Драма для подонка

Ведь если не болит, не убивает, то нету смысла плакать и кричать. Тогда и рифма сразу же хромает, слова все — однотонная печать…

      Пелагея никогда не думала, что жизнь рублевской суки прервется так внезапно, что придется возвратиться к жизни простой девушки, как было лет 7 назад, когда она жила в Английском городке. Обычный одноэтажный дом, русская школа и карманные деньги, которые мама выдавала ей каждый месяц. Лучшие друзья и веселье. Походы с ночевкой к подружкам и тайные разговоры о мальчишках. Но тут авиакатастрофа и её беззаботной жизни в Лондоне конец. Дедушка забирает девушку к себе, устраивает в элитную гимназию и постепенно приучает к светской жизни, от чего когда-то сбежала ее покойная мать. Александр был хорошим мужчиной. Он души не чаял в своей внучке, которой стало все дозволено. Он помог справиться ей со смертью родителей. Обеспечил всем, чего ей так не хватало и каждые каникулы отправлял в Лондон, пока… Пока сама девушка не была испорчена деньгами. Ближе к шестнадцати годам жизнь изменила лучезарную девчушку с наивными глазами на пустышку с макияжем и холодной ухмылкой, что редко сползала с лица юной особы.        Наверное, стоит познакомиться с ннй поближе. Она та самая девушка с обложки журнала «PlayBoy» с идеальной фигурой и милым личиком. Ей всего 19 лет, а уже есть неплохая карьера модели. У нее большие, бирюзового цвета, глаза, которые достались ей от мамы. Пухлые губки, которые она так любит надувать. Брови с красивой формой от природы. Густые и шелковистые волосы цвета шоколада, которые девушка считает своей гордостью и если посчитать, сколько она тратит на их уход, то можно заработать инфаркт. А еще она ненавидит сочетание своего имени и фамилии, так что в паспорте написано: Суворова Полина Артемовна. А все потому что имя «Пелагея» совсем не подходило ей, как казалось самой девушке, да и с детства мало кто ее так называл. Говорить про ее характер бессмысленно. Он определенно у нее есть, но вот определиться какой именно слишком тяжело. В один момент она кажется ребенком, которого срочно надо спрятать от всех соблазнов мира. А через пару минут она уже стерва, к которой и подойти то страшно. Убьет ведь одним взглядом. Такая вот Полина противоречивая. Дорожит своими близкими, но наяву лишь деньгами       А тут её жизнь снова переворачивается с ног на голову. У деда огромные проблемы с бизнесом и компаньонами, а чтобы уберечь свою внучку, он отправляет её снова в Лондон. Покупает новый дом, новую машину и устраивает девушку в институт, а еще отправляет с ней пару человек в лице брата, чтобы он мог проследить за ней и горничной, которая являлась её хорошей подругой. Безлимитная карта в один миг становится лимитной и теперь придеться обойтись без черной икры на завтрак и без макияжа в салоне. Где-то в душе Полина безумно счастлива, что она снова в Англии и будет вести обычную жизнь без лжи, лицимерия и страха смерти.

***

Лондон. 10:30       Девушка сидела в беседке, что-то черкая в блокноте, а стол был завален книгами, которые весили больше этого стола. Перед ней сидела Настя, та самая горничная и подруга одновременно, пытаясь изо всех сил отвлечь Полину, а та пыхтела и что-то тихо ворчала себе под нос о том, что ей надо закончить с докладом.  — Насть, приготовь лучше чего-нибудь пожевать. Я не ела с того момента, как села в самолет. — спокойно выдохнула темноволосая, только бы Морозова отвязалась от нее.  — Если б в доме были продукты, то перед тобой уже давно что-нибудь стояло, а так кто-то отправил Ефима за хлоркой для бассейна. — такой резкости в свою сторону Полина не ожидала. Тем более от Насти, которая всегда ведет себя ниже травы тише воды.  — Тон сбавь — шипит сквозь зубы, скалясь, а в руке карандаш ломается пополам с характерным треском. — Так позвони ему и скажи, чтобы заехал в магазин. Он все равно в центре. — она выдерживает небольшую паузу и поднимает глаза на блондинку.  — Ну? — этого хватило для того, чтобы Настя поднялась и быстро ушла в дом, а Полина наконец-то осталась наедине с собой и своими мыслями. 19:00       В доме эхом раздается противный звонок входной двери. Опять её кто-то беспокоит. Неужели и тут найдутся люди, которые будут преследовать её покой и одиночество? Полина лениво потягивается на кровати и спешит вниз, проклиная в мыслях себя за то, что отправила Морозову в Лондон вместе с Фимой, чтобы братец привез чего-нибудь, кроме чипсов и колы. Надо было самой ехать. Открыв дверь, девушка пару секунд стоит в ступоре, разглядывая высокого парня, а затем переводит взгляд на женщину, которая стоит чуть позади него, но быстро отодвигает своего… Сына? Наверное.  — Полиночка, здравствуй — тепло улыбается она. — Ты уже и не помнишь меня. и дядь Вадима, и Марика… — вздыхает женщина, а Суворова узнает в ней сначала хорошую подругу своей матери, а потом и свою крестную, с которой не поддерживала связь с самой смерти родителей.  — Н.не.т, я помню Вас… Теть Юль, проходите. Сейчас Ефим скоро приедет. Ужин приготовим, так давно вас не видела. — затараторила Суворова, утаскивая Юлию за собой.  — Так, садитесь, я сейчас сделаю чай и принесу чего-нибудь сладкого. — девушка быстро удалилась на кухню, а в гостинной в этот момент царила жуткая неловкость, которую больше всего ощущал на себе Марк. Полина вспомнила и его. Хотя, наверное, сильно пожалела об этом. Первая любовь как никак. А значит, первые слезы, боль от неразделенных чувств и депрессия. Теперь он появился в её доме, напоминая ей лучшие моменты жизни.  — Мам, нельзя так врываться в дома — тихо выдохнул Маркул, как только убедился в том, что Полина не услышит его. — Мы не виделись 7 лет, а сейчас вот так бесцеременно пришли к ней…  — Марк, успокойся, мне звонил её дедушка и попросил приглядеть за ней. А ты должен мне в этом помочь. — серьезно произнесла Юлия, скрестив руки на груди.  — Тебе все равно сейчас заняться нечем.  — Мне заняться нечем? — парень сам неожидал от себя такого визга и резко осекся, закусив нижнюю губу.  — Я через неделю улетаю снова в Питер. У меня тур скоро. Это мне заняться нечем? Мам, у меня дел по горло, а тут еще за этой следить? Нет, даже не говори ничего про это.  — Возьми её с собой. — словно не замечая слов своего сына, произнесла Юлия.  — Ну проведи ты с ней немного времени. Пойми, что у неё очень сложный период в жизни. Она снова оказалась одна в совершенно чужой стране.  — А у меня не сложный период? — в гостинной снова показалась Полина с большим подносом и неловко посмотрела на Марка круглыми глазами, перенимая его настроение, а тот это прекрасно понимал, поэтому постарался отвести тему разговора, подойдя к девушке, дабы помочь с подносом.  — Спасибо — она неподдельно искренне улыбнулась и села около Юлии, протянув ей чашку черного чая.  — А как Вы узнали, что я приехала сюда? И адрес тоже другой ведь. Вы тут дом купили? — вопросы так и сыпались со рта Полины, а женщина просто смотрела на неё с теплой улыбкой, не зная на что отвечать.  — Теть Юль, ну что Вы молчите? Я так соскучилась по всем вам…  — Мы тоже скучали. — Суворова никак не ожидала услышать басистый голос Марка. Повернувшись к нему, её глазки заблестели от, неприсущей ей, радости. Внутри все заверещало яркими красками, а на щеках выступил румянец. Настоящая. Сейчас с ними можно.  — Я надеялся, что ты приедешь на мой день рождение в прошлом году, но твой дед сказал, что у тебя какой-то показ мод и тебя не будет долгое время.  — У меня не было ничего в тот момент… Я была дома и готовилась к сдачи сессии — она смотрела куда-то сквозь парня, не понимая причины того, почему Александр наотрез отказался отпускать внучку в Лондон на пару дней.  — Дедушка ничего не сказал мне. Я думала, что ты забыл.  — Я забыл о тебе после этого, потому что был зол на тебя. Меня раздирала обида за то, что ты променяла меня на… — он резко осекся, взглянув на мать, а та неодобрительно покачала головой, тяжело вздохнув.  — Но оказалось, что тебе даже не было известно о моем приглашении. Что ж, все равно уже ничего не поменять. Мы не виделись почти 7 лет. Ты перестала мной интересоваться, а я не собираюсь тебе надоедать. — разговор едва не был на повышеных тонах.  — Марк, я хотела приехать, но ведь не знала, что ты ждал меня. — уже с комом в горле, безэмоционально пролепетала темноволосая, чувствуя, как всё тело задрожало.  — Прости.  — Мне не за что прощать тебя. Ты не знала о моем приглашении. У тебя были дела поважней. — отрезал Маркул и резко соскочил с места, одергивая руку, не дав Юлии взять себя.  — Мне пора. Приятного чаяпития. — с наигранностью улыбнулся он и быстрым шагом удалился из комнаты, а за ним стала и Юлия. Вежливо извинившись, она покинула дом в след за сыном, сказав на прощание, что обязательно поговорит с Марком, попросив его проявить хотя бы чуточку понимания. Только вот Полине его понимание было нужно в момент смерти родителей, но никак не сейчас. Нет.