуктовых магазинов, а если бы и были, то Чимину не хватило бы даже на минералку. Они въехали в один из жилых комплексов, где пятёрка высоток расположилась вокруг скромного сада, куда вход был возможен только по пропускам. Чонгуку даже не пришлось доставать карточку, ведь его и так все знали. Одно из этих зданий принадлежит ему, как и множество других в центре. — Не бойся, — хмыкает Чон, когда открывает дверь со стороны пассажира и подаёт руку, на которую Чим смотрит с опаской, но всё же осторожно берётся за длинные пальцы, чтобы выйти из машины, а в итоге его не отпускают до самых дверей квартиры. Оказавшись внутри, парень поражённо охает. Казалось, что одна высота потолков была в три этажа в его доме. — Так красиво, — восхищённо делится Чимин и снимает обувь, чтобы пройти дальше и увидеть лестницу на второй этаж, обширную гостиную с телевизором, а так же кухню в современном стиле. Паку показалось, что он очутился в сказке. В сказке, в которой он будет заниматься сексом с малознакомым мужчиной. — Нравится? — спрашивает старший и снимает туфли, подходя поближе. — Теперь ты можешь быть здесь сколько угодно. — шепчет Чонгук и обнимает младшего со спины. Чимин, затаив дыхание, ахнул, когда руки мужчины оказались на его бедрах, крепко сжав их до ноющей боли. — Не бойся, я буду нежным, если моя детка будет послушной. — говоря это, Чон водил носом по открытой шее от затылка до впадинки ключицы и вдыхал мягкий аромат юноши. — Ты довольно ухожен для подростка. — Спасибо? — ему всё же удалось выиграть себе личное пространство. Чимин повернулся, теперь стоя лицом к лицу с мужчиной, голодным взглядом осматривающего его с ног до головы. — Ты хотел поговорить. — напоминает Чон, направляясь в гостиную и стягивая пиджак с галстуком на ходу. Чимин покорно пошёл за ним, не собираясь своевольничать в чужом доме, и присел на чёрный диван, наблюдая, как Чонгук небрежно кинул пиджак на рядом стоящее кресло, подошёл к широкому шкафу с алкоголем, доставая оттуда бутылку крепкого виски и один фужер. — Не думаю, что ты пил что-то крепче шампанского, так что пока не предлагаю. — младший кивает и видит, как мужчина присаживается рядом и пристально смотрит на него, чего-то выжидая. — Я не совсем понимаю, что от меня требуется в наших отношениях и как это будет выглядеть. Вы живёте далеко и мы не сможем видеться часто, а ещё у меня школа допоздна и… — Тихо-тихо, не нужно так много информации. — Чонгук остановил его и отпил немного, вглядываясь в испуганные глаза. — От тебя не требуется порядком ничего, в этом и заключается прелесть отношений Сахарных папочек и деток. Мы с тобой оба не в убытке, не навязываемся друг другу и получаем удовольствие. У нас с тобой будут определённые договорённости, которых мы должны придерживаться. К примеру, я не хочу, чтобы ты принимал знаки внимания от кого-либо ещё, кроме меня, и я в свою очередь отгорожусь от девиц и парней. В прочем, у меня огромный список и если ты хочешь услышать его полностью, то давай по пункту от каждого. — Хорошо, тогда я не хочу, чтобы вы на меня так плотоядно смотрели. — выдаёт младший. Чонгук громко смеётся, да так, что Чимин аж подскакивает от неожиданности. — О нет, детка, так не получится. По сути, наши отношения будут построены на сексе, поэтому ты не можешь исключить его неотъемлемую часть. — Чон кладёт ладонь на коленку парня и отпивает вновь, смачивая горло. — Что-то ещё? — Не хочу, чтобы кто-то видел нас во время Этого. — Хорошо, малыш, а ты забавный, у тебя такие милые условия, что мне почти совестно развращать тебя. Следующее моё условие в том, что я буду покупать тебе подарки и ты будешь обязанным их принять независимо от их красоты, блеска, формы и предназначения, особенно предназначения. — выделив это слово мужчина заметил, что Чимин на это согласно кивнул, даже не подозревая, на что соглашается. — К примеру? — В основном бижутерия, которая придётся мне по вкусу, кружевное белье, обычная одежда или техника — всё то, что я сочту нужным. — Чон улыбнулся и допил бокал до конца, больше не потянувшись к бутылке. — Зачем вам это всё? — неожиданно спросил Чимин, не совсем понимая старшего и его намерений. — Видишь ли, я привык быть благодарным и платить за всё, что считаю уместным. Мне нравится твое тело и за собственное удовлетворение: эстетическое и физическое — я буду вознаграждать тебя подарками. У меня много денег, крошка, и потратить лишнюю тысячу на тебя я считаю уместным. — А что, если у меня высокие потребности? — спрашивает Чимин, решая понаблюдать за реакцией такого безупречного мужчины. — О, я буду только счастлив. Чем больше у киски аппетит, тем она энергичнее. — мужская большая ладонь легла между ног беспокойно елозящего по дивану парня и нетерпеливо сжала, заставляя школьника выпустить воздух ртом и упереться руками за своей спиной, крепко сжимая бедра вместе с шаловливыми пальцами. — Мне так нравится, когда ты строишь из себя невинность. — старший нависает над ним и касается грудью груди юноши, опрокидывает того на диван, всё ещё не убирая руки, оставшейся меж ног Пака. — В мои условия входит ещё один пункт, — Чонгук хватает подростка за запястья и заносит над головой, точно зная, что малыш и не вздумает сопротивляться. — Меня привлекает твоя девственность и я хочу обучить тебя. — Обучить? — спрашивает Чимин, дрожа и удивлённо чувствуя, как приятные волны расползаются по его животу. Мужчина ласкает губами шею, нежно выцеловывая изгиб, и касается горячим языком ушка, кусая мочку с серёжкой-гвоздиком. — Сексу, о детка, как ты будешь стонать подо мной, не могу дождаться. Я покажу тебе, как можно доставить удовольствие вот этими пальцами, да, пососи, крошка. — он прислоняет свои пальцы к приоткрытым губам младшего и проникает двумя в тёплую полость, чувствуя, как кончик розового язычка юрко скользит по ним. Чим неумело покусывает подушечки и задевает зубками ноготь, но продолжает посасывать. — Но не сейчас, ещё рано. Я вижу, что ты уже окреп, когда-нибудь ласкал себя? — школьник отрицательно качнул головой и стыдливо покраснел. Он не смог сдержать стона, почувствовав, как пальцы толкнулись глубже, а сам он старательно подавлял рвотные позывы. — Нет? Моя детка, тебя ещё многому нужно обучить. Я бы прикоснулся к тебе, но думаю, что твой первый оргазм должен быть специфичным и неожиданным, как думаешь? — Чон на пробу сжал сосок юноши и тот положительно отреагировал, создав какой-то непонятный скулящий звук, и Чонгук вытащил пальцы, чтобы слышать его отчётливее. — Что ты чувствуешь? — Тянет немного Там, — Чимин говорит это крайне смущённо, его язык не поворачивался сказать это слово вслух. Чон был так близко и теперь Пак чувствовал себя относительно уютно в его объятиях, а ещё горячо, ему не хватало воздуха, а тот, что был, был насквозь пронизан стойким одеколоном, что понравился ему ещё в тот день, в туалете компании, и теперь Чим мог беспрепятственно вдыхать его, зная, что не будет выглядеть глупо. — Не хочется в туалет? — Пак подумал, что с ним разговаривают, как с ребёнком, и надулся насколько позволяло его состояние, гаркнув «нет». — Значит скажи мне, когда захочется. — мужчина никак не отреагировал и спустился пониже, задирая тонкую толстовку, под которой ничего не было, и беспрепятственно припал губами к одному из сосков, которого касался через одежду, плотно сжав уста и удовлетворённо слушая звонкие стоны, несдержанно льющиеся из привлекательных губ. Чимин был чувствителен и его тело было вытянуто в красивую бледную струнку. Большие ладони легли на худенькие бока подростка и попеременно сжимали, пока старший ласкал языком и губами плотные горошинки, оттягивал и прикусывал покрасневшую плоть. — Что такое? — почувствовав толчок в плечо, Чонгук отстранился и увидел лицо младшего с блестящими глазами с плёночкой слезливости и искусанными губами. Очарователен. — Я-я с-сейчас… — Так скоро? — рука легка поверх вставшего органа и сжала в крепкой хватке, что Чимин вскрикнул и схватился за его запястье, стараясь отнять руку. — Д-да, — он откинул голову на мягкую спину и напрягся, изо всех сил сдерживая себя. Эти ощущения были новы для него. — Ну тише-тише, всё хорошо, расслабься. — погладил напряжённый животик мужчина и с силой надавил на низ, что юноша мигом кончил с мяукающим и протяжным стоном, пока Чонгук наблюдал, как пятно спермы расползается по джинсам. — Вот и всё, малыш, поздравляю тебя с первым оргазмом. — он целует во взмокший лоб тяжело дышащего подростка и вдыхает аромат шампуня с его брюнетистых волос. — Я испортил штаны, — подмечает Чимин, отдышавшись, и видит мокрое пятно между ног, чувствуя, как его щеки и шея дико пылают. — Ничего, у меня есть сменная одежда. Думаю, ты будешь совершенно очарователен в больших вещах. — Чонгуку срочно захотелось увидеть это и он указал Чиму на дверь ванной, сказав, что сам занесёт ему одежду чуть позже. Младший помылся через пятнадцать минут и возмущённо фыркал в ванной, так как ночная рубашка была огромной и падала с плеч, поэтому пришлось закатать рукава и застегнуться на все пуговки. Белье тоже было большим, падали с бедер, но благо были шнурки на поясе, что узлом затянулись на его талии, походя на широкие шорты. Чонгук обнаружился в спальне, которую Чимин заприметил с самого начала и проскользнул туда, встав рядом с кроватью. Старший оторвался от своего ноутбука и осмотрел его, будучи полностью довольным видом. Постепенно поднимаясь выше, улыбка на тонких губах становилась шире. — Какой сообразительный, я думал, ты ляжешь на диване. — Вообще-то я и хотел… — Отказы не принимаются. Теперь я твой папочка и ты полностью в моей власти. — мужчина ухмыльнулся и похлопал на свободное место рядом на кровати, не убирая ноутбук с колен. Чимина в самом деле не прельщала идея спать в незнакомом доме одному в комнате, так как он боялся одиночества и темноты, поэтому сразу забрался под одеяло, зная, что рядом с Чонгуком и его запахом куда спокойнее. Мужчина, как только Пак перестал возиться где-то на краешке, притянул его за плечи к себе так, чтобы тот улегся на его грудь. Чимин, найдя данное ему место куда уютнее холодной подушки, сразу нашёл удобную позицию и глубоко вдохнул приятных аромат. — Время ещё детское, поэтому давай посмотрим фильм. — быстро написав в поисковой строке название, Чон включил один из детективов, которые помогали ему расслабиться и задремать. В конечном счёте это произвело тот же эффект и на Чимина и теперь те умиротворённо посапывали, обнявшись. На следующий день парня встретила лишь холодная кровать и не щадящие распахнутые шторы, из-за чего утренний свет слепил не привыкшие глаза. Чимин садится, укутавшись по шею в пуховом одеяле, и старательно пытается проснуться. Он никогда ещё не лежал на таких воздушных кроватях и сон так и стремился запутать его в своих сетях, но он всё же открывает глаза и по началу не понимает, где находится, но после всё начинает медленно проясняться в голове. Потягиваясь и широко зевая, парень оглядывает большую комнату и подмечает лишь незакрытую дверь шкафа и никакого присутствия Чонгука рядом. Часы на тумбочке показывают за десять часов утра, а рядом с показывающимися на них большими красными цифрами лежит конверт приторно розового цвета, которого он раньше не замечал. Для начала подумав, что это всё же не его дом и он здесь не хозяин, да и вообще брать чужие вещи неприлично, но потом Чим вспоминает их диалог вечером о его полных правах на хозяйствование в этом доме и машет рукой на все предостережения. Ловко подцепив конверт, юноша открывает его и замечает несколько миллионов вон, удивлённо моргнув и вчитываясь после в надпись в углу: «Доброе утро, детка, я уехал на работу, приеду только ближе к вечеру и отвезу тебя домой, а пока можешь занять себя чем-нибудь. Здесь небольшая плата, чтобы ты не подумал, что я шучу» Не зная всей ситуации можно было бы подумать, что это любовная записка своей паре, но Чимин сразу убирает эти бредовые мысли. Между ними ничего и быть не может. Поняв, что никто его тревожить не собирается ещё несколько часов, он вновь упал на постель и заснул, разнеженный чудесной мебелью. В следующий раз Чим просыпается примерно к часу и решает, что хватит с него сна, поднимаясь. Прямо напротив, в спальне, видна приоткрытая дверь ванной и он следует туда, находя свои постиранные вещи в сушилке, и забирает их с собой. Школьник долго рассматривает различные баночки в шкафчике и читает каждую из них, удивляясь целой витрине косметического магазина перед собой. Неужели Чонгук пользуется всем этим? Нет, он, конечно, выглядит ухоженным, но даже и представить нельзя, что у мужчины элементарно есть время на все эти чуда современной химии. Размышляя над этим, Чимин находит знакомое ему мыло и умывается, не рискуя использовать что-то ещё. Он переодевается в свою высохшую одежду и оставляет рубашку Чона висеть на крючке возле халата, кинув белье в барабан стиральной машины. Выходит он уже посвежевший и решает что-нибудь приготовить. Парню кажется, что за то количество шагов, которые он сделал от спальни до кухни, он мог обойти два или три раза свою квартиру от и до. Холодильник размером с шкаф содержал в себе целый супермаркет, предоставляя подростку большой выбор, но он решает остановиться на твороге и каких-то ягодах. Подмечает, что пачка наполовину пустая, а значит Чонгук тоже не против творога. Чимин намешал себе сладость с едва размороженной клубникой и черникой, которые нашёл в морозильнике. Мужчина придёт примерно в шесть, точно он не знал график работы начальников, но предполагал, что не позже. На телевизоре не стоит пароль и парень принимается без конца листать каналы, перед этим мучительно долго разбираясь, как управляться с небольшим пультом, содержащим в себе множеством мелких и непонятных кнопочек. День проходит незаметно и вот уже в прихожей слышится шум, и Чимин выходит туда. На часах не больше шести и он всё ещё хочет успеть домой, пока мама не пришла. — О, ты вышел меня встретить? — удовлетворённо подметил старший и небрежно кинул кейс на тумбочку. — Готов? — Чимин кивает, обуваясь. Последние полчаса до прихода Чона он мерил шагами гостиную и разговаривал с Тэхёном, который в итоге будет ждать его у подъезда и если что, то отмажет перед родителем. Они выходят на подземную парковку и Паку кажется, что Чонгук делает всё нарочно медленно. Ему не хочется оправдываться перед мамой, так как никогда не умел врать, а если она что-то заподозрит, то не миновать беды. — Можно быстрее? — не выдержав, просит парень, заметив, что их теперешняя скорость на машине раза в три меньше вчерашней. — Ты куда-то спешишь? — спрашивает непринуждённо Чонгук и всё же ускоряется, принявшись обгонять редкие машины на почти пустующей трассе. — Конечно, мои родители ведь не знают, что я был в Сеуле, а не пошёл к Тэхёну. — Тэхён, тот самый странный парень? — Чимин подивился тому, как Чон мог так быстро забыть о его друге и, в принципе, пропустить половину вышесказанного. — Да. — И ты собираешься вечно говорить родителям, что ты у него, пока я буду забирать тебя? — А что мне остаётся? Навряд ли мама обрадуется, узнав правду. — вспомнив о ней, юноша замолчал и отвернулся к окну. Она наверняка сейчас работает из последних сил или мёрзнет на остановке, ожидая автобуса, пока он тут развлекается. Чимину стало совестно и немного противно от самого себя. Мама так старается для них обоих, а он так гнусно собирается обманывать её. — Просто скажи, что нашёл работу в ночную смену и тогда сможешь объясняться, откуда деньги. — Чонгуку эта ситуация не казалась проблемой. Он редко общался с родными и не понимал особой связи между родителем и ребёнком. Он считал это бесполезными инстинктами. Возможно, именно это и объясняло его отношение к жизни как к выгодной сделке. — Она не хотела, чтобы я работал, хотела, чтобы я хорошо учился и уделял время только школе. — Тогда почему ты пошёл на собеседование? — Просто… просто я хочу помочь ей. Она никогда не уделяла времени себе после смерти отца и всё работала, работала, а я не хочу сидеть у неё на шее. — Пак явно поник, принявшись смотреть на свои ладони, и был благодарен, что старший больше не задавал вопросов и они проехали остаток пути в полной тишине. — Не думай об этом слишком много. Пока говори, что ночуешь у друга, а потом мы что-нибудь придумаем. — окликает его Чон, когда Чимин намеревался выйти из машины, и крепко сжимает его миниатюрную ладошку, подбадривая. — Спасибо, хён, когда ты снова меня заберёшь? — явно не желая выходить из уютного салона, спрашивает младший, не убирая руки от двери. — Я позвоню. Иди давай, а то тебя там этот парень заждался. — Чонгук махнул головой на нервного Тэхёна у подъезда и подождал, пока младший выйдет, и уехал, не намереваясь оставаться дольше. — Чимин-а! — радостный друг подскочил к парню и обнял его, а после схватил за подбородок и начал ворочать его лицо во все стороны. — Синяков и царапин нет, он ничего с тобой не сделал? — беспокойно спрашивает Ким. — Нет, ничего, только… Да нет, ничего. — вспомнив вчерашний вечер, Чим слегка покраснел и поспешил забежать в подъезд, пока Тэ не начал засыпать его вопросами. Мама пришла часов в девять и сил ей хватило только чтобы поцеловать сына в лоб, да доесть остатки вчерашнего обеда. Она ушла в свою комнату и больше не выходила, а Чимин, сжимая в руках тот самый конверт, лишь выдохнул опечалено. Помыв посуду, парень пошёл в коридор и положил все купюры ей в поношенное пальто, надеясь, что мама не станет задавать вопросов. Следующая встреча состоялась весьма неожиданно для Чимина. Он сидел на скучном уроке физики и списывал всё с доски, то, что немолодая преподавательница силилась донести до учеников, но, заметив их непонимающие лица, лишь выдохнула и начала объяснять по новой. Так и проходили десятки минут на повторе, который знатно утомил понявшего всё с первого раза парня, что переписывался с Тэхёном — его соседом по парте, строча всякий бред на полях своей тетради карандашом. Однако вскоре телефон его завибрировал, не настолько громко, чтобы могли услышать другие, но Тэ услышал и вопросительно уставился на друга. Паку редко писали смс и в основном это был Тэхён, но сейчас объявился ещё кое-кто, знавший его номер. Уже догадываясь о личности отправителя, он достаёт телефон из кармана рюкзака и прячет его под партой, отодвигаясь на стуле так, чтобы и Ким смог прочитать. Хён: «Когда у тебя заканчиваются уроки?» Вы: «Через два часа» Хён: «Я заберу тебя» Вы: «Прямо из школы?!» Хён: «Да, так что будь готов»  Чимин выключил телефон и убрал его в карман. Со дня его пребывания в Сеуле прошла уже неделя. Парень оглядывает себя с ног до головы и замечает потёртости на рукавах рубашки, дырочку на жилетке и торчащие нитки на брюках в районе щиколоток. Он смотрит на Тэхёна и тот понимает всё без слов. — Мы что-нибудь придумаем. — подбадривающе шепчет друг. Друзья сошлись на спортивной форме непосредственно Тэхёна, которая пускай и висела мешком на младшем, но хотя бы была чистой и не рваной. Чим быстро переоделся после последнего урока и Ким, пожелав ему удачи, ушёл, завидев Юнги в толпе. Чимин догадывался, что его друг не ровно дышит к местному красавчику старшекласснику и ничего против не имел, так как сам вёл отношения с мужчиной. Чонгук уже ждал его на улице, привычно подперев дверь своей спиной, и копался в телефоне, также привычно, не особо обращая внимания на малышню, оглядывающуюся на него и его машину. Пак подошёл не сразу, подождав, пока основная часть школьников не разойдётся. Он подбежал к машине и быстро прошмыгнул на переднее пассажирское сидение, надеясь, что его никто не заметил. — Тебе разрешают в этом ходить? — подметив не особо презентабельный вид младшего, интересуется Чонгук и заводит двигатель. — Нет, просто у нас была физкультура. — невнятно объяснился парень и надеялся, что мужчина не будет особо докапываться до его кое-какого внешнего вида. — То есть ходить в мешке на физкультуру — это нормально? — Да какая разница, просто одежда и всё! — психанул Чим и всплеснул руками, явно не желавший, чтобы до него докапывались. Он и так был весь на нервах, а тут ещё Чонгук со своими вопросами и саркастическими шуточками. — Ясно. — спокойно ответил старший. Однако они не поехали по смутно знакомому маршруту к дому бизнесмена. Чимин удивился этому и спросил, куда они едут. — Хочу прикупить тебе кое-что. — они остановились у одного из торговых центров, чьи стеклянные стены отражали солнце и голубое небо. Пак пожалел, что не остался в своей школьной форме, так как те недочёты, замеченные им на уроке, были бы не так заметны издали, как складки ткани кофты и тянущиеся по асфальту штанины. — Постой, может ты один сходишь, а я тут посижу? — с надеждой спросил школьник, вцепившись в ладонь намеревавшегося выйти Чона. Тот повернулся к нему и удивлённо посмотрел на их ладони. Пак, заметив его реакцию, сразу убрал руку смущённо. — Почему? — Мне… Мне просто стыдно в таком виде, я, — мямлил юноша, но его перебили. — То есть перед чужими людьми тебе стыдно, а передо мной нет? Ты знаешь, что мне нравится твоё тело и скрывать его от меня — самое настоящее преступление. — мужчина провёл рукой по худому бедру, натягивая оранжевую ткань. — Прости? — неуверенно подал Чимин голос и даже пискнуть не успел, как его вытащили на свет, а сам он прищурился от яркого света солнца. Они, наверняка, привлекут ещё больше внимания, если подросток начнёт сопротивляться, поэтому он покорно побрёл вслед за старшим, что уверенно шёл в каком-то известном лишь ему направлении. По пути им встречались красиво и со вкусом одетые школьницы и взрослые люди, которые недоуменно посматривали сначала на Чонгука, потом на замухрышку рядом, и уже после возмущённо выдыхали, замечая их сплетённые ладони. — Не опускай голову, иначе выглядишь ещё более жалко. — советует бизнесмен и заводит школьника в один из бутиков, где встречающие их консультантки реагируют так же, как и мимопроходившие люди, только более сдержано. Спокойно реагировать на внешний вид их, видимо, учили и Чимин благодарен за это. — Разве тебе не стыдно идти со мной? — тихо спрашивает он, когда Чонгук, не особо обращая на кого-либо внимание, идёт к ряду вешалок и принимается перебирать одежду, изредка поглядывая на подростка прислоняя ту или иную вещь к нему. — Наоборот хочу, чтобы мне больше никогда не было стыдно рядом с тобой. — не поворачиваясь, отвечает мужчина и забирает ещё несколько вешалок, оставляя их висеть на своём левом предплечье. — Пойдём, примеришь их. — и ведёт к кабинкам с бежевыми шёлковыми занавесками. Некоторые из них были отодвинуты и Чимин выбрал самую крайнюю, где вилось меньше людей, и зашёл в неё с кучей вещей в руках, оставляя Чонгука сидеть на диванчике перед кабинками. Примеряя вещи по очереди, парню на самом деле нравилась каждая из них и он восхищённо вздыхал, оглядывая себя. Чимин никогда не носил настолько нежной и лёгкой ткани, но смотря на ценники, его глаза чуть ли не выкатывались. Примерив рубашки и свитера, он перешёл к штанам и тут уже пошли проблемы. Некоторые были длинными, некоторые тесными, другие чрезмерно свободными и в итоге Пак убрал их все и оделся обратно в свободный спортивный костюм Тэхёна, ощущая себя в нём более уютно. Он вышел из кабинки с вешалками в обеих руках и подошёл к Чону, разговаривающему с кем-то по телефону. Парень присел рядом с ним и замолчал, ожидая, когда старший закончит разговор. — Ну что, выбрал что-нибудь? — Чимин отрицательно покачал головой. Во-первых, он не хотел, чтобы мужчина особо тратился на него, а деньги там были немалые, а во-вторых, как бы ему не хотелось, но он не мог принять настолько дорогие подарки. — Они дорогие и я… не могу. — Пак Чимин, я сказал тебе, что ты обязан принимать всё, что я даю тебе независимо от твоего желания, ты помнишь? — вкрадчиво напомнил Чонгук. — Если ты сейчас не покажешь мне вещи, которые тебе понравились, то я куплю их все. — Но ты же говорил, что будешь делать подарки только как вознаграждение, а я ещё ничего не сделал, так не честно! — Ты ещё успеешь много чего сделать, крошка. — Чонгук облизнулся и заметил, как школьник дёрнулся. Кажется, он никогда не привыкнет к таким обращениям. — Так выбрал что-то? Чимин вздохнул и указал на несколько простеньких кофт, которые были относительно недорогими, и протянул их Чону. — Хорошо. — он подошёл к кассе и взял у парня все вещи, протягивая кассиру, и Чимин возмущённо нахохлился. — Я говорил тебе, чтобы ты указал на вещи, которые тебе понравились, но ты солгал мне. — Но штаны мне не подходят! — воскликнул юноша и схватился за руку старшего, протягивающую золотую карту девушке за стойкой. — О, это уже не мои проблемы. — Но что мне с ними делать? — Не имею понятия. — мужчина хмыкнул и забрал несколько пакетов и они вместе проследовали в следующий магазин. Младший окончательно сдался, теперь уже самостоятельно выбирая обувь и штаны, которые были сравнительно нормальной цены, но Чонгук замечал и это и подсовывал дико дорогие вещи, которые они по-любому покупали. В итоге у Чимина был полностью обновлённый гардероб с огромным количеством вещей от дизайнеров, о которых он не имел и понятия. Старший заставил его там же переодеться и выкинуть ужасные вещи, но Чим отпирался. Пришлось признаться, что это вещи его друга, рассказал про школьную форму и тогда Чон купил ещё и её. — Я в жизни с тобой не расплачусь. — обречённо вздыхает Пак, оглядывая пакеты на заднем сидении, пока они выезжали со стоянки. — Ты знаешь, что я беру плату не деньгами. — напомнил Чон. — Боюсь представить, что ты со мной сделаешь за такие дорогие подарки. — Для начала я хочу есть, а после посмотрим. — Чонгук был далеко не похож на человека, который только что потратил примерно два миллиона вон на одежду даже не себе, а почти постороннему мальчишке, школьнику. Это выглядело, как благотворительность, и подросток не мог не согласиться с этим сравнением. По приезде в пентхаус их ожидает несколько коробок обычной пиццы. — Не знал, что ты ешь простую еду. — делится Пак своими мыслями, открывая первую коробку. — Ты думал я вампир, демон или другой фантастический персонаж? — позабавился старший, садясь напротив. — Да нет, просто ты такой богатый и, ну, богачи обычно не едят пиццу с доставки. Ходят там по ресторанам. — И много богачей ты знавал? — Ни одного, кроме тебя, но уже понял, что все вы ненормальные. — немного недовольно подмечает юноша, забивая рот вкусно пахнущей едой. — Безрассудно тратить деньги не пойми на что и кого — это глупо. — Делать приятно красивому мальчику — это глупо? Я считаю, что раз ты попал в моё окружение, то должен мне соответствовать. На самом деле я бы мог купить тебе квартиру здесь, но сомневаюсь, что ты будешь в восторге, по крайней мере сейчас. Чимин вдруг испугался, что старший так и сделает, поэтому заткнулся, продолжая есть. Сегодня был четверг, самый разгар рабочего дня и не удивительно, что Чонгук часто разговаривал с кем-то по телефону и садился за ноутбук. Всё это время Чимин просто сидел в гостиной и смотрел скучные передачи. Чон показал ему как включать интернет и младший теперь без конца листал ленту с фильмами, не зная, что посмотреть, благо вскоре вернулся Чонгук и просто нажал на первый попавшийся фильм, садясь рядом. — Расскажи о себе. — попросил Чимин спустя нескольких минут после начала фильма, когда его вновь притянули в объятия и он устроился на чужой груди. — Что ты хочешь знать? — сильная рука поглаживала бок, забравшись под футболку и изредка переходя на бедро, просто трогая горячую кожу и грея об неё холодные пальцы. — Ну, кто твои родители, чем занимаешься и прочее. — Думаю, о моих предках тебе знать не нужно, а насчёт занятия, то тоже ничего особенного. Просто проекция машин и всё в этом духе. Цикличная работа почти без новизны, но зато выручки хоть отбавляй. — поглаживания перешли на живот, и Чимин вздрогнул, до того холодная была рука старшего. Юноша вытащил её из-под своей одежды и сжал в ладонях, принявшись растирать длинные пальцы мужчины. Чонгук оценил это и поцеловал легко в макушку, позволяя младшему своевольничать. — А сколько тебе лет? — Хочешь знать всё обо мне? — Не всё, просто хочу знать, с кем имею дело. Может, сейчас ты вытащишь нож из-за спины и убьёшь меня, а потом съешь. — Фу, малыш, я не знал, что у тебя такая извращённая фантазия. — Чонгук скривился, точно лимон съел.— Но если бы это было правдой, то думаешь, что стоит доверять моим ответам? — Я надеюсь, что ты не станешь мне лгать. Ты, наверняка, уже знаешь всё обо мне, а я о тебе совсем ничего. — На самом деле не так уж и много. Ты не особо криминальная или известная личность. Я просто знаю, что тебе семнадцать и ты учишься в богом забытой школе, что твоя мама работает на двух работах в дневную и что оклад на них ниже среднего раза в три. — кратко пересказав всё, что ему сообщил один из его друзей, Чон не заметил никакой реакции со стороны младшего. — Это, конечно, хорошо, что ты знаешь, что я несовершеннолетний, но вообще-то я спрашивал о тебе. — Думаю, если я скажу тебе свой возраст, то ты убежишь от меня. — улыбнулся тот и сжал ладошку школьника. Чимин заинтересованно поднял голову с его груди и внимательно посмотрел в чоновы глаза, прищурившись. — Как ты думаешь, я бы согласился прийти в дом к мужчине, зная, что он старше меня и мы будем заниматься непотребствами, предварительно не настроив себя? — Разумно, — Чонгук утвердительно покачал головой. — Как ты думаешь, сколько мне? — Ну-у, ты довольно успешен и у тебя есть много денег, ты долго живёшь здесь и добился успеха всего за несколько лет. У тебя нет жены или мужа, следовательно, ты ещё не так стар, у тебя морщинки в уголках глаз, но ты не похож на того, кто часто улыбается. У тебя есть тяга к несовершеннолетним мальчикам и ты всё ещё безрассудно тратишься на свои увлечения. Следовательно лет тридцать-тридцать пять. — Ох, ты составил полностью мою характеристику, кроме одного. — мужчина огладил шею юноши правой рукой и взял его за подбородок, повернув на себя. — У меня тяга только к одному несовершеннолетнему мальчику. — Чонгук усмехнулся в его губы и Чимин было прикрыл глаза, но мужчина отстранился от него так же незаметно. — Так сколько тебе? — Ты сам сделал выводы. — старший пожал плечами и повернулся к телевизору, где происходили непонятные взрывы и быстрая смена локаций. Слишком резко и неоднозначно. — Так я оказался прав? — Не знаю. — школьник насупился и встал на колени на диване, повернувшись к мужчине. — Так не честно! — Поцелуй меня. — Что? — опешил Чимин, широко открыв глаза. Он ойкнул, когда его прижали сильные руки к чужому телу, а одна из них сжала прелестный зад едва ли не до боли. — Я скажу тебе свой возраст, если ты поцелуешь меня. — Но… но я не умею. — Да брось, у обладателя таких красивых губ просто не может не быть дара к поцелуям. — фыркнул Чонгук и улыбнулся в тот момент, когда парень неуверенно прикоснулся к нему всего на мгновение и хотел сразу же отстраниться, но его удержали за затылок и вновь прильнули к устам, теперь уже беря инициативу на себя. Чимин чувствовал приятную теплоту на своих губах и горячее дыхание на щеке, он обнял брюнета за шею, как обычно делают в фильмах. Чонгуку нравилось, как юноша старательно двигал губами, стараясь лидировать, и мужчина уступал ему. Чон ласкал кожу его головы, путаясь в отросших корнях чёрных волос, мягко надавливал и сам приникал теснее. Он чувствовал, как младший часто дышит через носик и его неспокойное дыхание оседало на лице старшего. Мужчина мягко проникает языком в чужой рот неожиданно и сразу глубоко, что Чимин пугается и упирается ладошками в чужие широкие плечи, распахнув глаза, но после и сам вошёл во вкус, попросил большего, так же зарывшись пальчиками в мягкие локоны. Чонгук удерживал его, обняв за спину. Капелька слюны начала скатываться по подбородку Пака и в конце концов упала на открытые ключицы старшего, который теперь нетерпеливо сжимал ягодицы паренька и настойчиво вжимал того в себя, что Чимин протестующе замычал, ощутив, как джинсы его натянулись в районе паха. — Мне двадцать восемь, детка, я даже обиделся, когда ты так состарил меня. — Это хорошо, а то Тэхён бы подкалывал меня, что я встречаюсь со своим отцом. — Инцест? Довольно интересно, но я всё же не по этой части. — Чимин дышал через рот, всё ещё то и дело сжимая широкие плечи, обладатель которых продолжал поддерживать его за ягодицы. — Почему твои губы на вкус, как вишня? — Хотел спросить об этом у тебя. — улыбнулся старший, подавшись вперёд и облизав припухшие губки напротив. — Нет, я серьёзно, ты красишь губы? — Не неси ерунды. Только на тебе из нас двоих будет мило смотреться помада. — Почему это? — нахмурился юноша, отдышавшись, но мужчина только повёл плечами и ничего не ответил. — Сейчас семь часов. Если у тебя больше нет планов, то отвезёшь меня домой, пожалуйста? — Почему ты решил, что у меня нет планов на тебя, м? — Чонгук закусил губу, неотрывно наблюдая за младшим, и вновь прижал его к себе, сладко смяв округлые половинки чудесной задницы. — Ты не забыл? Только я решаю, когда и как долго ты будешь со мной. — Н-но мама, я… — Чимин замолчал, чувствуя губы на своих ключицах, и замер, трепетно сжав в ладошках рубашку на теле партнёра. — Что? — Я не сказал ей, что у Тэхёна, она будет волноваться. — Ну так позвони и скажи, что ты у него, в чём проблема? — недоумевал Чон, отстранившись. — Она со мной говорила недавно и попросила, чтобы я особо не докучал его семье. — чиминово сердце неспокойно билось, он искренне боялся, что мужчина разозлится и запретит ему куда-либо уходить, но тот продолжал молча буравить его взглядом. После Чонгук встал и поправил рубашку. — Что же, раз это так важно, то я отвезу тебя, но в следующий раз тебе придётся постараться, если ты понимаешь, о чём я. — многозначительно глянув на нижнюю часть его тела, старший снял с крючка пальто и взял в одну руку все сумки с купленными вещами, ожидая, когда Пак разберётся со шнурками. С каждым разом катаясь по этой трассе, Чимин начал понимать, что не так уж он и далеко живёт от столицы, всего минут тридцать, не более, но сейчас они тянутся вечность. — Постарайся уладить проблемы с матерью, ибо я не собираюсь подрываться каждый раз по твоей нужде, ясно? — Чонгук выглядит недовольным, но умело сдерживает себя, чтобы не сорваться. Он действительно хотел провести эту ночь с мальчишкой, ему понравилась тяжесть его маленького тела на себе, но тот жестоко обломал его, однако это был лишь первый раз и мужчина решил, что пойдёт на поводу у подростка. — Спасибо тебе, — когда они остановились у знакомого дома, Чимин наклонился через сиденье и кратко поцеловал старшего в щеку, сразу же покраснев. — Папочка. — добавив это, он пулей вылетел из салона и побежал домой, чтобы Чон не смел смеяться с его красного лица. Пакеты парень благополучно забыл в машине и мужчина не стал его догонять, удивлённый неожиданным выпадом этого ангелочка. Не так много встреч прошло с того инцидента и в основном Чимин сидел в пентхаусе один и делал уроки, или разговаривал с ТэТэ, в то время как Чонгук был дико занят и изъявлял желание видеть младшего в своём доме после тяжёлого дня. Как сам Чон говорит, в компании началось весеннее обострение и новые заказы свалились обухом на голову, а руководить этим роем из сумбурно всё исполнявших работников было чрезмерно трудно. Сегодня был один из тех вечеров, когда Пак благополучно отпросился у матери и сидел в спальне старшего, смотря различные видео на его ноутбуке, который тот одолжил ему и переименовал все папки на рабочем столе как: «Детям не трогать!» Чимин бы посмеялся или обиделся, но это действительно было правдой. По сравнению с Чонгуком он просто ребёнок. «Опять ушёл?» — Тэхён сидел в ванной и ему стало скучно, поэтому он решил поинтересоваться состоянием друга, который сейчас отдыхает в шикарной квартире своего парня. — Да, два часа назад. Он оставил мне ноутбук и сказал, что особо не задержится, а сам даже не пишет! «Вау, ты так волнуешься за него. У меня создаётся впечатление, что ты его жёнушка» — громкий смех раздался на том конце и Чимин тоже улыбнулся. — Не смешно, ТэТэ, и вообще ты знаешь, как мне одиноко. Я боюсь, что сейчас какой-нибудь призрак постучится в дверь или девочка с перерезанной шеей выглянет из шкафа. Хэй, это не смешно! Всё ты со своими ужастиками. «Давай посмотрим, давай посмотрим, нестрашно будет» — ты мне говорил, а сейчас что, мне страшно даже за закрытой дверью! «Да не волнуйся ты так, скоро твой богатый принц вернётся, он же не оставит тебя ночевать одного» — А если оставит? Вот сейчас позвонит и скажет: «Прости, сегодня не получится увидеться, умирай от страха один» — и что мне делать? «Слушай, успокойся, я с тобой, ты же знаешь об этом?» — Чимин буквально слышал, как Тэхён играет бровями и вздохнул, чувствуя, как начало пульсировать в горле. Вот зачем он вспомнил этот фильм? Всё же хорошо было. — «Хочешь, скажу видео, после которого ты забудешь о всех своих призраках?» — А такое есть? — юноша всё же открыл браузер и приготовился писать. «Ага, порно называется» — и вновь рассмеялся. — Ащ, Ким Тэхён, молись, чтобы ты не попался мне на глаза завтра, иначе я тебя точно прибью! «Да что ты сразу, просто попробуй, пока твой красавчик не пришёл. Может, у тебя хобби появится» — Ты, озабоченный придурок, какое у меня может хобби появиться? Дрочить на незнакомых мужиков?! — Чимин хотел скинуть вызов, но вдруг закричал так сильно, что волосы дыбом встали. Над ним нависал Чон Чонгук собственной персоной, сложив руки на груди и выглядя самим воплощением грозовой тучи. «Чимин?» — видимо, Тэхён тоже не на шутку перепугался и по ту сторону послышался всплеск воды, наверное, парень чуть не утопил телефон. — И что это значит? — донёсся голос Чонгука и Ким хихикнул. «Что, пришёл твой ромео? А ты боялся» — Я потом тебе перезвоню. — сумбурно попрощавшись, Чимин наконец скинул вызов и смущённо повернулся обратно к выжидающему ответа брюнету. — Это не то, о чём ты подумал. — Ты имеешь в виду, что обсуждал с этим странным парнем порно, да? Ну это-то мне вполне понятно. — Да нет, просто этот дурак сказал, что нужно посмотреть его, чтобы не думать о призраках! — Призраках? — сейчас Чимин чувствовал себя смущённым в край, а ещё полнейшим идиотом перед Чонгуком. — Ну, да, ты ведь ушёл и в доме так темно, а ещё этот Тэ со своими фильмами… В общем мне стало страшно. — стыдливо признался парень и почувствовал, как его волосы легко растрепали. — Не удивительно, ты такой ребенок. — по доброму усмехнувшись, Чонгук скрывается в ванной комнате, оставляя надувшегося подростка на кровати. — Хочу тебя кое-куда сводить завтра. — Куда? — Узнаешь. Спи, трусишка. — Магазин нижнего белья, серьезно?! — шепотом кричит Чимин, вновь оказавшись в небезызвестном ему торговом центре. — Это слишком личное, тебе не кажется? — Ничуть. — Чонгук на буксире тащит младшего к дверям лифта и нажимает на третий этаж, сжимая запястье Пака сильнее, когда тот начинал упираться. Чон не выглядел смущённым, заходя в магазин женского нижнего белья с парнем. Удивительно, что ни одна девушка не обратила на них внимания, будто всё в порядке вещей. Даже консультанты никак не реагировали и среди них Чимин нашёл парня, слишком женоподобного и явно накрашенного, с мускулистыми руками. Он поморщился и решил больше не поворачиваться к кассе, упорно пряча лицо в высоком вороте свитера. Каково было возмущение Пака, когда к нему в примерочную, где Чонгук приказал ждать, вошёл он сам с чем-то в руках и протянул это Чимину. Младший недоуменно воззрился на полосочки, именуемые бельем, и посмотрел на старшего, что просто пожал плечами и присел на пуфик возле зеркала. — Раздевайся. — просто сказал он и сплёл пальцы в замок, немного подавшись вперёд. — Что, прямо здесь? — обвёл глазами маленькую кабину. — Прямо сейчас, или мне стоит помочь? — его рука предупреждающе коснулась живота и Чимин отшатнулся к стене. Закусив губу, парень немного поразмыслил и потянулся руками к краю свитера, стянул его, отдавая Чону, потому что не нашёл нужного ему крючка. Потом он снял обувь и потянулся к ширинке, заметив, как пристально уставился туда брюнет. Школьник стянул брюки, теперь оставаясь в одном белье, и вопросительно уставился на мужчину в ответ. — Милые шортики. — Чимин поздно осознал, что на нём фиолетовое бельё с синими звёздочками, которые ему подарил Тэхён в шутку, и тихо выругался на друга в мыслях. — Надевай. — на указательном пальце Чонгука висела непонятная субстанция и Пак придирчиво оглядел её. Бельё было белоснежным, с кружевными тесёмочками по бокам и милым бантиком спереди. — Оно женское? — В точку. — старший облизнулся и ждал, когда юноша наконец приступит к делу. — А… а можешь отвернуться? — наивно спросил младший. — Детка, секс предполагает, что ты будешь голым передо мной, так что давай пропустим это смущение. Слишком глупо. Выдохнув, Чимин отвернулся от старшего и стянул белье, намереваясь по быстрому надеть другое, но в итоге запутался в ниточках, всё же надевая несчастную тряпочку. Он решил не смотреть на Чонгука, поворачиваясь к зеркалу и едва не задыхается от смущения. Его попа еле прикрывается, ткань то и дело норовит проникнуть в промежность его ягодиц, не говоря уже о передней части, где его достоинство едва помещается в тесный треугольничек. — Оно тесное и неудобное. — он неосознанно покрутил бедрами, на которые вскоре легли теплые ладони. Неожиданно Чон оказался совсем близко и плотно прижался к спине, Чимин мог наблюдать его пошлое выражение лица через зеркало. — Что ты… — договорить ему не дали. Чон повернул его голову, невесомо касаясь острого подбородка, и соприкоснулся губами, просто посасывая их. Пак шумно выдохнул, взяв старшего за плечо, и неуверенно ответил, слишком разнеженный их поцелуем, пока не ощутил руку, скользнувшую в опасной близости от его промежности. — Будь тихим, — заранее предупредив его, Чонгук проникнул рукой под резинку и сжал скромный пенис подростка, прихватив потяжелевшие яички. Младший неожиданно понял, что это первое беспрепятственное касание к нему Там и застонал тихонько в вишнёвые губы мужчины, ухватившись за руку, орудующую под бельём. Пальцы ненавязчиво оплели головку, начинающую просачиваться, и немного покрутили, двумя оттягивая крайнюю плоть и оголяя чувствительную кожу, натирающуюся о стремительно промокающую ткань трусиков. — Это белье смотрится восхитительно на тебе, детка. — губами касается шеи, оставляя развратный мокрый поцелуй, всё не отводя глаз от их отражения, где губы Чимина замерли приоткрытыми и его бровки приподняты, сведенные к переносице. Он слегка притянул коленки друг к другу и присел, кайфуя от умелой руки, ласкающей его. Оргазм не заставил ждать и под конец он всё же вскрикнул, все ранее сдерживаемые стоны вырвались из него в томном и тяжёлом дыхании. Пак подался бёдрами назад, когда стимуляция оказалась неприятной, и наткнулся ягодицами на ожидаемую выпуклость в штанах Чонгука. — Молодец, — усмехнулся старший и вытащил полностью испачканную ладонь из трусиков, облизнул подушечку своего пальца. — Зачем ты это делаешь! — Чимин схватился за запястье Чонгука и убрал грязную руку от его лица, поморщившись, когда вязкая капля белёсой спермы перетекла с одного пальца на другой. — Жду момента, когда попробую тебя на вкус, детка. — постояв ещё немного, Чон сказал ему одеваться и оторвал ценник от белья, выходя из кабинки, чтобы расплатиться. Наверняка, на него косо смотрели, так как он даже не вытер руку! Чимин силился не думать об этом, пока одевался, стоя на дрожащих ногах и стараясь не трогать чувствительный орган. Из магазина он выбегает, пряча в кармане пакетик с грязным белоснежным бельём. Всё ещё не отошедший от недавнего случая, юноша притих на месте пассажира и то и дело теребил ремень, плотно прижимающий его к мягкому креслу. — Зачем ты это сделал? — решается он на тихий вопрос и Чонгук вздыхает, кинув на него мимолётный взгляд. — Мне захотелось потрогать тебя. Надеюсь, больше не нужно будет объяснять настолько простые вещи. — Но нас могли увидеть! Ты обещал мне! — Слушай, малыш, я не хочу рассказывать по новой. У меня столько денег, что любая шавка заткнётся, увидев что-то подобное. Да что уж там, если мои деньги привлекли даже такое сокровище. — Чонгук касается острого колена и выше, упругого бедра, обтянутого тонкой тканью. — Прости, — Чимин чувствует себя слегка виноватым, а ещё мурашки, появившиеся на руках далеко не из-за холода, заставляли насторожиться. — Я не такой добрый, как тебе показалось, и то, что я разрешаю тебе безнаказанно ходить по своему дому в шортах и без верха не значит, что я буду лоялен во всём. — Чонгук явно злится, но понять причину подросток отчаянно не может. Он исподтишка кидает взгляды на хмурое лицо старшего и сжимается сильнее. Чимину становится неуютно дышать воздухом, таким натянутым, словно тысячи струн. По приезде домой обстановка не улучшается и Чимин впервые понимает, что он здесь на птичьих правах и что особо разгуляться уже не получится. Чона не видно добрые полчаса, скрывшегося на втором этаже, наверное, в кабинете, и всё это время Пак скромно сидит перед выключенным телевизором, боясь издать и звука. Старший появляется ещё спустя двадцать минут и даже не обращает внимание на него, подходя к холодильнику и с кем-то разговаривая. Наблюдая за ним, Чимин начал замечать те скрытые от него ранее нотки грубости и острые углы чонового характера. На мгновение даже проскользнула мысль, чтобы закончить это всё, но парень быстро отбросил её. Учитывая то, сколько денег на него потратили, он просто не мог уйти не расплатившись. — Почему уставился в чёрный экран? — завершив разговор, Чонгук кидает на столик снятый наушник и включает плазму, явно не смущённый их недавней беседой. — Если ждёшь извинений, то можешь идти погулять лет десять, может тогда я пойму, что сказал что-то не так. — Ты грубый, — и уже через пару мгновений Пак жалеет, что не заставил свой болтливый рот заткнуться во время. Чонгук со скоростью хищника бросается на свою добычу, придавливая того к дивану и больно заламывая руки, сжав запястья с небывалой силой, что юноша мигом начинает скулить и дёргаться, мечтая вырвать саднящие ручки из стального захвата. — Последний, кто имеет право говорить это — ты. Разве не помнишь условия нашей сделки, которые я успешно выполнял до сего момента, но за твоей частью сплошные долги? Ты здесь только ради секса, малыш, секса, который я так и не заполучил за месяц нашего знакомства. Говоришь, что я грубый, так может мне познакомить тебя с другими мальчиками, которые, в отличие от тебя, прекрасно выполняют свою работу? — Чимин всхлипнул, оставив тщетные попытки вырваться, и из глаз полились первые слёзы. — Я брал подростка не для того, чтобы терпеть слёзы и глупые принципы. Думал, что ты будешь куда ярче и сообразительнее, а только отдыхал тут, пока я попытался сделать твою работу. И то, что ты девственник, тебя не оправдывает. Поверь, я встречал их немало и каждый пытался так или иначе запрыгнуть мне в постель, и не только. — Чон замолчал, изучая эмоции на чужом покрасневшем лице, и хмыкнул, наконец убирая руки от запястий и поднимаясь. — Простите, — дрожа, выдал паренёк и всхлипнул в рукав кофты. Осознание и правда давили на него и это противное чувство ненужности и беспомощности вызывало глухие рыдания юноши. — Мне не нужны твои извинения, будешь отрабатывать. Иди умойся и хорошенько приготовься, сегодня будешь работать ты, а я — получать удовольствие. — Чонгук подтолкнул его к ванной и отвернулся, засекая десять минут на своих наручных часах. Пак пулей понёсся в ванную и закрылся на замок. Набрав в дрожащие руки холодной воды, он, слегка засомневавшись, выплеснул её на своё горячее лицо и так ещё несколько раз, пока окончательно не успокоился. Сняв с себя одежду, Чимин переступил бортик ванной, включил воду и поднёс к себе рукоять душа. Дрожь постепенно сходила с тела, ласкаемого теплой водой, однако стоять и долго нежиться под струями он не мог. Нужно было идти отрабатывать. В его голове гулял ветер и абсолютно никакие мысли и идеи не приходили на ум. Завернувшись в махровый халат, парень прошмыгнул от глаз старшего в спальню, не решившись закрыть дверь. Встав в дальний уголок, где его не будет видно со стороны гостиной, Пак неуверенно оглядел себя. Не зная, чем можно прикрыть нагое тело, он так и стоял, сжав спадающий халат в районе груди, и принялся ждать, боясь открыть рта. Чонгук появился ровно спустя десять минут после того, как младший скрылся в ванной, и лицо его было раздражённым. Чимин больше не видел блеска восхищённости в его глазах и от этого становилось неуютно. — На кровать, — коротко бросил старший и юноша сразу выполнил приказ. Чимин встал на колени возле подошедшего мужчины и не знал, что делать дальше, — несмотря на твою ошибку, я посчитаю её за неопытную глупость и продолжу твоё обучение. Минет — твоё следующее задание, и если сделаешь всё хорошо, то папочка, так уж и быть, наградит тебя. — младший смутно знал значение этого слова. Он помнил, что Тэ несколько раз говорил его в отношении своего ненаглядного, но точного определения не довелось узнать. — Я не жду, что ты хоть приблизительно понимаешь, о чём я, поэтому просто слушай. — навострив ушки, младший покорно кивнул и увидел улыбку Чона. — Для начала поудобнее устройся на коленях и расстегни мои брюки. — если с первым никаких проблем, то со вторым подросток замешкался, но ослушаться не мог и потянулся рукой к пряжке ремня, расстегнув её. Дальше дело не стало за небольшой пуговицей и ширинкой. Чимин, догадываясь, что ему предстоит сделать, приспустил брюки папочки вместе с бельем и приоткрыл рот в удивлении. Размер его явно впечатлил. — Молодец, крошка, теперь дело за малым. Ты должен заставить меня кончить, ничего сложного, если ты будешь делать это своим маленьким ртом. — подняв глаза, парень неуверенно дотронулся кончиками пальцев до своих губ, надеясь, что он понял всё совершенно не так. — Да, детка, именно ими. — вплетя пальцы в мягкие волосы, Чонгук требовательно надавил на затылок и пристроил головку едва возбуждённого полового члена к розовым губам мальчонки. Он двинул бедрами нетерпеливо и Чимин покорно принял головку, обхватив кончик губами. Вялый ствол ощущался не противнее всеми нелюбимого переваренного брокколи, но Пак стойко терпел, смежив веки. Его пальчики осторожно легли на орган и легонько сжали, принявшись неспешно водить по крайней плоти и прихватывать ещё больше губами. Он не слышал ни одобрения, ни отторжения, поэтому продолжил. Применив язычок, юноша нажал на щёлочку уретры и почувствовал отвратный солёный вкус, но ладонь, держащая за затылок, не позволила отстранится и Пак покорно принял ещё немного, теперь не особо горя желанием что-либо облизывать. Сам член был горячим и постепенно приходил в стоячее состояние, ведомый ладонью, скользящей по стволу. Когда орган начал крепчать и увеличиваться, Чимин едва не укусил головку, но всё же сдержался и сжал губы. Уголки мальчишеских губ саднили от небывалого растяжения рта, но даже это не было настолько ужасной проблемой, как отвратительно солёная смазка, сочившаяся на его язык, которую приходилось глотать, чтобы не захлебнуться. Вскоре всё чиминово горло было покрыто вязкой плёнкой предсемени и дико захотелось пить. Юноша взглянул на лицо старшего и понял, что, помимо его слегка приоткрытого рта, ничего не изменилось. Казалось, он вообще не испытывал возбуждения и лишь продолжал сверлить суровым взглядом макушку подростка. Пак вздохнул, насколько это было возможно, и более уверенно сжал член уже двумя ладошками. Он знал, что чем быстрее заставит мужчину кончить, тем скорее закончится этот ужас. Не успевая глотать слюну, она принялась течь по подбородку и скапливаться вязкой лужицей возле его колен. Эрегированный орган теперь полностью стоял и был скользким, более уместным, чтобы легко протолкнуть его дальше. Пускай Чимину и была противна грязь, стекавшая с его губ, но он заметил, что теплая безвкусная слюна прекрасно глушит солёную смазку, смешиваясь и создавая бесцветную, более или менее терпимую субстанцию, глотать которую было не так противно. Чимин заметил, что делает всё сам и рука, лежавшая на его голове, не принимала никакого участия, только становилась более ощутима, когда парень желал отстраниться. Едва дыша, Пак упорно проталкивал головку дальше по своему горлу и распахнул глаза, чувствуя, что его скоро стошнит. Он поспешно соскользнул с члена и принялся жадными глотками потреблять воздух, успокоенно замечая, что его отпускает довольно быстро. — Старайся опускать его как можно ниже, придавливая к языку, так тебя не будет подташнивать. — советует старший и Чимин слышит томные нотки в хриплом голосе. Видимо, Чонгук всё же не так хорошо скрывает свои эмоции, и с этой мыслью младший насадился горлом по новой уже более уверенно. С размаху взяв большую половину, всё началось сначала. Много вязкой субстанции лилось из припухших уст, рука на голове стала ощутима, теперь уже направляя в правильном ритме. Он не помнит, сколько уже сидит так и сосёт чужой член, но ноги уже затекли, челюсти, казалось, и не закроются вовсе, и подушечки пальцев сморщились, будто пребывая в воде длительное время. Однако закончить начатое ему не дали и в итоге толкнули на кровать, что позволило парню с блаженным стоном выпрямить ноги. — Учитывая, что это твой первый минет, то результат меня порадовал, но нам ещё многому нужно научиться. — одним движением распахнув промокший халат, Чонгук выдернул его из-под парня и кинул на пол. Чимин теперь лежал полностью нагим и даже не мог свести ноги, так как мужчина уже удобно пристроился меж них. — Я покажу, как надо. — и без лишних церемоний навис прямо над гладким пахом младшего, и поцеловал головку его вставшего члена, вобрав тот целиком с одного раза и не используя рук, коими Чон удовлетворённо сжимал упругие бедра подростка. Пак вскрикнул, таз его инстинктивно последовал вслед за отстранившимися вишнёвыми губами, что теперь, налитые и опухшие, стали куда больше походить на наливную ягоду. Рот вновь опустился, когда свободной рукой старший сжал поджатые яички и слегка выкрутил их, чередуя наслаждение с болью и якобы наказывая детку за непослушание. Чимин был дрожащим и податливым, словно пластилин в его больших ладонях. Старший рвано двигал рукой на своём члене и не отстранялся от подростка. Потом Чонгук с удовольствием кончает на округлый зад парня, размазав ладонью своё семя и похлопав по влажной коже. Тонкая струя собственной спермы стрельнула прямо на грудь и задела подбородок, настолько ярким был оргазм. Чимин всё не мог отойти, утерев лицо от толстых ниточек семени. — Так нужно делать минеты, дорогуша.