Это не конец

Первая ночь без Тэхёна. Без его звонкого смеха, крепких и теплых обятий. Этого всего просто нет. Чимин никогда не видел, как его хён плачет, но слышит. Он вообще думал, что этот омега не умеет плакать. Сейчас он лежит и слушает хныканье старшего, который зарылся головой под одеялом. Чимину тоже хочется плакать. — Тэхён… — пронеслось имя в голове Чимина. Этот светлый мальчик, который постоянно улыбался и просто освещал этот мир своей улыбкой. Дарил тепло и любовь. Поддерживал всегда, помогал и веселил того, кто грустил. Он не мог допустить того. За окном снова идёт дождь. Кажется, даже небо плачет вместе с ним. Сердце Сокджина разрывается. Он жмурится и все никак не может сдержать слезы. Хочется кричать, но он упорно сдерживается, чтобы ненароком не разбудить остальных. Чимин не мог уснуть. Просто не мог.

***

Прошел год, после того нападения, что привело к похищению четырёх омег, в том числе и Тэхёна. Год, как он его не видел. Год, как он не слышал его. И неизвестно, что с ним случилось. Сокджин стал зажатым: ходил вялым и без каких-либо эмоций. Он перестал проводить время с Чимином или Хосоком. Приходил только под вечер, когда все ложились спать. Просто без каких-либо пожеланий, просто ложился спать и все. Тэхён был для Сокджина родным братом, так же, как и для Чимина. Потеря близкого человека ведет к очень плохим последствиям, вроде депрессии. Хосок тоже стал таким. Он перестал смеяться, как делал это всегда, перестал играть, рисовать, или заниматься своим любимым делом. Был таким «безжизненным» сидел на одном месте. Видимо, это так на нем сказалось исчезновение Тэхёна. Чимину одиноко, а ещё ему больно видеть их вот такими уже целый год. Он хочет вернуть все, как было: улыбки, смех, игры, дурачество. Те веселые деньки, то время, когда они просто собирались все вместе и обнимались. Разговаривали на разные темы, что-то творили. Теперь всего этого — нет. Чимин сидел на лавочке и рисовал, пока другие играли и веселились. Как же Чимин завидует. У него появился альбом, где рисовал все, что ему вздумается. Очень много рисунков было посвящено его спасателю. Он до сих пор его помнит. Как можно забыть того, кто спас тебе жизнь? Чимин жаждал снова с ним встретиться. В тот злорадный день, он снова почувствовал запах мяты, такой слабый, что едва был ощутим. Но Чимин смог, он запомнил этот запах. Но спустя год, так и не уловил его снова. И пришел к выводу, что, возможно, тот альфа где-то здесь, на их территории. Но он хорошо, видимо, скрывается. Вот же хитрец, думал Чимин. Сейчас ему нужно вернуть своих хёнов, которых он знал. Он устал, устал видеть, какие они мрачные. Ему уже кажется, что над ними серное облачко над головой. Чимин попробует с ними поговорить и показать, что еще не все потеряно и нужно жить дальше. Даже без Тэхёна.

***

Сейчас обед. Три омежки сидели отдельно за вторым столом. Теперь их трое и, за этим столом они сидят одни. В тишине. А ведь когда-то они все никак не могли замолчать, сидя за столом. Теперь все изменилось. — Хосоки-хён, Сокджини-хён, — нарушив эту мрачную тишину, позвал тех Чимин. — я хотел бы с вами поговорить. Омеги подняли свой обычный грустный взгляд и посмотрели вопросительно на Чимина. — Прошу вас вечером собраться в комнате. Это очень важно. — Чимин подарил им свою милую улыбку. Хосок и Сокджин, ничего не сказав в ответ, опустили свой взгляд на тарелки и продолжали кушать. Чимин немного взгрустнул, но тоже продолжил свой приём пищи.

***

Вот уже настал вечер, которого Чимин так ждал. Очень волновавшись, он сидел на кроватке, держа свой альбом в руках и ждал их. Через какой-то промежуток времени, они всё-таки пришли, как и просил их Чимин. Те, молча сели на кровать Сокджина перед Чимином и ждали, пока он начнёт говорить. — Уже год прошёл — начал он. — и этот год был тяжёлый, но нужно жить дальше! Я устал смотреть, как вы убиваетесь. — Чимин продолжал говорить, игнорируя поступившейся ком в горле. — Да Тэхёна нет… И не известно, где он и что с ним стало, — в уголках глаз начались скапливаться слезы и он чувствует, как одна слезинка скатывается по его щеке. Хосок и Сокджин сидели с опущенными головами. Как не живые. — Я.я… О-Очень хоч-чу, чтобы все было как р-раньше… — Чимин заикается сквозь слезы и открывает свой альбом, разворачивая его и показывая рисунок, который он сегодня нарисовал. — Посмотрите. Я хочу с-снов-ва видеть в-ваши ул-лыбки. Я хочу видеть вас с-счастливыми! — одной рукой он придерживает альбом, а второй вытирает лицо от слез. Хосок и Сокджин, подняв голову, увидели три маленьких человечка: один был высокий, широкоплечий, напоминал Сокджина. Второй — чуть меньше ростом, немного кучерявый, был похож на Хосока, который держал за руку другого. Не трудно догадаться, что это был Чимин. Он нарисовал их, улыбающимися, такими счастливыми. Они держались за руки и шли по зеленой поляне. Чимин смотрел на них с заплаканными глазами, ожидая их реакции. Сокджин не выдержал: он накинулся на омегу, что тот даже уронил свой альбом. Сокджин прижал его крепко к себе, зарывшись одной рукой в его волосы, проливая горячие слезы и крича в голос. Он сильно долго держал все в себе. Теперь пришло время все отпустить наружу. Чимин обнял его в ответ, тоже плача вместе с хёном. Хосок поднял альбом: страница с тем рисунком так и была открыта. Он внимательно всматривался в рисунок и сам того не замечая, начал плакать. Нужно просто отпустить и жить дальше.

***

Всё стало на свои места. Конечно не сразу, но всё же Хосок перестал «забиваться в углу» и был самим собой: веселым, жизнерадостным и добрым. Он стал много проводить времени с Чимином, как и хотел младший. Сокджин хоть и вернулся, но времени на Чимина и Хосока не хватало. Сейчас Сокджину 15, а он уже убивается на работе. Возвращался он всегда уставшим и помятым, поэтому без лишних разговоров просто падал на кровать и спал. Но плюсы всё же есть: он улыбается, хоть и устал, но улыбается. И он не плачет каждую ночь под одеялом, он — спит. Сейчас Чимину исполнилось 13. Он, по мнению Сокджина, не изменился. Все такие же пухлые щёчки, ручки, губки. Чимин, все также оставался для Сокджина ребенком. Даже когда он будет совершеннолетним, всё равно — ребенок. Омежка сидел, уже на полюбившейся лавочке. Альбом уже был весь исписан в рисунках, а просить новый он стеснялся. Тот альбом ему подарил Сокджин на прошлый день рождения, когда увидел способности Чимина и его страсть к рисованию. Он держит в руках всю ту же любимую книгу, поднимая голову вверх и смотря на пасмурное небо. На улице заметно холодает, что подсказывает к, скоро наступившей, зиме. Остальные омеги прячутся в домике, а Чимин сидит и дышит свежим воздухом. Он устал сидеть в четырёх стенах. Раньше он часто выходил гулять. А теперь он не так часто делает это. — Чимини, — послышался зовущей его голос. — пошли в дом, сейчас не лучшая погода, ещё простынешь. — Хосок подошёл к нему, положив одну руку на плечо младшего. Чимин поднял свои глаза и посмотрел на омегу, ощущая приятный запах. У Хосока тоже появился свой запах — лесные ягоды. Ощущая этот приятный запах, Чимину хочется в лес: найти и скушать все ягоды в лесу. Очень приятный и свежий запах. — Да, конечно. — как-то тоскливо сказал Чимин. — Что-то не так? — недоумевающе интересуется Хосок. — Я скучаю по хёну… — всхлипнул Чимин, уже вытирая рукавом ветровки поступившие слезы. Он слишком много плачет. — Ох, Чимин-а. — вздохнул старший, прижимая омегу к себе. Чимин положил голову на плечо Хосока. — Ты же знаешь нашего хёна. Хочет отблагодарить, за спасение и… — его перебивают: — Но это не честно! Почему он должен за всех? — И вовсе не за всех. Не он единственный работает, Чимина. Я видел, что альфы и беты тоже помогают из соседних комнат. — Я тоже хочу… — проговорил омега. — Подрасти сначала. — усмехнулся Хо, тыкая в холодный нос Чимина, на что омега сквасился. — Я не маленький! — вскрикнул омега, обиженно дуя губы. Хосок лаского его погладил по голове и заявил: — Ты всё равно малыш. — Ну, Хосоки-хён, держись! — угрожал омега. Хосок тут же весело побежал к дому, а Чимин за ним.

***

Уже вечер и все омеги, почистив зубы, укладываются в свои кроватки. Чимин расправляет свою кровать и взгляд бросается на другую, но не расправленную кровать. — Хён опаздывает… — думал Чимин. Ему вдруг стало не по себе. Он боялся, что с ним могло что-то случиться. Сейчас темно и страшно. Хоть фонари и освещали улицу, но все равно одному бродить страшно.

***

— Вот мы и добрались. — закончил сероволосый альфа, подойдя к дому вместе с омегой. — Не задерживайся больше. — Хорошо. — Омега повернулся к альфе, поднимая на того взгляд. Альфа безумно красив. Его серые волосы переливаются светом, светящегося рядом фонаря. — И спасибо вам… — смущенно выдал на последок Сокджин. Альфа улыбнулся, аккуратно положив свою руку на щечку омеги, поглаживая её. Омега даже не дернулся, а наоборот, пошел на встречу ласкам, на что альфа немного удивился. Омега сам терся щекой об ладонь альфы. Сокджин отстранился и, попрощавшись с альфой, вошел внутрь. Альфа ждал, пока омега полностью скроется за дверью, после чего, направился к себе. Сокджин тихо вошел. Кругом стояла глубокая тишина. Все спят. Ну, или, не все. Омега прошел дальше, ища свою койку. Быстро переодевшись в пижаму, он лег в свою, пока холодную, кровать. Укутавшись полностью он блаженно улыбнулся, вспоминая те прикосновения. Ему казалось, что он до сих пор чувствует его теплую руку на своей щеке. В нос продолжает ударять слабый запах яблок, от которого Сокджин сходит с ума. Он повернул свою голову в сторону Чимина, который уже сладко спал, не дождавшись его. Ему стыдно, что он сегодня опоздал. Он решил, что завтра проведет весь день с Чимином и Хосоком. Ведь он так давно с ними не проводил времени.