***
— И?.. Группа людей направлялись к нужному месту по протоптанной дорожке, которую показал британец. Вместо зарослей — аккуратно срезанные ветки, вместо скользкого столба — мостик через реку. Германию необычайно интересовала местная флора и фауна, несмотря на то, что он доктор. Сейчас с интересом слушал Великобританию. — И потом, если процесс совокупления начался, то следующую минуту жертвы будут испытывать высочайшую степень эйфории, пока всё их мышцы полностью не онемеют. Они отключатся и станут ловить галлюцинации, пока… — Пока?.. — Пока растение обтягивает туши корнями и сдавливает до смерти, выпуская внутренности наружу. — Фу, какая мерзость. — Сказал, слушавший монолог Велика, Россия, скорчив лицо. — Мерзость мерзостью, Mein Freund, но это удивительно. Организм, стоящий на пороге между классом растений и классом животных. Думаю, я знаю, чему посвящу остаток моих дней. — Давай не будем забегать вперёд. — Прокомментировал Франция, подключаясь к диалогу. — Кстати, Велик. — РФ посмотрел на парня. — Сколько людей отправились колонизировать Бахам? — 140. Двадцать восемь на каждую из пяти баз. — О БОЖЕ, ТАК ВОТ ПОЧЕМУ ТЫ ВЫГЛЯДЕЛ ТАКИМ СПОКОЙНЫМ! — Германия? Что за реакция? — Украина посмотрел на кричащего врача. — Для выживания любого рода млекопитающий нужно как минимум сто особей! Вы понимаете, что это значит?! — На этот вопрос Великобритания расплылся в довольной улыбке, пока Япония и Герман не закричали в один голос: — МЫ СПАСЕНЫ! От такого у всего экипажа поднялось настроение. На лицах засияли искренние улыбки. Может, они потеряли друзей, родных, возлюбленных, животных, но отнять у них будущее никто не сможет. Они не позволят. Америка схватил ладонь русского и поднял вверх, крича что и остальные. Немец подхватил белобрысого, отрывая от земли и кружа в воздухе, счастливо смеясь. — Всё-всё, тише парни. — Великобритания улыбался, но хорошего понемногу и вот он уже их успокаивал. — Мы пришли, сбавьте громкость. Это место требует особой атмосферы, чтобы вы окончательно расслабились. — Хорошо-хорошо! Просто я чувствую, как кровь бьётся по сосудам. — Вот и успокой свои сосуды, Герман. — Ухмыльнулся русый и подошёл к Велику. Нужный микробиом можно увидеть сквозь свисающего тёмного плюща. Отодвинув «растительную штору», он шумно ахнул, заходя внутрь и давая место, чтобы другие могли пройти. — Ва-а-ау… я будто в сиреневой лампочке. — Подивилась девушка, осторожно касаясь пальцами свисающую лиану, что ярко светилась. — Я могу уже зайти в воду? Мне так не хватает простого джакузи! — Проговорил США, аккуратно и медленно ступая к бурлящему озеру, перешагивая через выпуклые, склизкие «подушки» со спорами. — О-о-о-о да-а-а, детка! — Славянин лишь стянул джинсы со свитером на ходу и прыгнул в воду, расплёскивая прилежащие пару метров и конечно, Штаты. — РАША, MOTHERFUCKER! — Брызги попали на чёрную футболку и порванные в коленях джинсы, так что парень выпрямился, пытаясь побыстрее снять с себя одежду. — Я что, в мокром пойду обратно?! Русский всплыл, проводя рукой по русым волосам, как бы зачёсывая, и посмотрел на США, что стягивал последний элемент одежды. Как только тряпки комом упали на землю, Федерация схватил любовника за запястье и дёрнул на себя, заставляя последнего упасть в объятия воды. Мурик не успел и пискнуть, как волна вновь окатила берега озерца. — Русские такие бесшабашные. А если бы там было мелко? — Прокомментировал Франция, смотря на этот цирк и сам по-тихоньку снимал с себя одежду. — То его бы это всё равно не остановило. Это же Россия. — Ответил немец, поправляя очки. Спустя несколько минут весь экипаж сидел в озерце, наслаждаясь горячей и бурлящей водой, приятным глазу освещением и милыми разговорами. Только Германия сидел у берега, сняв штаны и спустив ноги в голубую жидкость. — …И затем он как ломанётся, не обращая внимания крики отца! — Да врёшь ты всё, я не прокрадывался в его комнату, чтоб своровать сигары! — произнёс Украина, вытирая слёзы после продолжительного смеха. — Конечно! Ведь ты не сигары пиздил, а водку для нашей вечеринки! — Промолвил РФ, косясь на брата. — Ладно! Вот тут ты меня подловил! — И снова украинец залился смехом. Брюнет сидел и внимательно слушал их разговор, иногда смеясь от очень уж абсурдных историй. Но после некоторого времени его мысли понеслись не в то русло. Сначала: «Было бы лучше, будь у Германии брат или сестра?», затем: «А вот у Рейха был брат. Веймарская Республика, что был убит руками фрица. Очень похож на меня, что отец хотел сначала прибить своего собственного сына.», а после и вовсе: «Папа был ужасным человеком, и убей он меня тогда, насколько всё в мире бы поменялось?». — Герман?.. Всё в порядке? — Выйдя из своих грёз, он заметил, как его зовёт Украина. — А… Да. Да, а что такое? — Ты выглядишь каким-то потерянным. Может ты всё-таки зайдёшь в воду? — Пальцы белобрысого под водой пробежались по щиколотке парня, отчего последний улыбнулся и тихо фыркнул. — Спасибо, но нет. — Германия слегка улыбнулся, отводя взгляд куда-то в сторону. На самом деле, единственная причина по которой он не хотел снимать одежду, это шрамы на теле. Он не хотел показывать их кому-либо, кроме своей половинки. Польше. Или Украине?.. «Нет, пока нельзя об этом думать. Я слишком пунктуальный, чтобы у меня было столько нестабильности.» — Ну Гер. Давай! Немного. — Ах, ну хорошо. — Немец сломался и улыбнулся, стягивая с плеч халат. Пара движений и голубое свечение от озерца освещало испращённый ранами торс парня. Где-то рваные раны, где-то ножевые, где-то ожоги. Украина сам не понял, почему от их вида у него скрутило живот. Он не мог оторвать взгляда. — Вау, Гер, откуда такие шрамы? — Напрямую спросил русский, проходясь взглядом по рубцам. — Большинство — Рейх. — Ответил брюнет, опускаясь в озеро. Спуска как такового не было, просто овальный глубокий разрез рядом с деревом. Вода мягко приняла тело парня, окутывая в свои объятия. Такая тёплая, такая приятная, что кареглазый тут же расплылся в улыбке, закидывая локти на землю позади него. — Это невозможно! Он конечно, совсем был отбитый, но не до такой степени! — Оживился белобрысый, оторвавшись от предмета его обожания. — Ну, как видишь. — Герман закрыл глаза, откидывая голову. Ему нравилось это чувство тепла. Зеленоглазый же, взглядом выцепил шрамы на запястьях. «Этого можно было ожидать.» В сердце украинца смешались разные чувства. Между ними: Злость, жалость, грусть и решительность. — Всё, прочь грусть. Велик. Расскажи нам какую-нибудь историю. — Прервал эту минуту РФ, переключая внимание на британца. — Ох, из меня плохой рассказчик. — Улыбнулся парень, слегка поворачивая голову. — Ага, рассказывай мне тут. Ты нам с братом такие истории заливал, чтобы мы от тебя отстали! — включился в диалог Америка, ухмыляясь. — Ладно, раз уж просите.***
— Думаю, мне гарантирован здоровый и крепкий сон! — Промолвила девушка, по-тихоньку направляясь к тропинке, ведущий на «Берег». — И правильно думаешь! Только не свались по пути! — Крикнул вслед немец, натягивая на себя тёмные джинсы. — Это я бы сказал тебе, Германия. Только попробуй вновь уснуть на стуле рядом с Финном, я тебя не понесу в комнату! — беззлобно фыркнул украинец, ступая вслед за Японией. И остался лишь брюнет, что одевался довольно медленно. — Ах, извини Украина. Постараюсь, но ничего не обещаю. — Вот и ладушки. Ждём тебя у дороги. Герман ничего не ответил. Он лишь сел, завязывая шнурки у своих тёмных кед. В одиночестве он сам невольно натыкался на очень неприятные ему темы. И вот сейчас, «Видел ли мои порезы на руках Украина? Ох, ладно, тупой Герман, конечно он видел. Наверно, ему неприятно смотреть на такое.» От дальнейшего копания в мыслях его спас звук лопающейся ветки где-то в левом ухе. Повернувшись, он слегка застыл. На него, между стволов деревьев, смотрело странное существо. Оно не имело глаз, лишь склизкий на вид прозрачный панцирь, внутри которого двигалась жидкая оранжево-желтая субстанция, похоже, исполнявшая роль мозга. Из спины торчала одна конечность с острым концом-шипом. Оно не двигалось, не дышало, не произносило звуки. Лишь смотрело. Немец напрягся, и ладонь медленно полезла к кобуре на ноге. Аккуратно коснувшись рукоятки, брюнет почувствовал уверенность, но руки всё равно немного тряслись. Существо наконец издало звук, похожий на рокотание. От этого Германия дернулся и рывком достал оба пистолета, нацелившись на неприятеля. Сейчас в сознании парня трубила лишь тревога. Похер, опасно это существо, охраняет ли свою территорию. Похер. Была лишь паника. Существо оступилось назад. Затем ещё раз. И ещё. В один момент его кожа стала прозрачной, послышались звуки топота ног. Ещё с минуту Германия стоял и обдумывал ситуацию, пока он не убрал пистолеты обратно и сзади его не позвал Украина. — Германия! Поторопись, пожалуйста. Я хочу спать. — Да, конечно. Идём. Немец вернулся к экипажу, подставляя лицо. Они тут же пошли в сторону колониальной базы. Кареглазый обязательно скажет. Обязательно спросит и узнает. Но теперь он лишь плёлся молча, иногда слушая разговор людей. Но в голове лишь: "Опасно ли оно?"