Мёртвые киты на берегу океана

Ник гуляет допоздна, и это не кажется семье странным: лето не терпит отлагательств, и чем ниже солнце падает за горизонт, тем жарче становится жизнь. Ник уходит из дома ближе к обеду, кидает дорасспрашивающей Алише, что терпеть её не может (чаще в шутку, чем всерьёз), и идёт на окраину города. У Ника каждый день — пара купюр на карманные расходы, данные мамой, и Ник тратит их на полграмма какой-нибудь второсортной дури, за которой приходится гоняться часами, потому что он всего лишь подросток, а таких наркодилеры боятся и стороной обходят. Под вечер, спрятавшись ото всё ещё обжигающего калифорнийского солнца под железнодорожным мостом, Ник открывает пакетик и снюхивает ровно столько, чтобы торкнуло, но ещё осталось на пару раз точно: в следующий раз получится только завтра, ведь денег больше нет. А после Ник, невесомый, потерянный, долго шатается по окраине города. Очнуться он может через час или два в незнакомом квартале, обласканный солнечными лучами до сгоревшей кожи, но его беспокоит не эта боль, когда он теряется в тёмном вонючем закоулке среди мусорных баков и пустых коробок. После всё начинается по новой: долгая бесцельная дорога словно по облакам. Домой Ник приходит затемно, скидывает пыльную обувь и, прежде чем подняться к себе, просит у мамы новую порцию денег на карманные расходы. У Ника зрачки с почерневший пятак, а у мамы — срочный отчёт, глаза в экран ноутбука и тускло горящая настольная лампа. Перебирая пальцами шелестящие купюры, Ник чувствует себя таким свободным и неуловимым.