Багровый Туман

Тишина коридоров успокаивала. Сейчас,все охотники находились на атолле. Никого рядом с самкой не было. Только тишина,которая не отпускала яутку никуда без себя. Её медленные и тихие шаги вели в кехрите. Когда-то она жила на шумной планете-Бателай. Пройдя все круги ада там,самка вернулась совсем другой. Познав вкус убийства собственных нагаллов, самок,что пытались её убить,она стала совсем другой. Не было и намёка на ту юную яутку,что умела любить и помогать. Баталай сделал её жесткой. Если бы она не была дон’нэ самой Ши Верховного Лидера,то прожила бы спокойную и скучную жизнь в гареме какого-нибудь охотника. Но судьба распорядилась иначе. Зайдя в кехрите,самка присела на скамью. Даже её нагаллу-близнецу разрешили быть с кланом на атолле. Облокотившись на стену, самка тихо вздохнула. Судьба распоряжалась иначе. Всегда. Посмотрев на свою левую руку,она осторожно другой рукой прикоснулась к шраму. Этот шрам был первым,который яутка получила на Бателай. Усмехнувшись,она вспомнила,как оторвала руку своему так называемому нагаллу за нападение. Жестокость передалась ей от урх’ла. Великий Волве был жесток и не склонен к милости. Его боялись все. Суровый характер охотника заставлял врагов впадать в панику. Кроме одного. Сау-гканн был единственным,кто не боялся его. Он считал,что Ши великого Потаклинда должна быть его. А в итоге погиб от руки сон’нэ Тирана. Взгляд самки поднялся к статуи Кар’клея. «Лично бы прикончила тебя,Квей.» Ненависть к собственному ор’хе всегда бушевала в её душе. Именно он отправил яутку на эту забытую Кетану планету. Именно он... Размышления самки прервал шум. «Кто-то проник на «Шауб-де»!» Быстро встав,яутка слышала отчетливые шаги которое приближались к кехрите. «Скорее всего Гуан-Тант’ер решил проверить,не сбежала ли я?» Успокоившись,яутка присела так же как и сидела. Звуки шагов приближались. Не смотря на вход в кехрите,самка рассматривала стену напротив. Заметив,что звуки шагов пропали,а у входа в кехрите стоял не альбинос,Кровавая резко повернула голову в ту сторону. У входа в зал стоял яут. Спереди его кожа была светло-кремового оттенка,а по бокам виднелась смуглая кожа. Его янтарно-желтые глаза смотрели на яутку. Аву’аса была сделана из длекса,а маска висела на плече. На ней был виден знак клана «Ночного Твея» и знак Арбитров. «Не у добру...» Сделав мысленное заключение,она стала прожигать взглядом самца. Его грудь медленно вздымалась,валары были чуть ниже плеч. На теле было много шрамов. Он не шевелился. Решив,что он «умер»,саркастически усмехнувшись яутка перевела свой взгляд на стену. Наконец-то пошевелившись,яут издал вопросительное пощёлкивание. «Стой там,воняешь Плохой кровью.» Пошутив про себя так,самка опять усмехнулась не поворачивая взгляда на арбитра. -Я помолчу чем воняешь ты. Опешив,самка резко повернула свою голову к яуту. Его лицо не выражало никаких эмоций. В недоумении яутка стала пытаться понять,как он узнал её мысли,если даже Сильнейший Гуан-Тант’ер не может этого сделать. «Ну вонять Плохой кровью куда хуже.» -Я все могу. Уж поверь,твою вонь весь «Адомур» ощущает. Снова опешив,яутка хотела встать,да только смысл? Не дожидаясь действий от самки,яут подошёл к стене,которая была напротив неё. Его янтарно-желтые глаза так и пытались залезть в душу,узнать все секреты и вскрыть старые шрамы. Начиная злиться,яутка стала смотреть ему в глаза. Такого давления он никогда не ощущал. Но взгляд яутки переместился на его грудь,которая стала часто вздыматься. Казалось,что яут стал нервничать. Прекратив свою пытку,самка перевела взор на свой первый шрам. -Кто ты такой,и как ты проник на «Шауб-де»? Голос был серьезными. Никаких эмоций. Яут же тихо вздохнул и начал приближаться к яутке. Подойдя близко к ней,он присел на скамью около неё. Но самка продолжала смотреть на свой шрам. -Я Дакинд-Тант’ер. Арбитр принадлежащий клану «Ночного Твея». Ты должна это знать,Гуан-Тхей’тде. Голос самца заставил самку поднять голову и переместить свой взор на него. Он был басовитый и очень приятный. Легка дрожь пробежала вдоль позвоночника и яутка замерла. Она не знала, что кто-то может знать её имя,ведь она просто Кровавая,позорный отпрыск Верховного Лидера,альбинос. Только один вопрос висел у неё на языке. Понимая,что самка спросит,яут посмотрел прямо в глаза яутке. В них не было зла и ненависти. Спокойствие и...нежность? Его тяжёлая рука легла на руку яутки. -Мы с тобой знакомы,если ты помнишь. Я спас тебя много синтров назад от Берсеркера. В мыслях сразу всплыла та картина,где она,маленькая яутка десяти умановских лет ведёт бой с опытным берсеркером,который выкрал её из отсека на атолле. Именно этот охотник убил его и подарил ей мандибулу квея,которая до сих пор висела у неё трофеем на груди. Тогда этот яут пообещал,что они не раз еще увидятся. Но больше она его не видела. И вот,спустя столько синтров они встретились. -Зачем вы,Мудрейший Дакинд-Тант’ер, проникли на клановое судно? Великий не обрадуется такому. Взгляд самца оставался спокойным. Казалось,что он видит душу насквозь. Сердце яутки предательски забилось быстрее. -Мой Кар’клей,Великая Матриархат-Фантаму’ория,хочет чтобы ты присоединилась к нашему клану. После того,как «Шауб-де» отчалит от атолла, наш «Шкар’инд» состыкуется и Великая скажет об этом в присутствии двух кланов. -Но,что ты хочешь от меня? Вопрос яутки поставил арбитра в тупик. Не зная как ей сказать,яут опустил свой взгляд ей на шею,на которой красовался шрам. Очень нежно,яут прикоснулся к нему,и яутка вздрогнула. «Ей в новизну такое. Привыкла что всегда боль.» Снова посмотрев в её глаза,яут одной рукой с шеи отцепил ожерелье. Это был череп какого-то ящера с окантовкой из меха. Он быстрым движением прислонил ожерелье к шее яутки и второй рукой застегнул. Не понимая что происходит,яутка удивленно стала смотреть на охотника. -Ты должна согласиться и перейти в мой клан,-она хотела высказать,но указательный палец арбитра показал ей молчать.-У Фантаму’ории на тебя великие планы. Уж поверье,такой чести не добиться многим. Задумавшись,яутка опустила взор своих глаз на пол. Этот яут был одним из почитаемых. Он не стал бы врать. Понимая,что ей надо подумать,охотник рукой развернул лицо самки к себе. Ему хотелось,чтобы она смотрела на него. Но Смерть не знала почему... Прикоснувшись своим лбом к её лбу,охотник прошептал: -Ты добьёшься высот в моем клане. Здесь же тебе не надут ничего добиться. Подумай. Яут встал,и быстро стал покидать кехрите. Сидящая снова в одиночестве самка задумалась. Шаги яутка уже отдалились,вскоре и во все исчезли,оставляя самку наедине со своими мыслями.

***

Время летело,а мысли так и не покидали Гуан-Тхей’тде. «Что делать? Если соглашусь,дорога в клан будет мне закрыта. Ор’хе сделает все,чтобы меня ненавидели в родном клане. Мар’хэ и нагалл не отвернуться,но ор’хе?» Мысли так и били Смерть. «Что сделать? Какое принять решение? Впервые в жизни со мной кто-то так нежно обращался. А это ожерелье? Это же первый подарок для меня!» Она нежно прикоснулась к ожерелью. Оно пахло арбитром. Его нежный мускусный запах щекотал,а сердце стало биться быстрее. Впервые с ней было такое. Даже когда Кил-лиэат проявлял к ней внимание,яутка такого не испытывала. За пару часов этот взрослый яут поселился в мыслях молодой самки. Его спокойно вздымающаяся грудь,сильные руки и пресс не давали покоя. Решив отогнать наваждение от себя,яутка взяла со стены нагинату. «Оружие богов» легко лежало в её руке и казалось,что оно создано для неё. Охотница начала аккуратно кружить с нагинатой,оттачивая каждый приём. Удары были сильными и четкими. Она сражалась с невидимым противником,представляя,как эта нагината пронзает и лишает жизни. Её танец был устрашающимся. Выпад,удар,разворот,удар. Почему-то глаза яутки горели. Она такого раньше не испытывала. Понимая,что что-то не так,яутка зажмурилась и резко открыла глаза. Нагината была оружием Вождей её клана. Из всех детенышей своего ор’хе,Гуан-Тхей’тде была единственной,кто умел мастерски обращаться с этим оружием. Когда Бирт увидел этот танец,он стал больше уважать яутку и бояться. Время летело,а самка не переставала блистать талантом. Продолжая свой танец,самка не успела заметить,как при входе в кехрите стояли её соклановцы. Кто-то стоял уже в зале,но никто из них не собирался мешать тренировке яутки. Продолжая свой танец,Смерть сделала выпад,перекат, удар,блок,удар и с разворота делает рассекающее движение. Если бы там стоял настоящий противник,то он бы погиб от таких профессиональных ударов. Закончив тренировку,яутка услышала громкое одобрительное рычание. Её танец одобрил родной клан. К удивлению,даже Гуан-Тант’ер молча наблюдал. Но радость была не долгой. Выйдя вперёд,Кар’клей подошёл к колонне,в которой хранились кнуты. Выбрав самый шипастый кнут,он развернулся в сторону Гуан-Тхей’тде. Говорить ей ничего не пришлось. Быстро поняв его намерения,яутка быстро стала скидывать аву’асу. Среди толпы послышался знакомый голос. -За что опять? Голос родного нагалла был встревоженным. Он не любил,когда его сейгалле перелетает кнутом. Адскую боль яутка терпела довольно таки часто. Скинув верхнюю часть аву’асы,Смерть присела и стала ожидать. Охотники перешептывались. -За что опять её? -Он хуже Волве! -Она же самка! -Почему он так к ней? -Посмотри на её спину,она вся в шрамах... -С детства Гуан-Тхей’тде это терпит... -Когда же он к ней начнёт хорошо относится? Все эти вопросы исходили от разных яутов. Сомкнув крепко клыки,яутка стала ожидать. Услышав переговоры,Гуан-Тант’ер зарычал. Наступила тишина. Он встал позади яутки и замахнулся.Удар. Шипы вонзались в плоть,разрывая её,вскрывая старые шрамы. Сдержавшись,самка не издала не звука. Второй удар. Твей стал заливать пол кехрите,а яутка не проронила ни звука. Третий удар. Спина уже стала похожа на погрызенное мясо. Четвёртый удар. С каждым ударом становилось все больнее. Лишь желание не подавать виду,что больно заставляло самку молчать. «Ты никогда не добьёшься моих криков боли!» Последовал пятый удар. С трудом сдержавшись,чтобы не закричать,самка отключилась. Нет,она не потеряла сознание. К ней пришло видение. Огромный яут с алыми глазами приближался к ней. Каждую ночь он обучал её. И именно благодаря ему она может спокойно бывать на критическом уровне сновидений. Яут приблизился и присел на корточки перед ней. Удары так и вскрывали плоть,а охотник своей когтистой рукой поднял голову самки. -Ты всегда все терпишь,-его голос был грозным,но на Смерть он действовал как успокоительное.-Порой надо дать ярости выйти,чтобы она не поедала изнутри. Прислушайся к своему сердцу и разуму. Они никогда тебя не подведут. Яут встал и стал отдалятся от самки,вскоре исчез. Двадцатый удар. Все ещё молча терпев,она успокоила своё бешено бьющееся сердце. «Ты всегда прав,Волве. Я дам выход ярости. Я не подведу тебя...» Закончив с ударами,яут продолжал стоять сзади своей дон’нэ. -Насид-Меам,обработай хлыст. Фатор,а ты её ссадины. Он отошёл и быстрыми шагами стал покидать кехрите. Яуты же остались наблюдать,как яутка сидит на полу. Силы испарились,и встать не получалось. Понимая,что сейгалла не может встать,Де’аро растолкав охотников подошёл к ней. Приобняв,он помог ей встать и повёл к выходу из кехрите,пока на их пути не встал Палач. -Смотрю кого-то силы покинули.. Его голос был наполнен злорадством. Он ненавидел яутку и считал,что её место на Бателай. Подняв руки к маске,он сделал вид, что ему жалко самку. Ярость наполнила тело Гуан-Тхей’тде и силы к ней вернулись. Быстрым движением она ударила наглого Пса в маску. От такого удара маска треснула и другим охотникам предстал взор на глаз Палача. Грозно зарычав,он хотел ударить яутку,но ему преградил путь Фатор. -Хватит,Насид-Меам. Ей итак досталось не из-за чего,ещё и ты тут... Силы сразу же покинули тело Гуан-Тхей’тде и она чуть не упала. Де’аро поддерживал её ослабленную плоть,продолжая выводить охотницу из кехрите. -Её место на Бателай. Там таких быстро дрессируют. Противный смех Палача был слышен во всем кехрите. Не став спорить,Фатор направился за близнецами альбиносами...

***

Идя по коридорам ман’дака,Гуан-Тхей’тде шла,упираясь на своего нагалла. С другой стороны её поддерживал Фатор. Яуты шли в тишине. Никто из них не сказал не слова. Дойдя до медотсека,Де’аро помог сейгалле присесть на кушетку. Фатор же полез в шкафчик за регенерирующей мазью. -Поверить не могу,что он в который раз тебя не за что наказал! Рык Де’аро нарушил тишину. Его взгляд был направлен на спину яутки. Точнее на то,что от неё осталось. -Скоро все закончится. Поверь мне,нагалл. Голос Гуан-Тхей’тде был полон боли,которую она тщательно скрывала. Глаза были полуприкрыты, а грудь еле вздымалась. Её дрожащая рука потянулась к ожерелью. Вновь вдохнув в себя запах Дакинд-Тант’ера,она почувствовала,как боль отступила. -Что это за ожерелье? Я не помню,чтобы такое было у тебя вчера. Голос Фатора был настороженный. Сама яутка же быстро убрала руку от ожерелья и направила свой взгляд на Ветер. -Подарок. Буркнув,она посмотрела на Де’аро,который ходил около неё кругами. Он был в гневе,и казалось,что он прямо сейчас полетит бросать ка’рик’на своему Вождю. -В каком смысле скоро закончится? Но яутка пропустила этот вопрос мимо.Фатор же снова начал пилить глазами самку. -Не припомню,чтобы у Кил-лиэта было такое ожерелье. -Может не замечал?-усмехнувшись,Смерть стала смотреть в глаза Фатору. Рыкнув,Ветер поставил свои руки по бокам от яутки. -Не ври,что это Кил-лиэта. Я прекрасно чувствую запах Дакинд-Тант’ера. Услышав это имя, Де’аро быстро сделал шаг назад и стал смотреть в глаза своей сейгалле. Но та сделала вид,что ничего не слышит. Ветер не успокоился. В его глазах появился злобный огонек. -Как ты смогла с ним увидеться,если ты была на ман’дака? Ты его покидала? -Нет,он сам пришёл. Оба яута удивленно переглянулись. Самый главный Арбитр посетил корабль без их ведома, подарил охотнице ожерелье. Но с чего бы? -Зачем он приходил? -Предложил кое-что. Охотники снова удивились. А сама Смерть говорила так,будто это было нормально. Её голос был каким-то отстранённым,а взгляд спокойным. Никогда они не видели её такой. -Что за предложение? Вопрос Де’аро был тихим. Будто его сейгаллу сейчас похитят и он никогда её больше не увидит. Сама Гуан-Тхей’тде резко посмотрела на вход в медотсек,затем на Фатора. -Он передал послание от Фантаму’ории. Скоро её корабль прилетит к нам и она заберёт меня в свой клан. Удивленное пощёлкивание разжалось с двух сторон. Оба яута ощущали себя обманутыми. Но не успели они спросить «Зачем?»,как Гуан-Тхей’тде сама сказала: -Она хочет что-то мне предложить в своём клане. Как сказал Дакинд-Тант’ер, это важное предложение и великая честь. Но больше никто из охотников ей ничего не сказал. Фатор подошёл к спине яутки и стал наносить гель. Де’аро сел напротив и стал пилить глазами свою сейгаллу. -Ты думаешь,что он тебя просто так отпустит? Этот вопрос поставил яутку в тупик. «Отпустит ли меня Верховный Лидер? Или же откажет?» Понимая,что сама не знает ответа на этот вопрос,Смерть пожала плечами. Боль тут же новой волной пронеслась по телу. Сжав клыки,она продолжала терпеть. -Если не захочет отпустить,я брошу ему ка’рик’на. Опять это удивленное пощёлкивание. «Ну давайте,начните критиковать. Сами то боитесь.Трусы!» -Ты понимаешь,что не выиграешь? -Он тебя убьёт. Опять пожав плечами,Гуан-Тхей’тде ощутила менее сильную боль. Она не хотела больше продолжать этот разговор,ведь у стен «Шауб-де» всегда есть уши. Понимая,что она в безвыходном положении,самка приняла своё решение. Закончив наносить гель,Фатор положил свою руку ей на плечо. Де’аро повторил его жест,и оба яута сказали в один голос: «Мы с тобой.Мы за тебя.»

***

Новый оборот начался с не очень хорошего. После ранений полученных Потаклиндом,на следующий оборот самку отправили в кехрите. Тренировка шла парная. Гуан-Тхей’тде в пару поставили Мроида. Опытный воин был не очень поворотлив,что шло самке на руку. Быстрая как ветер,она наносила удары яуту. Внезапно в кехрите зашёл Фатор. Вид у него был весьма не радостный. -Так,юнцы,ведите себя воспитанно. Сейчас наш корабль будет стыковаться с «Шкар’индом». Глаза Молодой Крови счастливо загорелись. Они так и хотели скорее увидеть Великую Матриархат,которая была главнее самого Верховного Лидера. Только лицо Де’аро,который был в паре с Циенринд-Нагаллом,помрачнело и яут не радостно пощёлкал. Он знал,что сегодня потеряет сестру,либо на время,либо навсегда. Взор его печальных янтарных глаз переместился на Гуан-Тхей’тде. Столкнувшись взглядами,Смерть услышала: «Я с тобой...». Кивнув ему,она продолжила спарринг с Мроидом. Пришествия Фантаму’ории и Гуан-Тант’ера долго ждать не пришлось. Уже через десять минут они вошли в кехрите. Сбоку от Матриархата был Дакинд-Тант’ер. Заметив в толпе тренирующихся яутку,он заурчал,привлекая этим внимание собратьев. Ожерелье так и весело на шее Смерти,а взгляд был направлен на арбитра. Быстро прекратив спарринги,яуты приклонили колени перед Матриархатом,прижимая сжатую правую руку к сердцу. Одобрительно кивнув,Фантаму’ория начала смотреть на белую самку. Не поворачивая взора своих глаз,она обратилась к Гуан-Тант’еру. -Сильнейший Гуан-Тант’ер,я прилетела сюда по особому случаю. У тебя в клане есть молодая яутка с задатками Лидера и хочу её за... Но рык Потаклинда не дал ей договорить. Его глаза наполнились яростью. Только Фантаму’ория оставалась спокойной. -Нет! Кровавая моего клана, не покинет его. Её место здесь. Внимательно посмотрев на яута-альбиноса,затем на белую самку,Великая продолжила. -Если ты этого не хочешь,то пускай она сама сделает выбор. -Не имеет права. -Тогда я бросаю тебе ка’рик’на! На этот выкрик обернулись все. Обстановка накалялась,воздух стал настолько тяжелым,что его можно было разрезать ножом. Все охотники смотрели на самку,которая так дерзко бросила вызов своему Лидеру. Она не собиралась больше молчать. Надо поступать как велит сердце и разум,дать выход ярости,что так скопилась в ней. Быстрыми шагами Смерть подошла вплотную к Вожаку и ударила его в плечо. Выбор сделан, обратно пути уже нету. Глаза Дакинд-Тант’ера и Де’аро наполнились страхом. Не известен был исход сия сражения. Отойдя на шаг назад,яутка заметила,как собратья сформировали круг. Гуан-Тант’ер кипел от ярости. Быстрым движение он сдернул мантию с плеч и вошёл в круг. -Бой идёт до первого перелома. Заключила смело Великая и отошла назад. Встав в стойку,Гуан-Тхей’тде заметила,что впервые её ор’хе ведёт бой без нагинаты. «Честный бой»,так это называли великие предки. Сам Потаклинд же встал в другую стойку. Решив,что духу у Смерти не хватит,яут попытался нанести ей первый удар. Но яутка как змея,ловко увернулась и с ноги ударила альбиноса по рёбрам. Казалось,что она дерётся не с отцом,а с отступником,Плохой кровью. Где-то в круге было слышно встревоженный вдох Ирмолинд-Зигв’ы. Заметив,что яутка отвлеклась,Лидер нанёс удар в грудную клетку. К его удивлению,яутка не отлетела к стене,как он предполагал. Она устояла на на ногах и нанесла ответный удар. Прямо в мандибулу. Боль сильно начала мучать Владыку и в ярости он попытался удалить яутку,но та снова увернулась и со всех силы ударила Кар’клея по ребрам.Послышался треск костей и Гуан-Тант’ер издал звук,похожий на вой. Он проиграл. Зал наполнился победным рыком Гуан-Тхей’тде,и собратья поддержали её, зарычав вместе с ней. Со стороны Фантаму’ории послышались хлопки. Она аплодировала. Подойдя к Смерти,Великая положила свою руку ей на плечо. -Это был честный бой. Ты выиграла и теперь можешь смело перейти в мой клан. Ближе к концу завтрашнего оборота,наш «Шкар’инд» отстыкуется и мы полетим на твою первую охоту в новом клане. Её взгляд переместился на ожерелье Смерти. Почувствовав,что к ней телепатически хотят обратится,она убрала блок. -Ты смелая,Гуан-Тхей’тде. И как я заметила ты симпатична моему нагаллу. Что ж,готовься. Попрощайся с товарищами и...нагаллом? Она посмотрела на самца альбиноса,который немного печально смотрел на яутку. -Спасибо,Великая. Для меня большая честь оказаться в вашем клане. Но проследив за взглядом великой,яутка добавила,-Да,это мой нагалл-близнец. -Что ж,я рада,что у тебя есть близкий тебе. Но время летит. Отстранившись,Великая стала смотреть на стоящего посередине кехрите Верховного Лидера. -Твой бой,Гуан-Тант’ер, был интересным. Хорошая тактика боя. Но тебе не хватает маневренности. Есть ли здесь место,где мы можем кое-что спокойно обсудить? Утвердительно кивнув,яут взял мантию которую держала в руках его Ши. Сделав очередной кивок, Кар’клей удалился,а в след за ним и Верховный Матриархат. Почти все яуты клана «Ночного Твея» остались в кехрите. Как только Лидеры обеих сторон удалились,Де’аро быстро подошёл к своей сейгалле. -Ты не ранена? Все хорошо? -Нагалл,-она положила руку ему на плечо.-Все хорошо. Не переживай. Их разговору помешал подходящий к ним Дакинд-Тант’ер. Он выглядел весьма счастливым. Сама яутка же обернувшись к нему потупила взгляд. Подойдя в плотную,арбитр нежно коснулся лба,который умудрился поцарапать Гуан-Тант’ер. Его лоб прислонился к её и охотник нежно заурчал. Сердце достаточно юной яутки забилось с нереальной скоростью,а в животе будто начали биться бабочки. Нежный взгляд арбитра настолько проникал в душу,что казалось на неё смотрит Мар’хэ. Она всегда так смотрела на Смерть,когда та была маленькой. Ничего не сказав,яут продолжал смотреть. Этот взгляд был куда лучше тысячи слов. Заметив,что все в кехрите смотрят на них,они отстранились друг от друга. Яутка отошла к нагаллу,который стоял и удивленно смотрел. Вгзлянув на остальных,она заметила,что все смотрят так же. Решив не обращать внимание,яутка удалилась с нагаллом для серьезного разговора.

***

Время пролетело незаметно и уже второй оборот подходил к концу. Понимая,что нужно прощаться,Гуан-Тхей’тде подошла к Фатору,который находил в медотсеке,расставлял какие-то банки. -Фатор,можно тебя на пару слов? Услышав голос так полюбившейся ему как сестре самки,яут отвлёкся от своего дела и быстро подошёл к ней. Взгляд был у него не такой уж и счастливый. -Да,Гуан-Тхей’тде? -Фатор,я...-не зная с чего начать,яутка растерялась.-Я хочу тебя поблагодарить за все,что ты для меня сделал. Ты все шестнадцать умановских лет заботился обо мне,как о родной сестре. Я очень не хочу тебя терять. Ты мне братом ведь стал. Понимая,как ей тяжело,Ветер нежно обнял Смерть. Он испытывал тоже,что и она. Хоть у яута и были свои детеныши,он всегда больше заботился о ней. Обучал её всему что знал,учил танцу с нагинатой. Хотя она уже после первого урока стала намного лучше него с ней обращаться. Как говорят старейшины,оружие нашло своего хозяина. Понимая,что долго не сможет увидеть её,он не отпускал яутку из своих объятий. Зная,что нужно попрощаться с Де’аро,Смерть отстранилась. Сделав вежливый кивок,она хотела покинуть медотсек. Но на выходе её остановили слова Фатора,-Помни,я тебе всегда буду рад,Гуан-Тчей... Услышав это она нежно защёлкала и покинула отсек.

***

Время до отлёта осталось немного. Минут пятнадцать. Быстро забежав в отсек нагалла,она прыгнула к нему в объятья. Самка чувствовала,что ему тоже тяжело. Ведь они близнецы,чувствуют друг друга всегда. Им не нужны были слова. Минут пять они так простояли. Смерть помнила,как Де’аро шутил над ней,и как она над ним. Знала,что он никогда её не предаст,что яут увствовал боль и радость своей сейгаллы. Понимая,что сейчас она будет улетать,Де’аро отстранился от яутки. -Пойдём,время пришло. Опустив свой грустный взгляд,яутка сделала шаг назад и вышла из отсека. За ней вышел и нагалл. Они шли молча по коридорам. Дойдя до толпы яутов,взгляду предстала картина. Шмыгая носом стояла Ирмолинд-Зигв’а,рядом грустный Гуан-Тант’ер. Впервые Смерть увидела его таким. Рядом стояли Фатор,Циенринд-Нагалл,Мроид,Наунд,Ятеж-казир,Молодая Кровь и Насид-Меам. Чувствовалось,что все были не особо счастливые. Сама Гуан-Тхей’тде была не очень радостная, ведь она покидает клан в котором прожила шестнадцать умановских лет. Подойдя к Великой Фантаму’ории,Гуан-Тхей’тде сделала почтительный кивок. Та ответила ей тем же. Вместо тысячи слов,каждый яут клана «Черного Зверя» подходил и клал свою руку ей на плечо. Только одна Ирмолинд-Зигв’а обняла свою дон’нэ. Казалось,что Смерть никогда не увидит больше свой родной клан. -Доброй охоты,да сбережёт вас Кетану. После этих слов,весь клан «Черного Зверя» одновременно ответил ей,-Доброй Охоты. Да сбережёт тебя Кетану! Клан «Ночного Твея» начал ступать на «Шкар’инд». Гуан-Тхей’тде шла предпоследней. Сзади неё шёл Дакинд-Тант’ер. Остановившись на трапе,яутка обернулась. Её родной клан провожал печальными взглядами. Только эмоции Насид-Меама яутка не смогла прочесть. Развернувшись она продолжила идти на новый ман’дака,который теперь её новый дом. «Начинается новая жизнь. Обратного пути нету,значит буду ступать только вперёд. Что ж,Волве,я послушалась твоего совета и теперь меня ждёт неизвестность...»