Тайны леса

      На улице давно уже стемнело и, кажется, время уже давненько перевалило за полночь, этого Эррор не мог понять, ведь довольно плохо ориентировался во времени без часов, коих у него, естественно, не было. Лапа всё ещё неистово болела, не позволяя ему сделать хоть пару шагов, видимо, вывихнут сустав. Одно только радовало, рыжий пакостник прекратил докучать ему своим присутствием.       Эрр поднял голову вверх, чтобы взглянуть на звёзды… Но его взгляду предстала только чернота. Видимо, небо затянули тучи. Устало вздохнув, Ошибка вновь уложил голову на лапы, подумав о том, что, видимо, придётся спать под дождём, если он, конечно, пойдёт ночью.       Стоило ему только начать погружаться в беспокойный сон, как обострившийся слух уловил шуршание ближайших кустов, отчего «волк» вскочил, но тут же повалился обратно, заскулив. — А говорят, раненный зверь в три раза опаснее здорового, — ухмыльнулся Инк, смотря на это поистине жалкое зрелище.       «Волк» лишь закатил глаза и вновь опустился на землю. Желания говорить с хранителем леса, так же, как и иметь с ним какое-либо дело, не было абсолютно никакого.       Устало выдохнув, чернильный подошёл чуть ближе и, сохранив небольшую дистанцию, присел напротив него. — Понимаю, ты не доверяешь мне. Но я действительно не думал, что такая маленькая шалость может привести к такому… Извини меня, — сказал он, виновато прижав уши к черепу. — Сейчас я правда хочу тебе помочь, но нам нужно отправиться к кедру.       Глитч открыл глаза и посмотрел на Инка как на идиота. Затем фыркнул и вновь отвернулся, показывая, что никуда он не пойдёт. — Прошу тебя… Я правда хочу помочь и клянусь, что не принесу тебе вреда. Только доверься мне, — сказал он, но Эррор только рыкнул.       Хранитель вновь устало выдохнул, понимая, что никто с ним не собирается идти. Применив свои умения, он переместился прямиком к Эррору и, уложив руку на его голову, перебросил их к старому пню.       Не поняв что произошло, Ошибка стал быстро моргать, перед глазами всё плыло. — Я бы перенёс нас к самому кедру… Но туда можно попасть только через дупло, — немного виновато проговорил Инк, приулыбнувшись. — Мои намерения прозрачны… Просто… Единственный раз доверься мне.       Эрр посмотрел на чернильного, затем на чащу леса… А что он теряет? В его то положении. Поэтому, плюнув на всё, он с трудом поднялся и, прихрамывая, направился к пню и пролез через дупло, отчего хранитель леса тепло улыбнулся: у него появился шанс заполучить доверие этой колючки.       Стоило только чернокостному очутиться под своеобразным куполом, у него появилось странное чувство, примерно такое же, как было, когда он покинул эту зону… Только тогда он не придал этому значения, желая поскорее оказаться среди цивилизованных людей и монстров. Немного погодя, он поднял переднюю конечность и с изумлением обнаружил костяную руку. — Рад вернуться в облик скелета? — с улыбкой спросил Инк, прошедший сразу за «волком». — Здесь все принимают свой истинный облик. Никто не исключение, — добавил он, встретившись с непонимающим взглядом Глитча.       Чернильный было снова открыл рот, чтобы что-то сказать… Но на Эррора налетел серый ураганчик. — Это он? Нет, это правда он? — затараторил Блуберри, заключив чернокостного в капкан объятий, чем немного ошарашил его. — Блу, отпусти нашего гостя. Он и без того натерпелся сегодня, — спокойно попросил чернильный, нервно улыбнувшись. — Извини… — Берри отпустил свою жертву, что ещё пребывала в шоке. — Просто я никогда не общался с людьми или монстрами, у меня столько вопросов, — немного виновато улыбнулся он. — Что ж… Ты сможешь задать свои вопросы чуть позже, а пока… — «лис», крадучись, подошёл к Ошибке, аккуратно беря его больную руку.       Обхватив чёрное запястье, Инк заметно напрягся и вокруг его рук появилось зелёное свечение, сравнимое со светом светлячка. А Эррор… А Эррор находился в неком трансе, заворожённый этим неярким светом… Он ведь всего сутки назад и предположить не мог о подобном, не знал ни о каких хранителях природы, не знал, что может стать кем-то на подобии оборотня и уж никак не мог предположить, что будет спокойно реагировать на то, что его кто-то касается. У него тоже, как и у Блу, появилось уйма вопросов, на которые он желает получить ответ… Но почему же он не озвучит их? Почему он не может оторвать взгляд от костяных пальцев, испещрённых неглубокими ранками и царапинами? Это, пожалуй, ещё один вопрос, на который он не в состоянии ответить.