Is it fake love?

— Если вы посмотрите налево, то можете увидеть кухню, которая после продолжительных и кровопролитных войн была провозглашена независимым королевством. С этих самых времен там властвует Ким Сокджин, который является единственным и полноправным правителем. Разделять это нелегкое бремя власти ему помогает — Чимин, единокровный брат, неплохо справляющийся со своими обязанностями, — воодушевленно вещал Джин, размахивая руками будто заправский экскурсовод. Мин, скептически воспринявший эту идею, сейчас усмехался на некоторые, особо нелепые реплики парня. — Как и любому долговременно властвующему королю, Сокджину, приходилось отбивать нападки варваров с Южных земель. Однако, несмотря на видимую силу королевства, вожди варваров, которые гордо носят имена… — Ты только попробуй мое сейчас назвать и я сговорюсь с братом Кима Сокджина, — угрожающе произнёс Чонгук, который подошел в самый разгар речи Джина — и твое королевство будет разграблено в считанные секунды. — А мне понравилось, — усмехнулся тоже недавно подошедший Хосок, — я бы сошел за варвара? — он покрутился вокруг своей оси, чуть не расплескав жидкость, которая до его резких телодвижений покоилась в небольшой колбе. — Я только услышал, что кто-то хочет устроить заговор против Джина и тут же примчался, — высоким голос протянул уже знакомый Юнги розоволосый парень, тут же повиснув на говорившем парне номер один. Во всяком случае именно так их обозначил для себя Мин. — Айщ, — уязвлено прошипел Джин, — я думал, что вы проявите уважение к своему хену. А вы… — он вытер невидимые слезы, чем заставил Чимина рассмеяться. — Ох, неужели злобный парень, которого я спас от химиков, здесь? — удивился розоволосый и кинул неоднозначный взгляд на Джина, который Юнги не смог идентифицировать, остальные тоже выглядели заинтересованно. — Пфф, я вообще не знаю, зачем ты тогда полез, я разве выглядел как девица в беде? — Юнги скептически приподнял бровь. — Да и что вы на меня все уставились, я вам экспонат в музее? — Я был удивлен, когда Чимина-а назвал его грубияном, — протянул Чонгук и сузив глаза посмотрел на Мина, — а теперь смотрю и понимаю, что я бы так мягко не сказал. — Что ты… — дернулся вперед Юнги, но был остановлен рукой Джина, схватившей его чуть повыше локтя. Мина сначала бесила самодовольная ухмылка парня, потом добавились непонятные взгляды, но последней каплей было это. — Так, во-первых это Чонгук, — быстро проговорил другой парень, — я Хосок, вот и познакомились, — он успел подскочить и потрясти руку Мина в своеобразном приветствии, — во-вторых мы опаздываем на собрание, — Хоби потянул Джина за собой. — Юнги, не уходи пожалуйста, — успел сказать Сокджин, вырвавшийся из крепкой хватки Хоби, — мы только обсудим парочку вопросов, это недолго. Можешь пройти на кухню и выпить чего-нибудь, я доверяю тебе свое королевство. У Мина было не одно плохое качество, но самым худшим, по его скромному мнению была злопамятность. И если секунду назад он планировал где, как и с какой степенью жестокости он убьет Чонгука, то теперь он глубоко внутри улыбался и шел на кухню, испытывая непреодолимое желание попробовать то пойло, которое революционеры называли кофе. Юнги почувствовал себя уставшим после собственноручно приготовленного и выпитого напитка. Заприметив на горизонте, как показалось парню, удобный диван, он завалился на него, подтянув под себя ноги и устроившись поудобнее — уснул. Из пребывания в прекрасном мире грез брюнета вытащил легкий удар в плечо и до боли знакомый голос, который звал парня «Шуга». Это прозвище Юнги дал Сокджин, когда заметив открытый участок кожи брюнета сравнил ее с кусочком сахара и только он звал Мина таким образом. Сначала Юнги возмущался, а потом просто забил. Да и произносил его Джин таким голосом, что даже возмущаться не хотелось. — Шуга, вставай. Спать будешь дома, или ты хочешь, чтоб я разбудил тебя как спящую красавицу? — соблазнительным голосом протянул блондин. Юнги подзаебала эта сторона личности Джина и каждый раз ему хотелось ответить на его подколы, в этот раз особенно, но в этот раз ему было особенно лень. — Я сам могу встать. Тем более просто прилег, пока вы все заняты были. — Ага, прилег так, что не поднять с дивана. Мы уже час как все свободны, — хохотнул Сокджин. — Серьезно?! — воскликнул Юнги в удивлении распахнув глаза. — Ладно, сегодня был насыщенный день, а то, что вы зовёте кофе, не содержит и капли кофеина. Кстати, хотел с тобой поговорить, — решился парень, оценив добродушное настроение Кима. Мин уже какое-то время задумывался над тем, что одному ему вариться в этой каше не хочется, а вот если позвать Намджуна. Тем более, Юнги был уверен, что мозгов у его друга больше, чем у всех революционеров. — Валяй, — Джин подсел ближе к брюнету и приготовился слушать, с интересом посматривая на парня. — Вашей команде всегда нужны новые люди, светлые и гениальные умы, отличные солдаты. Любая поддержка в этом деле хороша. Я долго думал над этим… — Так, — Юнги перебили, и все заготовленные раннее речи превратились в кашу. — Ближе к делу, ты же не перед доской время вышел потянуть, — ухмыльнулся Сокджин уже осознавая к чему клонит сахарный. — В общем, — опять затяжная пауза и внимательный взгляд, который не даёт расслабиться парню, он как будто пытается вытянуть из Мина всю информацию. — Я хочу рассказать все своему лучшему другу. В нем у меня уверенность стопроцентная. Да и он очень мозговитый парень. Я не хочу так долго от него это скрывать. Точно не от единственного близкого мне человека. — Хм, я подумаю. Нам нужны люди, но всех и всегда необходимо проверять. Я не имею права верить каждому, потому что любое решение несет последствия. Мне нужно удостовериться, что он не был замешан в каких-нибудь темных делишках и не имел связи с правительством, и тогда я пойму, можно ли ему доверить. — Блядь, я уверен в нем больше чем в себе, — психанул Юнги, — но если тебе нужно пробить Джуна по всем вашим каналам — валяй. — Кстати, у меня к тебе тоже есть разговор. Вскоре намечается одна важная вылазка и я бы хотел, чтобы ты принял в ней участие. Я не прошу брать в руки пистолет, просто хочу чтобы ты пошел со мной. Получишь небольшую порцию адреналина — к такому повороту событий Юнги не был готов, но все равно согласился. После этого разговора прошло несколько дней и все они были заполнены рутиной. Мин ходил на работу, в универ, на посиделки в метро. Он даже смог, сам не понимая как, сдружиться с Чимином и Хосоком, хотя там была не его заслуга, а просто непреодолимое желание этих двоих общаться. Также Мин изредка виделся с Намджуном, который был не в восторге из-за самовольного решения Юнги предложить его кандидатуру на вступления в ряды революционеров. Парень некоторое время бухтел и кидался заумными терминами, взвешивая шансы на свержение Правительства и пришел к выводу, что при должном руководстве они есть. — Шуга, собрание, сейчас же! — не успел даже Юнги переступить порог, как на него тут же накинулись и заставили куда-то идти, да и судя по виду Джина он хотел не о покупке вольера со щенками поговорить. Маленькая комната, которая когда-то использовалась ответственными за электроснабжение, теперь была главным местом всех собраний, хранения данных и просто кабинетом Джина. В углу стоял небольшой письменный стол с ноутбуком и кучей бумажек. А на простой белой стене расположился проектор, который служил всем своеобразным телевизором. Под потолком висела старая лампа, которая едва освещала комнату. Напротив стола стоял старый небольшой диван укрытый пледом. Несколько стульев и обшарпанный комод, нижний его отдел был под замком и Юнги даже не мог предположить что там находится. В комнате собрались уже все, кроме Мина и Джина, которые вошли последними. Близился завершающий этап сборов. Блондин быстро окинул всех взглядом и начал вещать. — Сегодня стала известна дата, когда все главы Правительства соберутся вместе. Мы пропустили две их встречи, поэтому сейчас у нас нет шанса на ошибку. Общий план, который мы разрабатывали последние два месяца остается прежним. Но некоторые коррективы стоит внести. Главным для первого этапа операции я назначаю Чонгука, потому что у нас с Юнги будет немного другая задача, — он внимательно осмотрел Мина, — ты ведь готов пойти со мной? — Конечно, — возможно это прозвучало слишком самоуверенно, но Юнги не хотелось падать в грязь лицом перед всей их шайкой. Он не предугадывал таких масштабов. А Джину к тому же приспичило его перед всеми спросить. — Вот и отлично, — продолжил Джин. — Операция начинается утром перед рассветом. Время сбора — 3.30 утра. А сейчас пройдемся по основным пунктам, — и Ким развернул большую схему здания Правительства. Это было понятно так как зданий с похожей планировкой в Городе больше не было. Его сделали по-своему уникальным, чтобы подчеркнуть всю значимость. В этом здании имелось свыше ста этажей, на каждом из которых располагались гостевые комнаты, в которых проживали люди работающие на правительство. Они находились там во время принятия законов и притеснения простых граждан, но, Юнги казалось, что эти ужасные люди жили там постоянно. Чего стоило самое дорогое казино в городе, самый большой теннисный корт и бассейн, который был выполнен самым известным в мире архитектором — Пи Виером. — Теперь подробнее про план наступления. Больше часа все вникали в подробности тщательно проработанной операции. Изначально Юнги пытался следить за потоком проходящей через его мозг информации, но в итоге забил, справедливо решив, что на передовую его не пустят и следовательно знание расположения женских туалетов в левом крыле седьмого этажа ему нахер не сдались. Где-то в середине собрания Юнги начало клонить в сон, который он стойко пытался сдерживать, но видно засыпать подогнув под себя ноги на различных диванах в штабе революционеров, входило в привычку. Проснулся Мин уже когда все начинали медленно заходить в метро, это было слышно по смеху и громким разговорам. Парень слегка потянулся, стараясь размять мышцы, затекшие после сна на неудобном диване, и с его ног свалился плед, которым он точно не накрывался.

***

Людей становилось все больше, и казалось, будто еще немного и это давно заброшенное место станет похоже на обычную станцию в час-пик. Джин неспешно ходил между людьми, замечая знакомые лица тех, кто уже участвовал в борьбе за свободу. Многие из них сражались с Кимом плечом к плечу с самого начала, как Чонгук и Хосок. Они приветствовали парня, слегка склоняя голову, хорошо хоть честь не отдавали, а то Джин бы совсем возгордился. Революционеры, стоявшие здесь, считали его чуть ли не мессией, который может решить любую проблему лишь по щелчку пальцев. И главное Сокджин хотел, чтобы они так думали, это придавало уверенности и спокойствия, которого ему всегда так не хватало. Блондин с благодарностью взял чашку кофе, которую принес заботливый Чимин. Знал ведь, что этой ночью Джину так и не удалось поспать. Волнение следовало за парнем по пятам, он бессчетное количество раз пересмотрел планировку здания, пытаясь найти малейшие недочеты. Ким таким пристальным взглядом рассматривал этот злосчастный план, что эти недочеты-недостатки могли сами появиться там, лишь для того, чтобы он успокоился. Но, увы, будь у Джина хоть какие-то магические способности революция закончилась бы в разы быстрее. Руки, сжимающие чашку, пахли пистолетной смазкой — он несколько раз чистил оружие, это расслабляло. Раньше расслабляло. Но сегодня этого было недостаточно. Сокджин перевел взгляд на чашку, напитка в ней уже не было. Какую же гадость они пили. Парень уже года два не пил по-настоящему хороший черный кофе. Ну да, логично, с самого начала революции. Чашка была синяя, с продольной трещиной и отколотым кусочком керамики. Мама бы без раздумий ее выкинула. Отвлекшись от разглядывания кружки Джин заметил в толпе хаотично перемещающуюся темноволосую макушку. Пригладив волосы, он неспешно двинулся в сторону Юнги, разрываясь от желания смутить парня. Одновременно думая о том, что с легкостью может воплотить это стремление. Ведь он тут босс. — Надеюсь сладенький выспался? — склонившись к самому уху парня прошептал Джин. Юнги вздрогнул. Даже не так. Дернулся, чуть не разбив чашку, которую Ким до сих пор сжимал в руке. — Хен, ты ебанулся на старости лет? — покрутив пальцем у виска, прошипел Мин. — Ты что пытаешься меня обидеть? — Джин округлил глаза. — Всего лишь поздоровался и пытался узнать как ты себя чувствуешь. — Сейчас ты со стеной поздороваешься, — Джин бегло оглядел парня, и несмотря на всю эту показную браваду, скованная поза выдавала его нервозность перед грядущей операцией. — Так я хочу здороваться только с тобой, — мурлыкнул Джин и наткнулся на лучший убийственный взгляд Мина, однако с удовольствием отметил румянец, расползающийся по щекам парня. — Но сейчас не об этом. Через пару минут все соберутся и мы выдвигаемся. Ты готов? — Нет. То есть… да. Готов — скороговоркой выпалил Юнги и как-то загнанно посмотрел на Кима, видеть его таким немного пугало. Джину вдруг приспичило сделать что-нибудь эксцентричное, чтобы переключить внимание на себя, но его опередил Хоби. Он подлетел к ним, хлопнул Шугу по плечу, взъерошил себе волосы, забрал кружку и сделал еще тысячу ненужных телодвижений. Это странным образом взбодрило. Хоть кто-то спал этой ночью. Джин даже бы порадовался, если бы не завидовал. — Не дрейфь, все пройдет по плану. По нашему плану, — Хосок многозначительно посмотрел на них. — А наши планы, как известно — лучшие в стране. Других попросту нет. — Вы мне бронежилет выдадите? — пробормотал Мин и скептически осмотрел свою темно-синюю байку и потертые джинсы. — Ты с ума сошел? Какая защита? Мы не простые солдаты, мы сражаемся за правое дело. Революция наше все и делаем мы свою работу добросовестно, — высокопарно заявил Джин и для большей театральности ударил себя кулаком в грудь. Окружающие уставились на них круглыми глазами. А Ким подумал, что у него слишком игривое настроение сегодня, не к добру это. — Смотрите, Сокджин начал речь толкать, — выкрикнул кто-то из толпы. Все засмеялись, даже Юнги. Джин решил, что он предатель. Никакой субординации. — У нас будут фильтрующие противогазы, но их стоит надевать только в случае крайней степени опасности. Надолго их не хватит, — успокоил Мина Хосок и куда-то убежал, за противогазами, наверное. — Как я уже говорил, мы пойдем с тобой вдвоем. А тебе стоит увидеть кухню изнутри, — Сокджин приобнял брюнета и тот даже не дернулся. Прогресс на лицо. — Слушайся меня и все пройдет как по маслу. Юнги смотрел, как люди берут снаряжение, делятся на группы и быстро расходятся в разные стороны. Правильно, у всех разные точки выхода на поверхность, так «химики» не смогут засечь базу революционеров. Гук вручил брюнету противогаз, парочку световых и химических гранат. Блондин же проверил, стоит ли пистолет на предохранителе, количество дополнительных патронов и гранат. Посмотрев на Мина, Сокджин усмехнулся — вылитый воробей. — Пошли, сладкий, — сказал Джин, в тот же миг получая шлепок по шее, становясь серьезным. — Айщ, никакого уважения к старшим, — пробурчал Сокджин. Юнги на такое заявление только высунул язык и передразнил высокий голос блондина, переходя на писк. Команда бесшумно передвигалась по старым обесточенным рельсам, прислушиваясь к различным звукам, которые то и дело разносились эхом по закрытому пространству тоннеля. Джин одной рукой сжимал гранату, конечно маловероятно, что они наткнутся на химиков здесь, но бдительность терять тоже опасно. Вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на дороге, Ким постоянно оборачивался, будто хотел удостовериться, что Юнги продолжает бежать за ним и никакие призраки не утянули его за собой в сырые комнаты. — Может передохнем? — тихо выдохнул Мин. Сокджин еще раз обернулся и хмыкнул. — Кому-то пора бросать курить, — Юнги хотел было уже очень красочно ответить, что же нужно сделать блондину, когда тот продолжил, — нет, мы уже почти на месте. Нельзя останавливаться, — прошептал Джин, но замедлился. Под землей всегда тяжело дышалось. Воздух казался кислым и затхлым, пахло сыростью и крысами. Хотя никто из них никогда не нюхал крыс, чтобы было с чем сравнивать. Ким и сам начал слегка уставать, когда увидел нужную им лестницу на поверхность. Сокджин махнул рукой Шуге, чтобы парень следовал за ним, а сам резво подтянулся на лестнице и полез вверх. Аккуратно приподняв люк, блондин огляделся, химиков не было видно, как и людей. Рассредоточившиеся по городу революционеры неплохо отвлекали внимание в этой части города и они не должны встретить ни одной живой души. Весь план Сокджина был чистой авантюрой. Ну не весь, та его часть, где они с Юнги пробираются в квартиру одного из участников совета правительства и ищут документы, которые смогут им помочь. Джин совершенно не отдавал себе отчета, когда буквально в последние дни начал разрабатывать стратегию, как пробраться в здание и остаться незамеченным. Парни завернули в подворотню, и блондин остановился, чтобы отдышаться, заодно инструктируя Мина на дальнейшие действия. Брюнет выглядел взмыленным и слегка ошарашенным, а еще подслеповато щурил глаза от резкого контраста темной, сумрачной подземки и яркого дневного света. В этот момент Юнги показался Джину чрезвычайно милым. — Сейчас мы пробираемся через черный ход в этот дом, а потом в квартиру одного члена правительства. Там мне нужны ценные бумаги и любые подсказки, которые мы только сможем найти. Лишний раз не открывай рта. Общаемся знаками, вы их учили вместе с Чимином, — быстро проговорил Сокджин, одновременно пытаясь подобрать отмычку чтобы открыть дверь. Юнги в отчет лишь кивнул, нервно сглотнув. Ким пустил брюнета вперед, а сам взял в руки пистолет. В ограниченном пространстве гранатами особо не поразбрасываешься. Джин был здесь раньше, поэтому знал, как пробраться в квартиру. Разведка же сообщила, что владелец здесь периодически бывает. Также сам дом не имеет дополнительной охраны и биометрической защиты, что было им на руку. Входную дверь квартиры блондин собирался взломать, как старый добрый вор, также они вместе с Хосоком обдумывали вариант взорвать ее, если не получится с отмычками. Но тогда у них будет совсем немного времени. Мина Сокджин взял с собой лишь потому, что эта часть операции самая безопасная, должна ею быть. Тем более брюнет будет всегда под чутким присмотром парня, что тоже сыграло немаловажную роль. Шуга оглядывался вокруг, будто ни разу не видел многоквартирных домов. Это было странно, да и дом не отличался изысками. — Блядь, — вырвалось у блондина когда тот увидел, что на двери стоит кодовый замок. Это было совершенно не по плану. Ким еще раз осмотрел дверь, взорвать ее будет проблематично. Парень зарычал от безысходности, все насмарку. Хотя чего он ожидал? — Может попробовать разгадать код? — тихо спросил Юнги, видно чтобы не навлечь на себя гнев блондина. Сокджин передернул плечом и выразительно посмотрев на брюнета, отошел от двери, — вот смотри, те цифры, которые чаще всего нажимали слегка истерлись. Это девятка, двойка, единица и вроде бы четыре. Хотя я не знаю, что нам это даст. На этой двери вряд ли стоит обычный четырехзначный код, что сложнее, может восемь или десять знаков. Джин кинул взгляд на задумчивого парня и в голове зажглась совершенно бредовая мысль. А что если? Нет. Этого точно не может быть. Но эти цифры. Можно попробовать. Блондин отодвинул Юнги и быстро набрал на клавиатуре 04121992. И нетерпеливо дернул за ручку, дверь поддалась. Кто же знал, что Он до такой степени сентиментальный. И это сыграло против него. Брюнет с ошарашенным лицом зашел следом и оглянулся вокруг. Он был озадачен, но Ким ничего не собирался ему объяснять. — Ищи деньги, если они тут есть, а они тут точно есть, — пробормотал Джин и отправился обыскивать кабинет, даже не посмотрев на темноволосого. Блондину ужасно сильно хотелось выбить все мысли о Нем из головы и начать думать о плане. Делал это парень абсолютно безалаберно, не заботясь о том, что Он узнает об их пребывании. Все равно сюда они больше не сунуться. Было несколько документов, которые привлекли внимание Кима, но этого все же было недостаточно. Парень решил еще раз испытать удачу и залезть в сейф. Будет смешно если пароль остался прежним. За этим делом его и застал Шуга. — Объясни что происходит, — потребовал он, в том момент когда сейф издал подтверждающий звук и открылся, — я не понимаю, почему ты так легко проник сюда. Где все люди и химики? Чья эта квартира? Почему мы пришли сюда только вдвоем? Ты набрал восемь цифр, зная лишь четыре и не зная последовательности. Ты сделал это с первого раза! Ты… ты открыл сейф. Без проблем открыл сейф, — под конец этой раздраженной речи Юнги практически сорвался на крик. — Эй, успокойся, — Сокджин быстро подошел к Мину и закрыл его рот ладонью, — это долгая история и я расскажу ее тебе позже. Я не работаю на Правительство, я знаю, что в твоей прекрасной голове мелькнула эта мысль. А деньги нам нужны, а у этого человека их хватает. И виски мы тоже одолжим, — Ким кивнул в сторону сейфа и посмотрел в лицо Шуге, парни стояли очень близко и Джин ощущал дыхание брюнета на своей коже. Сперва Юнги пытался смотреть в глаза блондину, а потом переместил свой взгляд на его губы. Сокджин ухмыльнулся, а парень стремительно опустил взгляд, пытаясь спрятать заалевшие щеки. — Тебе не кажется, что мы попали сюда слишком легко? — пробормотал Мин. Блондин кивнул, его тоже посещали эти мысли. Подойдя к сейфу, он достал папку и не глядя сунул ее в портфель, потом покрутил в руке виски и положил бутылку туда же. А потом Ким заметил камеру, она совсем маленькая, а заметил он ее только благодаря красной лампочке. Сокджин дернулся к выходу, попутно схватив Юнги за рукав толстовки. — Джин, почему здесь твоя фотография? — прошептал парень, указав на стол. Действительно, это был Сокджин, только выглядел он на ней моложе, рядом с ним, приобнимая за талию и счастливо улыбаясь, стоял молодой парень с платиновыми волосами. Ким еще раз дернул брюнета по направлению к выходу, но потом кинув взгляд на фотографию, схватил Мина за шею и злобно глянув на камеру, прижался к его губам в жестком поцелуе. Юнги пытался вырваться, но блондин крепко держал его, снова и снова проводя языком по сжатым губам, пытаясь углубить поцелуй. И Шуга сдался, с тихим выдохом приоткрыв свой рот и давая парню больше свободы. Проведя языком по зубам, Джин углубил поцелуй, переплетая их языки и слегка покусывая его губы. Брюнет практически не дышал, позволяя Киму делать все, что тот пожелает. И парень делал. В этом поцелуе не было места нежности, он был напористым, почти навязанным, в каждом движении Сокджина проскальзывало торжество, а тихие стоны Шуги были усладой для его ушей. Ким не закрыл глаза, продолжая сверлить колючим взглядом едва заметный объектив камеры.