Ложный вакуум

      В экспериментальном отсеке мигали красные лампы — экстренная ситуация. Двери выбиты, стёкла разбиты. В круговом помещении стены избрызганы кровью и оранжевой слизью. — Чем быстрее, тем лучше. Пошли. — Германия прошёл вперёд, стекло хрустело под его берцами. — Чем они тут занимались? И нахуя Велику капсула? — Раша прошёл следом, заворачивая к месту с терминалами. Всё мигало, говоря о неисправности, но из одного торчало несколько флешек с надписями «top secret». Не долго думая, русский вытащил их, повертел в руках и отправил в карман джинс. — Ты думаешь, я знаю? Наверное, разрабатывали что-то наподобие криокапсулы, только с более длительным анабиозом. А Велик… Как прилетим — спросим. — Логично. — клацнул зубами Россия и оценил обстановку. В отсеке стояли четыре «капсулы», правда две из них разбиты, а одна наполнена водой. Мужчина поспешил к той единственной, изучая небольшой терминал рядом с ней. — Велик хотел что-то сказать, но ты его перебил. — проговорил немец, поправляя очки и осматривая капсулу. Стеклянный сосуд, нижняя часть которой была с железными блоками. Только отдалённо смахивает на криокамеры, ведь в ней нет на чём лежать. — Ой, ну простите! Я очень хочу свалить отсюда. Как ты там говорил… У меня плохое предчувствие. — Я думал механики придерживаются фактов. — Ухмыльнулся брюнет, складывая руки на груди, чем вызвал смешок со стороны русского. Отплатил той же монетой. — Щас тебе осталось извиниться и… стой. Вау, это всё ещё работает. — один из терминалов на стене действительно работал. РФ немного покопошился в нём. — От сюда на посадочную площадку ведут рельсы! Рельсы, блять! — Думаю, они предполагали, что её нужно будет куда-то транспортировать. Можешь подключить рельсы к капсуле? — Пф! Ещё спрашиваешь. Дай мне минуту. Лишь бы энергии осталось. — И действительно спустя короткое время, панель стены начала подниматься, впуская в помещение свежий воздух. Светила уже скрылись за горизонтом, оставляя небо тёмно-синим. Парни слегка потёрли руки о плечи, ведь ночи тут холодные. — Вау, это что, свежий запах? — Хах, да, это он. Надеюсь, нам не придётся её толкать. — Надеюсь нет. — И действительно, рельсы сами прицеплюсь к капсуле и она медленно повернулась, начиная двигаться в сторону посадочной площадки. — Всё, пойдём к челноку.       Несколько минут и они уже стояли, наклонившись спинами о корпус летательного аппарата. Порывы ветра трепали халат Германа, а очки то и дело приходилось поправлять. Они клевали носом, ведь весь день на ногах. Плюсом, ещё возвращаться ночь. Так что они договорились о том, что поведёт пол ночи Германия, а остальное — Россия. — Иди пока двигатель запусти, что-ли. Вон она, почти доехала. — Проговорил брюнет, неосознанно устраивая в своих руках винтовку. РФ ничего не стал говорить, лишь молча прошёл в челнок и через несколько минут аппарат загудел и открылись ворота в небольшой грузовой отсек шаттла. — Помоги мне! — крикнул Германия и взял одну из рельс, чтоб сцепить её с выдвинутой частью грузового отсека. Вскоре к нему подбежал русский и помог, ведь весили они немало. Так капсула сама заедет внутрь, а парням останется лишь улететь. Тут Герман услышал рычание. Подняв голову в сторону комплекса он увидел штук пять оранжево-чёрных тварей, с прозрачным панцирем вместо лица и с третьей конечностью. — Россия! Смотри, они идут! Нужно улетать! — После криков кареглазого, Федерация вышел из сонного состояния и взял «эм-ку» в руки. Нацелившись в баллоны у перил, он выстрелил пару раз и из них повалил дым. — Забирайся в челнок! — А как же капсула?! — прокричал в ответ немец, выглядывая из прохода. — Затащи её как-нибудь! — тут Россия стал стрелять, пока врач исчез из вида. Звуки выстрелов раздавались на всей территории комплекса, разрезая слух. Столь громкие, что казалось, будто их слышно на другом конце Бахама. Судя по звукам, ему всё же удалось подстрелить нескольких. — Что же… она… такая… тяжёлая… — пыхтел Германия, пытаясь затащить капсулу внутрь и с пятой попытки у него получилось её сдвинуть внутрь, чтобы люк грузового отсека наконец закрылась. — РОССИЯ, УЛЕТАЕМ! Русского не нужно просить дважды. Он, не переставая стрелять, зашёл внутрь и прильнул к панели, быстро что-то нажимая. Спустя мгновение челнок поднялся над землёй, опоры задвинулись. Герман рывком достал винтовку и выстрельнул в одного, пытавшегося забраться на челнок. Затем во второго, в третьего. Люк стал закрываться, а челнок двигаться.       Тут резко, пока немец перезаряжался, внутрь запрыгнул один из Разведчиков, прибивая парня к полу. Услышав звонкий стук, Федерация резко развернулся и выстрельнул твари в голову, монстр взвыл и упал замертво. Герман с рычанием отпихнул его от себя, шумно дышал, когда тащил его к открытому входу. Сбросив его вниз, вытер рукавом халата остатки крови инопланетного существа со своего лица. Медику пришлось схватиться за что-нибудь, ведь аппарат помчал как-то быстрее обычного. Тут на голограмме показалось 3д модель самого челнока, освещая красным светом область сзади, у турбин. — Блять! Гер, садись и пристегни ремень! Сейчас рванём! — WAS?! Взорвёмся что-ли?! — испуганный брюнет плюхнулся в кресло и резко пристегнулся. — Теряем топливо! Если мы сейчас же не сделаем скачок, реально взорвёмся нахер! — Боже, что мне делать?! — ладони немца тряслись, и он взволновано посмотрел на Россию, что энергично что-то нажимал на панели. — Постарайся держать штурвал ближе к телу. И не задохнуться. Держись! Германия не успел ничего сказать, лишь резко потянул штурвал на себя, как это сделал русский и перед глазами всё поплыло.

***

— Держи руль ровнее! Я не могу прицелиться! — по просьбе Америки, Украина резко развернулся и стал ехать по прямой, сбивая Разведчиков передними шипами джипа. — Так пойдёт? — с усмешкой выкрикнул блондин, прибавляя газ. Онемение на лице прошло, и он чувствовал себя прекрасно. — Охохооо да! Послышалась новая фотонная волна из автомата, рассекавшая воздух и превращая головы Разведчиков в оранжевое месиво. После нескольких очередей из выстрелов на «поле боя» никого не осталось, лишь трупы инопланетных тварей. Украинец заглушил мотор, останавливаясь ближе к корпусу «Берега». — Уху! Первый раз вижу их, но уже нравится взрывать их черепушки! — со смехом прокомментировал США, спрыгивая на землю и разминая ноги. — Значит ты признаешь, что модифицировать джип было разумно? — пиная дверь, спросил одноглазый и повернулся, откидываясь боком на сиденье. Джип они действительно модифицировали, закрепив шипы на дисках и передней части машины, снесли пол крыши, на остатке разместили автоматическое оружие. — Я и предположить не мог, что они на нас нападут. — ответил Штаты, оглядывая трупы Разведчиков. Их валялось штук десять, не меньше. — Что ж, удача на нашей… — не успел сказать Украина, как раздался оглушительный взрыв в стороне леса. Резко повернувшись к источнику грохота, парни увидели хвост из дыма, заканчивающийся на небольшим горением листвы. Америка, без слов запрыгнул в кузов позади, и ударил ладонью по железному каркасу машины. Блондин захлопнул дверь и вновь завёл двигатель, рванув к месту взрыва.

***

      Всё плыло. Всё в дыму. Герман кашлял, кряхтел, пытаясь высвободиться из оков титановых балок, оставшихся от челнока. Как только дым немного развеялся, чтобы можно было видеть что-то дальше своего носа, немец нащупал очки, и, надев их, прорычал, ведь правая линза (шутка про очко) дала трещину. Отпихнув ногой балку, придавившую живот, брюнет выполз из «металлической тюрьмы» и с трудом встал на трясущиеся ноги. — Россия! Дым и пепел витал в воздухе, закрывая какой-либо обзор. Очкастый оторвал более-менее чистый кусок халата, прижимая его к губам. — Россия! — Ге…ра… — послышался сдавленный хрип где-то за спиной. Делая большие, но аккуратные шаги, немец дошёл до напарника. Россия, чьё лицо было в копоти, лежал на земле и сильно кашлял. Его ноги были придавлены куском арматуры, а из плеча торчал титановый стержень. Левая ладонь разрезана. — Россия… — Герман упал на колени рядом с мужчиной, что схватился за стержень и скривился. — Россия, не трогай!.. — брюнет слегка сжал руку славянина, веля тем самым отпустить железку. Тот, не смея сопротивляться, покорно отпустил и зажмурился от боли. Что-то сзади вновь взорвалось и послышалось горение. Немец вновь оторвал кусок халата и приложил к губам пострадавшего. — Нет, нет, нет… Россия? Ты меня слышишь? Дыши через ткань. Громко дыши через ткань, чтобы я слышал. Не переставай громко дышать. — И Федерация стал дышать, иногда кашляя и постанывая от боли. Убедившись что русский исполняет заданное, поднялся на ноги и побрёл, что-то высматривая в остатках челнока. — Медкит… медкит… боже… медкит… — но аптечки нигде не было. Тут в стороне, где лежал РФ раздалось гудение двигателя и отдалённые голоса. Немец поспешил вернуться к пострадавшему и крикнул. — Мы здесь! Здесь!       Послышались приближающиеся шаги и пара силуэтов, отображавшиеся сквозь дым, наконец обрели очертания. Украина и США. Последний, увидев пострадавшего упал на колени, хватая его голову в руки, тем самым обращая внимание на себя. — Раша! Боже, раша! С тобой всё будет хорошо! — Украина?.. — Сделав полу-вздох, сказал Германия. Глаза слезились от дыма, треснутая линза искажала его тело, но не заметить отсутствие левого глаза было невозможно. — Долгая история. — Нахмурился блондин, и, выдя из ступора, прикрикнул. — Нужно доставить его до «Берега»! Америка, поведёшь! Штаты отцепился от тела и помчался в сторону машины. Украинец помог Германии поднять Россию и потащить к машине. Уложив его в кузов, блондин встал за оружие, оставляя раненого на немца. — Поехали-поехали! — Джип стал двигаться в сторону комплекса, объезжая деревья. Герман прикрикнул. — Где медкит?! — Держи. — Украина достал с переднего сидения аптечку и протянул медику. Последний, порывшись в ней, достал перчатки и инъектор, набрав адреналин в перемешку с обезболивающим. Заметив, как Россия закрывает глаза, похлопал по щекам. — Останься со мной, Россия! Говори со мной. Нельзя спать, слышишь, спать нельзя! — Врач говорил громко и чётко, что аж Украина невольно улыбнулся. Федерация прохрипел и кое-как сфокусировал свой взгляд над склоненным над ним Германии. По его губе стекла струйка крови. — Россия, помнишь, как мы учились в колледже, на первом курсе? Помнишь да? Ты был таким раздолбаем, вечно просил меня выполнить твоё задание. Помнишь? Они отъехали достаточно далеко от опасной дымовой зоной, так что немец аккуратно вытащил из-под пальцев пострадавшего кусок халата и выкинул свой. Щёлкнув по небольшой бутылочке на инъекторе, брюнет внимательно следил, как смешиваются препараты. Послышался тихий, хриплый смешок. — Да… я… помню… Вечно гулял… и прогуливал… Меня хотели выпнуть из колледжа… Но ты вечно спасал… мою задницу… — Вот видишь? Я не оставил тебя тогда, не оставлю и сейчас. Никогда не оставлю. Только останься со мной. — Тогда… в декабре… Под конец семестра… Мне жаль… что случилось вечером… — Что? Ты о чём? — удачная возможность заставить его не терять сознание. — Тогда ты… тебя из-за меня… избили… я… пришёл слишком поздно… мне жаль… — В памяти резво пробежали воспоминания об этом вечере, но немец что-то буркнул и закатал рукав свитера русского. — Позже… ты ушёл из колледжа… и пропал на… полгода… Я обзвонил всех… не мог тебя найти… а ты перевёлся в… медицинский институт… почему… именно медицина?.. — Потому что… — Германия замолчал и ввёл иглу в вену раненого, ожидая, когда всё содержимое сосуда окажется внутри организма. — Потому что… мне было страшно, что если другие будут так же мучатся, никто не придёт им на помощь. А если и придёт, то опоздают. Я боялся, что всё будет… несправедливо. — Ох… Гера… вечно ты… думаешь о… других… — Закончив предложение, Россия замолчал и прикрыл глаза. Герман не стал его тормошить, ведь инъектор был пуст, и врач откинулся на небольшую стенку кузова. — А он прав. Всегда заботишься о других, забывая о себе. — Промолвил Украина и указал на кровоточащий локоть. Удивившись, брюнет снял халат и оторвал рукав своей некогда белоснежной рубашки. Обработав рану ваткой, он облегчённо выдохнул. Всего лишь неглубокий порез. — Америка, давай быстрее. Нам ещё его до медпункта нести.

***

— То есть, как это она осталась там?! В медпункте немец метался из стороны в сторону в таком виде, в каком был в джипе. Благополучно вытащив из России инородный предмет, погрузил его на ночь в криокамеру и поставил США смотреть за ним. Последний уселся на стул рядом, наклонившись на стекло и грустно смотрел на Федерацию. Затем Герман принялся зашивать свой порез на локте, а когда и с эти закончил, то взялся за Украину. Вспорол шрамы и сейчас аккуратно зашивает, пока блондин сидит и украдкой наблюдает за доктором. Если б не онемение на лице, то украинец бы лыбился. Когда оставалось совсем чуть-чуть, то в медицинский центр вошёл Великобритания, и узнав, что капсула осталась там, начал кричать. — Вы не смогли её вытащить! А если она сломалась?! Вы хоть понимаете, на что-. Немец не выдержал. Он подал иглу с нитями Украине: «Держи так, чтобы кожа не собиралась складками», и после кивка со стороны одноглазого, подошёл в плотную к британцу, угрожающе понизив голос. — Значит так, Schreiender Idiot, что ты видишь, когда смотришь на Россию? Правильно, раненого. Ты думаешь мне было не поебать на эту херню, когда мой друг вот-вот отправиться на тот свет? Правильно, поебать. Я сейчас еле стою на ногах, моя одежда выглядит так, будто я вылез из ада, а левая рука едва шевелиться, так что снаряди своего мальчика-на-побегушках, и дай мне, наконец, закончить мою работу, ведь ты с ней хуёво справился. С этими словами он развернулся на пятках и вновь прильнул к блондину, беря в руки иглу. «Вот это ты его отмудохал, не разу не крикнув.» — подумал Украина, чуть склоняя голову набок, от чего и получил слабый подзатыльник. Германия страшен в гневе. Велик проглотил всё, что хотел высказать мужчине, и развернулся, покидая комнату, но его остановил Америка. — Отец. Мы с Украиной пойдём проверим, цела ли она. Закончив сшивать шрамы, немец вколол что-то украинцу и тот зашевелил челюстью, подав голос. — Да. Россия и Германия достаточно поработали сегодня. Великобритания вышел, оставляя парней в медпункте. Следом отправился и Штаты, сказав Украине: «Жду в машине». Германия выдохнул и взял в руки лицо блондина. — Прости меня… Мне не следовало уезжать… Тогда, возможно, всё было бы в порядке… — Германия… — Украинец встал, заставляя кареглазого убрать руки, и ухмыльнулся. — Всё в порядке, я даже не прочь быть циклопом. — Боже, Украина… — Немец улыбнулся и немного склонившись, прижался лбом ко лбу парня. — Иди, Герман. Тебе стоит привести себя в порядок и наконец поспать. — Да… Ты прав. — Брюнет отошёл шаг назад, пропуская зеленоглазого к выходу. Когда последний вышел из медцентра, Германия плюхнулся на кушетку и глупо улыбнулся. — …Arschlöcher…