Кем бы ты ни был

      Санджи ненавидел колеса обозрения. Особенно колесо обозрения Норт Блю, в кабинке которого он как-то провел три с половиной мучительных часа обездвиженным. — Я заплатила за двадцать кругов, к этому времени парализующий яд как раз перестанет действовать, — Рэйджу ласково потрепала его по волосам, их кабинка медленно спускалась вниз. Он пытался закричать, чтобы Рэйджу не смела, схватить ее за руку, но все что ему удалось — безумно повращать зрачками. — Я знаю, что ты скажешь: «Не смей так поступать, Рэй-рэй. Ты не имеешь права жертвовать своим будущим ради меня». А я тебе отвечу, что с тех пор, как сдала отца, никто не посмеет говорить мне, что я смею делать, а что нет. Так что я сделаю это, пойду в полицию и расскажу все, в чем вынудил меня принимать участие отец. Я раскрою все схемы Джермы, чтобы она больше никогда не могла восстать из пепла. А этот ублюдок — выйти на свободу. Они пообещали мне твою неприкосновенность, если я так сделаю. Потому слушай: в карман я положу наличные, пользуйся только ими или картами на чужое имя, — она отогнула его пиджак и вложила во внутренний карман толстый кошелек. А затем нежно погладила Санджи по щеке.       Рэйджу обычно была не слишком ласковой, и потому этот жест пугал Санджи. Он показывал, насколько все серьезно, и что они могут видеться в последний раз. Он пытался мычать в знак протеста, но даже этого искусный парализующий укол сестры его лишил. Как он купился на это невинное: «Прокатимся?». У Рэйджу ничего не бывает просто так. — Отправляйся на вокзал и садись на первый же поезд из города, какой тебе понравится. Я уверена, твой компас все же сможет вывести тебя в верном направлении к маяку. Денег должно хватить на путешествие, а там тебя будет ждать настоящий дом. И человек, который тебя по-настоящему любит. Понял меня, Джи-джи? Из всех Винсмоуков этот шанс я даю тебе. Я уверена, твой маяк ждет тебя так же безумно сильно, как ты мечтаешь с ним встретиться. Я сожгла лаборатории и дом, чтобы уничтожить результаты экспериментов Джермы над людьми, ты не можешь вернуться. Потому считай, что я толкнула тебя изо всех сил в спину, ты споткнулся и побежал вперед по инерции. Но ты не упадешь, на том конце тебя подхватит Ророноа Зоро. Я уверена, твой маяк просто замечательный. Он даст тебе дом и семью, обязательно съезди с ним к побережью. Помнишь, ты с детства мечтал побывать в Ист-Блю? Потому не смей, — она слегка встряхнула безвольно прислоненного к окну Санджи за плечи, — не смей даже думать о том, чтобы возвращаться за мной. У тебя не будет больше шанса увидеть Ророноа Зоро, все группировки страны как стервятники сейчас будут пытаться растащить куски разрушенной Джермы. Ты в опасности. Ты должен бежать в единственное место, где тебя примут и скроют от любой угрозы во что бы то ни стало — к своему маяку. Договорились?       Рэйджу кривила губы. Конечно ее младший брат не мог ей ответить, она сама его обездвижила, недаром она была мастером ядов. Трех с половиной часов хватит, чтобы навсегда и безвозвратно сдаться полиции. Но ее младший брат всегда был в Джерме, как в неволе, и она не позволит ему попасть в очередные застенки. Она подарит ему самое ценное — скрыться от проклятия быть Винсмоуком и возможность увидеть человека, который подарит ему настоящую семью, а не тот уродливый суррогат, частью которого была и Рэйджу.       Она не удержалась, самый опасный убийца Норт-Блю Розовый яд упала на колени перед сидящим без движения глашатаем Джермы Вестником Смерти и изо всех сил обняла его, утыкаясь носом в воротник. — Ты обязан стать счастливым и свободным. Обязан, слышишь? — она болезненно улыбнулась, но ее брат этого не видел. — В конце концов Ророноа Зоро и правда звучит куда круче, чем Диес Дрейк.       Кабинка старого колеса обозрения ширкнула о балку, равняясь с землей. Как по сигналу Рэйджу отпустила Санджи, выпрямилась и спрыгнула в парк. А Санджи, не в силах ничего поделать, остался недвижим на сиденье.       Кабинка снова поехала вверх, и он краем глаза видел, как Рэйджу покидает парк через центральные ворота. Кабинка пошла вниз, и Рэйджу больше не было видно. Он поднимался и опускался, поднимался и опускался десятки раз, думая, что Рэйджу уже наверное в полиции, что сейчас ее ведут по серым гулким коридорам. А ему остается только в двадцатый раз наблюдать с высоты этот проклятый Норт-Блю, где каждый — что уличный бродяжка, что крупный жулик — дрожал от одного упоминания о Джерме, которой больше не существовало благодаря Рэйджу и Адель.       Адель*… Санджи не мог сжать веки, потому чертова слеза бесконтрольно скатилась по его щеке. Но она высохла к концу двадцатого круга над ненавистным городом. На шатающихся ногах он вышел из скрипучей кабинки и изо всех, пока не вернувшихся еще сил, поспешил к своей цели.       Конечно не на вокзал. Он не отправится на поиски Зоро, оставив все позади. Его маяк простит его, он поймет, что Санджи просто не имел права поступить иначе. Он подарит Рэйджу такую же свободу, какой она желала ему. Ему есть, что предложить в обмен. Но сначала нужно найти Луффи и Нами-сан.       Удивительно, как причудливо сложилась судьба, ведь именно решение не искать Зоро, а также знакомство с Луффи и Нами и привели его, без всякого компаса на руке, к его маяку. Порой нашими путеводными звездами оказываются люди, с которыми нас сталкивает судьба, — вот к какой мысли пришел Санджи. Цепочка безумных событий, новых знакомств, и вот Ророноа Зоро сам стучится в дверь его нового дома в Орандж Тауне.       «Смотри, Рэй-Рэй, ты правда толкнула меня вперед, а он поймал», — думал Санджи.       Но.       Но Ророноа Зоро не смотрел на него. Санджи блистал у гриля, обсыпал комплиментами Нами-сан, обменивался шутками с Усоппом, старался превзойти сам себя. В общем, был жалким от отчаяния. Но Зоро смотрел на Луффи и говорил только с ним.       А еще Зоро больше не приходил в «Барати», не патрулировал из-за больничного город, Санджи пытался нечаянно столкнуться с ним в баре, куда Зоро отвел его в первую встречу, но и там его тоже не оказывалось. И когда Санджи отчаялся «случайно» встретиться, Зоро сам явился на день рождения Луффи. Санджи даже не подстраивал встречи — разве это не судьба? Вот только Зоро не смотрел на него. Смотрел на воду, на мясо, на лодки, даже на Усоппа, но не на него. Неужели без своего имени, сам по себе, Санджи и правда не стоит и толики внимания своего маяка? А когда Санджи откроется — Зоро сразу его полюбит? Да брехня это. Бороться надо уже сейчас!       «ПОСМОТРИ НА МЕНЯ!» — Санджи хотел вдарить своему восхитительно упрямому маяку лопаточкой, но вместо этого опять сотворил отчаянную глупость. Ради одного взгляда Зоро он раздразнил Луффи последним кусочком бекона, забыв, насколько тот бешеный в «мясном вопросе».       Короткий переполох, и Луффи сначала роняет Санджи на стул, а потом сам падает в воду. Санджи увидел, как заторможено поднимается со своего места Зоро, и его щеки залил стыд. У Зоро же ранение! По вине Санджи его соулмейт с недавно простреленным плечом чуть не прыгнул в ледяную воду, и он считает себя заботливой парой?! Санджи рванул наперерез Зоро, рыбкой ныряя с пирса за Луффи. Опять не думая о последствиях.       Потому что на суше он не мог снять мокрую рубашку при всех и светить левой рукой. Нами-сан просила сохранять как можно дольше тайну его соулмейта, пока они не покончат с судом над Джермой. Слишком многие охотились теперь за единственным Винсмоуком на свободе, и лучше не разглашать его имя лишний раз.       Нами-сан была замечательная. Она принесла ему теплый напиток и села рядом на пирсе, где трясся в пледе от Ло замерзший Санджи. — Ты же понимаешь, на кону стоит так много. Это все ради Рэйджу. Мы не можем допустить утечку информации… — она села близко-близко, почти касаясь плечом, и Санджи понимал — ей искренне жаль. — Ничего страшного, Нами-сан, я понимаю. Все хорошо, правда, — ха! Зоро пришлось не только посмотреть на него, но и вытащить его за руку из воды. На фоне недельного игнорирования это была маленькая победа. — Но я рада за тебя. По мне не скажешь, но найти своего соулмейта правда большое счастье, — фыркнула Нами. Санджи хмыкнул в ответ. Луффи определенно был ходячие тридцать три несчастья, луковое горюшко. И одновременно человек, благодаря которому он встретил Зоро. — Скажешь, кто это? — она игриво слегка толкнула его коленом. — Хм, Нами-сан, вы меня смущаете, — Санджи не хотел выдавать Зоро, не сейчас, когда его маяку и дела до него нет. Когда они будут вместе, Нами сама все поймет по тому, как идеально они друг другу подходят. — Ничего, ничего, можешь со мной поделиться, — рука Нами доверительно легла ему на лопатки, Санджи уловил знакомый азарт Нами: узнать чужую тайну, найти скрытую выгоду. Он не говорил, но находил коварную Нами даже еще более очаровательной, чем притворно-милую. — Эй, бровастый! — Санджи вздрогнул, Зоро обратился к нему! Сам! Нами с разочарованием неспешно убрала руку с его спины. Сверток по имени Санджи неуклюже обернулся. На мостках рядом с Зоро стоял его друг, так мило не давший ему окочуриться от холода после купания. Зоро как-то зло рассматривал Нами, Санджи чуть даже не рявкнул на него, чтобы не пырился так на меллорин. — Чего тебе, Маримо? — Все забываю представить. Это Трафальгар Ло, хирург и полицейский медик, вы виделись в больнице, — Худой брюнет рядом с Зоро серьезно кивнул. — А это племянник Зеффа из «Барати», Принс Блэк. — Я помню, — расцвел в улыбке Санджи, неловко поднимаясь на ноги в своем коконе. — Вы отличный доктор, раз Маримо уже так резво везде бегает и хмуро на все поглядывает. Этот город не проживет без хмурых поглядываний!       Он высвободил руку и протянул ее Ло. Тот серьезно и долго посмотрел ему в глаза, а затем сжал его ладонь в своей. — Рад знакомству. Но вынужден как врач вас предупредить, что еще немного, и у вашего переохлаждения будут последствия. Вам нужно раздеться. — Что? — Санджи покраснел и быстро стрельнул глазами по Зоро. Тот все еще не смотрел на него, он сверлил взглядом Нами. — Нет, спасибо, мне совершенно нормально и так… — Воспаление легких. Хронические простуды. Проблемы с суставами и внутренними органами… — Все, все, понял я. Видимо, вечеринка для меня закончена. — Я подвезу, — неожиданно для всех быстро сказал Ло, и все уставились на него. — Садитесь на переднее сиденье прямо так, в пледе. — Эй… — начал было Зоро.       Но доктор просто развернулся и пошел к своей машине. Санджи озадаченно посмотрел Ло в спину, зябко поежился и решился. Если он умрет, то у него не будет шанса заставить Зоро смотреть только на него.       Луффи обиженно сказал, что «Ло и Санджи не веселые», но быстро отвлекся на Усоппа. А Санджи блаженно вытянулся в комфортном седане Ло, тут же включившего печку несмотря на теплую погоду. Когда они трогались от домика у реки, Санджи вертел головой, безуспешно пытаясь высмотреть Зоро. Сегодняшний подаренный судьбой шанс случайной встречи был потрачен бездарно, но ведь Орандж Таун — чертовски маленький городок, правда?       Ло мягко вырулил на шоссе, включил негромко музыку, Санджи убаюкивало во влажном тепле. Было странным, что Ло даже не спросил, куда ехать. Хотя, эти мелкие городишки… — Простите за настойчивость, я заметил, что вы не хотите снимать мокрую одежду, потому пришлось предложить такой выход, — сказал вдруг Ло. Санджи недоверчиво покосился на него: какие выводы тот сделал? Но Трафальгар, кажется, не ждал от него ответа. Он продолжил, не сводя взгляда с дороги. — Зоро наверное уже сказал, что я полицейский медик. То есть один из немногих, кому дозволено снимать фиксаторы с рук полицейских и читать на них имена.       Вдруг Санджи понял, что печка работает слишком сильно, и ему жарко. Задумчивость Ло перестала быть комфортной, она стала угрожающей. Под пледом он плавно скользнул рукой вдоль голени к ботинку, где был спрятан украденный на зеффовой кухне и заточенный нож. Все настоящее оружие у Санджи отобрали в процессе превращения в добропорядочного Принса Блэка. — Не стоит, — бросил вдруг Ло, и рука Санджи замерла, так и не успев нащупать нож. — Мы с вами выехали вместе на глазах у четырех свидетелей, вы будете первым подозреваемым.       Санджи переварил сказанное и выпрямился, отказываясь от идеи выхватить нож. Быть может, это просто переговорщик из чужой группировки. Крот, который притворился другом Зоро и ждал, ждал годами, ненавидя тихий городишко, пока к тому явится Винсмоук.       Ло тем временем не спеша принялся закатывать рукав на правой руке, оголяя метку с именем. С задачей еще не было покончено, но Санджи уже догадался: «асс Кид» — торчало из рукава друга Зоро. Никакой это не крот Барок Воркс или Шарлот! Тут дело в личной вендетте, договориться не получится. А потом Ло сказал фразу, послужившую спусковым крючком: — Тупой импотент, который шпарит меня страпоном, хах?       И Санджи дернулся, он бахнул по ручке дверцы, нажимая всем телом, чтобы вылететь из автомобиля на ходу как можно дальше и успеть подняться к тому времени, как Ло развернет свой седан комфорт-класса, чтобы задавить его. Плед должен был хоть немного защитить от ссадин при падении.       Ло среагировал неожиданно быстро, он с силой крутанул руль, машина пронзительно заскрипела, давая круг почти на месте. Вся инерция Санджи ушла в ноль, кружащийся авто снова поймал его в свою утробу, дверь с разлета захлопнулась. Финальным аккордом Ло жмякнул по кнопке, и Санджи услышал, как захлопнулись внутренние замки.       Быстро и тяжело дыша, Санджи резко обернулся к водителю, вжимаясь в дверь и уже панически нащупывая короткий заточенный нож в ботинке.       Ло примирительно поднял с руля руки, сам ошарашенный внезапным поведением пассажира. — Стой, стой, послушай. Признаю, я зашел не с того конца, я хотел просто поговорить! Я должен был убедиться, что не ошибся. — Не ошибся в чем?! — рявкнул Санджи, рука крепко сжимала рукоять ножа под пледом, чтобы Ло не видел направления удара. — Что ты и есть парусник моего друга! — выдохнул Ло, а потом устало потер лоб одной из рук, которые только что держал поднятыми вверх. Даже в плен он сдавался как-то с ленцой. — Я был не прав, извини. Просто все пытался подружиться и найти способ остаться с тобой наедине, чтобы ты не запаниковал. Уже неделю Зоро об этом прошу. Когда я увидел этот пир в палате, я сразу подумал, что что-то тут не чисто. Зоро же мрачный хмырь, кто будет ему пиршества закатывать. Меня это все время мучило, но я делал скидку, что может ты просто психопат такой…       Санджи обиженно хмыкнул, но кивнул: продолжай. — А когда ты мерз, но не снимал рубашку, я окончательно понял, что ты и есть Санджи Винсмоук. Только парусник Зоро будет так добр и открыт к нему, и только он будет так бояться показать свою руку. — И ты знаешь, почему! Не строй агнца, ты втерся в доверие к Зоро, когда узнал, что у него за имя, — Санджи не собирался опускать нож. Этот человек опасен не только для него, но и для Зоро, впустившего змею себе за пазуху. — Нет… то есть да, погоди, не мог бы ты положить, что там у тебя? Нож, он меня смущает, — примирительно снова поднял руки Ло. — Не мог бы. — Хорошо. А ты суровый малый. Хах, первое впечатление так обманчиво. — Уж кто бы говорил! Я думал, что ты друг Зоро! — Я и есть его друг! Мы познакомились еще до того, как мне доверили доступ к меткам полицейских. Признаться, я был шокирован. Я решил, что это шанс для меня поговорить. Но я не стал бы угрожать тебе здоровьем Зоро или запугивать кого-то. Я правда его друг, хотя да, в этом есть своя выгода. Прошу, давай поговорим спокойно, я врач и сотрудничаю с полицией, никакого криминала мне не нужно. — Ты маяк Юстасса Кида! — прошипел зло Санджи, его изуродованная метка под тупой татуировкой так ныла в последние дни. — Да, и я просто хотел попросить помощи. Как мне доказать, что я не опасен, — вздохнул Ло. — Юстасс уже поплатился за свою тупую шутку. Я просто хотел попросить тебя, чтобы ты приказал Розовому Яду прекратить его преследовать. Он лишился руки, разве это не достаточное наказание? — Я не приказываю Рэйджу! — рыкнул Санджи, левая рука вдруг болезненно заныла. И он выронил нож, хватая и баюкая ее правой. Как баюкал свою руку тогда, когда очнулся в грязной подворотне Норт-Блю: избитый и с разорванным рукавом рубашки. Через лохмотья виднелась черная в ореоле красной припухлости, свежая татуировка, пересекавшая уродливый химический ожог на руке. Там, поверх безобразного ожога, точно в том месте, где раньше красовалось драгоценное имя Ророноа Зоро, теперь была набита другая надпись. Чья-то злая и жестокая шутка, по мнению татуировщика отныне маяком Санджи был:       «Тупой импотент, который шпарит меня старпоном»       С дебильной ошибкой.       Санджи завыл тогда, не от боли, разъедающей руку, а от унижения, попрания святыни, каким было для него даже просто место, на котором когда-то было имя Зоро. Кто-то просто вырубил его посреди дня и цинично отнял даже это.       Рэйджу быстро выяснила кто, хотя Санджи и пытался скрыть свой позор. То, как баюкал он ноющую руку словно больное дитя, не могло ускользнуть от ее внимания. Пираты Кида были молодой и очень дерзкой группировкой в Норт-блю, такой борзой, что решили тявкнуть на тех, кого все боялись. Долго вникать новички не стали. Кто тут всем заправляет? Винсмоуки? Сейчас мы покажем, как мы их «боимся». Задоминируем с налета.       Они похитили первого же Винсмоука, которого смогли выследить. Они были чужаки и не знали городской считалки, известной каждому местному ребенку:        «…Беги, коль увидишь его на дороге.       Умри, но не должен в него ты стрелять,       Иначе погубит Розовый яд».       Санджи повезло, что на него не помочились после того, как вышвырнули бессознательное тело на задворки тату-салона. У Кида была такая идея, но он как назло не хотел ссать. У дерзко заявившего о себе новичка совсем не было тормозов.       Рэйджу убила их всех. Тихо, без лишнего шума, при помощи газа и яда в шприце. Кид был последним, заносчивый новичок должен был видеть гибель своей группировки всего от одного Винсмоука. Он должен был понять — за что. Хотя как он мог понять, он никогда не видел, с какой надеждой порой сжимал Санджи ладонью то место, даже уже не надпись, где когда-то красовалось лучшее для него имя. А Кид посмел посмеяться, опошлить.       Она ввела ему в палец яд. Он стоял на карачках, не ожидавший газовой атаки, слабый и кашляющий кровью. Пара капель крови попала на дорогие красивые туфли, и Рэйджу отошла, морщась под респиратором. — Ты тоже парусник. Потому я вколю тебе в левую руку, за то, что ты сделал с моим младшим братом. И все твои шестерки мертвы за то, что ты сделал с моим младшим братом. Ты умрешь за то, что сделал с моим младшим братом. — Кха…а…а… — Юстасс Кид хотел умереть славно, с какой-нибудь меткой шуткой. Брякнуть назло, что убивает его такая красотка, зря он поторопился и уже братца твоего выебал. Но от яда чернела рука — вот уже захватило всю ладонь, легкие разрывались, и он не смог прохрипеть и пары слогов. Красивая убийца в дорогой обуви брезгливо цыкнула и скрылась, стуча каблучками.       В Юстассе Киде было много звериного — желание доминировать, куражиться с жертвой, но главное — неубиваемое желание жить. И, выхаркивая кровь, он свалился с ночной платформы, где Розовый яд настигла уже пустившуюся от ужаса в бега его шайку. И сунул руку прямо вперед — под подъезжающий к станции поезд.       Отсеченный вместе с рукой, яд не успел поразить весь организм. Из поезда тут же посыпались люди, кто-то с истерикой звал врача…        Юстасс Кид выжил. И стал первым, кто сумел пережить гнев Розового Яда. Рэйджу была просто в бешенстве, никто не смеет второй раз измываться над меткой Санджи! Охота, или скорее бешенная травля, началась — Кид не мог оставаться в любом городе дольше пары дней. Он скрылся из больницы, едва прооперированный, вляпался в проблемы с копами, но сбежал из-под следствия, и теперь за ним велась двойная погоня — и со стороны группировки, и правительством.       Наблюдавший за тем, как Кида загоняют, как дикого зверя, Ло ничего не мог поделать. Он высылал ему деньги на дешевые отели и поддельные документы, но всегда знал — это расплата Кида за его собственную глупость. И за то, что попытался откусить больше, чем может проглотить.       Встреча с самим Санджи Винсмоуком, одним из членов семьи главы Джермы, позволит Ло выкупить индульгенцию для его безмозглого парусника. Ничего криминального, Ло поможет Санджи, а тот уговорит Розовый яд прекратить травлю. — Прижми стороной с меткой к груди и дыши ртом, — приказал он скрючившемуся от боли в его машине Санджи Винсмоуку. Тот уже бросил оружие и с болью и шипением баюкал руку в мокром рукаве. — Твое тело так реагирует на то, что ты нашел маяка, вы близко, но не вместе. Оно старается работать сильнее, чтобы столкнуть вас наконец. Прижми к телу, вот так.       Ло склонился, сам с силой вжимая руку Санджи к его груди, ближе к бьющемуся сердцу. — Такое бывает. Все нормально, все хорошо. Ты скрываешь свою личность, а Зоро тебя не признает, да? Вот почему даже сбитая метка откликается. Дыши глубже, парень, вот так. Скоро пройдет, это бывает приступами.       Санджи Винсмоук снова был улыбательным парнем из закусочной, а не членом самой опасной группировки Норт-Блю. Он был парнем, имевшим несчастье быть парусником упрямого остолопа Зоро. Ло похлопал Санджи по плечу. — Слушай, парень, давай я помогу тебе с недогадливым копом. А ты замолвишь словечко за Кида? Я искуплю его вину.       Винсмоук сжимал зубы из-за резкого зуда в руке, потому смог только кивнуть.