Даже у самых опасных "монстров" есть честь

Босс портовой мафии Мори Огай позвонил Чуе около пяти вечера и сказал, что для него есть задание. Отказаться Накахара не мог и ему оставалось только спросить, что он должен сделать. Это оказалось то, что ему совсем не понравится. *** Еще издали он услышал противный голос своего бывшего напарника Дазая. В голове промелькнула мысль о том, почему Чуя не убил его раньше, но сейчас было уже поздно. — Давай-ка проясним одну вещь. Как только вынесу мусор, ты следующий, — заявил Чуя прямо в глаза Дазая, как только увидел его. — Я так и знал, — неодобрительно произнес Дазай. — Так вот почему мне утром было плохо, — он закатил глаза и отвернулся, как будто Чуя его сильно обидел. — В стратегическом плане ничего не было про эту неожиданную атаку, — пришел в себя один из работников гильдии. Внезапно из его руки полезли то ли корни, то ли ветки. "Так он решил атаковать первым? — мелькнуло в голове у Чуи. — Что ж, тогда разалекусь". — Прости, но этим ты не воспользуешься, — уже радостно возвестил Дазай, похлопывая врага по плечу и используя "Исповедь". — Способность обнулять дар…? — Дилетанты. — Я вообще то хотел сказать тоже самое! — рыкнул Накахара взмывая в воздух. Через пол часа от людей из гильдии не осталось и следа. Некоторые были убиты, некоторые сбежали, а некоторые лежали без сознания. Чуя элегантно приземлился рядом с Дазаем и  поправил шляпу. — Вот незадача. Это худший день в году, — Накахара закатил глаза и направился к ветхому домику, в котором, по данным агенства, держали Кью. — Скажи, Дазай, ты когда нибудь слышал о "Шато петрюс"? — Это потрясающее дорогое вино. — В ту ночь, когда ты исчез из организации я открыл бутылочку 87 года что бы отпразновать. — Я помню как заложил бомбу под твою машину в тот день, — беззаботно ответил Осаму. — Так это был ты?! Я тебя ненавижу, — прошипел Чуя. Так, переругиваясь, они спустились в подвал. *** Мальчик, который наводил ужас на всех эсперов как мафии,  так и агенства, висел прикованный к дереву корнями. Глаза его были закрыты, голова была опущена на грудь. Кажется, он был без сознания. — А вот и он. Спящая красавица ждет своего принца, — голос Осаму потерял свои прежние веселые нотки, а глаза стали серьезными. — Спящая красавица, да? — насторожился Чуя. — Одолжи мне свой нож, — Рыжий опешил от такого заявления. — Аа, стоп. Я уже стащил его на всякий случай. — Ты... — пока Чуя придумывал как еще обозвать своего бывшего напарника, Дазай поднес нож к горлу Кью и замер. — Не станешь мешать? — Это был скорее риторический вопрос, но в голосе все равно слышалось любопытство. — Босс приказал вернуть его живым. Но лицо этого ребенка напоминает мне о мешках для трупов, в которых мои люди вернулись домой из за его действий. — Накахара ненадолго замолчал, а потом сказал уже с полной уверенностью. — Убей его. — Тогда я так и поступлю. — Дазай занес нож и… воткнул его в дерево рядом с головой юного эспера разрезая корни. Чуя лищь скривился. — Как же ты мягок. Меня тошнит от твоего лицемерия. — Пока Кью жив, вы нуждаетесь в моей способности, как в мере безопасности, — голос Осаму был спокоен. — Портовая мафия не сможет убить меня. Это логичное решение. — Я бы не был так уверен. Осаму перерезал последний корень. Кью был готов упасть на пол, но Чуя подхватил его. Хоть это и убийца тысячи людей, но в первую очередь это ребенок, не умеющий в полной мере контролировать свой дар, так же как и Чуя. Ребенок которого держали в плену, и Накахара не мог позволить ему валяться на полу. Он ловко закинул ребенка на спину и пошел наружу, зная что Дазай пойдет за ним. *** — Эй, Дазай, подонок, отдай куклу! — рассердился Чуя видя, что черноволосый присвоил игрушку себе. — Ни за чтооо, — пропел Осаму и помохивая куклой в воздухе, вышел из здания. Он сделал только один шаг за порог, когда раздалась пулеметная очередь. В тело Дазая влетели сразу пять пуль. Чуя, забыв про Кью на своей спине, выхватил пистолет и прислушавшись, пустил две пули в еще живого противника. Раздался вскрик, и все стихло. Накахара подошел к напарнику. На рубашке Дазая расцвели кровавые пятна, глаза были открыты и смотрели в пустоту, и лишь губы слегка улыбались, приветствуя долгожданную смерть. Он умер сразу. Чуя опустился на корточки рядом с телом и закрыл ему глаза. Он не чувствовал боли от потери, не друзья же они были в конце концов. Они были врагами, и Накахара ненавидел его всеми фибрами души. Но все равно внутри была пустота. "Одной проблемой меньше" — подумал рыжий. А в следующий момент он услышал шуршание около стены. Чуя снова выхватил пистолет и направил его на источник шума, решив, что это еще один недобитый враг. Он ошибся. Там сидел Кью и испуганно смотрел на ствол в руках мужчины. Он еще не вполне понимал где он и был напуган. Глаза его наполнились слезами и он заплакал. Чуя, взрослый мужчина, мастер боевых искусств мафии, никогда не видел детских слез и не знал, что с ними делать. Он растерянно опустил пистолет и подошёл к мальчику, глядя на него сверху вниз. — Ну, прости. Не плачь, — неловко попросил Накахара и присев перед Кью, стер рукой в перчатке бегущую по щеке слезку. — Прекрати. Но Кью все плакал и плакал. Внезапно он обнял Чую, уткнувшись ему в пиджак носом. Опешевший Накахара замер. Он неловко обнял ребенка одной рукой, а второй достал сигарету и закурил. Конечно, если бы его кто- нибудь увидел, то тут же распрощался бы с жизнью. Ведь члену мафии неведомы ни сожаление, ни жалость. Но они были одни в этом заброшенном домике в лесу, где никто не мог упрекнуть Чую в мягкосердечности. Понемногу Кью успокоился, но так и остался сидеть, прижимаясь к старшему эсперу. За все это время они не произнесли ни слова. Им обоим просто надо было посидеть с кем-то в тишине. Одному что бы подумать, а другому что бы успокоиться. Думать конечно было особо не о чем, но Чуя и не пытался. Он пытался свыкнуться с мыслью, что Дазая больше нет. Он курил уже четвертую сигарету, когда понял, что Кью больше не всхлипывает и не трясется. Мальчик тихо сопел, спрятав руки под пиджак Чуи. На его щеках, в лунном свете, все еще блестели влажные дорожки от слез. Накахара потушил сигарету об стену домика и аккуратно поднял мальчишку на руки, устроив его голову у себя на плече. Он вышел на поляну и огляделся. Трупы все еще лежали на траве, и запах крови был слышен на весь лес. Чуя подобрал свое пальто, лежащее около крыльца и накрыл им Кью. Он шел по лесу в сторону порта. На востоке начинала алеть линяя горизонта. Она была красная, похожая на кровь. Когда Чуя смотрел на нее перед глазами опять возникал образ мертвого Дазая. Накахара отдал Кью вместе с пальто на руки какому то служащему и его унесли, вероятно, обратно в камеру. Чуя прошел в кабинет Мори: — Задание выполнено, враг уничтожен. — Хорошо.