Is it fake love?

Сначала Юнги вовсе не мог поверить, что все это происходит на самом деле, и он в этом участвует. Весь день он мысленно бил себя по щекам, щипал руки, уже вполне реально, силясь разрушить этот безумный сюрреалистичный сон. Начало операции и вовсе прошло для парня как в тумане. И в какой-то момент он, наплевав на все, просто решил плыть по течению, следуя советам Джина. В какой-то момент Юнги даже показалось, что он внес посильный вклад в разгадывание кода. Эти знания были получены через множество просмотренных детективных сериалов у Намджуна дома. Но когда Ким с необычайной легкостью набрал код на двери, а потом начал хозяйничать в чужой квартире, Юнги перемкнуло. Все его нутро кричало о неправильности происходящего. Мин толком не помнил, что кричал в невообразимо самодовольное лицо Сокджина, единственная мысль, которая билась пташкой в его голове, была о том, что нормальный человек, за такие слова, его уебет, ударит очень больно огромным кулаком. Но Джин на то и не был нормальным, в привычном понимании. Он поцеловал Юнги. Вот к этому событию Мин никогда не готовился, да и не смог бы. Дав себе пару секунд, на осознание ситуации, Юнги оттолкнул парня от себя и, ошалело, посмотрел на него, борясь с желанием вмазать по этой идеальной роже. Джин, должно быть, осязал убийственную ауру Мина, но на удивление выглядел удовлетворенно, будто вышел победителем из схватки с врагом. Он продолжал пристально смотреть на Юнги, не издавая при этом ни звука. Брюнет уже открыл рот, желая добиться хоть каких-то объяснений такому вопиющему поступку, но вместо этого, он развернулся и быстро зашагал прочь. Сокджин не проронил ни слова. Юнги брел по пустым улицам, силясь проветрить голову и разобраться в произошедшем, или, на крайний случай, подавить в себе желание скорейшей расправы. Однозначно это был не самый обычный поцелуй, взять хотя бы обстановку в которой он произошел. В нем не было ни грамма нежности, но Мин раньше никогда не целовался с парнями, поэтому не мог судить здраво. Не то чтобы у него были предубеждения насчет таких отношений. Его позицией во всех вопросах было — не трогайте, и он не скажет ни слова против. А гребанный Сокджин уже который раз нарушает практически заповедь жизни Мина. Только теперь до парня начала доходить вся неоднозначность поведения Джина рядом с ним. Если тогда все его поступки казались эксцентричными выходками, способными разрядить обстановку, то сейчас Юнги увидел их под другим углом. За всеми размышлениями парень даже не заметил, как прошел несколько кварталов. Удивительно, куда занесли его ноги, пока сам Юнги был погружен в свои мысли. Сейчас брюнет думал, как бы ему добраться обратно до базы, а не ломать себе мозг произошедшим. Брюнет завернул за угол, пытаясь понять, где же он находится и увидел несколько людей в химзащитных костюмах. Химики. Блять, вот же вляпался. Парень быстро натянул противогаз и схватил световую гранату. Если эти люди заметят его, Юнги придется действовать быстро. Брюнет прятался за углом натянутый как струна и не мог решиться на какие-либо действия, но они все решили за него. Один из правительственных псов заметил фигуру Мина и, проговорив что-то в рацию, двинулся к брюнету. Юнги побежал в обратную сторону, однако там тоже виднелись темные фигуры противников. Граната полетела в химиков, а парень зажмурился, чтобы не попасть под ее разрушительное действие. Раздался свист, а потом что-то взорвалось, и Юнги услышал несколько выстрелов. Он уже собирался открыть глаза, как кто-то схватил его сзади. Мин начал отбиваться, стараясь заехать невидимому противнику куда-нибудь побольнее, послышался стон полный боли, Юнги злорадно усмехнулся. Черта с два он позволит себе попасться кому-то из правительства. — Какой же буйный, — зашипел смутно узнаваемый голос и Юнги дали повернуться. Он увидел одного знакомого революционера, который был хорошим другом Сокджина, но его имя не отложилось у Мина в памяти. Возможно потому, что он не хотел его запоминать. — Блять, Юнги, как можно было сбежать непонятно куда, в разгаре операции, — а это уже начал возмущаться, подошедший Хоби, — хорошо, что Джин связался со мной, — Мин слегка прищурился и презрительно хмыкнул, на что Хосок, оглядев его с головы до ног сказал: — Чтобы не произошло, ты должен слушать своего командира. Не поддаваясь эмоциям. — Эмоциям?! — завопил Юнги, — да он ничего не говорил, этот ваш командир. — Ох, помолчи, — произнес незнакомый Мину парень, — мы из-за тебя сорвались с места. По приказу. — Отлично, сука, — прошипел Чонгук, наверное, пытаясь сгладить ситуацию, ну он наверное так думал. Хотя по скромному мнению Мина, выходило это отвратно, — сейчас мы направляемся обратно в штаб-квартиру. — Штаб-метро, — хохотнул кто-то сзади. — А почему мы должны молчать? — на Мина посмотрел высокий бритый парень, — из-за того что этому коротышке вздумалось побегать по улицам одному, мы свернули операцию и примчались сюда. — Я признаю, что сделал глупость, — Юнги обвел глазами всех собравшихся здесь, — но во-первых, если бы наш ненаглядный командир вел себя адекватнее, я бы не оставил его там разбираться со своими тараканами наедине. А во-вторых, кого ты, блять назвал коротышкой? — предугадав его порыв, Чонгук схватил Мина за руки. — Заткнулись, — по-акульи улыбнулся идущий рядом Хоби, — да, мы закончили операцию не на том этапе, на котором планировалось, но это не столь важно. Важны жизни людей, это самые ценные наши ресурсы. И они практически не пополняются. Они так и спустились в метро: Чонгук, держащий Юнги в крепкой хватке, и Хоби, затыкая то и дело возобновляющиеся шепотки одним взглядом. Чуть позже туда спустились революционеры, которые проверяли окрестности на наличие химиков и шпионов. А потом Мина выставили за дверь, потому что появился Джин, который выглядел значительно хуже, чем когда парень уходил, и они начали подводить итоги. У Юнги даже не было сил продолжить тихий бунт и уйти домой, он просто лег на диван, пытаясь вытянуть ноги и дать им отдохнуть после длительного забега и сам не заметил, как заснул. Разбудило брюнета тихое шебуршание над ухом. Мин открыл глаза и чуть не вскочил с дивана, когда увидел лицо Джина в нескольких миллиметрах от своего. Пьяное лицо Джина. От него несло алкоголем. Видно виски он забрал не зря. Отметил срыв операции. — Шуга, сладкий, не вставай, — прошептал блондин заплетающимся голосом, — я просто посмотрю на тебя. Никаких резких движений. Честное революционерское. — Операция провалилась? — спросил Юнги, пытаясь не думать о горячем дыхание парня на своей щеке. — Нет, — протянул он и ухмыльнулся, — все прошло хорошо. Всегда бывают непредвиденные обстоятельства, и обычно у нас есть план, специально для них. Но мы добыли все, что нам нужно, даже больше. Документы очень пригодились, сладкий. Мы с тобой молодцы. — Почему же ты не был так разговорчив сегодня днем? — Это сложно, дорогой. Вся эта история с Тэхеном очень сложная. С тем убийственным парнем на фотографии. Не хочу это вспоминать, — тихо произнес Джин. — Значит, потом расскажешь, как сможешь, — успокоил его Юнги, хотя он мог вытянуть из Кима все, судя по его состоянию, но внутренний альтруист парня негодовал, поэтому он оставил эту затею. — Ты лучше у Чимина спроси, он знает, он только притворяется одуванчиком, а на самом деле та самая болтливая секретарша. Предатель, — он на секунду прикрыл глаза, — ненаглядный мой. — Эй, хватит называть меня всеми этими прозвищами, — Юнги попытался стукнуть это пьяное тело и заметил, что они сидят на диване, практически в обнимку. — Без проблем, котёнок. Я сказать хотел, что поцелуй не был ошибкой, — брюнет тяжело вздохнул, у него совершенно не было желание говорить об этом сейчас, но Мин заставил себя послушать дальше, — я не буду сейчас говорить тебе всякие речи, хотя мог бы, и доказывать тебе свою любовь. Потому что это не так, у меня есть к тебе чувства, но они пока не сформировались окончательно. Я прошу дать мне шанс, хоть я и мудак, и иногда поступаю импульсивно и вообще редкостный… — голос Джина прервался на середине речи, и Юнги с удивлением заметил, что он уснул, положив свою голову ему на плечо. Брюнет осторожно наблюдал за парнем, проводя рукой по светлым волосам, а после аккуратно встал, стараясь не разбудить его, и направился на кухню, пить кофе и думать над сложившейся ситуацией. Мина никогда не пугала идея секса с парнем. В том смысле, что у него пару раз была возможность завести интрижки, но всегда вмешивались третьи лица или обстоятельства. Однако судя по поведению, Сокджин предлагал нечто иное, чем секс на одну ночь. И брюнет был даже не прочь узнать, сможет ли у них что-либо получится, но было то, что пугало его. Они были не просто парнями с одного университета, которые познакомились на общей паре и начали встречаться, у них было общее дело. И Мину совершенно не хотелось знать, что произойдет, если они рассорятся и не смогут смотреть друг другу в глаза. Придя на кухню, Юнги заметил Чимина, который бесцельно шарился по кухне. Услышав шаги, розоволосый обернулся, и его лицо озарилось приветливой улыбкой. — Хей, Юнги-щи, хочешь горяченького? — спросил он, и только в этот момент Мин заметил, что тот помешивал кофе в турке, стоявшей на плите. — Кхм, — прочистив горло и собравшись с силами, Юнги решил поговорить о Джине с ним, ведь он его брат и, вроде как, должен знать парня получше. — Давай сначала взбодримся, а потом поговорим о моем брате, — в этом момент Юнги пытался думать обо всем, кроме смущающего поцелуя, потому что все выглядело так, будто Чимин читает мысли, — и я все знаю, — ухмыльнулся розоволосый. — Откуда? — с сомнением спросил Мин, думая о том, что, похоже, в этом гребанном метро не скрыть даже как ты в туалет сходил. — Джин. Он пришел ко мне после того, как в одиночку выхлебал полбутылки виски и начал жаловаться, что ты такой холодный и неприступный, — он мило улыбнулась. — Знаешь, у него и у меня как-то не складываются отношения, наверное это семейное, мы неудачники. Я не хочу, чтобы его ранили снова, но он сам не ангел и может обидеть тебя, а ты мне нравишься, не хочу, чтобы ты пострадал. — Это ведь всего лишь поцелуй, — брюнет постарался сгладить ситуацию. — Он ничего не значит для него. — Не смей так говорить, — воскликнул Чимин, — мой брат, хоть и бывает козлом, но, если ему кто-то не нравится, то он ни за что не будет его целовать, он не… не будет, — он начал всхлипывать. Юнги же был удивлен, такой реакции. По его мнению, она была чересчур сильной, хотя парень мог предположить нечто такое. Чимин был одним из тех людей, которые ничего не делают вполсилы. Если радуются, то весь дом стоит на ушах, а если расстраиваются, то успокоить почти не реально. — Эм, я ничего такого не имел в виду, прости, — Мин неуклюже приобнял парня, похлопал его по спине и сел на свое место. — Не извиняйся, ты не виноват, я просто не хочу верить в то, что мой брат такой, я ведь его, как бы, люблю. Он сильно изменился после расставания с Тэ… после расставания, — он начал говорить чье-то имя, но остановился. Юнги было понятно, кого Чимин имеет в виду, но становилось интереснее от того, насколько он оберегает тайну своего брата. — Продолжай, — мягко сказал брюнет, не давая Чимину сбиться с мысли. — Раньше он не был таким, он любил жизнь, понимаешь, любил жизнь в трущобах, любил меня и наших родителей, но месть застелила его глаза мрачной пеленой. Это не моя история и я не имею никакого права рассказывать тебе, но все же постараюсь объяснить. Не все конечно, — парень вопросительно посмотрел на Юнги, ожидая подтверждения или одобрения, и он лишь кивнул, — мой брат познакомился с этим человеком давно, и между ними возникла такая связь, что даже я ревновал его, хотя это было так глупо, и да, мне изначально не нравился этот человек. Но потом я познакомился с ним и понял, почему Джин-щи светится каждый раз лишь от одного упоминания о нем. Но все изменилось, когда брат пришел с идеей переворота, он, конечно, не был доволен тем режимом, в котором мы жили, но и не был так категоричен. А когда я спросил Джина, что сподвигло его на это, то в ответ услышал лишь холодное: «Месть, я должен отомстить». В голове Юнги промелькнула мысль, что этим человеком является хозяин квартиры, в которую они вломились. Но что же он сделал Джину, что тот так сильно его возненавидел? — Чимин, если я разберусь во всем и действительно попытаюсь построить наши отношения, то не волнуйся, я позабочусь о нем, — сказав это, Мин почувствовал крепкие объятия парня и горячие капли на плече. — Фух, я такой плакса, — вытерев слезы рукавом, усмехнулся Чимин, — но вообще-то я смогу постоять за себя и за него и, если ты его обидишь, я тебя не прощу. На его угрозу Мин лишь ухмыльнулся. Ему стало легче после этого разговора, Чимин в серьезных ситуациях умел действовать на парня умиротворяюще, помогая разложить все по полочкам в голове. Юнги даже не понял, в какой момент решил все же попытаться.