Мужчины в жизни Робин

      Как и для большинства других детей, первый мужчина в жизни Нико Робин — ее отец. Хотя можно ли его таковым назвать? Его не было рядом, и Робин не знала, существовал ли он вообще. Поэтому она решила, что он не считается.       Вторым мужчиной для Робин стал профессор Клевер. На острове все дети считали его чудаковатым, и даже странная Нико Робин думала так же. Он редко выходил из Древа Знаний, но когда все же появлялся на улице, то возвышался над детьми, словно высокая старинная башня, и отбрасывал тень длиннее, чем само Древо. Некоторые считали его просто сумасшедшим стариком, много болтающим о всяких пустяках. А другие называли его монстром. Пугая своих детей, родители им говорили, что в своем Дереве старик готовит опасные зелья, в которые добавляет тела мертвых младенцев. Поэтому на улице часто можно было услышать детские перешептывания и косые взгляды. У Робин никого не было, никто не пытался уберечь ее от профессора Клевера. Но даже если на самом деле он оказался бы монстром, с ней бы ничего не случилось. Нико Робин тоже была монстром. Впрочем, волнения были напрасны. Профессор Клевер не был чудовищем. Скорее, он стал для нее героем. Он нашел в ней что-то — возможно, черты ее матери — и дал ей книгу. Потом другую. И еще одну. Так профессор Клевер стал началом ее любви к книгам и ее судьбоносных встреч с высокими мужчинами. Из-за всего этого Робин нравилось думать, что профессор Клевер был первым мужчиной в ее жизни.       Следующий мужчина тоже был выше нее, хотя он возвышался и над домами, особняками и башнями. Саул подарил Робин то, чего не смог дать профессор Клевер, — смех. Спустя время этот смех превратится в мудрую, немного усталую улыбку. Но мы говорим о маленькой Робин, а маленькая Робин еще не могла этого знать, и она просто чувствовала огромную благодарность к этому огромному человеку. Как раз-таки после этого она и начала замечать и свою склонность к высоким мужчинам. Впрочем, в будущем ни один из них не был выше Саула.       Следовало ли считать Аокидзи как следующего мужчину в ее жизни? Возможно. Он был тоже высок, и на протяжении всей своей жизни Робин чувствовала его опеку. Правда, она так и не смогла понять, какие чувства испытывала по этому поводу: благодарность или страх. Его лед был опасным оружием и вместе с тем благосклонной рукой помощи. Он смог спасти ее, маленькую девочку, от верной смерти, но в то же время заманил в лицемерный и холодный мир постоянных пряток от Правительства. Робин не могла воспринимать его однозначно, но одно она знала точно: благодаря Аокидзи Робин поняла, что в мире есть нечто более холодное, чем она сама.       Затем была череда людей, которые не сыграли большой роли в ее жизни. Многие из них уже мертвы: убиты ею самой или чужими руками. Встречи с ними Робин не считала особенными. Ладно, хорошо. Был кое-кто. Крокодайл. Он определенно выделялся среди кучи других отморозков. К тому же, Шичибукай был довольно высок. В своей меховой шубе и с золотым крюком он выглядел как лихой морской волк. Поначалу харизматичный босс привлек Робин своим цинизмом и амбициями, но в итоге оказался той еще мерзкой тварью. Конечно, Крокодайл тоже смог дать Робин несколько полезных уроков, но все они в конечном счете не имели большого значения. Если честно, ей не хотелось вспоминать о потерянном времени, которое она провела в этой песчаной дыре. Более того, Робин понимала, что ей придется столкнуться с милой маленькой принцессой, которой она причинила слишком много боли и которая теперь технически являлась ее накама. Но, возможно, если шесть человек со знаком «Х» на руке смогут простить ее, то и седьмая сможет.       После длинной череды паршивцев в ее жизни Робин уже и не надеялась увидеть свет. Гуляя по палубе Гоинг Мэри, она не ожидала, что останется на этом корабле на долгие-долгие годы и будет называть его домом. И уж точно она не ожидала, что этот бестолковый мальчишка в соломенной шляпе станет тем, кто спасет ее душу и подарит ей желание жить. По мнению Робин, этого было достаточно, чтобы описать нечто громадное и напитанное свободой, которое он внес в ее жизнь. Робин никогда не сможет отплатить ему сполна, но она будет следовать за ним до самого конца, если только он не скажет обратное. Луффи был первым человеком, чьи указания она выполняла без малейших колебаний и вопросов.       Первый помощник капитана долго не мог довериться ей, и Робин забавляло это (он, кстати, был довольно высоким, но не так высок, как она). Поначалу он просто был занятным. Например, все его мысли сосредотачивались на тренировках и на том, чтобы стать сильнее. Затем Робин обнаружила, что это ее отношение к нему переросло в восхищение: она получила свою силу, вкусив Дьяволский плод, а он приобретал ее постепенно, шаг за шагом, штанга за штангой. Она уже давно не восхищалась кем-то по-настоящему. Робин не говорила ему об этом, но он был первым человеком в ее жизни, к которому она испытывала это чувство восхищения. А Зоро никогда и не просил о нем. Их отношения укрепились после путешествия на Небесный остров. Робин слышала (от других людей, но никогда — от него), что он спас ее. Тогда она была без сознания и не могла осознать этого, но сейчас Робин принимала это. Мужчина спас ее. Ладно.       Другой, шеф-повар с красивыми светлыми волосами, наоборот поверил ей слишком быстро. Это было воистину удивительно! То, как он души не чаял в ней и Нами, просто завораживало. Робин была уверена, что за всем этим кроется великая психологическая история, но все же его поступки и слова доказывали то, что рыцари еще существуют. Один из них, к примеру, спрятан в грубом поваре, который мог перебить целое войско дозорных одним ударом длинной ноги. Робин знала, что она красива (многие мужчины говорили ей об этом раньше), но она никогда не знала, что заслуживает таких бесконечных комплиментов, которые дарил ей Санджи ежедневно. Блондин был любопытным персонажем в списке Робин, и, задумавшись, она обнаружила, что единственным словом, которое она могла сказать ему, было спасибо.       Олени считаются? Он был милым и всегда прятался за ее ногами. Доктор мог быть высоким, но чаще всего он был достаточно маленьким. Он смотрел на нее по-разному и всегда с ней первой делился своими достижениями, и к ней приходил, чтобы поговорить или задать вопрос. Чоппер напомнил Робин о ее временах в Древе Знаний, когда она донимала профессора Клевера теориями или новыми открытиями, сделанными в неприметном старом тексте. Маленький доктор часто заставлял ее чувствовать себя матерью. Примерно так Робин представляла себе материнское чувство. Она никогда раньше не думала о детях. Это было... приятно.       Длинноносик пытался вразумить ее в поезде. Несмотря на все его враки и небылицы, в тот день он сказал Робин чистейшую правду. Позже, когда кок рассказал ей о великой битве между Усоппом и капитаном, Робин поняла. Она понимала, как ему, должно быть, было больно говорить ей слова, которые он, вероятно, сам хотел услышать больше всего на свете. И несмотря на всю его предыдущую ложь, Робин поверила ему. Семя было посеяно, и она начала думать, что достойна их дружбы и любви.       Он был немногим больше ее палача и сыграл в жизни Робин не самую приятную роль. Роб Луччи был высок, хотя росту ему придавали скорее его шляпа и аура кровожадности, окружающая его. На их прогулке он сказал определенные вещи, которые убили ее морально и заставили молчать долгое время. Робин давно знала, что рано или поздно ей придется выбрать между собственным счастьем и счастьем команды. Она была уверена, что его острые клыки будут преследовать ее в кошмарах еще долгое время, но потихоньку они снились ей все реже. И она знала, почему:       Последний мужчина в ее списке, который был выше нее, первый мужчина за долгое время. Она мало что знала о нем, ей были известны лишь крупицы информации из папки с его делом, врученным ей агентами CP9. Неудивительно, что он оказался рядом с ней в штаб-квартире Спандама, но то, что он пытался отгрызть ему голову, было невероятно! Странный… И возможно, у нее было головокружение или бред, но Робин так же показалось, что у него в глазах плескалось слишком много ярости, когда Спандам ударил ее — женщину, которую он даже не знал. Странно… Со временем Фрэнки привнесет в ее жизнь еще много странных вещей, и попытка сбежать при помощи его филейной части или взорвать здание Мирового Правительства будет меньшим из всего этого безумия. Очень странный.       Когда дым и щебень рассеялись, Робин встала на колени и подняла глаза. Тогда она подумала про себя — и сама не знала почему, — что человек со стальным телом, стоящий перед ней и защищающий ее не меньше других, на самом деле был выше нее.       Робин не знала, что с этим делать.       Фрэнки пытался вселить в нее надежду, говорил, что у нее есть друзья, что они придут за ней. Что она того стоит, а значит, он поможет ей вернуться.       Робин изо всех сил старалась не слушать его, чтобы не питать ложных надежд. Но ложные надежды оказались не такими уж и ложными. Если бы не он, сидевший с ней в той комнате, она, возможно, смирилась бы со своей судьбой… Хорошо, что Робин не любила зацикливаться на прошлом.       Вернувшись на Ватер-7, Робин часто спускалась на верфь и смотрела, как он работает. Он улыбался, махал рукой и предлагал ей немного поболтать, прежде чем вернуться к своим обязанностям. В конце концов Робин начала обедать с ним (и обязательно с большим количеством Колы) и каким-то образом убедила Фрэнки разговаривать с ней чуть дольше каждый день. Она спросила его о Ватер-7, и он говорил о родном городе с такой гордостью и любовью, что Робин поняла: он не пойдет с ними в море. Фрэнки просто построит им новый корабль и отправит Мугивар в путь. Это беспокоило ее больше, чем она могла бы признать.       Итак, в тот роковой день Робин не нанесла ему ни одного удара, но воздействовала другими не менее убедительными способами и, в конце концов, «убедила» его сесть на их корабль и отправиться с ними в путешествие. И пообедать с ней в море.