Свободная касса

Жизнь протекала в неспешном и давно заржавевшем русле серых тонов. График «дом — работа — магазин — дом» опостылел. Год назад Ривая сократили, и он распрощался с жизнью офисного планктона. Деньги нужно было зарабатывать, поэтому ничего не оставалось, как устроиться по первому же объявлению. Им оказалась забегаловка быстропита. После обучающих курсов Риваю выдали красную рубашку, черные штаны, оранжевый передник и дурацкую шапочку с зеленым козырьком. Если и раньше настроение было не очень, то с тех пор, как его поставили на кассу, оно испортилось окончательно. Ривай ненавидел людей, но по регламенту полагалось приветливо улыбаться. И уже к третьему посетителю лицо Ривая становилось хмурым и недовольным. Он не собирался выдавливать из себя улыбку и заискивать перед каждым встречным. Менеджер делал выговоры, штрафовал, снимал премию, но на Ривая подобные методы совершенно не действовали. Его бы и рады были уволить, но людей не хватало, поэтому в какой-то момент менеджер махнул на него рукой, повесил за спиной табличку «Недружелюбный кассир» и ушел. Видимо, решил, что если люди и получат утреннюю порцию нелицеприятных отзывов о себе, то их об этом честно предупредили. Самое удивительное, к Риваю очередь все равно выстраивалась. Причем некоторые люди стали приверженцами именно его кассы, несмотря на наличие других свободных касс. И это бесило. Ну правда, какого хрена каждому придурку хотелось видеть именно его лицо? Да еще и без любезности, которую так источали остальные кассиры по правилам, вдолбленным в головы на курсах? Однако вскоре он и с этим свыкся. Ривай зевал за кассой и ждал утренних посетителей. Некоторые дамочки забегали за кофе, — непременно без сахара, — и обворожительно улыбались. Они считали обязательным ритуалом подмигнуть ему, такому неулыбчивому и невыспавшемуся, и дать пару советов по уходу за собой. И обязательно хватали за руку, когда он протягивал сдачу, и облизывали губы. Ривай никак не реагировал, дамочки не сдавались. Если бы он работал обычным официантом, то его бы точно закидали салфетками с номерами телефонов. Днем за кассами было не протолкнуться из-за наплыва посетителей. Время школьников, потом студенты, женщины с детьми после детского сада, и так далее. Не нужно на часы смотреть — можно сверять по толпе у кассы. — Свободная касса, чтоб вас всех, — прошипел громко Ривай, выкидывая в мусорку очередную записку. Некоторые матери приводили своих детишек на обед, только чтобы пофлиртовать с ним. И совали с деньгами бумажки с телефонами. Иногда и вовсе писали сразу на купюрах. Когда он выпрямился и посмотрел на толпу студентов, то невольно уставился на одного из них. Высокий и длинноволосый, с небрежно собранным хвостиком на затылке, тот болтал со своими приятелями. И улыбался слишком знакомо. Сердце сжалось, горло перехватило невидимой рукой, словно перед Риваем появился призрак. Чертовски реальный призрак во плоти. — Эрен? Парень замолчал на полуслове, посмотрел на него удивленно, моргнул: — Мы с вами знакомы? Ривай помотал головой. Нет, конечно же, нет. Даже если перед ним и был Эрен, с которым они победили титанов, сейчас это ровным счетом ничего не значило. Ривай предпочитал не думать о том, что происходило в прошлом. И уж тем более не смешивать его с настоящим. — Извините, обознался. — Ничего, — улыбнулся Эрен так, как улыбался Риваю раньше, стоило его похвалить за отличную уборку. — Я повторю заказ. Ривай кивнул и начал нажимать на кнопки, дублируя все то, что говорил Эрен. Это определенно был он. Вот только какое у него сейчас имя? У Ривая в паспорте значились новые данные, но при смене паспорта во второй раз он решил вернуть себе имя и поставил его вторым. С ним он чувствовал себя увереннее. Конечно, оно нафиг никому не сдалось, и все продолжали его звать по первому. — Вот, проверяйте, — сказал Ривай, собрав Эрену на поднос заказ. — А я думал, ты только ругаешься постоянно, — влезший перед кассой парень ухмыльнулся Риваю и по-собственнически закинул Эрену на плечо руку. Взглянув на поднос, цапнул полоску картошки и, положив в рот, пожевал. Ривай скривился. — Он довольно культурный, — сказал Эрен и хлопнул по рукам друга, потянувшегося снова за картошкой, — в отличие от тебя. — Мне он никогда и слова доброго не сказал, — продолжал жевать тот. — Может потому, что ты ведешь себя, как свинья? — заметил Ривай. — Эй, вот обзываться… Ривай привычным жестом указал на табличку за спиной. — Твою мать, тебя когда-нибудь уволят и я приду на это посмотреть. — С удовольствием продам вип-билет в первый ряд, — спокойно сказал Ривай и назвал сумму к оплате. — Бери поднос, — Эрен двинул локтем своего дружка, достал потрепанный кошелек с растянутой молнией и принялся отсчитывать нужную сумму. Когда они ушли, Ривай долго смотрел им вслед. Он же мог ошибиться, верно?