Мятный леденец

POV Пак Тэхён

***

На дворе было поздно, а дождь к несчастью, или наоборот, начал лить как из ведра. Конечно, я мог просто предложить ему зонтик или дать денег на такси, но сейчас я позволил себе слабость. Хотя бы сегодня, даже если это будет в последний раз. Я никогда особо не жаловался, всегда был сильный духом. По крайней мере, мне всегда так говорили близкие люди. Но сейчас из-за того, что не сумел отпустить его прямо сейчас, я себя таковым не считаю. Недавно, Юнги-хён сказал мне: если любишь — борись. И сейчас я понимаю, насколько этот поступок эгоистичный. Насколько я всегда заблуждался: на самом деле я слаб. Или это чувство сделало меня таким. Иногда, оказывается, я бываю слишком ранимым и наивным, иногда я часто плачу, иногда есть человек, от которого не воротит. И он именно тот, кто не тянется к тебе так, как ты к нему. Ирония жизни не раз испытывала меня на прочность, несмотря на то, насколько я ещё юн. Но сейчас мне кажется, будто земля подо мной проседает, насколько бы банально это ни было. Будто это пик иронии жизни. И, по правде говоря, это так. Я никогда не забуду того, кто украл у меня щит силы, как бы не повернулась теперь судьба. И сейчас просто нет больше сил вставать на ноги и бороться дальше, нет сил не отпускать чужую руку. Много слёз было пролито в эту ночь. Много было мыслей, которые я должен был принять или отвергнуть. Я спал в комнате Чимина, всё равно он так и не пришёл. По крайней мере, на ночь. Чонгук же спал в моей. Мы не общались, не промолвили ни слова с наших последних объятий. Даже спокойной ночи пожелали отвратительно лаконичным кивком. Кто вообще, мать его, так желает добрых снов?! И я не буду врать, что меня это не задевает, но за сегодня слишком много эмоций, так что мне проще не придавать этому сильно большого значения и забить.

***

Уже было где-то за двенадцать, не могу сказать точно, что-то около пол первого ночи. Я никак не мог уснуть и всё что мне оставалось — лежать пластом, поддаваясь пыткам мозга в виде мыслей. Это была не лучшая с идей, знаю. Я бы сказал самая глупая! Но я поддался желанию пойти в свою комнату, хотя бы посмотреть на него. Мне жутко одиноко без него, с каждой минутой всё сильнее, будто это зависимость. А, может, просто потому что я знаю, что он рядом. Забавно… Я сам хотел одиночества, сам хотел, чтобы он отстал от меня, а после этих громких слов поддаюсь на нехитрые уловки сознания или, скорее, неосознанности. Корю себя же, давая себе мысленную пощёчину (был бы кто-то рядом в сознании, попросил бы и настоящую); чуть ли не даю волю своим слезам, но всё же сдерживаюсь и ложусь возле парня, которого предпочёл бы назвать «своим». Насколько сейчас мои действия неправильны? Насколько моё желание провести ладонью по его щеке дико для него? Я вырисовывал на спине Гука узоры, едва ли дотрагиваясь. Он всегда крепко спит, но всё же случайно разбудить его сейчас я не хотел. Хотелось просто полежать и помыслить. О своём и чужом счастье. И что оно совершенно разное для нас. Я закинул одну ногу на Чона и взял его руку в свою. Мне хотелось бы держать эту руку в своей всегда, чтобы кончики его пальцев нежно прошлись по моим рукам, талии, впалому животу, ребрам; хотелось бы своего «навсегда», утопая в его вечных объятиях. Но ему хочется лишь «мы друзья». Моя голова переместилась на его грудную клетку. Я слышал стук его сердца. И, клянусь, это был лучший звук под который мне доводилось засыпать. Его трепещущее сердце — это услада для ушей, я не слышал ничего более искреннего. Никакая ода, никакая лирика песни не звучит прекраснее этого отбивающего такта — сердца любимого человечка. Почему-то мне хочется слушать его ещё больше и больше, почему-то всё сильнее и сильнее хочется остановить время. Но меня быстро клонит в сон. Я верно поддаюсь этому ощущению, как бы мне того не хотелось, и вскоре засыпаю. POV Чон Чонгук Во сне я чувствовал, что моей руки что-то нежно и осторожно касается, будто боясь разбудить. Я не мог понять что это, слишком крепко спал и не хотел разбираться. Может, это холодноватый ветерок подул на меня, а, может, это теплая любовь Тэхена. В любом случае, между открыть глаза и посмотреть, что происходит и сладко спать, я всё же выбрал быть в объятиях Морфея. После последовал прилив тепла. И не знаю, что это было такое теплое: одеяло или подушка, но оно было приятное. Что-то нежное и тоненькое упало на мою талию, будто обнимая в ответ. Наверное, это просто моё воображение… Но, почему-то, сейчас было так удобно и комфортно, хотя на бедро давило что-то тяжеловатое. Однако мне было всё равно. Не хотел рушить эту тишину и нежность. Лежал бы так всегда. В чьих-то объятиях и тепле. Мне нравится это чувство. Мне нравится приятный запах, который пробивается через сон. Мне нравится Тэ, как друг, так и как человек. Мне нравится быть рядом с ним. И я мог бы долго так долго, но, боюсь, в конце дойду до того, что «нравится» перерастет в «люблю тебя» с приставкой «Пак Тэхен». Поэтому просто наслаждался сквозь сон теплом и трепетным звуком ускоренного сердцебиения. Через время я всё же проснулся. Я был в сонном бреду, не совсем соображал, если быть честным. Видел лишь миленького спящего друга возле себя. Я особо не парился, где мы, что происходит и какой сейчас вообще год, просто неосознанно засмотрелся, что было таким неприличием с моей стороны! Он такой милый… В некоторых момента, Тэ просто заставляет меня жалеть, что я не хочу потерять его, как единственного лучшего друга. Но это нечестно! Его глазки-океаны пытаются сделать с меня берег. Берег, о который разбиваются волны. Эти бушующие волны хотят показать, насколько он любит меня. Я боюсь, Тэхен. Боюсь, что ты разобьешься об меня как и эти волны в твоих глазах, что блестят надеждой, когда ты смотришь в мои. Чувствую себя невероятно виноватым перед тобой. Я правда хочу загладить несуществующую вину, но боюсь убить твою любовь и надежды. Просто не хочу терять тебя… Нам всего ничего, самые обыкновенные подростки, но ты уже так вырос… Ты влюблен. Даже не знаю, что ответить на это… Потому что этот человек я. И кто бы не спросил, я твёрдо скажу: я люблю тебя Тэхёна. Правда люблю. Но как лучшего друга или брата. Ведь мы оба парни. Разве мы можем быть вместе? Но это и правда нечестно! Почему тогда я не могу отвести взгляд от твоих глаз? Почему хочется перестать думать и просто смотреть в них долго-долго? Его прядка волос упала на лицо. Я аккуратно, чтобы не разбудить его, убрал её, просто не мог не сделать этого. От этого во сне он прижимается ко мне сильнее, и только это отрезвляет меня от беззаботности. Я отодвигаюсь подальше от него. Он действительно знает, как заставить меня чуть ли не плакать от безысходности. Ведь его объятия значат совершенно иное, нежели мои. «— Ты такой красивый, Тэхен-и. Но если я скажу это, ты посчитаешь, что этот комплимент вовсе не дружеский. Вот в чем проблема. Ты мой друг, а я твой…» И даже если я поступлю как последний урод, но вчера, когда мы так крепко обнимались, оба решили, что нам будет так лучше. Завтра с утра я сделаю вид, что и не просыпался вовсе ночью, что не видел тебя рядом, что ты не ко мне даже во сне так отчаянно прижимаешься, что мы не знаем о твоих чувствах.

***

Не хотелось просыпаться, но пришлось. Это всё из-за этого солнца! Кто вообще придумал это надоедливое солнце с утра?! Когда мой разум потихоньку начал восстанавливать себя, только тогда я понял, что моя рука лежит не на подушке, а не чьей-то изящной выгнутой талии, крепко прижимая ко мне её владельца. Мои глаза со страхом распахнулись. Как же я хотел опустить глаза и не увидеть там своего лучшего друга, как же надеялся что всё это был просто длинный сон, однако его мягкие шелковистые волосы макушки, с которыми игрались лучи солнышка, естественно, провалили мои планы с треском. В ещё больший шок привела меня картина, которую я увидел: нога Тэхена закинута на меня, а моя рука на его бедре; тэхеновы штаны немного спустились вниз, от чего резинка его боксеров была видна, что выходило за рамки моего комфорта; моя вторая рука плотно прижимала его тело к моему, а голова покоилась на моём плече. Класс! Всё как нельзя… Ужасно! Нет, я, конечно, понимаю, что жизнь часто поворачивается к людям своей большой обнажённой задницей, но чтобы мне настолько «везло»?! Это ещё нужно поднапрячь булки! Было чувство будто я все ещё сплю и вижу сон. Причем чужой. Я немедленно убрал руку с чужой ноги и встал, как ошпаренный, пока он не проснулся, но, видимо, было поздно… — Доброе утро, Гукки. — По моему, скажем так, не очень радостному выражению лица и сложенным в замок рукам он быстро понял, что я жду объяснений, ведь засыпали мы в разных комнатах. — Извини, — продолжил он, — я так и не смог уснуть поэтому пришёл к тебе. Ты же знаешь, я люблю обнимать кого-то или что-то во сне. А сегодня было так много мыслей… — Тэ, ты за дурака меня держишь? Ты же сам делаешь всё лишь хуже! — Мой голос становиться с ноткой раздражения, а тон немного выше. — Что тебе с таким же успехом мешало обнять подушку, раз не можешь сам уснуть?! Я ведь знаю, что у тебя есть дакимакура! Но тебе было проще прийти в другую, блять, комнату и закинуть ногу на меня, нежели на неё, да?! «— Прости, малыш ТэТэ, ты, наверное, сейчас с каждой минутой убеждаешься в том, что я не так уж и мил, но с этими играми пора заканчивать. Ты мой друг. Я не хочу заблуждать в иллюзиях себя, и тем более тебя.» — Прости? — Пак немного опешил от моих прямых и на тон выше, чем нужно высказываний, и слегка насупил брови, но говорил всё так же неуверенно. — Мне просто было одиноко. Но если ты так не хочешь меня видеть, — встал он, запутавшись ногой в одеяле и споткнувшись, от чего явно почувствовал стыд, — видимо мне стоит уйти, — его взгляд с каждым мигом становился всё тяжелее и мрачнее. Он выбежал с комнаты, хлопком двери давая понять о своём раздражении или обиде, ну, а наши же отношения побежали вприпрыжку за ним в самую жопу. Тэхён просто ушел, оставляя меня наедине. С собой. Со своими мыслями. С его шлейфом прекрасного аромата с нотками папайи. Это был его шампунь для волос. На самом деле, до появления Тэхена в моей жизни я ненавидел папайю. Но сейчас… Это мой любимый запах. Потому что его любит мой Тэхен. С его чувствами стало все сложнее, это факт, но это не означает, что я могу просто так взять и оставить его. Он дорог мне. Как человек, как друг, как… Лучший на свете друг. Невероятно шикарный и прекрасный друг. Красивый и добрый друг. Утончённая и эстетичная натура. Любимый и неподражаемый Пак Тэхен. Лучший друг Чон Чонгука. Чон, мать его, Чонгука, который и сам уже не понимает, чего хочет от него. Я будто ковыряю не зажившую рану. Больно, но кровь красивая. Сейчас нужно быть аккуратным, чтобы не занести в рану инфекцию. Было ужасно неловко от того, что я накричал на него в его же доме. Ведь по сути он имеет право спать где захочет. Это я должен подстраиваться под его предпочтения. Но он должен знать всему меру. Я должен поставить ему дружеские рамки, раз решил не давать ему надежду. Однако извиниться всё же стоит… Укутавшись в одеяло, я подошёл к комнате, с которой больше всего дуло, будто кто-то открыл большое окно на распашку. Когда я тихонько открыл дверь, оказалось, что моя догадка оказалась верна. POV Пак Тэхён

A New Day With Hope (ft. Anipperoni) (lofi remix)

Я повёл себя действительно глупо, знаю. Но Чонгук разве тот, кто может меня осуждать за это? Чёрт, Тэ, ты просто дурак, раз думаешь о нём так часто. Сейчас мне кажется, что это вообще глупая и абсурдная идея — думать о нём. Я сорвал со стенной доски Чимина мою старую фотографию. На ней был я, он и Лизбет. Лизбет… Он так и не сумел попрощаться с ней. Я разорвал её на мелкие кусочки, открыл настежь большое окно и пустил по ветру. Лёгкий холодок окутал моё лицо в ответ, будто взял мои щёки в руки, пытаясь утешить. Пора отпускать прошлое. Должен ли я так же отпустить и свои чувства к Чону? А самого Гука? На эти вопросы я, пока что, ответов не имел. Или, по крайней мере, не хотел видеть очевидное. Как минимум, с такими чувствами никаких путных отношений не получится. Но почему же это всегда так тяжело? Каждый удар, синяк, унижения и предательства — всё это нужно пропустить через себя, чтобы отпустить прошлое. Каждый тайный уродливый уголок сознания. Думаю, многие так и не решаются этого сделать из-за риска неудачи. Что вот, мы покопаемся в этом, а отпустить так и не сможем. И, чёрт побери, это действительно часто происходит именно так. Завидую людям, которые всё же отпускают. Они — настоящие смельчаки и герои! Я вытянул ладонь напротив себя. Хотелось бы, чтобы в нём было моё сердце, в котором живёт Чон, и я разорвал его так же, как и ту фотографию. Чёрт я все время должен был быть сильным. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Благодаря этому я выживал. Но теперь, когда некто сделал меня таким ранимым обычным подростком — я не могу сражаться. Жизнь не любит таких сильных духом выскочек как я, поэтому ставит ультиматум: либо мне стоит отпустить его и с необъятной и бесконечной болью дальше продолжать быть сильным, либо продолжать быть с этими прекрасными и, кажется, неправильными, как запретный плод, чувствами, но таким, каков я сейчас: со слезами на глазах, с опухшим лицом и уродливой гримасой жалю на нём. И, возможно, сейчас я всё гиперболизирую, сейчас для меня весь мир через другую призму, неведомую мне раньше. Возможно, для него я прошу слишком многое. Возможно, я просто давлю на него? Ведь я и сам привык к давлению… Но я верю. Во мне теплиться надежда, на счастье, на закаты и рассветы встреченные с тобой, Гук. Побудь хотя бы моим другом или хотя бы не забывай обо мне. Я приму любые твои чувства. И пусть они не совсем такие как у меня, это не важно, я просто буду наблюдать и любить издалека, ведь мы зашли слишком далеко, чтобы оставлять это, как незавершённую игру. На примере Бет, когда я не успел даже попрощаться, сказать, насколько она восхищала меня, насколько я любил свою нуну, я не мог оставить всё так. Если мы действительно разойдёмся сейчас по разным дорожкам из-за моей любви, наша с ним дружба будет… Неприятным воспоминанием. Тогда у меня не останется их вообще. Я начну новый день. Начну новый день с надеждой, что больше не будет слёз. Что я больше не влюблюсь. Что у него пропадёт моя любовь к нему с памяти. Что я однажды найду своё счастье. Я буду греть эту надежду в своих руках, несмотря на то, насколько часто они бывают холодны. Я буду пить её по утрам и на ночь вместе с тёплым молоком с мёдом. И буду продолжать надеяться, что каждый день, когда мне будет грустно, будет дождь, который скроет собой мои слёзы. И что надежда всегда будет со мной, как и новый день. А в новом дне будет надежда. Мои плечи неожиданно накрыло что-то тёплое, а сзади обняли. Он прижался ко мне чуть ближе к себе, чем позволено, отчего я бы подумал, что это мой старший братишка, но мой любимый запах — запах его парфюм, который держался на нём, кажется, вечность и который я так любил, но никогда не мог понять чётко выраженного запаха, выдавал Чонгука с потрохами. Я узнал бы его даже среди небольшой толпы, как бы громки эти слова ни были. — Ты почему мёрзнешь, Тэ? — Тихо говорил он мне и согревал, как камин с детских воспоминаний или как… Любящее тело. Моё тело неосознанно прижалось к нему, а сознание, все-все мысли, вдруг вмиг постигло невесомость. Интересно, это ли называют «любовь окрыляет»? Если это действительно так, тот, кто придумал это — совершенно точно глупец. Мои локоны развевались по ветру. Его тоже. Всё вроде как всегда, а вроде всё напрочь не так. Мне сложно это осознавать. С ответом я не спешил, он был очевиден и типичен. Что я должен ему сказать? И что он ожидает услышать? Сойдётся ли ответ с тем, что он хочет услышать? И должен ли я дать себе сейчас мысленную пощёчину, ведь почему меня вообще должно это волновать? Что-то на подобии «Тебя это волнует?» или «Мне захотелось освежиться»… Но он прекрасно знает, что я просто слишком много думаю, а этот вопрос лишь чтобы подразнить меня, чтобы показать своё превосходство надо мной, чтобы в очередной раз убедить меня, что для него я — раскрытая книга. Я так и не придумал, что ему сказать. Не дождавшись моего ответа, он продолжил сам: — Прости меня, пожалуйста. Я не должен был повышать свой голос на тебя в твоём же доме. Это более, чем некрасиво с моей стороны. — Забей. Почему ты пришёл? Почему сейчас делаешь это? — Я тяжело вздыхаю, пожалев, что спросил у него это. — Знаешь, я правда не хотел всё усложнять. — Знаю, Тэхён. И не виню тебя ни в чём, ты ангел. — Правда так думаешь? — Наверное, — пожал он плечами. — А я демон, — хохочет. — Отстой. Ты даже здесь отшил меня, — поворачиваюсь к нему. — Демонам и ангелам нельзя быть вместе, — обнимаю его в ответ. — На какую дружбу вы надеетесь, мистер демон? — Ну… Тогда я буду простым человеком. Надеюсь, ты примешь меня таким, ангел. — Я не такой как ты… Но я надеюсь, что и ты примешь меня… — поднимаю голову, смотря на него, но наши лица оказываются близко.

Thaehan — One Last Time

Я уже хотел отстраниться, чтобы не вводить в краску ни себя, ни его, ведь нам наверняка после этого будет неловко, но мой лоб неожиданно накрыли чужие губы, нежно прикасаясь к ним. Тепло постепенно разливалось по всему телу с этой точки. Точки невозврата, которая задевает мои чувства. Я горько улыбаюсь, закрывая глаза. Его губы будто прилипли к моего лбу, а я и не против. Не знаю, что сподвигло сделать его этот поступок, но, честно, я ненавижу это. А сам же после этих мыслей поступаю противоречиво: поднимаюсь на носочки, ведь он слегка выше меня, и целую его лоб в ответ. Плевать, что мои губы покусаны, плевать, что они сейчас шершавые и солёные от недавних слёз, я всё равно пытался вложить максимальную нежность в него, всё тёплое, что у меня ещё осталось. Как же сильно не хотелось разрушать этот момент, он бы заплакал, если бы знал, ей-богу. Но что я могу сделать, если даже он кажется для меня лишь моей иллюзией? Рано или поздно кому-то пришлось бы это сделать и он всеми силами пытается передать эту ответственность мне, я должен справиться с ней. — Это было твоим ужасным решением, балбес, — отстраняюсь я, идя к стенной доске, где были прикреплены ещё несколько фотографий. Не могу сейчас смотреть ему в глаза. Я взял одну из фотографий с доски. очередная старая фотография. Мы с Чимином в нашем некогда любимом и тайном месте. Я приношу её к нему, с трепетом поглаживая фотографию пальчиком. Тут мы выглядим такими счастливыми, но… Самое замечательное, что именно тут мы действительно счастливы, без всякого притворства. Не люблю его, правда… «— Но теперь придётся делать это самому. Я так презирал это и был так наивен. Ведь был совершенно не готов, что мир… Мир… Он именно таков — полон притворства.» — Смотри, — переворачиваю фотографию, сзади которой прикреплён маленький пакетик с уже давно как высохшим лепестком. На данный момент, это моё главное сокровище. — Он мне очень дорог. Лепесток сакуры. Я сорвал его с особенного для меня дерева. Пусть он не такой как другие и не так прекрасен, но он мой. Он особенный. «Слишком банально, Тэ», правда? — хихикнул я, мельком посмотрев на брюнета, а после снова на лепесток. — Почему-то такие вещи ценятся больше… Наверное, потому что с деревьев падало множество лепестков, а этот остался самым последним тогда. Он самый сильный солдатик. Но это все же лепесток. Беззащитный, как и все другие. Но сильный. Он уж подавно завял, но продолжает жить по теории и надежде Пак Тэхена, — слегка улыбаюсь, но улыбку быстро снова сменяет грусть и задумчивость. — Прости, я, наверное, говорю глупости, — я серьезно посмотрел на Чона. — Нет, вовсе нет, Тэ. Это… Это очень глубокие и чуткие мысли, — в его глазах читалось соболезнование и вина. Почему? Причин много… — Возможно, — пожал я плечами, снова смотря на лепесточек с невероятным трепетом, вспоминая наш с Чиминни смех, будто он доноситься совсем близко, где-то за дверью. Наверное я и на Чона так смотрю, а, может, в последний раз, как он видел мои глаза, они уже потускнели? — Я не хочу, чтобы наши ссоры продолжались. Поэтому… Пожалуйста, прими меня как друга, — протягиваю ему лепесточек. — И я сделаю тоже. Но дай мне время. Думаю, это безжалостно текущее лишь вперёд время нужно нам обоим. Чтобы всё обдумать. Поэтому… — Поэтому нам не стоит пока что видеться? — Продолжил он за меня. Может, я просто не смог бы этого произнести. Может, мой голос дрогнул бы и я так и не договорил своё предложение. Но он, видимо, хочет этого. — Д-да… — Тэ, ты же… Не говоришь этим, что мы больше не будем общаться? Ты не избавляешься от меня? — Нет, что ты… — А похоже на это. — Я не делаю этого. Поверь мне. Доверься… Возьми, — беру я его ручку и кладу в неё пакетик. — Что ты, я не смею. Это твоё, и оно дорого тебе, Тэ. — А ты мне, думаешь, нет? Доверься, Гук, — молю его глазами, на что он поджимает губы, а вскоре и крепко обнимает меня. POV Чон Чонгук Я не знал точно, как мне стоит лучше реагировать на это, но, кажется, сейчас он пытался побольше открыться мне, чего бы ему это не стоило. Но стою ли я этого? Я поцеловал его, а после попросил остаться друзьями, отвергая его чувства, а после снова, снова и снова играясь с его чувствами, даже если это не нарочно. С меня даже друг стал паршивый. Я не мог позволить ему довериться мне полностью, если вдруг нечаянно раню его чувства. Я совсем этого не хочу, поэтому, думаю, будет разумно с моей стороны защитить его от всего плохого, как следует настоящему другу и родному человеку. И прежде всего, мне стоит начать с принятия его решений. Мне не хотелось делать какие-то паузы в наших отношениях, это как-то по-детски. Но ребёнком с нас двоих оказался я. Эгоистичный ребёнок, который играется с чувствами друга как с любимой игрушкой. Несмотря на чувства и боль, он сделал разумный и зрелый поступок. Поэтому я не смею ему перечить. Возможно, он хочет прямо сейчас, чтобы именно это я сделал, возможно, нет. Но действительно услышать его волю и выполнить её это сейчас единственный путь, как я могу загладить свою вину за всю причинённую ему боль. Я видел, с какой грустью он меня отпускает и на секунду подумал, что, может, мне не стоит уходить, но, думаю, сейчас это будет правильно. Я боюсь последствий… — Пока, Тэхён. Сухое «пока» это единственное, что я мог сказать ему сейчас со всего моего калейдоскопа сумбурных мыслей. «До встречи» я не мог сказать ему, ведь, всё уже давно не как раньше, «Прощай» я сказать и не смею, только не ему. Поэтому простое «пока», возможно, заставит его плакать, как только моя нога переступит порог его дома и я уйду, но не настолько сильно, чтобы моё сердце разрывалось от этого в десятках километров от него. Не дождавшись ответа, я удалился с его квартиры. Лишь краткое сообщение «Хен, позаботься о нем» Чимину давало понять, что старшему братишке стоит возвращаться домой. POV Пак Чимин

***

Больше всего сейчас меня волновал брат. Я забыл обо всём на свете, пытаясь понять сообщение Чона и при этом не накрутить себя. И будь я проклят, если с ним что-то случилось, а я не смогу ему помочь. Домой я мчался как никогда раньше, казалось, будто я ни на одной изнемогающей репетиции так не потел, как сейчас, когда чуть ли не лечу к брату. По дороге я быстро заскочил в магазин купить любимой еды Тэхёну, сказав пару ласковых медленному кассиру, и слава богу. что на мне были линзы и маска, ибо завтра же я увидел бы о себе статьи не из лучших. Хотя, даже если это было бы и так, мне совершенно плевать сейчас на это. — Я дома, Тэ! Как и обещал, мой цветочек, — улыбаюсь, но не слышу ничего в ответ. Сразу ощущается что-то неладное. Обычно Тэ-Тэ только услышав мой голос сразу прибегает обниматься. Но сейчас ничего подобного. — Тэ?.. — Осторожно прохожу в его комнату, будто боюсь его вспугнуть. — Ты здесь? Почему… Не отвечаешь? — Мой голос был спокойный и ровный, но с неловкостью. Он сидел ко мне спиной. — А? Минни… — Повернулся он ко мне головой. — Ох, прости, — и тяжело вздохнул, — я просто задумался, — а после натянул улыбку, но получилось слегка криво. К счастью, когда я пришёл домой, Тэ был живой и в здравии, это самое главное. Но ничего хорошего по его лицу я прочитать не мог. Под его глазами были большие мешки, щёчки розоватые и нетипично больше, чем обычно; вид измученный, подавленный и усталый. На секунду я подумал, что смотрю в зеркало. Я тут же подошёл к нему и крепко обнял. Моё сердце сжалось, будто я разделял его боль, чтобы там не случилось. Было жутко неприятно смотреть на такого Тэ. На это я дал себе мысленное обещание серьезно поговорить с Чоном, сказав и ему всё, что на языке вертится, как я сделал это ранее с бедным кассиром. — Тэ… — в ответ младший уткнулся мне в грудь и сжал мою кофту на спине пальчиками. — Я просто не понимаю что мне делать дальше. как быть дальше. Почему я просто должен принять всё, а он нет? Это нечестно. — Тэхен… Ты же… Влюблён в Чонгука, правда? — Мои зубы сжались с силой, но рука по волосам брата проходилась нежно-нежно как любимый бархатный шёлк Тэхёна. — Да, — вскоре ответил мне он, — люблю. Но тщетно… Иногда любимые люди причиняют боль. Иногда любимые люди скрывают слишком много тайн. Иногда нужно побыть вдали друг от друга, а иногда никогда не разлучаться. — Иногда просто нужно быть, Тэхённи, — тихо говорил я, — чтобы человек понял, насколько ты дорог ему. И если Чонгуку ты действительно дорог, а он тебе — вы поладите, даже с таким проклятием или благословением. Если же нет… Обещай забыть его. Не беги от прошлого, сразу же посмотри ему в глаза и разбей его, как зеркало, а после смотри вперёд и никогда не оборачивайся. Он ничего не ответил мне, лишь сильнее прижимаясь ко мне. Мы стояли и долго обнимались. Двое парней погрязли в болоте под названием Любовь.