Глава 8
1 мая 2019 г., 21:15
Как только Юнги и Сокджин нашли Хосока, который пытался сварганить какой-то отвар в своей лаборатории, брюнет начал расспрашивать рыжего о состоянии самого младшенького. Хоби сказал, что сейчас Чонгук спит, но также уточнил, что парень находится в ужасном состоянии. Когда парни вместе вошли в покои, где и находился пострадавший, Юнги застыл зависнув на практически безжизненном теле перед ним. Чимин держал голову Чона на своих коленях и судорожно перебирал его волосы руками. Видя эту картину, брюнет понял, что розоволосый сейчас не в состоянии как-то помочь, поэтому решил, что просто обязан что-то сделать. Кожа Гука была бледной и вся в испарине, а его состояние можно было бы назвать критическим, но Мин взял себя в руки и подойдя ближе, начал осматривать парня: посчитал пульс, проверил дыхание и пощупал лоб на наличие жара. Но этих знаний было недостаточно, чтобы точно определить чем именно парень отравился. Существует огромное количество ингаляционных наркотиков, да и химики могли использовать модифицированный состав, поэтому Мину требовалось больше информации о том, что произошло и какие симптомы наблюдались.
— Хосок, — парень никак не отреагировал, он напряженно беседовал с Сокджином, поэтому Мин положил свою ладонь ему на плечо и легонько потряс, — мне нужна твоя помощь.
— А? — удивилась парень, — да, конечно, спрашивай.
— Вы уже пытались его лечить? — спросил Юнги снова.
— Я попросил Чимина промыть ему желудок, — сделав паузу он продолжил, — но это не помогло, ему стало только хуже, — начал нервно облизывать губу рыжеволосый, — я его убиваю, собственного брата, я не понимаю, ведь это должно помочь при отравлении хлороформом. Я специально, перепроверил сведения об этом в интернете, — в голосе Хоби начали проскальзывать истерические нотки.
— А с чего ты решил что это хлороформ? — Хосок уставился на брюнета и вскинул брови.
— А что же это? Химики чаще всего используют хлороформ и фторотан, господи, — он судорожно вздохнул и сжал волосы у корней.
— Хоби, ты целый день на ногах и во рту ничего не держал, пойдем приготовлю тебе что-нибудь пожевать. А Юнги с Чимином приглядят за мелким, — Ким попытался приободрить парня. — И даже не думай возразить мне, я не нуждаюсь в двух еле живых телах на базе, — более строго произнес блондин, на что Хоби покорно кивнул и, напоследок бросив усталый взгляд на брата, удалился из комнаты в сопровождении друга.
— Так, Минни, ты же следил за работой Хосока? — получив положительный кивок от розоволосого, Мин продолжил: — Хорошо, вы слушали его легкие?
— Нет, — всхлипнув ответил парень, — мы думали, что это хлороформ поэтому в этом и не было смысла.
Отойдя от кровати, на которой располагались Гук с Чимином, Мин подошел к столу и взял стакан, вылил из него воду в горшок с цветком и снова вернулся к койке.
— Что ты делаешь? — произнес розоволосый с недоумением наблюдая за действиями брюнета.
— Нас в университете один преподаватель научил использовать различные предметы обихода в оказании первой медицинской помощи. Как, например, при коникотомии используют ручку, при желудочном отравлении нужно съесть полынь, а при прослушивании легких вместо стетоскопа используют полые предметы: чашку или стакан. И так как у нас нет стетоскопа и проверка легких не сделает ему хуже, я использую стакан. Расстегни ему рубашку и задери ему майку, — дав указания розоволосому, Юнги поставил стакан на грудную клетку Чонгука и начал слушать его легкие.
— Сердце бьется медленно, но это вполне нормально при его состоянии, но вот что странно, так это его дыхание — оно угнетенное, — недоуменно произнес брюнет.
— Это же вполне логично, ты посмотри на него, он почти при смерти, — раздраженно ответил Чимин.
— Да, я согласен, но у него присутствуют хрипы, значит поражены легкие, а при хлороформе симптомы иные, отказывает печень и почки, а легкие остаются чистыми, — призадумавшись Мин продолжил размышлять в слух, — думай Юнги, какой еще наркотик ты знаешь, который первым поражает дыхательный отдел?
— Первое что приходит мне на ум — эфир, — внезапно прерывая размышления брюнета произнес Хосок, — наконец-то смог сбежать от хена.
— А остальные симптомы подходят? — спросил Мин, мысленно вспоминая различные виды лечения
— Вроде бы да. Холодные кожные покровы, все тело покрыто испариной, обморочное состояние, ох, точно, — воскликнул рыжеволосый, — при отравлении хлороформом все отравляющие вещества скапливаются в желудке, поэтому его нужно прочистить, а при отравлении эфиром токсины сразу же скапливаются в легких и человек умирает от асфиксии, и чтобы их быстрее вывести нужно, чтобы в желудке находилось хоть какое-то количество пищи. А я прочистив ему желудок, сделал только хуже! Господи!
— А что нам делать теперь? — почти плача, произнес Чимин.
— Нам срочно нужно провести вентиляцию легких, — Хоби подскочил на месте и оглядел помещение, — нам нужна интубационная трубка, маска, ручной насос, — он судорожно вздохнул и продолжил, — баллон с кислородом и раствор углекислоты. Тебе нужно сбегать на склад и принести мне их, а я пока приготовлю 5% раствор.
— Одна нога там, другая тут, — утвердительно кивнул Юнги, стараясь хоть немного разрядить атмосферу обреченности, и, заметив, что Хосок с Чимином благодарно улыбнулись ему, что правильно поступил.
— Тогда вперед, — парни посмотрели брюнету в глаза и розоволосый ободряюще подмигнул.
***
После двух часов напряженной работы Чонгуку стало лучше, его состояние стабилизировалось и стало заметно, как дыхание начинало выравниваться. Чимин не отходил от парня ни на шаг, лишь сдвигался на пару миллиметров, давая возможность Юнги проверить дыхание или пульс Чона. Хосок не мог усидеть на одном месте, то и дело подскакивал желая позвать Джина и рассказать о маленькой победе над химиками, но только стоило дать ему добро, как Сокджин сам заявился к ним в импровизированную больничную палату. Его взгляд указывал на то, что мысли парня были далеко отсюда, но как только его взор опустился на постель, Ким тут же бросился к Чонгуку и его лицо озарила радость осознания того, что его друг в сознании и выглядит намного лучше. — Куки, я так боялся за тебя. Поверь, никакая информация не стоит твоей жизни, — Джин крепко обнял друга и добавил, — больше так не рискуй, всегда зови на помощь или рви когти, если ситуация совсем безвыходная, ты же не бэтмен, чтоб самому бороться со всеми врагами, — и на его лице впервые за день появилась искренняя улыбка. — Хорошо, не буду бэтменом. Тогда я Альфред, буду заправлять всеми операциями и миссиями из защищенного места, мистер Уэйн, — блондин расхохотался, а Чонгук в силу своих возможностей тепло улыбнулся. В ближайшем будущем боль в легких от малейшего вздоха будет напоминать ему о том, что произошло. — Парни, — Сокджин обернулся к притихшим Хосоку и Чимину, — как вы все-таки это сделали? Когда успели сходить на перекресток? Каким черномагическим заклинанием воспользовались? — с усмешкой на лице спросил Джин. — Не знаю насчет заклинаний. Но без помощи Юнги здесь точно не обошлось, — усмехнулся Хоби и хитро посмотрел на парня. Смотря на это счастливое воссоединение Юнги не мог сдержать улыбки. Задумавшись, он не сразу обратил внимание на слова рыжеволосого, но зато сразу почувствовал взгляд Джина. Глаза старшего смотрели на Мина с бесконечной благодарностью, отчего в груди стало теплее, и Юнги, смущенно спрятав глаза за челкой, прикусил губу. Не обращая внимания на остальных, находящихся в помещении, Сокджин подошел к брюнету, и схватив его, буквально в охапку, как хватают хворост недавно собранный в лесу, потащил прочь. — Твои мозги совсем заклинило? — Юнги вырывался из навязанных объятий всеми силами, не прекращая попыток садануть ногой или рукой по той части тела, до которой дотягивался. — Если ты меня сейчас не вернешь на землю, я клянусь, что откушу тебе ухо, Ким Сокджин! Только Мин решил привести свою угрозу в исполнение, как оказался на твердой земле, но все также в объятиях Джина. Брюнет слушал тяжелое дыхание Кима рядом со своим ухом и оглядывал комнату, в которой раньше никогда не был. Но ему не нужно было быть Шерлоком, чтобы понять, что та, принадлежит Джину. В комнате стояла стерильная чистота, но не это было главной особенностью. Розовый плед подчистую сдавал личность своего владельца. — Спасибо за Чонгука, — прошептал блондин, после продолжительного молчания и крепких объятий, — я бы не вынес его смерти. Ты был такой собранный в то время как я растерялся, словно мальчишка, и полностью пошел на поводу эмоций. Я как представил, что могу вот так легко потерять и тебя… — Джин не договорил, он просто зарылся носом в шею парня, а тот, в свою очередь, понимая без слов, что хочет донести до него Ким, прижал его ближе к себе и зарылся длинными пальцами в волосы. Взяв блондина за подбородок, Юнги мягко приподнял его и проникновенно посмотрев в глаза, оставил мягкий поцелуй рядом с нежными губами. В следующую секунду Сокджин подался вперед и поцеловал Мина в губы. Руки блондина переместились на тонкую талию парня, прижимая к себе. Поцелуй был сначала невесомым и мягким, а после Джин перешёл на чувствительную шею брюнета, выцеловывая влажные дорожки легчайших прикосновений губами. Первый стон наслаждения сорвался с красных от поцелуев губ Юнги, что завело блондина сильнее. Парень снова переключился на губы партнера, но теперь стал более напористым, жадно целуя, будто в последний раз, оставляя маленькие укусы на губах, Ким ворвался своим языком во влажный и теплый рот брюнета. Движения становились все более рваными и резкими. Руки Сокджина забрались под майку парня, выводя непонятные узоры на спине спускаясь ниже, сам Мин в свою очередь поместил ладони на упругие ягодицы блондина притягивая того ближе. С губ Кима слетел удивленный стон, когда брюнет переместил одну руку на ширинку джинс блондина, в этот момент Джин почувствовал, как Юнги усмехнулся, но не разорвал поцелуй. Мин начал скользить поцелуями-укусами от губ блондина к его шее, затем к острым ключицам и переходя поцелуями все ниже, полностью опустился при этом на колени. Затуманенный взгляд, блестящие от слюны губы и легкий румянец на щеках: все это было перед Кимом, в его власти. Но при виде этой картины, в голове Сокджина начали всплывать воспоминания. Хрупкий пепельноволосый парень, покорно стоящий на коленях, склонил голову и, пошло облизав губы, с вызывающей усмешкой спросил: «Можно, хённи?» — Можно, хённи? — дыхание будто остановилось, Джин помотал головой, пытаясь отогнать туман воспоминай, который начал сливаться с реальностью. — Что-то не так? — с пошлой улыбкой переспросил брюнет. Оттолкнув Мина от себя, Ким в растерянности уставился на раздражённый взгляд Юнги, сидевшего, после падения, на пятой точке. Именно он, не Тэхен. Мин Юнги, не Тэхен. Джин пытался дышать глубже, чтобы унять взбесившееся воображение и неприятно колотящееся сердце. — Ты, блять, что творишь? — гневно воскликнул Мин, начиная вставать и раздраженно потирая ушибленное место, — я что, блять, настолько тебе противен с этой позиции? — продолжая свою речь парень направился к выходу. — Юнги, подожди! Ты не так все понял, — схватив брюнета за руку, продолжил, — да, постой же ты, дай мне объяснить! — Да пошел ты нахуй! — прокричал Мин, вырывая свою руку из захвата блондина и, не слушая никаких доводов, ушел прочь.
