Горячий шоколад

Джина открыла дверь, заходя вперёд, чтобы включить свет. Теплый свет озарил небольшой фургон. Недалеко от двери стоял  бежевый шкаф, рядом маленький белый диван, на который с трудом поместиться два человека, это ещё раз подчёркивало, что женщина не ждёт гостей. Больше всего места занимала огромная светлая двуспальная кровать с пушистым кремовым пледом и большими подушками. В относительно просторной комнате так же стоял небольшой журнальный столик, который завален всякой всячиной. Но что больше всего понравилось Роуз, так это запах духов Джилсон. Как только рыжая зашла в «дом» в нос дал уже знакомый аромат женских духов. Брюнетка метнулась на кухню, так и не объяснив зачем. Вендер осматривала полочки над кроватью, который были заставлены книгами, с незнакомыми Роуз названиями. Рыжая подмечала каждую мелочь, чтобы завести диалог и не тупить. Джина давно не показывалась с кухни, а Роуз не знала, пойти и посмотреть, где она или остаться здесь. Скоро рыжая подумала, что нет смысла терять время, тем более ее стало сильно волновать отсутствие женщины. Вендер тихо зашла на кухню. — Ой, — вздрогнула брюнетка, дёрнув плечами. — Не волнуйся, это я.- немного неловко было Роуз в этот момент. Женщина лишь оглянулась, даря мимолётную улыбку, и вернулась к готовке чего-то, если судить по запаху, очень вкусного.- И что ты готовишь? А главное, зачем? — поинтересовалась рыжая, подходя вплотную к Джине, прижимая ее сзади к плите. Было видно, что Джилсон из последних сил держится у плиты, поэтому Роуз уже придумала план на этот вечер. — Не будь глупышкой, Рози. Для тебя и готовлю, ты же в гости ко мне пришла. — Я не позволю тебе готовить.- строго заявила Вендер, шепча недалеко от уха, чувствуя резкое напряжение Джины. — П-Почему? — брюнетка была в замешательстве, она не могла предсказать дальнейшего поведения рыжей и это заставляло ее упускать контроль над ситуацией. — Я же вижу, что ты устала. Я не тиран, чтобы заставлять тебя готовить в таком состоянии.- ох, как осмелела Роуз в этот момент, всегда сильная Джина от усталости была не в силах сопротивляться, хоть сама этого и не понимала. — Рози, давай ты посидишь, а я до пеку блины, а ты не будешь мне мешать. — голос женщины дрожал, отдаваясь звонким эхо, которое резало слух среди этой гробовой тишины и лишь изредка шипевшего масла. Вендер из-за спины положила свою руку на лопатку, накрывая руку брюнетки, сбавляя давление на женщину. — Что ты делаешь? Отпусти! — начала заводиться Джина, но Роуз была уверена, что это она лишь играется. — Я не отпущу лопатку, пока не приготовлю. — шепнула на ухо рыжая. Джилсон закатила глаза и сдалась, убирая руки девушки, чтобы выйти из-под нее. Вендер самодовольно усмехнулась. — Спасибо, — поблагодарила она, вдыхая аромат духов. В этом раунде Джина проиграла, и понимая это, она села на пуфик на кухне, закинув ногу на ногу, наблюдая за приготовлением ее блинов. Роуз, сама не ожидая от себя такого, легко управлялась с тестом и ни разу не обожглась. — Ммм, не знала, что ты так хорошо умеешь доделывать мои блины.- произнесла Джина, отрезая ещё один кусок блина со сгущенкой. В голове у Вендер сейчас взрывались салюты и играла музыка, празднуя ее кулинарный успех. — Рада, что тебе понравилось.- улыбнулась рыжая, наблюдая за тем, как Джилсон ест ее блины. — Ты не против, если я переоднеусь во что-то более удобное? — спросила женщина, после ужина. — Да, конечно. — и снова мысленное торжество. Джина вышла в бархатном костюме изумрудного цвета. Свободная майка скрывала фигуру, но декольте подчеркивала идеально. Широкие шорты также не подчеркивали достоинства фигуры, но все же прекрасно смотрелись на смуглой коже Джины. Вендер нервно сглотнула, увидя этот образ. Однако брюнетка спокойно вернулась в комнату, как будто ничего и не произошло. — Можешь садиться на диван, я сяду на кровать, если ты не возражаешь.- спокойно проговорила Джилсон, настраивая на разговор. — Как тебе удобно.- все так хорошо начиналось, и рыжая не хотела все портить судьбоносным разговором. Как говорится, не хочешь, чтобы тебя ударили, бей первым. Поэтому Розу решила начать, расположившись на диване, не сводя глаз с Джилсон. — С нашей последней встречи у меня осталось много вопросов. Я хочу, чтобы ты отвечала честно. Согласна? — девушка была намерена узнать обо всем, что не давало ей спать. — Да, хорошо. — Джина уже десять раз пожалела, что завела этот разговор, вот тут уж маску деловой актрисы не найдешь. Придется признаться не только Роуз, но и самой себе. — Почему после нашей встречи ты ни разу не поговорила со мной? — Я не хотела. — И почему же? — и в этом диалоге Вендер почувствовала доминирование, которое так льстило ей. — Я не хотела вспоминать все, что было той ночью. — Все было настолько плохо? — Нет, все было слишком хорошо.- Джина говорила, будто сама с собой, она пыталась скрыть все это, забыть, но сейчас она говорит, и говорит ту правду, о которой хотела забыть. — Так, ладно. — Роуз напреглась, потому что не знала, чем все это закончится, но она дала себе слово, что раберётся с этим. — Что между вами с Фредом? — Ничего. — Как это ничего?! Как ты объяснишь все, что происходило на съёмках, все эти обнимашки, поцелуйчики, что это ДжиДжи, черт возьми?! — Вендер стала заводиться, потому что весь этот спектакль она уже видела, ей нужна была правда, а не порция лапши на уши. — Успокойся! Ты хочешь знать все правду?! Хорошо, ты ее получишь, — как-то громко и тяжело произнесла женщина. — Я знаю, что для Фреда я игрушка, он тоже для меня. Он просто способ отвлечься и забыть. — Что забыть? — Ту ночь… Я привыкла жить среди лицемеров, среди людей, которые ничего не сделают просто так. А ты сделала, и мне показалось, что это слишком искренне, чтобы быть правдой. За одну обо мне заботились столько, сколько не заботились за всю жизнь. А когда появился Фред, я прикрыла им все свои эмоции, чтобы ты не узнала, чтобы ты и дальше думала, что я злая стерва. Потому что такой мне быть проще, чем уязвимой женщиной. — капля за каплей стекали по щеками брюнетки, и во время этих слов весь флирт и желание иметь эту женщину отпали. Роуз растерянно смотрела в намокшие глаза, не веря в происходящее. У нее не было слов. И когда дар речи пропал, она села на кровать рядом с Джиной, отводящей свой взгляд, положила руку на мокрую щеку, убирая пальцем наступавшие слезинки и посмотрела в глаза, глубокие как омут карие глаза, утопавашие в слезах. Они были настоящими, эти настоящие слезы, эти настоящие слова. И шесть лет назад Роуз знала, как это, носить маску, и что за маской стервы скрывается ранимый человек. — Запомни, пока я здесь, пока я рядом ты можешь быть такой, какой хочешь, и быть уверена, что в безопасности. Я боролась за этот момент, я боролась за тебя. Я шесть лет мечтала о твоём счастье, и теперь, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Поняла? — Джина медленно кивнула, Роуз не убирала руку с горячей щеки, ожидая ещё чего-то. — Поцелуй меня… — Что? — Я буду счастлива, если ты поцелу…