Незаменимый человек

- Проснись, - Леон медленно провел по щеке женщины. И когда она поморщилась, он улыбнулся, положив ладонь на ее плечо. Солнце ярко светило в глаза, пробиваясь сквозь тонкие шторы, которые не полностью закрывали высокие окна. Как странно проснуться не в пустой кровати. Когда рядом лежит близкий человек и греет простыни своим телом. Проснуться с кем-то и не чувствовать стыда за проведенную ночь вместе. Конечно, Леону стоило бы стыдиться за некоторые вещи, но уж точно не за близость с этой великолепной женщиной. С человеком, который навсегда безвозвратно похитил его сердце. Мужчине хотелось, чтобы она скорее открыла глаза, но он не мог прервать столь трепетный сон. Хелена медленно повернулась на бок и обняла мужчину за шею. - Как спалось? – прошептала она тихим и сиплым голосом, только сейчас открыв глаза. Женщина уткнулась лбом в грудь Леона , и он почувствовал, как ее дыхание щекотало его кожу. - Лучше, чем обычно, - произнес он и поцеловал Хелену чуть ниже мочки уха. Такая горячая и трепещущая в его руках. Тело женщины откликалось на каждое прикосновение его ладоней. Леон обхватил ее и прижал к себе еще сильнее, чтобы почувствовать, как она задрожит и растворится в этих объятьях. - Ты меня задушишь! – пролепетала Харпер, громко хихикнув. Она оттолкнула Кеннеди, заставив того расслабить хватку, и воспользовавшись моментом, быстро оказалась на мужчине, прижав его руки своими к кровати. Хелена нагнулась и прикоснулась губами к шее Кеннеди. Медленно она перешла к его рту, сливаясь в поцелуе. Леон быстро освободился от хватки хрупких женских ладоней и, схватив напарницу за бедра, перевернул ее на спину, занимая верхнее положение. - Черт! – зазвонил будильник на телефоне, который Хелена поставила еще вечером, чтобы не проспать, - Похоже, придется… прерваться, - сквозь поцелуй, проговорила Харпер и отстранилась от мужчины. Кеннеди тяжело вздохнул, уткнувшись в плечо Хелены: - Работа, всегда работа… Через минут тридцать оба были готовы и отправились в холл. Кеннеди и Хелена выпили по кружечке кофе, болтая о чем-то не совсем важном. Когда к ним присоединился Брайн, оба поприветствовали его, и даже Кеннеди, у которого было отличное настроение. Хоть он и не скрывал своего отвращения к Максу, но все же вел себя сдержанно. Когда за ними приехала машина, агенты удобно устроились в салоне, готовые к работе. Ехали они не больше получаса. Кеннеди постоянно восторженно оглядывался на Хелену, то и дело улыбаясь. Через окно Харпер заметила, что они выехали на какую-то пустынную дорогу. Она сглотнула и проверила в кобуре ли ее пикадор. Интуиция подсказывала женщине, что что-то здесь не так. - Осторожно! – крик Брайна, оглушил женщину на пару секунд, но она все равно посмотрела на переднее сиденье, где находился Макс. А потом резкий удар откуда-то сбору выбил воздух из легких Харпер, и она потеряла сознание, больно стукнувшись головой о боковое окно автомобиля. Она сделала вдох. Голова болела, а легкие отказывались работать. Харпер попыталась открыть глаза, но безуспешно – тело не отзывалось на ее усилия. - Хелена, - мужской голос пробивался сквозь сознание, и женщина заставила голову повернуться в сторону эпицентра звука, - Ради Бога, очнись! Кто-то схватил ее за руки и потянул на себя. Она старалась двигаться, надеясь, что это поможет скорее кому бы там ни было вытащить ее. Осилив себя, женщина открыла глаза. Через мгновение она оказалась в объятьях Макса, который тут же повалился на землю вместе с ней. Брюнет потряс ее за плечи, приводя в чувства. Харпер помотала головой, чтобы привести мысли в порядок, и, приподнявшись, села, закинув голову в ладони. - Хелена! – женщина нехотя посмотрела на Брайна. Он был испуган. В глазах читалось, что-то похожее на непонимание и страх. У него был шок, хоть он и держался молодцом. С его правой брови сочилась кровь. Хелена положила ладонь на шишку – результат «соприкосновения» головы и окна машины. Она вновь посмотрела на ладонь, которая покрылась кровью. Стоп! Они ехали в машине… Врезались во что-то… Леон! Где Леон!? Харпер огляделась вокруг в поисках Кеннеди, но не увидела его. Она в панике посмотрела на Макса, - Леон все еще в машине! Я не могу его вытащить! – только через пару секунд Хелена осознала его слова. Она резко поднялась, забыв о собственной боли, и кинулась к машине. Автомобиль был перевернут вверх тормашками. Похоже, удар пришелся со стороны водителя, за которым сидела Хелена. Маловероятно, что он выжил. Тот самый бок, где сидел водитель – превращен в хлам, месиво. Поблизости никого не было, поэтому определить, кто в них врезался – не удастся. Хелена обогнула машину и присела около двери, за которой был Кеннеди. Она не могла понять дышит он или нет и поэтому в истерике начала дергать за ручку двери. Заклинило! Брайн быстро оказался рядом, и вместе им все-таки удалось, выломать и без того поломанную дверцу. Харпер прикоснулась к шее Кеннеди, чтобы определить есть ли пульс. Ей было так страшно делать это, что у нее задрожали руки. Ведь думать об отрицательном ответе… Вдруг Леон глубоко вдохнул и повернул к ней голову. Было видно, что он не осознавал, что происходит по его глазам. Она обхватила его лицо с двух сторон ладонями. - Все будет хорошо, - от облегчения она глупо заулыбалась, чувствуя, как на глазах застыли слезы, - Мы вытащим тебя отсюда… Брайн схватил его за правую руку, а Хелена за левую. Женщина совершенно не обращала внимания на то, как ее тело отзывалось болью на каждое движение. Что есть сил, она тянула Кеннеди на себя, все больше думая о том, как бы быстрее вытащить его из машины. Леон, видимо, пришел в себя, поэтому через пару секунд с помощью напарников уже стоял на ногах. - Что за черт, - прошептал он, глядя на машину. Брайн отошел в сторону, ссутулившись, и, поставив руки по бокам, тяжело дышал. Харпер все еще цеплялась за руку Кеннеди, не в состоянии ее отпустить. Леон резко повернулся к женщине, оглядел ее со всех сторон, и только потом заглянул ее в глаза: - Ты цела? Как себя чувствуешь? - Нормально, - соврала она. Тело ужасно ныло, и голова трещала. Но больше всего она испугалась за Леона. Ведь если бы… Кеннеди прочитал в ее взгляде тревогу и аккуратно прижал Хелену к себе, заставив на мгновение позабыть это «если бы».